Там, где нас никогда не будет

* * *

      Дорога заняла примерно 6 часов на выжимании педали газа и без остановок. Роумен любил быструю езду не только ради удовольствия, но и экономии времени.       На обрывах дороги виднелось море. Рэй, словно завороженная, смотрела на величественную красоту гор и безграничную бирюзу с играющими бликами от заходящего раскаленного шара, который отражался в ее синих глазах.       — Мы почти на месте, — предупредил Роумен.       Рэй, радостная как ребенок, ждет не дождется этого момента. Ей так было интересно, что это за дом, на сколько близко он к морю, сколько комнат в нем, какого цвета.       Скоро она приедет и получит ответы на все свои вопросы.       А пока они сворачивают с дорожной развилки на одинокую проселочную дорогу. За ними все также следит огромный темно-синий гигант, с потухшим в его морской пене алым диском.       Совсем скоро. Вот-вот. Осталось совсем немного!       Годфри подъезжают к одиночному двухэтажному домику на берегу, почти что вплотную к морю. Светло-бежевое строение с огромными прозрачными дверями, практически заменяющие окна. Внутри уже стояла совсем новенькая мебель. Все в духе минимализма, как по стилю так и по тому, что здесь еще никто не обжился.       — Роумен, это восхитительно! Это..это просто потрясающе! — у девушки буквально после каждого слова перехватывало дыхание. — Спасибо тебе, родной! — Рэй бросилась в объятия брата, жарко целуя его в губы, щеки, лоб.       — Теперь это только наше место... — Роумен был не менее счастлив, он прикрыл глаза и не снимая с лица умиротворенной улыбки, легонько соприкоснулся с сестрой лбами.

