Моя странная любовь

«Твоя красота пленяет меня, а моё упрямство и неопытность сыграли против нас. Но это уже ничего не значит, я смог, мы, Джереми, смогли. Мы вместе. Наши чувства друг другу взаимны, искренны. Мы можем не стесняться в своих действиях, оправдания нам больше не потребуются. Здорово я придумал: полотенце на талии, бесполезная книга и моя наглость, дополнительный козырь – мускулы. Инвариантно, именно на них больше всего уходит твоего внимания. Попробовать ещё раз заявиться к тебе в том обличии? Нет, не буду мучить бедного мальчишку. Но всё же, когда мне ещё предоставится такая возможность прижать тебя своим телом и целовать, целовать, целовать...? Что переживать, ты сам захочешь, времени вагон, а того гляди в будущем.. кольцо в лучах солнца за играет ... Джереми, я такой ненасытный, ты бы знал. Тот случай в ночную смену, в подъезде, подаренный мною тебе блокнот и множество других – не передаваемое искушение. Всюду в этих моментах, в наших любовных порывах, начинаниях.. всюду преследовали твоя неопытность, либидо и глаза. Такие яркие, подобно ангельским.. Я идеал женщин? Был им до той поры, пока ты сам в этом мне не признался. Свою силу, душу и сердце я передал тебе в твои мальчишеские ладони, когда ты принял мои чувства. Такой сильный мужчина не смог устоять перед хрупким юношей. Джереми, по твоим комплиментам в мою сторону, выходит ты украл Аполлона у всех на виду. ... а если.. а может не стоит?» Порождением этих мыслей стали обнажённые ноги спящего в кровати, отражающиеся в застеклённой дверце шкафа. Сам парень подтягивал узел галстука на своей рабочей рубашке до респектабельного вида. Вчера в силу сложившихся обстоятельств, ему пришлось пренебречь своими обязанностями работника, которым потом придётся найти объяснение, но ложное. Авторитет и реноме были и без того испорчены своими неответственными выходками, а новость что парень имеет нетрадиционную ориентацию, повлечёт за собой потерю работы и распространение его любовных предпочтений. Решение этому – вынужденная ложь. Оправданием для этого ему послужит блондин. Парень на кровати пошевелился в сладкой истоме, чем заставил другого улыбнуться и повернуться на источник звука. Лежачая поза презентовала его гибкость и некоторую женственность, которая приковала к себе эти темные зеницы. Белые волосы топорщились на голове юного парня, преображая его в истинного спящего. На край кровати мягко приземлились и тон голоса был заранее настроен на шёпот. — Джереми, я знаю ты не спишь – в свою ладонь он заточил щедушную, после чего веки раскрылись и голубые глаза снова опаляли своей красотой. — Завтрак ждёт тебя на кухне, а мне как видишь нужно на работу. Вчера была ночная смена и я снова прогулял. За свои поступки рано или поздно приходится отвечать. Тебе придётся остаться дома одному.. Взгляд блондина пришёлся на союз сплетённых ими ладоней, легонько касаясь губами ладони Шмидта. Тот же в сию секунду приблизился к его лицу и подарил поцелуй, на что получил сонную взаимность. — Я с тобой, Майк.. хочу.. – тонкие пальцы по своему усмотрению поправляли каштановые волосы, приятно расслабляя этими манипуляциями второго. — Со мной? А постельный режим? — Ну Майк.. – вторая рука взяла свисающий чёрный галстуг, проводя ладонью по всей его длине, ожидая положительной реакции. Карие глаза взглянули на циферблат ручных часов, секундная стрелка которых неумолимо отсчитывала отведенные ей секунды, заставляя своего носителя принять быстрое решение. — И продолжал бы так смотреть на тебя, но.. у тебя есть пятнадцать минут. Ни больше ни меньше, – вставая с его кровати, он параллельно стягивал одеяло, призывая того к требуемым действиям. В хаотичном порядке блондин натянул на себя рабочую форму, пару раз облокачиваясь на шкаф и прыпригивая на одной ноге он добрался до кухни, где в скором времени по армейскому уставу все было опустошено. Между этим шатен стоял возле входной двери и крутил на пальце связку ключей, зазывая всем своим видом по торопиться. — Джереми, времени на зубы уже не хватает. Зажуёшь тогда. — Значит, я буду меньше обычного контактировать с людьми, – обеими руками он затягивал шнурки своих кед, находясь в согнутом положении перед ногами шатена. Когда тот выпрямился в теле ему, как и было обещано, дали пластинку жвачки. «Льёт как из ведра – облокачиваясь локтем на подлокотник двери, блондин