Вервольф

Утро второго сентября директор школы чародейства и волшебства Хогвартс встретил за столом, заваленным раскрытыми фолиантами и исписанными пергаментами. Тихий перезвон часов подсказал, что уже шесть. Флитвик устало потёр глаза, положил перо, отодвинул книгу, вытащил из шкатулки пару бутыльков и, выпив их содержимое, со вздохом прикрыл глаза. Последствия бессонной ночи постепенно исчезали из тела. За последние месяцы бодрящее зелье плотненько вошло в каждодневный рацион. Без него им бы всем пришлось туго, ибо за лето была проделана просто колоссальная работа. Однако предстояло сделать наверно самое сложное — усилить защиту внешнего контура. А чтобы это сделать, надо добраться до ритуального зала замка. Вот тут-то и возникла капитальная загвоздка. Проход к месту предположительного нахождения зала был закрыт. Три дня они бились над этой проблемой, но ни он сам, ни мистер Турпин — признанный чаровед, ни работник отдела Тайн, не смогли снять чары со входа. Вообще, единственными изученными подвальными помещениями стали коридоры, усыпанные костями, и два зала, где к ужасу подтвердились невероятные слухи двухлетней давности. Туша василиска, дырка в голове от меча, валявшийся на полу клык, остаточные эманации… всё говорило о том, что Дамблдор основательно запудрил всем мозги. Это стало настоящим ударом по репутации Флитвика, как мастера Чар. Он никак не мог понять, каким образом Альбусу удалось отвести глаза всему педагогическому составу. И только обнаруженные собственные чары на раковине-входе, чуть обелили его в собственных глазах. Но опять же, всё те действия были основательно припорошены пылью, однако Филлиус со злорадством вспомнил, что чары устанавливал по приказу Дамблдора, а вот снять их ни он сам, ни Альбус в последствии не смогли. В итоге, мальчику — как победителю схватки, по праву достался его трофей. Флитвик вздохнул. Как бы ему не ни хотелось, но придётся привлекать к решению проблемы мистера Поттера, поскольку приглашение змееуста из Индии обойдётся Хогвартсу не просто дорого, а очень дорого. А бюджет школы и так основательно истощился. — Доброе утро, директор. — Доброе, Аргус, — Флитвик открыл глаза и кивнул завхозу, вошедшему в кабинет. Он махнул волшебной палочкой и, призвав небольшой ларчик с полки, достал из него два одинаковых браслета. — Оденете это на мальчишек. Артефакты защитят от запаха, не дадут игнорировать приказ и накажут, если мистера Уизли вздумают отлынивать от работы. Филч злобно оскалился, но встретившись с жестким взглядом Флитвика, обреченно вздохнул. — Никакой самодеятельности и превышение полномочий, — Филлиус слегка подался вперёд. — Надеюсь, мы поняли друг друга? — Не беспокойтесь, директор, — пробурчал старик. — Кто нам будет помогать с выгребными ямами? — Двоих Уизли будет вполне достаточно для очистки внутри. С магией помогут два студента, ну и я после обеда присоединюсь. Мистер Турпин с двумя помощниками прибудут, как только будут очищены ямы. Напоминаю, никакой магии внутри. Это очень важно, Аргус. Ничто не должно помешать изучению древних чар Развеивания. Иначе на устранение брешей уйдёт очень много времени, — и, вытащив из ларчика невзрачную брошь, положил её рядом с браслетами. — Так, а это для вас. Он оградит от запаха. Прикрепите на лацкан сюртука. — Когда вернётся Снейп? Мне без помощника очень тяжело, директор, — спросил Филч и спрятал артефакты в карман. «По мне так лучше бы не возвращался», — мелькнула мысль, от которой Филлиус поморщился. По-хорошему следовало бы обыскать вещи Снейпа и изъять всё подозрительное, а он, старый дурак, ограничился тотальным контролем еды и питья для студентов и профессорского