Пять стадий

      Рюдзаки бежал. Он никогда еще не двигался настолько быстро. Попытки догнать кого-то высокого, казалось, совсем не имели результата. Но вдруг темная рослая фигура обернулась, открыв для взгляда красные глаза убийцы… —Л… Лайт?       Рюдзаки проснулся, истекая холодным потом и тяжело дыша, будто действительно все это время рвался за непонятной сущностью. Рядом лежал Лайт, поразительное сходство которого с этой самой сущностью нельзя было не отметить. Рюдзаки замер в привычной позе, приложив большой палец к губам, и уставился на посапывающее чудо. «Что ты такое?» — пронеслось в его голове.       Повинуясь внезапному порыву, парень залез под одеяло и осторожно, стараясь не разбудить, обнял соседа по койке, просунув свою руку под его джемпер. В ожидании реакции, он вновь застыл в одном положении. Лайт, вероятно, совсем не осознавая своих действий, повернулся к самому лицу только что решившегося на крайне смелый шаг детективу и, как ни в чем не бывало, продолжил тихо и мирно спать. «Всегда можно спихнуть это поведение на то, что мне снилась красивая грудастая девчонка. С кем не бывает?» — решил Рюдзаки, выдохнувший с облегчением и тут же сморённый теплом тела вызывавшего такие противоречивые чувства Лайта.

***

      Огненный шар медленно полз ввысь от горизонта, окутывая все новые и новые территории светом. Первые солнечные зайчики проникли в приоткрытое окно и заплясали по стенам, отражаясь от хрустальных стаканов и расписных блюдец, стоявших на сушке и дожидавшихся утреннего приема пищи. Наиболее наглый утренний гость прыгнул на Рюдзаки и заскользил по его закрытым глазам. Веки дернулись и поднялись. Вечерняя поза «семейной пары» была нарушена, но шаловливая рука Лайта покоилась на худой талии детектива. Этот факт вызвал у черноволосого резкий прилив возбуждения, из-за чего тот был вынужден как можно скорее удалиться в соседнюю комнату. Благо, вторая рука соседа как раз находилась в удобном положении, предоставляя достаточную длину цепи даже для закрытия двери. «Может быть, мне нужно доказать невиновность Ягами?» — думал парень, избавляясь от ненужного напряжения в самой интимной зоне. «Закончу это дело с Кирой — обязательно продолжу общение с Лайтом. Вероятность в четыре процента — это не так уж и много. Даже если он окажется убийцей… я что-то придумаю.»       Эл достал салфетку и вытер результат собственных действий. «А ведь это могли бы быть мои дети…» — подумал он и усмехнулся, выкинув салфетку в широкую прямоугольную мусорку. —Эй, вставай. Уже утро, а ты все дрыхнешь, — сказал Рюдзаки прямо в ухо Лайту. Внезапное пробуждение заставило того резко принять вертикальное положение. К сожалению, в это время Эл еще находился в прежней позе, так что крепкий лоб Ягами со всего размаху долбанул бедного детектива по носу. Раздался характерный треск, и из обеих ноздрей у него потекла кровь. —Ну что ты делаешь…- обиженно промычал Эл, пытаясь сдержать поток, но не особо в этом преуспевая —Прости пожалуйста, я не хотел!!! — занервничал полусонный Лайт и рванул в ванную за аптечкой. Длины цепи оказалось не совсем достаточно, поэтому как только парень достиг цели, то услышал громкий шлепок. Рюдзаки грохнулся на пол, не в силах сопротивляться законам физики. —Прости меня!!! — завопил вновь оплошавший брюнет, подбежав к своей жертве. Он поднес к кровоточащему носу друга ватку и нежно вытер красную жижу. Взгляды обоих встретились. Еще пару дней назад Лайт был готов отдать все, лишь бы его главный соперник, Эл, распрощался с этим светом. Но теперь, когда тетрадь больше не обременяла его и не давила на сердце гидравлическим прессом, он действительно переживал за этого худого молодого человека с темными спутанными волосами и вечно расширенными зрачками. Странно, ведь он не испытывал никаких угрызений совести из-за сотен прерванных жизней… Казалось, что та черная книжечка с исписанными именами страницами вынуждала его действовать даже более жестоко, чем он хотел. —Спасибо, — прошептал Рюдзаки. Его била мелкая дрожь, но он все еще сохранял относительный контроль над собой. Ягами отвел взгляд и продолжил оказывать первую медицинскую помощь. Когда все было кончено, Кира (правда, уже бывший) смог спокойно выдохнуть. Теперь оба отверстия были заткнуты плотными ватками, а на переносице красовался телесного цвета пластырь. О случившемся теперь напоминали лишь красновато-бурые пятна на белой мешковатой кофте Лоулайта. —Тебе стоит переодеться. Я замочу твою баску, чтобы не осталось разводов, — с этими словами Ягами попытался снять с сожителя испачканную одежду, но тот не поддался, заставив первого отстраниться. —Я и сам могу, — сказал Рюдзаки и, будто обидевшись, отвернулся и снял кофту, предварительно расстегнув наручник. На самом же деле, он пытался скрыть пылающее краской лицо — реакцию на мягкое прикосновение Лайта к напряженному торсу. —Думаю, вероятность твоей причастности к делу равна сейчас трем с половиной процентам. Поэтому я считаю, что более нет необходимости носить наручники. Конечно, мне пока еще придется следить за тобой, как и раньше. Но тебе будет даровано больше свободы…- тщательно взвешивая каждое слово, обратился детектив к своему подозреваемому, обрабатывающему в этот момент голубоватым порошком загрязненные участки ткани. Порошок посыпался мимо. —Это же… прекрасно! — воскликнул он и, заметив «убегающее» моющее средство, перевернул руку. «Отлично. Это не должно вызывать подозрений. А я смогу нормально есть по ночам.»       Рюдзаки снял оковы с Лайта, внимательно следя за последующими действиями. Он ловил каждое движение густых черных ресниц, легкое движение уголков рта, изменение радиуса зрачков. «Три процента.» — подумал про себя Эл.

