Вервольф

Несмотря на поздний, или ранний час, тут как посмотреть, встречающих оказалось очень много. И данный факт стал неприятным сюрпризом. Гарри, конечно, не думал, что зрители разойдутся по домам, всё ж узнать, чем закончился Международный турнир — сам Мерлин велел, однако не рассчитывал оказаться в центре гомонящей толпы. Студенты, преподаватели и гости, среди которых мелькали знакомые лица взрослых — родителей и родственников сокурсников, — что-то кричали, хлопали по плечам, ерошили волосы... Невилл с облегчённым вздохом заключил его в медвежьи объятья. Миссис Лонгботтом благожелательно кивнула и величественно удалилась, напоследок шепнув что-то внуку на ухо. Даже Малфои тут присутствовали. Но, понятное дело, не принимали участие в поздравленьях, как, впрочем, и некоторые другие высокие лорды. Смотрелись они посреди этого бедлама, как павлины в курятнике. От возникшей ассоциации Гарри усмехнулся. Однако настроение испортили Уизли. Бесцеремонно оттолкнув Невилла и взявшись за руки, они закружились вокруг бешено-голосящим ураганом. Потом, тремя парами конопатых лап, схватились за кубок. Если обезьяньи танцы Гарри стерпел, что взять с недоумков, которых весь год штормило от любви к Герою до лютой зависти и смертельной обиды, вернее, штормило одного, близнецы всячески демонстрировали лояльность, однако лапать свой трофей он никому не даст. Рявкнув: Не трогать! Пшли прочь! — Гарри выдрал кубок из наглых рук и зажал его подмышкой. Мгновенно наступила тишина. Близнецы наградили Гарри ухмылками: наглыми и самодовольными от которых он внутренне ощерился. С этих двух клоунов станется что-нибудь подсыпать в еду, питьё, или наложить на кровать и вещи мерзопакостные чары. До сих пор их приколы обходили его стороной. А Рон не был бы Роном, если бы не сгримасничал, как когда-то в ответ на его заверения о собственной непричастности к Кубку огня и выборам чемпионов, и желчно не произнёс: Что, слава в голову ударила? — Ах, как я понимаю ваше недовольство, мистер Поттер, — раздался слащавый голос Скитер. Репортёрша с колдооператором вырулила из-за Дамблдора и Фаджа, не понятно когда успевших прискакать к месту встречи Чемпиона и замерла напротив. Гарри подавил желание скривиться. После утренней статьи, негатива по отношению к Скитер несколько поубавилось, но радости от лицезрения писаки он не испытывал. Однако вид насупленного Рона, недовольной рожи старикашки сподвигли принять позу Победителя, водрузить кубок на плечо и высокомерно вздёрнуть подбородок. От вспышки колдокамеры, Гарри всё же поморщился и получил витиеватые, и не слишком искренние извинения Скитер. Оператор после короткой колдосессии, направил объектив на зевак. — У вас есть все основания для недовольства представителями семейки Предателей крови, и, кроме того, имеете право подать жалобу Министру на действия Уизли, которые посмели оскорбить Вас — наследника древнейшего Рода. — Довольно, мисс Скитер! Рита даже бровью не повела на выпад Дамблдора. Она вытащила из недр сумочки значок, покрутила его в руках, дала сфотографировать кругляшек в разных ракурсах, с разными надписями — золотистой: «Седрика поддержим — он настоящий чемпион» и ядовито-зеленой — «Гарри Поттер, ты смердяк, задавака и дурак». — И уважаемый Корнелиус не сможет проигнорировать обращение последнего из великого Дома. Толпа, до сего момента ловящая каждое слово и жест, загудела. Высокие лорды высокомерно усмехались, презрительно хмыкали и брезгливо кривились. Народец попроще о чем-то шептался. Студенты выуживали из карманов значки и что-то объясняли несведущим взрослым, за что некоторые из них получили выговоры, другие подзатыльники. На Гарри скрестились настороженные и выжидающие взгляды. Уизли перестали самодовольно ухмыляться и придвинулись поближе к старикашке. «Уважаемый Корнелиус» покосился на Дамблдора, сдёрнул со своей головы котелок и вытер плешь, блестящую от пота. Гарри прищурился. Полгода большинство студентов таскали значки, демонстрируя четвёртому Чемпиону своё «фи». Но самому Чемпиону были до фонаря эти показательные выступления и автор изобретения, кстати, тоже. Гарри склонил голову и хищно ухмыльнулся. Однако, какая же прелесть эти Уизли! И какой повод раз и навсегда рассориться с Роном. Пожалуй, явление Скитер оказалось как нельзя кстати. Интересно, откуда она узнала? — Ваши