Пальцы
9 января 2018 г., 00:33
— Первый раз на цеппелине, Морковка?
— Как будто ты когда-то катался на таком. Кстати, два вопроса…
— Задавай, — напарник повернул голову, блеснув стеклом болтающегося на шее противогаза. Джуди подумала, что в человеческой каске лису неудобно, уши мешают. Свои Морковка прятала вдоль головы к затылку. Один хрен, слышишь все только через тактические микрофоны. Джуди поерзала на жестком сиденье и задала:
— Откуда слово «цеппелин»?
— Вроде бы, по названию местности или фамилии. Я так и не понял. А второй вопрос?
— Нахрена нас тянут на войсковую операцию?
— Нет идеи. Зачем-то тянут. Нас еще ни разу не использовали тут не по назначению, так что, расслабься.
— Ага. И получай удовольствие…
Летели около трех часов, покрыв расстояние чуть не в половину тысячи километров. Куда-то на северо-восток. Джуди уже познакомилась с тесной туалетной кабинкой, наступила кому-то на ногу и извинилась, отказалась от электронной сигареты, почитала какую-то мутную хрень в рваной обложке еще довоенного времени, вернула…
Сигнал ждали, люди уже шевелились, в сотый раз проверяли оружие. Командиры отделений и техники проверяли подвеску. Но хрен там было, заорала и замигала эта штука внезапно. Отрывистые команды, повторяемые младшими командирами, приглушенный мат и скрип напяливаемых масок. Встали на желтую линию. Отработанным движением зацепили щелкнувшие крюки. Еще раз пробежались техники вдоль шеренг. И пол ушел вниз и вбок. «Метров сто», — подумала Джуди, пытаясь перевести расстояние в анималийские ярды.
Сброшенные тросы гудели и вибрировали, тащась за кораблем по земле. Зеленая лампа и зуммер. Пошли.
Джуди всегда боялась не самого шага в бездну, а того, что описается в первую секунду. Даже на имитаторе страшно было до визга. И сейчас она издала тихое «и-и-и», когда еще раз дернула крюк и спрыгнула вниз.
Инерционное устройство зажужжало, тормозя падение до неприличного скатывания по ниточке, как паук на паутинке, по другому и не скажешь. Раскрутки должно было хватить на автоматическое расцепление при касании поверхности, но система подводила, приходилось убирать прижимы, волочиться за тихо идущим дирижаблем и ждать, пока трос не вылетит сам. Могло хорошо хлестнуть по морде, вплоть до разбитого стекла противогаза и сорванной каски.
Джуди отцепилась как на показательных выступлениях. Отбежала вперед, перпендикулярно курсу корабля, как учили, заозиралась, схватив оружие с неразложенным прикладом.
Ник споткнулся, дернул стопор, откатился в сторону. Секунду провожал взглядом скользящий по выбивающейся из-под ноздреватого снега жухлой траве черный пачкающийся трос. Встал, отряхнулся. Джуди заметила, как лис дернул плечами, словно пытался отряхнуть шкуру под защитным костюмом.
— Идем, Морковка, — радиомолчание можно было не соблюдать, характер миссии допускал болтовню в эфире, но только по делу.
— Хоппс, Уайлд, не наговорились еще? — командир со смешной, на взгляд Джуди, фамилией Абакумов (Абак кумов, счеты херовы, хи-хи) решил немного поторопить новеньких. — Бегом ко мне!
«Твою мать!», — мысленно ругнулась Хоппс, откидывая на глаз штангу с полупрозрачным зеркалом. Зеленые точки показывали примерное положение своих, привирая в пяти случаях из трех. Самая яркая — командир. А красных пока не было.
Лис тоже думал, что весьма странно, когда на картах красными и черными были свои, а на тактических экранах — все наоборот. Впрочем, тут только красные и зеленые огоньки, иногда оранжевые. Ник не любил эту хрень, ему требовалось прибавлять яркость, чтоб цвета хорошо различались. А вот прицельная марка могла быть любого цвета, сумеречное зрение хищника не нуждалось во включении подсветки коллиматора, хватало и того, что собирал световод.