***

      Прошло некоторое время с тех пор как Рэй и Роумен обжились в новом доме и все вещи уже были разложены по местам.       Дом ожил.       Пара все чаще проводила вечера на веранде, наблюдая за растворяющимся под водой солнцем.       Рэй делала глотки полусладкого из бокала. У Роумена было свое «вино». Те самые запасы, взятые с собой.       — Рэй.. — мужчина решил нарушить звуки морского прибоя и кричащих в небе чаек.       — Мм?       Мужчина несколько секунд не отрываясь смотрел на девушку, после чего довольно тихо проговорил:       — Ты разделишь со мной вечность?       Рэй недоуменно нахмурилась, силясь как можно быстрее осмыслить слова брата. Мысль пришла в голову, но она была немного безумной и глупой. Вряд ли Роумен имел в виду хотя бы нечто похожее.       — Ты... о чём? Это какая-то метафора? Или ты до этого что-то сказал, а я прослушала?       Роумен резко поднялся со своего места и сел перед ней на корточки, вглядываясь в ее лицо:       — Это не метафора, Рэй. Несмотря на то, что вампиризм - это наша семейная черта, ты ею, почему-то, обделена.       Девушка отвела взгляд, печально вздохнув. Да, она про это знала. Но тема отсутствия у нее гена в их семье никогда до этого не поднималась.       А сейчас...       — Я знаю об этом. Но до сих пор слабо понимаю, чего конкретно ты хочешь.       Рэйчел немного лукавила. Мысли были. Их было много, но главная всё равно казалась девушке несбыточной.       Мужчина подцепил подбородок Рэй и приподняв её лицо к себе, возобновил зрительный контакт.       — Я хочу тебя, милая. Всю без остатка. А сейчас предлагаю остаться вместе навсегда. Ты ведь задумывалась над этим, верно? Над тем, что будет дальше. Меня не одолевают болезни свойственные человеку и я бессмертен, а ты... пока что нет.       Рэйчел и правда задумалась. Это было мимолетной мыслью, которую девушка поспешила ещё тогда запрятать в самый далекий ящик и никогда не доставать.       Но сейчас она с удивлением, которое было смешано с шоком, смотрела на брата, и более не задумываясь, дала свой ответ:       — Да. Я... я хочу этого.       Рэй протянула ладонь к лицу брата и нежно погладила его по щеке, вызвав в мужчине волну тепла.       — Хочу никогда не покидать тебя. Всегда быть рядом. С тобой, — глаза засияли, а на губы легла улыбка.       Роумен выпрямился во весь рост и протянул Рэй руку со словами:       — Идем со мной...       Сердце готово было выпрыгнуть от волнения, а внизу живота разливалось теплом сладкое томление. Рэй подала руку брату, и подтянувшись встала с места.       Не дойдя даже до гостиной Роумен буквально на пороге одарил девушку страстным поцелуем, покусывая ее губы, проводя длинным языком по шее, вдоль ключиц, оставляя за собой шлейф розово-фиолетовых бутонов.       Он потянул ее за руку, и войдя в гостиную, два разгоряченных тела сбрасывали с себя лишнее, преграждающее продолжению ласк. Роумен развернул Рэй к себе спиной, усадив ее между ног. Его руки блуждали по всему ее телу, животу, ребрам, груди, плечам, рукам. Осыпал поцелуями плечи, шею, щеки, даря всю свою нежность и ласку.       Внизу живота разгорался пожар. Рэй вскрикнула, ощутив в себе горячее, большое и влажное, то что заставляло ее вздрагивать при каждом плавном толчке.       Роумен был уже не в первой опьянен пряным, цветочным ароматом сестры, каждый раз еле сдерживая себя, чтобы не испробовать ее крови. Получив ее разрешение, он наконец-то мог испробовать и насладиться ею целиком и полностью. Пульс стучал в висках, глаза затянула туманная пелена. Его глаза приобрели бледный оттенок, а слегка приоткрытые губы обнажали острые клыки.       Он убрал волосы с шеи, смакуя и посасывая выступающую артерию, тем самым подготавливая сестру к дальнейшему.       — Ты готова? — прошипел он Рэй на ухо.       Девушка осторожно кивнула, давая брату полную свободу действий.       Роумен прокусил собственный язык, чтобы обменяться своей кровью с сестрой. Словно острые иголки вонзились в кожу Рэй, заставляя ее в начале морщиться от боли, втягивая воздух сквозь зубы. Ее тело стало натянутой тетевой, пока Роумен жадно всасывал в себя нектар, обмениваясь при этом своей кровью, дабы пробудить в ней долгие годы спящий ген. Парень доходил до кондиции, наслаждаясь вкусом сестры и пронзая ее снизу.       В какой то момент они оба громко застонали, только Рэй в последний момент протяжно кричала в момент такой сильной, головокружительной разрядки. Роумен, зализывая небольшую ранку на шее сестры, неохотно оторвался от сладкой трапезы, кистью руки он вытер подбородок и алые, словно лепестки, губы, оставляя размытый след будто от губной помады.       Рэй опустив голову, тяжело дышала. Приподнявшись девушка слегка пошатнулась, но брат удержал ее на месте.       — Все в порядке. Голова немного кружится.       Роумен поцеловал девушку кровавыми губами, давая ей ощутить смешанный вкус своей и ее крови.       — Какой странный металлический вкус. Словно железо, — хихикнула Рэй.       Роумен усмехнулся этому странному сравнению.       Они опрокинулись на широкую кровать, прикрыв глаза и наслаждаясь уходящими волнами удовольствиями, которое недавно накрывало обоих с головой. Рэй придвинулась к Роумену, положив голову на плечо и пальцем выводя замысловатые узоры на крепкой мужской груди.       В комнате стояли звуки бьющихся волн, гонимых ветром, шелест листвы и крики чаек. Рэй задумалась о том, как скоро изменения вступят в силу и почувствует ли она что-нибудь.       Ее тихий голосок дополнил звуки природы:       — И, как скоро это произойдет?       Роумен ей ответила не сразу, спустя несколько секунд, не открывая глаз.       — Зависит от организма. И как он примет новые клетки. Может пара-тройка дней, может недели. Почувствуешь ты это когда проснется жажда, а кровь не будет напоминать тебе вкус железа.       Рэй замолчала, ее глаза нещадно закрывались под столь спокойную уютную атмосферу. Перед тем как уснуть, к ней вернулись мысли о Линдси. Как она себя сейчас чувствует, идет ли на поправку? Но желания с ней увидеться у нее не было. Пусть Линдси будет хорошо, но только без нее. Про себя она пожелала ей скорейшего выздоровления, и в обнимку с Роуменом она отпустила все свои мысли, давая телу отдохнуть.