***

      Двое вошли в комнату без окон, где были встречены командой по поиску Киры. Они профессионально выявляли все новые и новые черты своего врага, безусловно, приближавшие их к разгадке. Хотя, если быть до конца откровенным, всю информацию добывал Эл, а они лишь делали неправильные выводы и иногда приносили гению черный кофе. —Доброе утро! — в один голос поприветствовали Мацуда и шеф Ягами. Они выглядели более отдохнувшими, чем обычно. —Доброе, — ответили вновь прибывшие. —На вас нет наручников! Это значит, что все подозрения с моего сына сняты? — с надеждой поинтересовался полицейский. —Не значит. Я все еще под наблюдением, только условия лучше, — первым объяснил Лайт. —Ну, это уже хорошо.       Все приступили к работе. Бывший Кира думал, как ему выпутаться из ситуации. С одной стороны, нет ни одного прямого доказательства, что он убийца, ведь даже Тетрадь Смерти теперь находится у Рюка, да и камеры наблюдения не дали особого эффекта. «Осталась только одна улика. И она у Мисы. Точно! Миса! Она будет моим спасательным кругом. Она ведь продолжает выполнять свою работу, а у нее есть… Нет. Все-таки нельзя так поступать. Неправильно. Это станет моим „планом Б“. А пока… лучше просто наблюдать и стараться отводить от себя подозрения. Хм… что это Рюдзаки на меня так смотрит?» — Лайт заглянул в глаза детектива. Началась «игра в гляделки». Но соперника на долго не хватило, и Эл быстро потерял интерес к происходящему, вернувшись к своей кипе сероватых бумаг. —Я думаю… Что второй Кира — это точно девушка…- нарушил тишину Мацуда. —Почему? — спросил Рюдзаки, с неподдельным интересом уставившись на следователя и даже перестав жевать свой клубничный батончик. —Ну… дело…- он запнулся, но тут же постарался придать голосу уверенности, — Дело в том, что несколько убийств было совершено исходя из информации в женских журналах. Кроме того… увеличилось количество караемых за изнасилования. Это может значить, что этот Кира сам является девушкой, из-за этого и более трепетно относится к подобным случаям! — Мацуда замолчал в ожидании нагоняя за глупые предположения, как это обычно и бывало. —Нда… ты прав, я тоже об этом думал…- медленно выговорил Эл —Правда?! — впервые получивший одобрение, полицейский даже покраснел. —Да. Нужно будет найти больше информации. И это я поручаю тебе, — ответил Рюдзаки. Шокированный такой честью, Мацуда чуть не разрыдался. Позже все вернулись к работе. «Ведь действительно. Почему мы были направлены именно на мужчин? Факты говорят об обратном…» — нашедший новый повод оправдать Лайта, Рюдзаки ухватился за эту версию и лихорадочно обрабатывал информацию. —Нашел! — выпалил резко Лайт. —Что?! — все внимание было приковано к главному подозреваемому. —Появляются убийства, связанные с бизнесом. Одна компания получает выгоду от последних смертей. Возможно, Кире понадобились деньги, и он начал работать на Yoshiba! — с энтузиазмом рассказал восемнадцатилетний парнишка. Эл кивнул, что значило «продолжай рыть в том же направлении». —Может, сделаем перерыв? Мой мозг уже кипит…- с сожалением констатировал шеф Ягами. Ему ничего нового обнаружить так и не удалось. —Пожалуй.       Все разошлись на двухчасовой отдых. В коридоре Лайт вдруг остановился и обернулся к своему наблюдателю, выглядевшему не очень довольным жизнью. -Давай прогуляемся? — тихо, чтобы услышать могли только двое, предложил парень. Рюдзаки удивленно поднял взгляд на товарища и заглянул прямо в глаза в конец осмелевшему подозреваемому. Лайт уже приготовился к вежливому отказу и объяснениям, что у них совсем нет времени на это, и что нужно сосредоточиться на поиске улик, но, к своему невероятному удивлению, услышал: -Наверное. Мне стоит немного подышать…       Странные чувства охватили