Цепь десантников пешком потянулась через поле.
***
«Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и не выходите из дома!» — надрывался громкоговоритель. Дирижабль почти вхолостую месил воздух винтами над деревушкой. — Лис, останавливаешься в дверях, ну, как вы на тренировках делали, а Зая пусть с местными болтает, — командир махнул рукой в сторону избушек. — Ну или что вы там делаете… Что-то найдете — не подаете вида, тихонько сообщаете группе поддержки. — Да, сэр! — Ник так и не привык к странному слову «товарищ», но все плевали на такое нарушение уставного обращения, тем более, и сами использовали неофициальное «камрад». — Ник! Они без масок! Как так? — влезла в канал Джуди, позабыв, что хотела спросить насчет явного различия в размерах и уровне постройки домов. Где-то просто какие-то дровяные сараи, а где-то — особняки. — Решили, что самые умные и пересидят заварушку в отдаленной деревне, — ответил за Ника командир. — В принципе, если бы это была обычная война, все могло бы получиться. — Шифтер, — выдохнула в микрофон девушка-химера, — и радиация. — Именно, Хоппс, именно! — Абакумов махнул рукой. — Дмитриченко! Отделение нашим полицаям выдели!***
— Здравствуйте! Военная полиция! Пожалуйста, оставайтесь на месте, не разговаривайте и не провоцируйте солдат, у них приказ на открытие огня без предупреждения! — Джуди радостно выпаливала все это, улыбаясь дежурной улыбкой за противогазом. На тихое «приперлись, выродки» Хоппс старалась не обращать внимания. Тем более, кто тут еще выродок, бабушка вилами по воде надвое написала. Джуди отводила в прихожую (местные говорили «сени») сначала главу семьи, прятала по комнатам группки домочадцев а потом ставила на стол полиграф. Ник осматривал помещения. Допрашивали по одному, задавали стандартные вопросы, начиная с безобидных, чтоб полиграф настроился. В четвертом доме Джуди уже стало все ясно: — Ник, пусть местных подержат по домам, ружья изъять под предлогом регистрации, бирки, что ль, какие прилепите, чтоб спуск закрыть… Ту халупу на окраине и особняк окружить полностью. Зайка повернулась к угрюмо глядящей на нее семье. Покатые лбы, маленькие глазки, какая-то косолапость в движениях. Шифтер постарался не сильно, но основательно. — Спасибо за содействие, не забудьте зарегистрировать оружие! Помните, что самогоноварение с целью продажи спиртных напитков незаконно. До свидания, хорошего дня! К концу этой работы Джуди уже трясло. Что так повлияло? Распяленные на рогульках у сарая кроличьи шкурки? К местным кроликам Хоппс относилась не лучше, чем люди к обезьянам. Да, считала, что жестокость недопустима. По этическим соображениям отказывалась от крольчатины, мяса морских свинок и нутрий, хотя Нику сама же рекомендовала попробовать. Все не то… Благоприобретенный оптимизм мешал сформулировать причину такой реакции на людей. А хитрый лис просто молчал.***
— Здравствуйте! Военная полиция! — ничего нового, все та же практически невидимая из-за маски тянутая улыбка и фальшивая радость. Этих склонных к алкоголизму сожителей развели по углам, дали брошюрки с законами. «Для совсем уж придурков», — говорил лис про стиль изложения. Пара ребят, подбадривая к изучению юридической литературы, осталась с аборигенами, а Ник и Джуди занялись осмотром. — Ник? — Джуди нетерпеливо постукивала стопой. В ботинке и человеческой ногой получалось медленнее, чем у оригинальной версии. — Да, Морковка? — Ник складывал на стол побрякушки. Как-то эта ювелирка не вязалась с обитателями и их общим уровнем жизни. У других украшения лежали в отдельной