инсинуации, Рита, бесподобны, — без тени улыбки произнёс Дамблдор. Рядом с ним нарисовался Уизли старший и затёр своих отпрысков себе за спину. — Я рада, что вам понравились мои изыскания, — с широким оскалом парировала Скитер. — И я с общественностью надеемся, что вы не станете и далее прикрывать своих протеже, посмевших почти год травить наследника великого Дома. — Это всё ложь! — взвизгнул, по-другому не скажешь, папаша рыжего семейства. Старикашка незамедлительно покровительственно похлопал его по плечу. Гарри удивлённо моргнул, настолько непривычно было слышать подобный тон от спокойного, даже флегматичного Артура. Хотя, если вспомнить стычку с Малфоем… — Я не знал, — прошептал Невилл, притираясь к Гарри плечом. — Даже не думал, что это они. Думал слизеринцы... Чего еще думал или не думал Лонгботтом, Гарри не услышал из-за ещё одного визга. Гермиона налетела на него слезно-сопливым ураганом и, вытирая лицо о его мантию, забубнила что-то восторженно-нудное. А когда перешла на обвинения в безответственности, что он поступил очень глупо, обернувшись волком, дескать, он не обученный и мог застрять в шкуре зверя надолго — Гарри, не особо церемонясь, оттолкнул её прямо в объятья Рона, вынырнувшего из-за широких спин отца и Дамблдора и усмехнулся. — Если правильно вас понял, мисс Скитер, я могу подать жалобу и уважаемый Министр, — вопросительный взгляд на главного чиновника, на Дамблдора Гарри специально не смотрел, — ни в чём не сможет мне отказать? — Разумеется, наследник Поттер, — пафосно воскликнул Фадж, поглядывая на иностранных высоких гостей. Он приосанился и словно бы увеличился в росте. — Министерство Британии всегда стояло на страже безопасности своих граждан, радело за благополучие наследников древнейших Родов. Аврорат проведёт тщательное расследование, и будьте уверены, виновные не уйдут от наказания. — Думаю, уместнее обсуждать претензии и недовольства в более удобном месте, — вмешался старикашка. Судя по его хмурой морде, настроение окончательно испортилось. — Там мы повторим обсуждение, мистер Дамблдор, — Гарри ядовито ухмыльнулся. Такой шанс упускать он не собирался. Тем более, когда тебе внимают десятки людей, часть из которых, смотрят с нескрываемым предвкушением, в том числе и лорд Малфой. Видать не расстался с мечтой избавиться от старикашки. — А фиксировать все мои претензии предпочитаю здесь и сейчас. Значит, записывайте. Первую претензию, мисс Скитер уже озвучила. Вторая моя претензия к главному редактору и владельцу «Ежедневного пророка», вообще, и к ведущему репортёру, в частности. Мисс Скитер, самым наглым образом перефразировала и коверкала всю информацию, полученную от меня лично. Извинений, опровержений и компенсации морального ущерба, будет вполне достаточно. Мисс Скитер реабилитировала себя развёрнутой, и почти исторической статьёй, вышедшей накануне утром. Третья претензия относится к администрации Хогвартса. Все знают, что директор Дамблдор наложил на Кубок огня сложнейшие чары, якобы не позволявшие попасть в него имени несовершеннолетнего… — Профессор заколдовал не кубок, он провёл возрастную черту вокруг пьедестала! — воскликнула Гермиона, гипнотизируя Гарри возмущённым взглядом. — Не важно, — отмахнулся он, — итог для меня не очень приятный: мое имя каким-то образом туда попало. Директор сообщил, что сделать ничего нельзя и обязал участвовать. И, насколько мне известно, расследование о том, кто хотел извести последнего Поттера, так и не проводилось. — Да что там расследовать? — выкрикнул Рон. — Профессор нам сказал… — Уизли запнулся, получив отеческую затрещину и покраснев, понурился и что-то тихо забурчал. — Зачем же вы, Артур, мешаете своему сыну говорить. Мы все очень хотим узнать, что же такого мог сказать «профессор», — с нескрываемой насмешкой протянул лорд Малфой. Прикоснувшись тростью к плечу стоящего перед ним старшекурсника-хаффлпаффца, давая понять, чтобы тот посторонился, он шагнул вперёд и чуть поклонился Гарри. — Как представитель старой семьи, я поздравляю Вас с победой, наследник Поттер. Несмотря на отвратительную организацию Международного турнира и беспрецедентную безалаберность администрации Хогвартса относительно безопасности всех участников, Турнир Трех Волшебников не омрачился известием о полученных увечьях и гибелью юных магов. Гарри отзеркалил поклон. Снова