состава, дабы исключить возможность попадания в снедь посторонних примесей. — Не знаю. По сути, он не нарушал запрета на варку зелий, просто отдал Альбусу то, что было у него припасено, — ответил Флитвик. — Спрошу у мадам Боунс. Если всё надолго, то найду вам помощника. Филч недовольно скривился, тяжко вздохнул и вышел из кабинета. А Флитвик, прежде чем пойти на урок к семикурсникам, выпил крепкого кофе и пригласил Гарри для решения двух вопросов. Один, из них заключался в просьбе о помощи в снятии чар и второй, касался мадам Помфри. Всё же колдоведьма дала обет служения семье Поттер и без разрешения Главы древнейшего рода не могла принести клятву Хогвартсу. А без оной, в школе он никому не позволит работать. *** — Ух… как интересно, — пробормотал Невилл, входя в класс на первый урок ритуалистики. Едва переведя дух от забега, поскольку, несмотря на записку Флитвика, опаздывать на урок не хотелось, Гарри согласно угукнул, разглядывая большущий кабинет, кивнул учителю и, повинуясь его молчаливому указанию, остановился вместе со всеми у стены. На двух из четырёх столов, установленных в одну линию, были разложены учебники и писчие принадлежности. В дальнем углу помещения полукругом возвышались каменные столбы, сплошь покрытые рунами. Руны сияли и по периметру класса. — Доброе утро, господа ученики, — поздоровался профессор, когда студенты Слизерина и Гриффиндора все зашли в кабинет и двери за ними захлопнулись. Факелы на стенах ярче вспыхнули. — Для тех кто не открывал буклет с вводной информацией, сообщаю, меня зовут профессор Мартин Уолш. Мастер Ритуалистики высшей категории. Здесь и сейчас вы разделитесь на группы. Я буду обучать чистокровных, мой помощник, профессор Эмили МакКиннон, мастер первой категории, займётся полукровками и магглорождёнными. Итак, исходя из вышесказанного, прошу рассаживаться по местам, — Уолш поочерёдно указал на столы: — Магглорождённые, полукровки, чистокровные и представители древнейших родов, иными словами, старая кровь. Переглянувшись между собой, студенты зашевелились и вскоре все расселись по местам. Единственным соседом Гарри оказался Драко. Рядом шушукались чистокровные, коим явно было тесновато на лавке. За столом полукровок в гордом одиночестве восседал Финниган. Компанию Грейнджер составлял Дин Томас. Выражения лица Гермионы Гарри не видел, однако не заметить поднятой руки никак не мог. Как, впрочем, и профессор. — Если после пояснений останутся вопросы, я позволю их задать. Возмущения и прочие недовольства, можете оставить при себе, мне они не интересны. Итак, как сказал ранее, я буду обучать только чистокровных. А с течением времени, даже меньше. По опыту могу сказать, что к окончанию школьной программы, дойдут только представители древнейших родов, поскольку ритуалы седьмого порядка доступны только им. Возможно ещё чистокровным от пятнадцатого колена с активным наследием и активно развивающих не только дар, но и собственное ядро. Отныне практически все предметы будут ориентированы на магический уровень. Отсюда и деление, поскольку то, что доступно чистокровным, магглокровкам никогда не выполнить. И чтобы наглядно продемонстрировать разницу… Профессор подтянул к себе стол, поставил на него несколько штук деревянных чурбанчиков и поочерёдно (чем несказанно всех удивил, поскольку привычную перекличку Уолш не делал) вызвал Томаса, Финнигана, Забини и Малфоя, дабы они сначала трансфигурировали из них по четыре обычных маленьких бочонка, а потом укрепили чары, вкладывая в них максимум своих сил. Затем подписал и активировал руны вокруг деревянных фигурок. Получилось всего четыре группы. — Думаю, отменяющие чары вы все знаете, — профессор