наблюдал как капли дождя били по стеклу, собираясь в единую струйку, стекая куда-то вниз. На лобовом стекле исполняли свои обязанности механические дворники, помогая водителю увидеть перед собой дорогу. В салоне работала печка. Тепло с привкусом сахарной лубники. Оба были одеты по погоде. Шапка на голове шатена плотно прилегала по форме его головы, под которой не выглядывал ни один локон волоса и компаньон, заметив это, известил об необыденности его внешности и Шмидт поддаваясь немёкам, снял её, зачёсывая растрёпанные волосы назад. Водитель снова занят своими обязанностями, в то время как пассажиру не чем было занять себя. И вновь блондин поддался наблюдениям: рычаг скоростей переключался в неизвестные ему положения и он отдался влекущей страсти использовать этот момент в своих интересах. Обе руки Шмидта держали руль автомобиля, он потянулся за рычаг и внезапно ощутил под своей долонь того, который сейчас отвернулся в противоположную от водителя сторону, явно скрывая своё смущение. Как обычно, в таких ситуациях следует ласковый, изнеженный ответ своей второй половинке. Сплетая пальцы друг друга, рычаг изменил своё последнее положение. Голубые глаза вернули свой бывалый взор на прежние пейзажи и встретились с его, темными, в которых неволей затерялся и не смог найти лазейки к освобождению от их аттрактивности. Красный сигнал светофора вывел их из состояния "влюбленной прострации" в настоящее положение дел, повинуясь ему. К брылам приложили мягкие подушечки тонких пальцев от получаемой теплоты и заботы, чувствуя как его большой палец гладил ему долонь. Майк был удивлён его инициативе и чтобы не отставать, последовал его примеру. На горизонте предстала парковка, но в его планы она сегодня не входила, поэтому шатен заруливал за боковую часть здания, чтобы остаться незамеченным. — Майк, а.. почему именно здесь? – намёка на страх не было, лишь любопытство. Ответ скрывался в противоположно повёрнутом ключе зажигания, в серьёзном взгляде, который со всей внимательностью был устремлён в даль. Ремень безопасности был отстёгнут, чтобы в будущем он не стеснял его движений. Парень, повторяя за ним, обернулся, чтобы аккуратно поправить свой. Внезапно ладонь шатена насильно повернула бледное лицо к профилю кариеглазого. Последовал ответ из слов. — Вот для чего.. – голубые глаза распахнулись от неожиданности как в первый раз, но нежность этих губ стала знакомой совсем недавно. Дабы получить удовольствие от происходящего, веки опустились, его стали притягивать за шею ещё ближе. «И как нам выкрасть подобные моменты в рабочие часы? Кипы бумаг, поиски недостающей информации в завалах забытых.. даже уборная занята. За этой рабочей формой, манерами и натянутой улыбкой, трудно скрыть побуждаемые чувства и их влечение. Повсюду блуждают люди и не уединиться, а ночью под строгим надзором смерти. Дома, когда уставший и хочется спать? Я не намерен сдаваться – убью двух зайцев одним ударом. Придётся найти нашим чувствам укромное местечко, придётся побродить.. а пока что..» ... открытые уста втягивали воздух, на бледных щеках которых выступил "живой" румянец и глаза смотрели в его, препятствуя своему чувству смущения. Мужество с каждой секудной оставляло его наедине с ним и испарилось с последней каплей, когда своим лицом он подался вперёд, уткнувшись носом в его куртку. На лице второго появилась лёгкая улыбка, та самая ладонь гладила белые волосы, на пару секунд останавливаясь, чтобы застать точное время на наручных часах. — Котёнок, мы опаздываем и я не взял с собой зонтик, придётся немножечко промокнуть.. — Я-я.. хорошо – не поднимая лица, он вернулся к своим границам. — Всё хорошо? – сначала ему, а потом себе он накинул на голову капюшон, чтобы их причёски не пострадали от капризов погоды. — Да, я просто.. я потом скажу. — Хмм, ну ладно. Что ж, выходи, я закрою машину. Блондин подошёл к открывающейся водительской двери, одной рукой натягивая два шнурка по туже, чтобы уберечь себя от каплей дождя и холодного ветра. После прозвучал звук захлопывающейся двери и сигнализация машины. Шатен взял свободную руку компаньона и оба побежали под нескончаемым потоком дождя. Оба забыли об скрытности своих отношений. — Ну так что ты хотел мне сказать, Джереми? – на найденную только что петельку он повесил мокрую куртку, помогая своему парню повесить его. В гардеробной