Вервольф

Первое, что ощутил Гарри, придя в сознание, это лёгкость. Он словно парил в воздухе, совершенно не ощущая собственного тела. И звуки, абсолютно не принадлежавшие лесу: чьё-то бормотание, звяканье и шелест шагов. А ещё острый запах разных зелий. Обострённая чувствительность подсказала, что он всё ещё в звериной ипостаси. Во рту было сладко и кисло одновременно. —… перестаньте мелькать! Мы должны успеть восстановить магические каналы… — раздался резковатый голос Сметвика прямо над головой. Гарри хотел открыть глаза, но ничего не получилось. Тогда он принюхался, определяя, кто вокруг топтался. Справа шел аромат накрахмаленной чистой одежды, и едва уловимый запах сирени — шампуни для волос… Поппи. Интересно, кто её позвал? Сириус замер справа. Его сердце взволнованно билось, дыхание прерывалось и он постоянно что-то шептал… Хорошо, что крёстный в порядке. И тут вспомнились последние ощущения перед отключкой. Хруст и упругая струя крови на языке… На мгновенье, сердце замерло, хотелось смачно выругаться. Люпин! Оборотень жаждал крови и смерти крёстного. Зелье. Снейп… Внутри вновь всколыхнулись звериная злость, требующая рвать врага и охотничий азарт. — Лорд Поттер, не волнуйтесь, вы под медицинскими чарами, поэтому не можете шевелиться и открыть глаза... Несколько отстранённый голос Сметвика сопровождался неприятными скрипами внутри, словно кость о кость тёрлась. Гарри мысленно зарычал. Да кто тут вообще волнуется? Дышать стало невероятно трудно. Он озадаченно прислушался. Внезапно лёгкость и ощущение полёта схлынули. Ушла и злость. Появившаяся тупая боль в корпусе, немедленно перешла в обжигающий спазм. Тело будто сжали в огненных тисках. — Дышим, дышим… Гарри со свистом и клокотаньем втянул в лёгкие воздух. С сипом и облегчением выдохнул. В ушах загрохотала кровь. Перед закрытыми глазами взорвались разноцветные круги. — Очень-очень хорошо. Вы сильно пострадали... Поппи, фиксируй здесь… — голос Сметвика помогал держаться в сознании. Хотя, вполне возможно, это были чары. Гарри ощущал ползающие по коже колючие магические волны. Шерсть непроизвольно дыбилась на загривке. Хотелось прижать уши и оскалиться, потому что ощущения были преотвратными. — Сломаны кости, разорваны мышцы... в общем, нарушена целостность магических протоков. До ухода полной луны, нам нужно успеть их восстановить. Нам, это мне и, как вы наверняка поняли, мадам Помфри... иначе ваш оборот может плохо закончится. «Смерть или полутрансформация», — тут же всплыли выдержки из талмуда по анимагии. А в плане преображения, разница между анимагом и оборотнем не слишком существенная. Полученные мелкие травмы не мешали перекидке. Чуть более серьёзные не без труда, но залечивались и даже могли не оставлять следов в ином облике, что же до тяжелых, тут всё очень сложно и индивидуально. Гарри судорожно вздохнул и тут же мысленно улыбнулся, когда тело перестало жечь огнём. Если бы он не был обездвижен, обязательно бы с хрустом потянулся. А вообще, с каждой секундой невозможность движения, раздражала все сильней. — Как он? — раздался взволнованный голос. Гарри мысленно скривился. Амелия небось прискакала по его душу. Он ведь четко осознал, что убил Люпина. Причём ещё тогда, когда смыкал челюсти на горле оборотня, отдавал себе отчёт, чем всё это закончится. Осознавал и единственное что по этому поводу чувствовал сейчас — это сожаление и желание порвать глотку старикашке и Снейпу. Эти две твари не оставили им с Ремусом выбора. Чем могла закончиться их совместная перекидка, если бы и ему требовалось аконитовое зелье, думать совершенно не хотелось. — Теперь всё будет хорошо, — произнёс Сметвик. Согласно поддакнула Помфри. Сириус потрепал его по голове, почесал за ухом, вызвав довольное ворчание. Гарри и не думал, что будет так приятно. — Можете уже двигаться, лорд Поттер. Двигаться