* * *

      После переезда прошло около недели. Рэй стала ощущать некие странные изменения. Запахи и вкусы стали более яркими. Это не могло не радовать. Особенно Роумена, который тщательно следил за каждым изменением в состоянии сестры. Для него была важна первая неделя, а она прошла гладко. Поэтому мужчина выдохнул и принялся ожидать последний этап обращения.       Рэй должна почуять голод, а кровь даже по запаху должна была ей показаться чем-то невероятным. Желанным.       Мужчина улыбнулся. Теперь они останутся вместе надолго. Ничто не сможет их больше разлучить.       Тем не менее, Роумен, находясь дома, не забывал про госпиталь, в которой сейчас главенствовал Эрик. Молодой человек хорошо справлялся и даже умудрился три поставки крови успешно завершить, что говорило о его явном росте.       Но, несмотря на это, Роумен ездил в клинику каждую неделю. Контролировать рабочие процессы и подписывать некоторые важные документы.       — О чём задумался?       Со спины незаметно подкралась Рэйчел и с улыбкой приобняла брата.       Роумен же обернулся и утопил в крепких объятиях девушку, подняв ту над полом. Запах Рэй стал ярче, а это означало предпоследнюю стадию.       Он был невероятно счастлив, осознавая это. Совсем немного и его малышка будет с ним.       — О работе. Ничего нового, милая. Как самочувствие?       Внешне Рэй не сильно изменилась. Проявились небольшие мешки под глазами и, как сказала сама девушка, слабое головокружение, но это было нормально. Подобные симптомы были редкостью, но иногда встречались.       — Общалась с мистером Роуфом. Он звонил по поводу моей задолженности. Попросил как можно скорее её закрыть. Отвезешь завтра в город?       Роумен нахмурился.       — Сейчас не самое подходящее время. Ты ещё не полностью обратилась. Может на следующей неделе поедешь? Я могу это устроить.       Он заглянул в глаза сестры и увидел там горящий огонёк.       — Я пообещала приехать завтра. Так что, отвезешь или мне билет на электричку бронировать? К тому же, я чувствую себя вполне хорошо. А легкое недомогание, как ты сказал, норма. Поэтому не о чем беспокоиться.       Девушка лукаво улыбнулась. Роумен же тяжело вздохнул, потому что в данный момент сестра была более чем права.       — Хорошо. Сколько ты там будешь?       Рэй призадумалась, а после небольшой паузы ответила:       — Около часа-двух. Если что, домой я могу и сама добраться...       Роумен прищурился, давая понять одним лишь взглядом, что не принимает подобный ответ.       — Еще чего! Я подожду тебя и мы вместе вернёмся.       В этот же день Роумен отвез Рэй обратно в Эри. Переночевав в отеле, они направились в университет. Роумен предупредил ее, что подождет пока она освободится. Рэй поцеловала брата в щеку и вышла из машины.       — Добрый день, мистер Роуф.       — Добрый, мисс Годфри. Ты сегодня припозднилась.       — У нас недавно был переезд, и теперь приходится долго добираться.       — Что ж ладно. Пройдемся сейчас по плану нашей выпускной работе и доработаем кое какие моменты. У меня есть пара вопросов к твоей работе.       Приблизительно 2 часа Рэй находилась в библиотеке со своим научным руководителем, обсуждая детали их работы. В какой-то момент Рэй почувствовала внезапное легкое головокружение, но не придала этому значения.       Спустя 10 минут, голос мистера Роуфа стал будто бы растворяться в воздухе, похожим на эхо. Рэй слегка дернула головой. Это состояние ей было крайне непонятно. Может так и должно быть?       Но, чем дольше она сидела, тем становилось все хуже и хуже. В глазах играли темные мушки, головокружение стало настолько невыносимым, что она не могла усидеть на стуле. Мозг стал ощущаться как жвачка, а вокруг все воспринималось заторможенно. И среди всего этого бедлама, она еле улавливала глухой крик учителя, звавший ее по имени. И перед тем как замертво упасть, она нашла в себе силы сказать:       — Звони...те.... Роумену....       Глаза наполнились темнотой, а уши давящей тишиной. То, что происходило дальше было вне восприятия Рэй.