Эл, когда он понял, что сможет вот так просто отправиться в город вместе со своим единственным… другом? У него никогда не было друзей. Возможно, то, что он сейчас испытывает — это проявление братского чувства? « Нет, вряд ли… Братья не обнимаются по ночам и не ловят стояки от неожиданных прикосновений…» — сделал вывод Рюдзаки на пути к какому-то интересному месту, о котором Лайт отказывался ему рассказывать до прибытия. Они купили две банки охлажденного Спрайта, идеально подходящего к жаре, напавшей на город в этот день. —Ты сегодня необычайно тихий. Злишься на меня за нос или что-то другое? — подметил внимательно изучающий его поведение (вероятно, все еще шокированный согласием) Ягами. —Да так… Плохо спал…- лениво ответил Рюдзаки. —Ты сегодня ночью обниматься лез. Девчонка какая-то приснилась? — невзначай бросил Лайт. Эл, в этот момент как раз сделавший глоток газировки, поперхнулся и запылал. -П-п-правда? — едва выдавил он. —Да ладно, с кем не бывает. Так все-таки. Девушка? Или… может, парень? — Ягами держался холодно, хотя можно было заметить под шелковистыми русыми волосами слегка покрасневшие уши. — Нет ни того, ни другого. И я не помню, что мне снилось сегодня ночью…- отозвался детектив. Но горящие щеки, тем более в таком контрасте с белой кожей, сильно выдавали его. — Понятно… Ой, а вот мы и пришли! — Лайт указал на небольшую деревянную вывеску с надписью «Вкусный рай». Она тихо скрипела, покачиваясь на еле заметном ветру. — Звучит… аппетитно! — Рюдзаки сглотнул слюну. Он уже давно был голоден. «Ягами догадался. Он все понял, я уверен на девяносто девять процентов. По крайней мере, он не стал меня осуждать. Может?.. ох, если все сложится, я точно начну спать по ночам…»       Двое вошли в приятно обставленную и чистую кафешку. Вдоль панорамного окна расположилось в ряд несколько круглых металлических столиков. За сияющей витриной стояла улыбающаяся молодая девушка. — Здравствуйте! Мне, пожалуйста, черный чай и онигири с тунцом. А ты что будешь, Рю? — повернулся Лайт к человеку, по-детски прижавшемуся к стеклу, за которым располагались различные сладости. Из-за восторга он не заметил смелого сокращения своего имени. — Я хочу Наполео…- начал он, но был прерван. — Ты не можешь питаться одними углеводами. Возьми оякодон, очень вкусный! — напористо предложил Лайт. — Ладно… давайте его… — Один оякодон с курицей, одна порция онигири с тунцом. С Вас двести сорок иен, — сказала продавец и улыбнулась. — Я заплачу, — быстро заявил Ягами и вытащил из кармана несколько купюр. После двое сели за один из блестящих столиков.       От нечего делать Рюдзаки стал изучать интерьер забегаловки, который оказался гораздо проработаннее и интереснее, чем на первый взгляд. Стены травяного цвета были украшены различными плакатами, вероятно, собственной рисовки. На одном из них был нарисован толстенький коренастый старичок, зазывающий каждого попробовать их свинину тонкацу. Светлый потолок цвета нейтральной охры идеально оттенялся горчичными занавесками из легкого ситца. Мелкие темные узоры, тянувшиеся по всей их длине, дополняли образ тихой японской деревни где-то в долине реки Кумодзу. Рюдзаки посмотрел на своего соседа, наблюдавшего за гуляющими в парке людьми. Они никуда не спешили. Парк Намири был единственным местом в городе, где можно было расслабиться не только телом, но и душой. — Ваш заказ готов. Приятного аппетита! — милашка принесла большие тарелки с едой. Эл с недоверием посмотрел на свой поджаристый омлет с рисом. — Попробуй. Здесь прекрасно готовят.       Лоулайт подцепил кусочек и отправил себе в рот. Сначала вкус показался ему неприятным, но, тщательно разжевав и проглотив омлет, он захотел еще. — Что я говорил! — улыбнулся Ягами и приступил к своему блюду.