засверкали вспышки, причем колдооператоров заметно прибавилось. Часть из них лопотали на иностранном языке. Кажется, это был французский, во всяком случае, мадам Максим приветливо с ними «чирикала», сверкая белоснежной улыбкой. А полувеликанша — француженка. Дамблдор уже не просто хмурился, он откровенно злился. Похоже, новые гости ему не очень понравились, как, впрочем, и Фаджу. Большой чиновник потел и натянуто улыбался. А Гарри неожиданно почувствовал усталость. Нервное напряжение последних часов дало о себе знать. Хотелось всех послать и завалиться спать. Впервые после превращения он не ощущал привычной лёгкости. — Думаю, я выражу общее мнение, что Чемпиону пора отдохнуть от вопросов и назойливого внимания, — словно прочитав его мысли, или просто оказавшись внимательней остальных, произнёс лорд Малфой. — Если он, конечно, закончил озвучивать свои претензии. — На данный момент осталась всего одна и её озвучила мисс Скитер в своей статье: На каком основании мистер Дамблдор решил самолично решать мою судьбу. Судьбу мага, несущего в себе наследие великого Дома. На этом, думаю, всё, — Гарри потер гудевший висок. Невилл снова притёрся плечом, поддерживая. — Можете не сомневаться, мистер Поттер, мы тщательнейшим образом всё расследуем. Секретарь Министерства все ваши претензии записал, — раздался голос главы Аврората, как шепнул на ухо Невилл. Мадам Боунс поклонилась Гарри и посмотрела на Дамблдора. Старикашка нахмурился и покачал головой, словно предупреждая о чём-то. — В том числе и то, каким образом в Хогвартсе оказался под Оборотным зельем Пожиратель смерти. — Грюм, — утвердительно кивнул Гарри. Когда он вспомнил, чем вонял профессор ЗоТИ, ему даже в голову не пришло, с чего бы тот вонял Оборотным. От Снейпа вон, исходили миазмы драконьего дерьма, гнили и прочей гадости, но это говорило лишь о его пренебрежении к гигиене и природном запахе его собственной магии. Толпа снова зашумела. По выкрикам можно было судить, что народ возмущён и напуган. Конечно, большинство школьников из семей некогда преследуемых Волдемортом. А тут, оказывается, Пожиратель целый год отирался рядом с их детьми. Гарри переступил с ноги на ногу и тяжко вздохнул. Загадка разгадалась. Если бы не наследие оборотня, вселился бы в него Том и, привет Гарри Поттер. Хотя, возможно, Хвост что-то другое планировал. — Совершенно верно, мистер Поттер. Вполне может быть, именно он бросил пергамент с вашим именем в Кубок. Подтвердить предположение, опровергнуть или узнать, зачем всё это было сделано, мы пока не можем. Пожиратель в коме. Болевой шок вкупе с откатной магией зелья, вещи весьма непредсказуемые, — мадам Боунс вздохнула и нахмурилась. — Я всецело поддерживаю высказанное лордом Малфоем общее мнение, однако вынуждена задержать вас вопросом: Где вы были столько времени? — Понятия не имею, — Гарри пожал плечами. Рассказывать подробности он не собирался. — Какое-то кладбище. Я очень сильно испугался, улегся в высокую траву и задремал. Потом проснулся, — Гарри почесал затылок. — Потом зачем-то долго пытался перекинуться обратно. А когда уже отчаялся всё получилось. Схватил кубок, ну и оказался тут. — Вы расслабились, поэтому и получилось, — произнёс декан Гриффиндора. Он подошел к Гарри и положил руку на плечо. — А теперь, мистер Поттер, отправляйтесь в спальню. Мистер Лонгботтом, проследите, чтобы ваш друг и Чемпион Турнира Трёх Волшебников как следует отоспался. Как ваш декан разрешаю применять любые чары… без фанатизма и членовредительства, разумеется, чтобы ничто и никто не нарушил сон наследника Поттера. Не обращая внимания на укоризненные речи Дамблдора, Невилл важно кивнул. Как тот следил за его сном, Гарри не представлял, но выспался он прекрасно, осталось понять, чем занять себя ночью. Выходя из спальни, он увидел Гермиону, тихо и мирно дремавшую на диване в гостиной. В кресле сидел Лонгботтом. На вопросительный взгляд, Невилл потянулся, беззаботно пожал плечами и сообщил, что ей не следовало быть такой настырной, что пора на ужин и, что Уизли, тут не появлялись, потому как сначала всем семейством заседали в кабинете директора, потом куда-то испарились. В прекрасном расположении духа они отправились в Большой зал. Ну, а после трапезы, профессор Флитвик сообщением о собственном директорстве, поднял настроение одним и окончательно испортил другим.