отошел к своему столу. — Прошу, мисс Грейнджер. Лучом вы должны целиться в рунную цепочку, максимально вкладываясь в чары. Гермиона явно нервничала. Волшебная палочка подрагивала в руке. Наконец собравшись, она глубоко вздохнула и выкрикнула: — Финита Инкантатем! Рунная цепочка засияла, и через пару тройку секунд бочонок в исполнении Томаса схлопнулся в обратном превращении. Довольно улыбнувшись, Гермиона решительно поджала губы, и снова подняла волшебную палочку. Второй чурбанчик появился спустя примерно минуту непрекращающихся «Финита Инкантатем». Со своего места Гарри видел, что Грейнджер побледнела, испарина заблестела на лице, а бочонки Забини и Малфоя даже не шелохнулись. — Достаточно, — ещё через минуту произнёс профессор Уолш. Он выдал Гермионе небольшой бутылёк с зельем и отправил её на место. Смахнув в коробку четыре чурбанчика и деактивировав руны, Уолш пригласил Финнигана. Симусу обратная трансфигурация двух фигурок, удалась секунд за пятнадцать, и около минуты пришлось повозиться, чтобы бочонок Забини превратился в чурбан. Уставшему Финнигану тоже было выдано восстанавливающее зелье. Вышедшая к столу Патилл отменила чары в исполнении Томаса, Финнигана и Забини за считанные секунды. А вот бочонок Малфоя сначала только вздрогнул, а в чурбанчик он превратился без малого через минуту. И вот подошла очередь Гарри. Особо возиться с фигурками не пришлось, бочонки схлопнулись один за другим, а он даже не запыхался. — Спасибо, мистер Поттер. Хотя, для чистоты эксперимента, вызывать вас было нечестно, поскольку вы единственный со сформировавшимся магическим ядром и активным наследием, — профессор Уолш, кивнул и отлевитировал стол и коробку с чурбанчиками обратно к стене. — Следующий урок, как, впрочем, и последующие, мисс Грейнджер, мистер Томас, и пока… мистер Уизли будут проводить в соседнем кабинете. —Я чистокровный! — выкрикнул Рон. — Уровень вашей магии равен уровню слабенького полукровки. Мне даже проверять не нужно и так видно. А вот вы, мистер Финниган, с нами позанимаетесь. Не сможете тянуть перейдёте к моей коллеге. Как, впрочем, туда может перейти ещё кто-то. В ответ на ваш не заданный вопрос, мисс Грейнджер, хочу подчеркнуть, что главной целью перераспределения студентов является более рациональное использование их знаний, умений и силы. Теперь отдыхайте, — произнёс Уолш одновременно со звонком. На следующем уроке к ним с Драко присоединилась Сьюзен Боунс. А стол, за котором восседали чистокровные и Финниган с Энтони Голдстейном претерпел изменения. Он стал круглым, и его покрывали руны. И пока одни студенты их расшифровывали и соединяли в цепочку, готовясь к ритуалу Очищения, им троим, профессор Уолш выдал свитки, указал на угол кабинета, где располагались каменные столбы, и выдал задание провести ритуал простейшего Развеивания. Сказать, что это было сложно — ничего не сказать. Даже Драко со Сьюзен, вначале облегчённо выдохнувшие, ибо по их словам, дома они такое проводили даже без присмотра, несколько секунд тупо таращились на руны, изрезавшие каменные стелы. Чего уж говорить о Гарри. Но совместными усилиями они пришли к пониманию, что следует делать, чтобы за это ничего не было, иными словами, чтобы не возникло противоречия, и ритуал сработал верно. Свой собственный круг они начали чертить и вписывать руны, когда за соседним столом разразились нешуточные дебаты. Профессор Уолш в них показательно не вмешивался. К концу урока спорщики вместо ритуала Очищения, создали какую-то красно-желтую энергетическую хрень — она трещала, вспыхивала и угрожающе булькала, словно зелье в котле. Драко поспешно активировал руны. Хрень замерцала и со свистом