* * *

      Очнулась девушка уже на больничной койке госпиталя Годфри. Белые стены ослепляли привыкшие к темноте глаза. Она не сразу узнала в размытых силуэтах врачей, но заметив краем глаза темную, знакомую фигуру, стоявшую слева от нее, моментально определила, кто перед ней навис в искреннем ужасе и беспокойстве.       Рэйчел устало прикрыла глаза. Было больно смотреть на ослепительно белые стены.       — Рэй... прошу, скажи, как ты себя чувствуешь?       Девушка попыталась улыбнуться, чтобы хоть как-то успокоить брата, но ниточка губ искривилась, отчетливо показывая истинное состояние дел.       — Голова болит и немного тошнит, — не было сил произнести даже короткую фразу.       Роумен шумно выдохнул, взяв руку сестры и прижимаясь к ней похолодевшими губами.       — Мне страшно, малыш.       Глаза мужчины горели, смотря на бледное и осунувшееся лицо сестры.       — Перестань. Всё будет хорошо.       Сам же Роумен напрягся, ведь в комнату вошёл Йохан Прайс - один из лучших докторов его клиники. Он сделал все необходимые анализы и теперь внимательным и цепким взглядом смотрел на Роумена.       — Господин Годфри, подойдите пожалуйста на минуту.       Не отпускающие напряжение и тревога будто бы шептали ему, что могло случиться нечто непоправимое.       Нехотя оторвавшись от Рэй, мужчина в пару широких шагов преодолел расстояние до Прайса, который аккуратно поправил очки, сжимая в руках бумаги.       — Йохан, скажи, что с ней всё хорошо.       Роумен сжал в нетерпении челюсть. Стоящий перед ним доктор только и сделал, что хмыкнул и улыбнулся.       — Ну, ваше желание вполне исполнимо. С Рэй всё в полном порядке, только...       — Только, что? — Роумен нагло перебил, в страхе заглядывая в глаза Прайса.       — Только сейчас ей нужно больше витаминов и любимой еды. Да и к тому же пусть побольше отдыхает. Того требует ваш ребёнок.       Слова доктора ввергли Роумена в шок. Он, смотря сквозь Прайса, пустым взглядом уставился перед собой, пытаясь понять свои эмоции.       — Господин Годфри?       И только когда перед его лицом нагло щёлкнули пальцем, Роумен дёрнулся и сделал шаг назад.       — Я думаю стоило оповестить отца малыша. Или...       — Дальше мы разберемся, благодарю — резко ответил мужчина, а затем спросил: — Почему она потеряла сознание?       — Всё просто. Истощение. Скорее моральное, чем физическое. Она в последнее время не переживала какой-либо сильный стресс? На ребенка это никак не повлияло, а вот сама мисс Годфри должна поберечься.       — Бывало подобное. С ребёнком точно всё хорошо? Никаких рисков нет?       Йохан нахмурился.       — Нет, в данный момент риски отсутствуют. Главное следить, чтобы её состояние не ухудшалось. Хорошо кормить и конечно же любить. И да, исключить любой стресс.       — Понял. Спасибо. Можете идти.       Мужчина азиатской внешности кивнул и поспешил удалиться. Но он отметил, с каким беспокойством Роумен подлетел к кровати девушки.       Хмыкнув себе под нос, Йохан двинулся прямо по коридору.       Годфри младший же, с каким-то диким нетерпением склонился над сестрой и принялся убирать налипшие пряди с лица.       Рэйчел дёрнулась и открыла глаза, более осознанно разглядывая бледноватое, но такое радостное лицо брата.       — Что случилось? Ты... так улыбаешься...       Роумен расплылся в невероятно широкой улыбке и наклонившись ближе к девушке, торопливо проговорил:       — Ты... ты носишь под сердцем.. нашего ребенка.