емкости, на дне комода, в другой банке хранили крупные безликие золотые кругляши, а мелочь и золотой лом так не прятали. Иногда встречались неограненные ломаные кругляши рубинов и сапфиров, которыми с местными расплачивались городские купольные комплексы. Брак для активных сред лазеров малой и средней мощности, неполучившаяся химическая посуда и прочее. Но местные брали. А тут и спрятано как-то по-хитрожопому, с подвыподвертом, да и насовано всего подряд, от явно детского серебряного колечка до золотых «самородков», кустарно выплавленных из какого-то электронного хлама. Лис мотнул хвостом, достал из разгрузки дозиметр. Золотишко ощутимо потрескивало. Джуди смотрела на золото, на странно скучкованную мебель, на пол. Вот нахрена им тут коврик, под столом, а не у дверей или посередине помещения? Лис спрятал дозиметр и хищно обходил комнату. Джуди была готова поклясться, что этот рыжий гад инстинктивно пытается прямо под противогазом принюхиваться. — О как! — Ник выволок из-за печки старую жестяную коробку. Похоже, из-под какого-то печенья. Буквы чем-то напоминали анималийские, но с лишними двойными точками и линиями. — Нормальненько! В коробке лежал кустарный пневматический пистолет. С кустарным же глушителем, неотъемным магазином на десяток шариков вдоль ствола и мощным взводным рычагом из отрезка трубы. Джуди подобную штуку видела в Зоотопии по Ти-Ви, когда показывали соревнования по пулевой стрельбе на короткие дистанции. Пневматик с рычажной компрессией. У местной штуки рычаг взводил короткую пружину поршня через интересный механизм. — Бред какой-то, — Джуди рассмотрела находку, повертела в руке шарик, зачем-то еще раз топнула. — Схема не самого дешевого спортивного пистолета, адаптированная для кустарного производства? Так не бывает. Расчет вот этой кинематики уже сам по себе труд не какого-то самоучки и не за спасибо. И, Ники, мне кажется, тут люк в подвал есть. — Местные говорят «подпол». Сейчас глянем. Люк нашли моментом, хотя, надо признать, замаскирован он был неплохо. В других домах чуть не о ручку и петли спотыкаешься, а тут… — Если там тайная тюрьма, — Хоппс, пыхтя, помогла лису поднять тяжеленную крышку, — расстреляю скотов нахер. — Морковка, ты какая-то кровожадная… Что там? — Ник, держа винтовку Джуди, осторожно глянул в темноту, куда лихо спрыгнула его напарница, тут же выхватившая автоматический пистолет и фонарик. — Банки какие-то с помидорами. Мясо… Скорей всего, свинья. Ничего такого… Блядь! Трижды блядь! Сука, к хуям… Ник, твою мать, руку дай… Ник рывком поднял трясущуюся Джуди из лаза. Обеспокоенно заглянул сквозь маску: — Зай, что там? — Пальцы, Ники… В банке — кисти рук. Много…***
— Тихо, Морковина, тихо… — Ник, обнял дрожащую девушку. — Сейчас мы спрячем пистолетики, этот — под тряпочку, а твой — в кобуру. А кобуру застегивать не будем, да? И радостно позовем хозяев. Радостно, я сказал! А я пока достану эту банку и вот сюда ее, что ль… Когда, радостно болтая какую-то чушь про незначительные нарушения, попросили хозяев выйти, сказав конвоирам по воксу «готовность», Джуди уже ничем себя не выдавала. А Ник, продолжая трындеть какую-то хрень про новые поправки, на которую в ответ хозяева бубнили, что знать не знают и ведать не ведают, последовательно сыпанул на стол золото, кинул пневматик и поставил банку с «консервацией». Хозяин точно был редкостным придурком, у которого хитрость полностью заменяла ум. Нет, чтоб пойти в несознанку, он кинулся к незаряженному пистолету. И замер, скосив глаза на упертый в лоб ствол того, в чем специалист узнал