он начал совершенно непроизвольно, потому как полная луна начала терять свою силу. Он это почувствовал, даже не видя небесное светило. Тело скрутило болезненной судорогой. Кости затрещали. Заскрипели сухожилия. От обжигающей боли потемнело в глазах и замутило. Через секунду Гарри вывернуло наизнанку. Голова закружилась. В ушах зашумело… Так хреново ему было лишь в момент самоуничтожения крестража. И так же как тогда он потерял сознание. *** — Вы уверены, что с Гарри всё хорошо? — в который раз за последний час обратился Сириус к Сметвику и, в который раз получил односложный ответ. — Тогда, какого драккла, мой крестник без сознания? — рявкнул он, гневно раздувая ноздри. Присутствующие в спальне вздрогнули. Неприятно ощутить на себе недовольство магии хозяина дома. — Он спит… сейчас спит, — Сметвик устало потёр переносицу и невозмутимо поправил шапочку. — Я признаю свою вину в теперешнем состоянии лорда Поттера, но до сей поры мне не доводилось лечить оборотня в его звериной ипостаси. Зелья не слишком благотворно подействовали на его организм… это надо обязательно отметить в… Убийственный взгляд лорда Блэка заткнул колдомедика, и тот смущенно кашлянул. — В общем, сейчас всё отлично. Физическое и магическое здоровье в норме. Кокон исчезнет часов через шесть или в момент пробуждения лорда Поттера. Я прибуду вечером, чтобы… — Не утруждайтесь, Гарри следующие ночи проведёт в ритуальном зале Поттер-холла, — отрезал Сириус. Сметвик озадаченно нахмурился, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но ограничился кивком. — Как вам будет угодно. Счет как обычно пришлю с совой. А сейчас, позвольте откланяться, — Сметвик поспешно вскочил, подхватил подмышку саквояж и, откланявшись, поспешил из комнаты. Но у самой двери его догнал голос лорда Блэка. — Надеюсь, излишне предупреждать, чтобы вы молчали о случившемся? Сметвик, прежде чем закрыть дверь, бросил серьёзный взгляд на хозяина дома и коротко кивнул. Сириус проводил ретировавшегося колдомедика хмурым взглядом и посмотрел на двух дам. Надо сказать, он был ошеломлён, когда Кричер, используя свою магию, сначала оттащил Гарри от Люпина, потом заполошено что-то заверещал и с хлопком исчез. Сириус зло взвыл, но даже не успел доползти до крестника, когда на лужайке появился домовик, в сопровождении школьной медсестры. Он сразу же узнал вновь прибывшую, хотя Помфри сильно сдала за последние годы. Сметвика уже вызвала Поппи. Сириус же, проклиная себя за бесполезность, головокружение и явно сломанную переднюю лапу, снова потерял сознание. Ну а чуть позже узнал, почему именно Помфри и откуда между ней и Гарри взялась магическая связь, которую почуял Кричер. Страшно себе представить, чем бы всё закончилось, не будь её. Было невероятно стыдно, что он — чистокровный маг, не знал таких прописных истин. Кричер просто не мог без приказа отправиться за Сметвиком, а вот почуяв магическую связь между Гарри и Поппи, пусть и одностороннюю, тотчас доставил колдоведьму. — Полагаю, вы не станете обвинять Гарри, — утвердительно произнёс Сириус. Угрожать или как то иначе воздействовать на Боунс совершенно не хотелось, поскольку он уважал эту леди за её твёрдость и профессионализм, но следовало обозначить свою позицию и готовность биться за крестника хоть со всем миром. Ремус был его другом, а Гарри семьёй. К тому же, оборотень сам виноват. Не будь он таким упёртым и ставь он мнение и помощь друзей несколько выше, мнений и желаний Дамблдора, ничего бы не случилось. — Разумеется, нет, — спокойно отозвалась Амелия. — Однако хотелось бы прояснить некоторые детали. Детали они проясняли после того как Помфри, сославшись на дела в Хогвартсе, покинула их общество. Разговаривали, «паковали» в бутыльки воспоминания Сириуса об общении с Люпином, дабы ни у кого не возникло сомнений, что во всей этой истории замешан