кроме них никто не находился и видя некоторую несобранность голубоглазого, он без опаски и задних мыслей обнял того за талию. В силу своего высокого роста, в глаза бросились залитые цветом смущения уши блондина. — Джереми, ты почему такой красный? – тот разместил свою ладонь ему на предплечье, уже было собираясь с ответом, но его опередили. — Тебе не понравилось, что я поцеловал тебя? — Н-нет-нет, что ты, Майк.. другое.. Давай после твоего визита к директору, мы встретимся в медпункте? — Ты сама важность, Джереми – не выпуская из объятий, он смахнул белые волосы со лба и поцеловал. Выходя из гардеробной и предварительно осмотрев прилегающие возле них коридоры и убедившись в отсутствии лишних зрителей, он схватил отдаляющегося от него долонь блондина и с шёпотом в ушко произнёс: — Я люблю тебя, Джереми.. – шепчащий голос сник, как и ощущение его плоти в своей длани. Майк ушёл в своём направление. Он включил свет в назначенном месте и из стороны в сторону нервно шагал по комнате, треся кистями рук, будто бы пытаясь избавить их от боли. И вот остановившись, сам того не подозревая перед зеркалом, стал в голос успокаивать себя: — Дыши ровно: вдох - выдох.. не помогает.. Зачем тогда такое советуют людям? Почему мои руки так дрожат, а сердце..? Да, да-да, да я влюблён, но почему сейчас я такой.. странный? Зачем я здесь? Зачем эта встреча? Что буду говорить? Тряпка, соберись! Хорошо, начнём с начала, – он обратил свой взгляд на собственное отражение, где на него смотрел смущенный краснощёкий парень, который сам не до конца понимал происходящего. — Из-за чего я разгорячился? Мне.. – вдруг послышались шаги с другой стороны двери. К счастью, они миновали "дверь дискуссии". Под этим обстоятельством, он перешёл на мысленные рассуждения. « Мне, мне понравилось как ты назвал меня, Майк.. котёночком. Редко меня называли ласковыми словами, так крепко обнимали. Целовали, но не так горячо, как бы.. Странно, я напоминаю себе выводок кукушки, который таким же внезапным образом как я, врывается в жизнь других. Лишь только своей красотой я заслуживаю быть в твоих объятиях, спать в одной кровати, согреваться твоим теплом, есть за одним за столом и слушать пылкие признания? А что я дал взамен тебе, кроме красоты? Что мне дать? И перед уходом согрел меня тремя заветными, вкрадываясь своими словами в моё сердце. Разве может крошка хлеба насытить голодного волка?» Отражение в зеркале наблюдало за ним обняв колени руками и красными от слёз глазами, прикусив нижнюю губу и чуть-чуть вздрагивая. За спиной стояло одиночество, вот уже в который бесчисленный раз не предавая его. Бедный юноша нуждался в поддержке и тот, кто мог её дать, сейчас сам выслушивал нотации и приводил малозначительные плюсы в своём пребывании на этом рабочем месте. В голове по меньшей мере стала возникать головная боль от плача, мондраж не покидал его щедушного тела и потеряв страх попасться на глаза других в таком положении, закрыл зеницы и спрятал своё заплаканное лицо за существующей барикадой. Как вдруг... — Джереми, я с хорошей новостью.. Джереми! – едва увидев его сидящую фигуру на полу, он бросился в его сторону в ту же секунду обнимая. — Майк, это правда ты? – его лицо находилось в ладонях шатена, после чего подхватили с холодного пола на руки и посадили на колени, когда тот сел на койку. — Джереми, что случилось? Почему ты сидел на холодном полу и плакал? Сегодня утром был в таком хорошем расположении духа и ... Джереми, я что-то сделал не так? — Я думаю, что не заслуживаю тебя. Я так мало даю тебе, ничего не приношу.. И в взаимности я слабак, трус. Много проблем внёс в твою жизнь, суматох.. Я– полный ноль.. — Я запрещаю тебе говорить так. Неужели наша любовь колоритна такими серыми тонами? Джереми.. – только он потянулся за поцелуем, как.. — Мне понравилось как ты назвал меня тогда, в машине – поэтому мы здесь сейчас, – подняв со дна всё своё мужество, вспоминая деяния шатена, он с неестественной ему страстью в голосе сказал: — Я люблю тебя, Майк – взяв на себя ответственность за прерванный поцелуй, он возобновил его, зарываясь ладонью в тёмные волосы, уже чувствуя как его ладонь гладила бедро. — Можешь обещать мне, что больше не будешь плакать и сомневаться в себе? – поцелуй разорван, но губы всё также находились рядом и при каждом произнесённом словом, касались с его. Тот утвердительно