бы переделанный до неузнаваемости ТТ. Баба думала недолго. Она не стала делать резких движений, а просто с подвыванием заголосила, что «ой лишенько!», «люди добрые» и прочую тягомотину. Хитро так подлаивала при этом. «Заткни ее!» — заорал лис конвоиру. Крикунья сразу же получила прикладом по затылку, но лис без всяких воксов слышал, как задергались в нескольких домах. Прямо вот шкурой чувствовал. — Всем силам police, у нас убийство! Нервных — мордой в пол и замотать! — Нику хватило ума не лепить в эфир кодами Департамента полиции Зоотопии, которые здесь понимали только два живых существа. — При неповиновении стрелять! — Бля, Уайлд, с вами вечно какая-то хуйня нездоровая, что на тренировках, что на боевом выходе! — прокомментировал командир, который Абакумов. Но насчет всей движухи распорядился грамотно, где подтверждая, а где уточняя требования Ника.***
Джуди сняла передачу найденных улик на выцарапанный из музея пленочный фотик и тактическую камеру-новодел с поганой картинкой. Кто-то щелкал цифровой мыльницей довоенных времен. Прикрученный к гладкому корпусу изящно-сексуальной вещицы зверский и брутальный батарейный блок вызвал нервный смех. — Хоппс, не старайся сверх меры, — сказал командир. — В военное время судопроизводство упрощенное и быстрое, а адвокат часто просто для галочки. Или чтоб повешенье расстрелом заменили. А ты суетишься, как будто их защищать законники со всего мира съедутся. — Все должно быть по правилам, — Джуди закончила надиктовку и убрала фотоаппарат в свинцовый футляр, — и по закону.***
Последним потрошили особняк. Тому умнику тихонько намекнули, что есть возможность выжить, если он вместо себя поставит к стенке сообщников. Ну, тот и ввалил всех, выторговывая себе разбор радиоактивных руин вместо пули. Пристрелили. Бабу тоже. И пошли к особняку. Хоппс рвалась вынести дверь гранатой, но хитрый лис посоветовал сымитировать внеплановую беготню с разрывом цепи охранения. Даже показал, где лучше убрать солдат, чтоб все казалось случайностью. Запросили дирижабль, чтоб последил, раскидали солдат по оврагам и кустам, загнали снайпера на крышу какого-то сарая. И дичь побежала. В особняке осталась только какая-то заторможенная прислуга и девица с замашками сельской «прынцессы». А дичь даже не чувствовала себя дичью... — Далеко собрался? — спросила Хоппс. Магазин она выбрала правильно, с мягкими пулями. — Извините, я просто испугался… Вы же понимаете, эта солдатня… — Йэп. Вонючие ботинки, отсутствие манер и все такое… — Именно! Кстати, вы же не отсюда, правильно? Вы из цивилизованной страны? Просто у вас акцент, я сразу понял что вам сложно говорить на этом зис барбариан лэнгвич… Джуди поморщилась. Местный аналог анималийского и так-то был не ахти, словно письменность одного народа наживую и насильно лепили к произношению другого, а тут еще и это… — Мистер, как вас там… — наша зайка так и не услышала, как зовут беглеца, но заострять внимание не стала. — Я, в каком-то роде, тоже солдат в вонючих ботинках. Ну, официально. — Э-э-э… Но мы же можем договориться, как разумные люди! Разве нет? Ведь разумные на то и разумные, что всегда… «Могли бы, если б кое-кто не пытался капать мне на мозги интонацией и еще чем-то, от чего только металлическая каска и защищает», — подумала Джуди. — И что вы можете предложить? Особенно в данных условиях? — перебила Джуди. — Драгоценные камни? Они остались с давних времен и, хотя не особо крупные, но… — Радиоактивный углерод? Или тот сапфировый мусор? — Поверьте, эти камни лежали очень глубоко и не пострадали от радиации! А