влетела в горевший круг. — Вы знали? — Гарри сам не знал, почему спросил, когда от сгустка непонятно чего остался лишь сизый дымок. — В то, что вы втроём правильно выполните задание? — профессор одним взмахом уничтожил руны на столе и полу, и жестом пригласил всех рассесться по местам. — Надеялся. В конце концов, у потомственного ритуалиста, артефактора-интуита и будущего мага Земли эти знания должны быть на уровне инстинктов. А вот, что тринадцать студентов смогут объединиться, и с первого раза всё правильно сделать, не верил ни на йоту. И ваше задание, господа спорщики, разобрать к следующему занятию, в чём состояла ошибка. Ну, кроме того, что при работе в команде, следовало друг к другу прислушиваться, а не отмахиваться и истерить. Кстати, созданное вами «нечто», это сгусток ваших эмоций. Вместо того чтобы очиститься от негатива, вы его материализовали. За подобный шедевр даю каждому по баллу. Мистер Малфой, Мистер Поттер и мисс Боунс получают по десять за правильно выполненное задание, и ещё по десять за то, что не допустили в классе разрушений. На этом урок окончен. На истории магии вместо привычного призрака, за кафедрой восседала древняя старушенция, которую лично Гарри не видел за преподавательским столом и которая оказалась автором учебников — Батильдой Бэгшот. Кабинет увеличился едва ли в четыре раза, лавки со столами располагались по кругу, каждый ряд был выше предыдущего. Таким обзором, с привычным сном можно было попрощаться. Стенания некоторых учеников старушка мигом пресекла, просто наложив Силенцио. А компанию недовольных жизнью под предводительством Грейнджер и вовсе едва не выставила вон за разговоры на уроке, и за попытку этот самый урок сорвать. А ещё за требование разъяснения действий профессора ритуалистики. Вот этого Гарри совсем не ожидал. Ведь несмотря ни на что, Гермиона дурой не была, хотя последнее время её поступки производили странное впечатление. Чары Онемения прекрасно смотрелись на покрасневшем от ярости Уизли. Что касается магглорождённых, то на взгляд Гарри, если бы не подначивания Грейнджер, особого недовольства они бы не демонстрировали. — Итак, подведём итоги. Мистер Смит минус десять. Мисс Грейнджер, как зачинщице балагана, минус тридцать баллов. Мистер Корнер минус десять. Поздравляю, ученики, прекрасное начало года, — проскрипела профессор, окидывая класс острым взглядом. — Мистер Уизли, ещё минус тридцать баллов за безобразное поведение, и за порчу имущества школы. А теперь к теме урока… Гарри усмехнулся, когда возмущённая Гермиона с силой пихнула соседа по парте, едва не сбросив на пол взбешенного всемирной несправедливостью Рона, куда тот пару секунд назад швырнул книгу по ритуалистике и, развернув пергамент, приготовил перо-артефакт для записи лекции. Первый сдвоенный урок истории магии буквально пролетел, настолько интересно рассказывала профессор Бэгшот. Ну, что тут сказать, наконец-то они начали изучать историю всего магического мира, а не только в подробностях войны магов и гоблинов и падение расы последних. Хотя, если учесть, что зеленошкурые держат магов кого за горло, а кого и за яйца, то утверждение о «падении» явно не соответствует действительности. О чём и сообщила профессор, напоследок выдав брошюры с основополагающими правилами взаимодействия с гоблинами. Грейнджер же выдала книгу по этикету, сказав, что экзамен по истории магии не примет до тех пор, пока «мисс Грейнджер» не научится вести себя в школе. На этом урок закончился. Гарри никогда не видел Гермиону в такой ярости. Запихав всё в сумку, она стремительно вылетела из кабинета. Впереди ждала трансфигурация, в начале которой снова отличилась Гермиона, явившись