***

— Никогда так не наедался…- признался Рюдзаки, которому после чудного обеда не хватило сил даже на Наполеон. Лайт промолчал, будучи погруженным в раздумья. «Интересно, о чем он думает? Как отшить меня поосторожнее?»       Высокие криптомерии отбрасывали длинные густые тени, защищавшие нежную кожу будто никогда не выходившего из дома Эл от солнца. Запах различных цветов наполнял воздух, и тело радовалось необычайной перемене. Поздняя весна была одним из любимых времен года Рюдзаки, он даже иногда вылезал из своей навороченной норы на воздух. Наручные часы пропищали два часа дня — пора было возвращаться в офис. — Пойдем? — спросил не-Кира. Его медовые глаза блестели на солнце, словно янтарь. Детектив засмотрелся на них. — Ты чего? — удивился Лайт. Они находились так близко… Но впервые это не было обусловлено необходимостью следить друг за другом и оценивать поведение каждого, словно шпионы. — Глаза красивые… — просто прошептал Эл. Его потянуло к Ягами, но он вдруг остановился, — Извини, задумался.       Лайт сделал вид, что ничего не заметил. «Возможно, необдуманный шаг навсегда разрушит наши отношения, и дальнейшее общение станет попросту невозможным. Нельзя вот так просто поддаваться эмоциям.» — подумали оба.