кроме того, я мог бы замолвить за вас словечко перед очень влиятельными особами! Или вы думаете, что весь мир лежит в руинах и надежды нет? Поверьте, это не так! «Зачастил ты, умник, со своими настойчивыми призывами поверить», — мысленно ответила Джуди, благосклонно продолжая слушать бред про непробиваемую противоракетную оборону, защитившую сияющие и уютные города, про то, что эта мерзкая территория никому не нужна, а такая востребованная особа конечно же добьется успеха там… — Сколько? — Джуди бы сплюнула, если б не противогаз. «Ники, дай пеленг нашим». — Вот, у меня с собой, конечно же, не так много… — А ему? — Джуди мотнула головой в сторону Ника. — О! Я понимаю… Может, вас устроят те средства, что лежат в одном укромном месте в покинутом мною доме? Поверьте, тайник переживет даже пожар… — Ладно, давайте… — Джуди потянулась к тканевому мешочку, отводя винтовку чуть назад. И дала очередь по коленям. — Вот ты как, да?! Вот ты как?! — кожа свалившегося мерзавца темнела и начинала лосниться на глазах. — Не хотела по-хорошему?! — С каннибалами? Не-а. — Да черт с ним, с тем идиотом! Подумаешь, пара экземпляров этого быдла с подземных комбинатов! Ты не понимаешь, какая сила стоит за мной! Ну, стреляй! Стреляй же, иначе мы найдем всех твоих родных и… Джуди расхохоталась. — Слышь, найдун, — Ник уже слышал топот подбегающих солдат, — Вот ты сейчас нас тут телепатией давить пытаешься, чтоб пристрелили, а у самого не только духу на suicide не хватает, но и мысли путаются. Не то прибить тебя надо, не то спасти любой ценой…***
Хорошенько проблевавшаяся и умывшаяся Джуди шла на место, бормоча извинения и переступая через ноги дремавших десантников. У ячейки ее ждал командир. — Ты как, ушастая, норм? Джуди кивнула и спросила: — Товарищ лейтенант, а кто это был? — Черный. Только не чистокровный, а так, пидор модифицированный. — Он гей? А как же та дамочка? — Он пидор. Решил, что его прямо ждут в земном раю. Ты, Хоппс, хотела знать с кем мы тут воюем?! С хозяйками этого хрена, который сейчас под наркотой в грузовом отсеке едет! Как, понравилось общаться?! Джуди замотала головой, а Ник тихо добавил: — Как будто в смесь говна и тяжелых наркотиков рожей вляпался. — Вот именно. Кстати, он вам не напиздел насчет каких-то уцелевших городов? — Что-то напи… в смысле, говорил, — сочная местная ругань иногда казалась Джуди чересчур. — Города много где уцелели. Если мелкие, то не вопрос. Это все крупные поиспарялись. А в мелких сейчас та же херня, что и в той деревушке. Бля, я вот до сих пор не пойму, они там всерьез думали, что шифтер до них не доберется? — Может, у них вакцина была? — Может, и была, — командир повернул голову. — Э! Я кому говорил насчет курения на борту? — Она ж электронная, товарищ лейтенант! — Да хоть механическая! Давай сюда. Отобрав и протерев сигарету, лейтенант вернулся. Что-то буркнул, попробовал затянуться. Закашлялся. — Короче, Хоппс, я тут думаю… — еще затяжка, — этот шифтер для Черных просто условие существования. Средство превращения себя из людей в эту хуйню. Ну а откуда они взялись? С Марса свалились? Не, из людей и не просто так. И не от радиации. От нее только лейкоз появляется, а не телепатия. — А тот? — Джуди мотнула головой в сторону грузового отсека. — Точно не знаю, но есть версия, что нормально эти Черные не размножаются. Зато, судя по слухам, живут до самого не хочу и дольше. Вот. И, значит, поскольку паскудничать и хапать в их природе, а накопленные капиталы по каким-то причинам перестали быть таковыми, стали эти ребята иногда жрать друг