на урок к Вилкосту, тогда как должна была идти вместе с остальными магглорождёнными и полукровками в соседний класс. — Минус пятьдесят баллов и, соответственно, пятьдесят часов раздумий над своим странным поведением. Динки, проводи мисс в её апартаменты, — припечатал Вилкост, прервав экспрессивные словоизлияния Грейнджер, требующей объяснений относительно вопиющей несправедливости и дискриминации, причем, после короткого и исчерпывающего ответа декана. Появившийся домовик схватил Гермиону за руку и с хлопком исчез. Вслед за ним испарился Патронус Вилкоста, отправленный профессору Бэдфорду с сообщением, что его ученица наказана на ближайшие пятьдесят часов. — Итак, — обратился декан к классу, — как вы успели ознакомиться с автоматически-обновляемым расписанием, сейчас у вас не просто трансфигурация. Раздел, который мы будем с вами изучать, доступен только стихийникам. Иными словами, для тех, кому подвластны чары огня, воды, воздуха и земли. К примеру, подчинить, удержать или развеять Адское пламя доступно не просто сильному магу, о чём наверняка вы слышали, а именно природному огневику. Но о возможностях и, соответственно, с самими чарами вы познакомитесь у профессора Флитвика. Я же вас научу трансфигурировать объекты из воды, огня, земли и воздуха. Да-да, мистер Малфой, не удивляйтесь. Тот, кто говорил, что трансфигурировать можно из чего-то, вводил вас в заблуждение, потому что воздух, это тоже «что-то», а отнюдь не пустота. Каждый из вас, даже не являясь истинным стихийником, сможет работать с чарами. Не так легко и не сразу, но работая рядом с носителями наследий стихий, вы сможете постичь науку боевой трансфигурации. Магический уровень каждого из вас это позволяет. Надеюсь, что позволит и ваша работоспособность. Что же, тема сегодняшнего урока… От Вилкоста Гарри с сотоварищами почти что выползал. Магического истощения, ясное дело, декан не допустил, но мышцы нещадно болели. Тренировки и соревнования по квиддичу — это лёгкая разминка по сравнению с нынешним уроком трансфигурации. И сдаётся, это только начало. Как хорошо, что первый учебный день закончился. Кажется, сия светлая мысль отпечаталась на лбах буквально всех. — Тренируйтесь, тренируйтесь и ещё раз тренируйтесь, — окинув чуть насмешливым взглядом облегченно выдохнувших студентов, произнёс Вилкост, когда раздался звонок с урока. — Если вы «умираете» после пяти минут удержания на весу маленького шарика собственного изготовления, то, полагаю, профессору Флитвику нужно предоставить двойной запас восстанавливающих зелий. Высшие чары — это не азы боевой трансфигурации. Свободны. Мистер Поттер, через час жду вас в своём кабинете. Гарри кивнул и, с трудом передвигая ноги, вместе с Парвати, Паркинсон и Малфоем поспешил к классу зелий встречать своих подопечных и провожать их на УЗМС к профессору Граббли-Дёрг, окончательно сменившей Хагрида ещё в прошлом году, когда директором стал Флитвик. А потом, быстренько перекусив, направил уставшие стопы в кабинет декана. *** Подвальные помещения Хогвартса сильно изменились с прошлого визита сюда, и отсутствие следов пребывания василиска было не главным. Очищенные пол, стены и невесть откуда взявшиеся вязи рун. Хотя, вполне возможно, они и раньше здесь были. — Эти вязи ещё со времён Основателей, — словно прочитав его мысли, произнёс декан, шагавший рядом с Гарри по широкому, ярко освещённому коридору. — Со временем пыль спрессовалась. Пришлось тут всё очищать вручную. Чтобы избежать конфликта чар. Правда, опасения не подтвердились. Гарри едва не присвистнул. Работа действительно была проведена грандиозная. Откуда-то сбоку донеслись обрывки разговора. Гарри даже