не только Снейп, но и Дамблдор, что прямым текстом следовало из слов Ремуса. Потом беседа перешла на обсуждение выполнения обязательств уже Министерством вообще и Авроратом в частности. — Это секретная информация, — отрезала Боунс в ответ на свой вопрос о возможности переговорить с лордом Поттером и ответный вопрос Сириуса, относительно причины сего желания. — Эта «секретная информация» напрямую касается моего крестника, — жестко припечатал Сириус. — Не думаете же вы, в самом деле, что я пущу на самотёк всю эту историю с поисками крестражей Волдеморта. В своё время я не воспринял всерьёз трепотню Дамблдора о пророчестве и особой миссии, якобы возложенной провидением на Гарри. Больше я такой ошибки не совершу. С Гарри вы будете говорить исключительно в моём присутствии. Во всяком случае, — бросив взгляд на Гарри, Сириус вздохнул, — пока крестник не скажет обратное. После некоторого колебания, Амелия призналась, что пока они не нащупали отправную точку для поисков. Но отдел Тайн усиленно над этим работал. Рассказала, что беседы с теми, кто в своё время хоть как-то контактировал с Реддлом, ничего не дали. Сейчас велась активная работа с сочувствующими и последователями. Что же до Дамблдора, кстати, отпущенного после задержания при попытке проникновения в дом Гарри в Годриковой Лощине, то, ясное дело, он молчит, а применять радикальные меры воздействия, Амелия пока не готова. И слово — «пока», было выделено особо. Сириус кивнул. Действительно, чтобы препарировать мозг пенька, надо иметь железобетонные основания. Поскольку, как бы то ни было, но общественность — это сила, которую нельзя игнорировать. — Без сомнения, это какие-то вещи. Во всяком случае, это логичнее всего, — задумчиво произнесла Амелия и сощурилась. — Кстати, члены рода Блэк, как… сочувствующие, могли владеть какой-то интересной информацией. — Если вы о Регулусе, то его портрета, увы, нет. Я вообще не знаю, что случилось с братом. Впрочем, как и леди Блэк, — задумчиво пробормотал Сириус, скользя взглядом по комнате и отстранённо отмечая странное поведение Кричера. Домовик, до сего момента тихонечко сидел в уголке — бдел, сейчас вскочил и исчез, чтобы через секунду вернуться и начать перебирать бутыльки с зельями на тумбочке, потом метнулся к журнальному столику, протёр столешницу и столбом замер напротив его кресла. Сириус озадаченно нахмурился, разглядывая старого эльфа. Полотенце с гербом рода Блэк, было кипельно белым, лысая голова покрыта светло-серым пушком, большой блестящий медальон… этот предмет явно был лишним в облике домовика. Сириус подался вперёд, заворожено глядя на отполированный кругляшек. Излучаемая им магия словно тянула к себе, заставляла приближать и приближаться. Едва не соскользнув с кресла, Сириус мотнул головой и чертыхнулся. Это что ещё за хрень? Угрожающе прищурившись, он прошипел: — Это что за гадость ты посмел притащить в благородный дом? Кричер испуганно присел, прижал уши, метнул взгляд на Амелию и, рухнув на колени, подполз к Сириусу. Сжавшись у его ног, глотая слова и слёзы, домовик несколько минут рассказывал историю об ужасной смерти Регулуса. — Ты сможешь найти эту пещеру? — хрипло спросил Сириус, когда поток ошеломляющей информации, наконец, иссяк. Медальон, фонивший чёрной магией был унесён Амелией за пределы дома. Эльф, утирая слёзы, отрицательно мотнул головой. — Кричер не чувствует хозяина Регулуса, Кричер не сможет найти место его… гибели… Сириус махнул рукой, жестом отпуская домовика и зажмурился. Регулус — маленький заносчивый брат, таскавшийся за ним хвостиком и злившийся на него за то что ушел, что бросил родителей, предал Род… Твою Моргану! Он сам найдёт! И упокоит его душу. Хотелось напиться. Напиться, чтобы забыть собственный эгоизм. Напиться, чтобы не чувствовать… Он и напился, сразу же после отправки Гарри в Хогвартс.