друга. Фигурально. Хотя… Хер их знает! — Абакумов еще затянулся, сунул сигарету в карман. — В общем, чтобы поддерживать свою численность на нужном уровне, они вынуждены набирать лояльный «персонал» из местных. — Сэр, Вы хотите сказать, что тот ублюдок был завербован? — Ник отнесся к версии скептически, ибо она требовала какого-то запредельного уровня биотехнологий. — Но у него цвет рожи менялся! — Скорей всего, первый этап изменений предусматривает только устойчивость к фону, зачатки телепатии и еще что… А цвет и структура кожных покровов «переключается» только в момент опасности. — Он боли не чувствовал, — прошептала Джуди. — Но я вот никак понять не могу: почему он так ненавидел и презирал свой народ? Командир только рукой махнул. Прошел дальше, вернул сигарету, показав провинившемуся солдату кулак, и сел в свою ячейку. Завыла сирена. Что-то защелкало в воздуховодах, включились вентиляторы, нагнетая лишний воздух в десантный отсек. Корабль резко просел. У Джуди и Ника заложило уши, не успевали сглатывать. О команде надеть противогазы пришлось догадываться. Нахлобучили каски, затягивая потуже ремни. А дирижабль полого пикировал. Техники, держась за поручни, прошвырнулись вдоль той самой линии, помогали с дугами безопасности и захлопывали толстые шторки иллюминаторов. На малом ходу корабль поплыл у самых холмов, развернув нос не в ту сторону. Сначала Джуди, успевшая подумать о нападении вражеских летательных аппаратов, увидела раскаленный песок. Зажмурилась, но песок не исчез. Потом пришел жар, а затем корабль мягко подхватило и понесло. Взвыли электромоторы, мигнуло освещение. Пискнул и намертво отключился вокс. Кто-то орал про «осмотреться», корабль болтался, как на волнах. Это потом, на поле, глядя на выцветшую обшивку дирижабля-атомолета, Джуди услышит, что в полусотне километров от них рванула нейтронная бомба. Взрыв был наземный или маловысотный, а вся катавасия с маневрированием произошла именно тогда, когда экипаж предупредили о пропущенной системой ПВО крылатой ракете. Эту дрянь снаряжали так, чтоб заряд детонировал при разрушении самолета-снаряда. Попытка пресечь работу перехватчиков. Глупость, но какая-то изощренно жестокая. На «Водном стадионе» опять был шлюз с колючками. Рельсовое сообщение поверху еще не восстановили, фонило в бывшем центре просто чудовищно, поэтому добирались до станции на автобусе-шаттле. Какой-то новодел. Три оси на громадных мягких колесах, морда грузовика и салон с перепадом высот пола. Отмывшись на станции всем скопом и нажравшись таблеток, личный состав повзводно разъехался. Ник и Джуди добрались домой уже почти в одиночестве. Просмотрели новости на терминале, потом Джуди долго ходила кругами, не реагируя на оклики, пока Нику это не надоело: — Так, Морковка, пока не совсем поздно, давай-ка к Джульетте в гости сходим.***
> ДЖУ, НЕ СПИШЬ? # ТЕПЕРЬ НЕТ. ЧТО У ВАС ТАМ? > МЫ ЗАЙДЕМ? # БЛИН… ЗАХОДИТЕ. ;) > ТЫ ТАМ С КЕМ-ТО? # Я ТАМ С МУЖЕМ, ВООБЩЕ-ТО. > УПС! ИЗВИНИ! # СКАЗАЛА ЖЕ: ЗАХОДИТЕ! Оказывается, муж у Джульетты был из отдела Управления расовой политики. Офигеть. Почти чистокровный и женат на химере. И всем похрену. Он хмуро оглядел припершихся и сказал: «Гайка, развлекай гостей сама, мне вставать чуть свет». Ушел спать. — Ладно, — Джульетта-мышка решила по-тихому накрыть стол в общем холле, раз все соседи уже спали, — что у вас там приключилось, что я вам так понадобилась. — Видишь ли, Джу, — лис нервно улыбнулся, помогая расставлять чашки, — как говорят, дерьмо случается. А началось все с того, что одна хитрая зайка нашла пальцы…