показалось, что слышит близнецов Уизли. Кажется, в той стороне он не был. Интересно, что там? Кстати, двери в противоположной стене он тоже не видел. Зато вон ту круглую, сейчас не препятствующую входу, он открывал. За ней-то и находился зал, где и произошла схватка с призраком Волдеморта и упокоение короля змей. А значит, они скоро дойдут до места предположительного расположения входа в ритуальный зал. Вот тогда Гарри и поймёт, остался ли при нём дар змееуста, или Дамблдор прав, и разговаривать со змеями у него получалось исключительно из-за крестража. Ведь, по словам старикашки, Волдеморт в ту ночь передал часть своих сил. От осколка души он избавился, а случая проверить или опровергнуть слова Дамблдора до сего момента не было. — Как успехи, мистер Филч? Гарри моргнул. За размышлениями и разглядыванием рун, он пропустил момент появления завхоза. По-видимому тот вырулил как раз из того бокового коридора. — Очистили две ямы, декан Вилкост. Смогли бы и больше, но Уизли ленивы и наглы. Браслеты не шибко помогают, — проскрипел Филч, наглаживая сидевшую на руках кошку. — Вот бы вернули кнут, или розги. А лучше в кандалы и… — Мы не будем вводить телесные наказания, Аргус, — строго произнёс Вилкост. — Воздействие артефактов в ответ на игнорирование прямого приказа, вполне достаточно. Филч недовольно скривился, и когда уже Гарри с деканом проходили через круглые двери, гаркнул: — А ну пошевеливайтесь, рыжие лентяи! До невозможности хотелось оглянуться и полюбоваться на близнецов. Похоже, те работали не покладая рук и что-то подсказывало, это было потрудней грязных котлов и препарирование всякой склизкой твари у Снейпа. — Выгребные ямы, — ответил Вилкост на его вопрос относительно занятий Уизли. — Туда попадают отходы нашей жизнедеятельности. Из-за многочисленных брешей, в рунных цепочках, их содержимое вовремя не развеивается. Собственно говоря, если всё оставить так как есть, то заряженности рун хватит лет на десять-двадцать и тогда всё придётся начинать с нуля. А это очень долгий, трудоёмкий и крайне дорогой процесс. Сейчас мы восстанавливаем чары своими силами и с помощью магов из Попечительского совета. Пройдя через весь зал, декан жестом указал на проход за статуей, изо рта которой выползал василиск, и они двинулись туда. В маленькой комнатке, где, судя по всему, и спал царь змей, у стены с очертанием большой арочной двери, украшенной барельефами с изображением гадов разных размеров, стоял Флитвик вместе с незнакомым магом. — А, Гарри, позвольте представить вам мистера Турпин, признанного мастера Чароведа. Члена попечительского совета. Александр, это лорд Поттер, потомок великих Певереллов. Его дар змееуста поможет нам попасть в ритуальный зал. Обменявшись рукопожатием с отцом сокурсницы из Рейвенкло, Гарри нахмурился. Почувствовав непонятную тягу, он подошел к стене поближе и интуитивно прикоснулся к голове большой змеи в центре круглого барельефа. Хотя, положа руку на сердце, рептилия больше походила на дракона, только без крыльев. Раздвоенный каменный гребень странно поблёскивал в свете факелов. Шипение, сначала тихое, едва слышное и непонятное, стало громче. И вот уже Гарри, словно находясь в каком-то трансе, наклонился вперёд и зашипел в ответ. Каменная змея зашевелилась, ладонь обожгло болью. Выругавшись сквозь зубы, и не отвечая на сыпавшиеся вопросы взволнованных взрослых, Гарри с усилием толкнул дверь. Та сразу же поддалась и с тихим шорохом открылась. Факелы ярко вспыхнули, осветив в центре большого круглого зала свернувшегося громадного змея. Голова, увенчанная раздвоенным хохолком, медленно поднялась. Гарри буквально оцепенел, встретившись с янтарными глазами.