кивнул головой и положил её ему на плечо, обнимая. — И кстати говоря, мне дали последнее китайское.. Так что я всё ещё с вами. Вечером. — Котёнок, – он подсел рядом к нему на диван, заправляя прядь белых волос ему за ухо. — Я тут подумал и взвесил, может быть нам.. ну.. — А? – тыльной стороной ладони кариеглазый гладил его ланиту. — Ты о чём? — Ну, я бы хотел, чтобы ты спал со мной... начиная с этой ночи. На лице блондина читалось обескураженность от услышанного, бледный цвет кожи стал розоветь, взгляд в деталях изучал лежавшую рядом с шатеном подушку. — Стой, я не так выразился.. Я имел ввиду, что нам больше не стоит спать по ночам порознь. Если тебе не нравится или это будет смущать – я пойму и не стану настаивать. — Мне ничего переносить не нужно в твою комнату? – вопрос этот был задан глаза в глаза. — Нет, – он поместил в свою ладонь его и добавил. — Если только тебя самого. В спальной горел ночник и заранее заправленная кровать, была готова принять обоих парней. Создавшаяся романтическая обстановка давала Джереми ложные представления об их дальнейшем пребывании здесь, хотя он сам допускал этой мысли, чтобы немного утешить свою фантазию. Входная дверь в комнату закрылась и чтобы не дать прикоснуться к себе, быстрыми шагами подошёл и сел на кровать, а потом и вовсе накрылся одеялом. Шмидт увидев быстроту его действий, решил добавить драматизму в своих, медленно подходя к своей половине кровати, проводя пальцами по одеялу. Тусклый свет от ночника освещал его черты лица и как по волшебству погас, когда тот посмотрел в голубые глаза. Их образы утонули во тьму и далее представилась возможность писать чувствами. Парень лёг, пододвигаясь на вторую половину. Рука под одеялом обняла блондина, профиль лица стал ощутим для второго. Первое слово последовало за голубоглазым и дабы обдать этот момент большей гамме чувств, говорил все что чувствовал. — Ты мне очень нравишься, Майк. Тем как обнимаешь меня сейчас, заботишься и ещё.. целуешь, – он положил свою ладонь ему на грудь. — И.. эти рельефы. Прости, прости, сказал лишнего.. После слов, Майк сел на кровати и в темноте снимал с себя футболку, потом кинул на тумбочку. Вот верх был обнажён. — А мне твоя женоподобность, – он наклонился к лежащему и взял его руку, кладя на прежнее, но уже без одежды грудь. Тот слышно вздохнул, опасаясь сдвинуться с места. — Я разрешаю.. Подушечки пальцев скользили по гладкой коже, повторяя формы мускул на руках и уже изучая их на торсе. Вскоре в голову прокралась мысль об их ласке, чем сам был недоволен, но весьма любопытен в этом исполнении. — Майк, кажется хватит.. – он приложил пальцы к губам, чтобы более не зашло дальше и остыть в мыслях. Но второй не разделял его желаний и подняв край футболки, положил свою длань на впалый живот. — Майк? –и он медленно повёл её под футболкой, мизинцем задевая его сосок. Блондин неосознанно выгибается в спине, с блаженным лицом прикусывая нижнюю губу, сжимая в ладонях простыни кровати. Получаемое от физического контакта удовольствие преобразовалось в томный выдох, когда тот поднял футболку до допустимого и коснулся своими губами его покрытой от мурашек кожи. Кровь стала обращаться в жилах скорее, тело ломило от желания, в мыслях блондина они далеко и глубоко ушли от реальности. Уста с усладой желали подать глас водопадов желаний, лишённые стыда "забудься, пришло время.. я весь твой". Его желания расцветали на бледной коже, на алых губах, терзаемых зубами и вот, в последнем шаге: когда его ладонь оказалась между его ног, медленно дразня гладя. — Джереми, тебе бы.. – тело ответило на ласки шатена. — М-майк~ вернись ко мне.. – он взял его занятую этим делом руку и положил себе на грудь, явно призывая к рассудительности. Пальцы на ногах сжимались от пульсирующего желания. Шмидт охватил в темноте своим взглядом все пребывающее состояние блондина, понимая как далеко он ушёл от назначенных им поцелуев. Градус желания давал ходу назад, возвращая к естественному положению мыслей. — Прости меня, я забылся.. — Н-нет, всё не так плохо, – дотянувшись на всю длину своей руки к его лицу, он погладил. — Нам лучше успокоиться и поспать. На ощупь найдя одеяло, он лёг рядом с ним, укрывая друг друга. — Если честно, то... мне и это понравилось, – он с головой накрыл себя. Тем же вечером. Vinny~: *печатает*... я уже иду, Скотти~ Sco_tt: *печатает*..