Скрытое движение
18 августа 2018 г., 12:49
— О чем задумались, босс?
— Да так, — Тиллерсон вел машину к городу со странным названием Юрека. Со стороны моря размашисто вращали лопастями здоровенные ветряки. Целый лес ветряков. Пел электрический мотор пикапа. Динамики машинке не хватало, с таким-то грузом в кузове, но едем же. Вот на обратную дорогу может не хватить уже заряда, а не только динамики, но Олаф планировал перекантоваться ночь в мотеле, а пикап бы подзарядился. А вообще, надо как-то раздобыть необслуживаемые щелочные батареи на серебре. Запихнуть их в корпуса обычных автомобильных, чтоб не украли, и выбрасывать изношенные аккумуляторы гораздо реже.
— Босс, — Джонатан отследил косые взгляды Олафа, — а кто владеет этими вертушками?
— Принадлежащая Юреке компания.
— В смысле? Собственник компании — город?
— Да. Жители города имеют право быть акционерами без права продажи или передачи акций. Плюс дополнительные обязанности для держателей акций, — Тиллерсон снова сосредоточился на дороге. Срань Господня, не подвеска ли постукивает? На колдобины не спишешь, хайвэй был сделан на совесть. Хоть что-то за тридцать лет власти на совесть сделали.
— Чудно, — не унимался Перкинс. — Старый Фредсон сказал бы, что попахивает проклятым коммунизмом.
— Старому Бобу надо бы пореже открывать рот, а то многие сказали бы, что попахивает гнильем, которое у него вместо мозгов. Какой коммунизм? Твоему Фредсону как будто кто-то лично свой бизнес иметь запретил… И строем они там в Юреке не ходят.
— Босс, — Джонатан заговорил тише, — а та тварь…
— Не знаю! — резковато ответил Олаф. — И знать не хочу! И вообще, не вспоминай об этом.
— Окей, просто странно как-то. Куда ни плюнь, попадешь в общественную собственность. Да и этот запрет на продажу акций… Раньше ими торговали, как люди говорят, а сейчас это какой-то сертификат участника, честное слово!
— Джо, тут все просто. После той атомной заварухи люди, едва отстроив первые купола, испугались, что некий ушлый малый скупит на корню их право дышать. Сам же знаешь, если рынок не держать в узде, то ты еще не дойдешь до лавки мясника, а там уже дважды перепродадут твой ливер.
— Босс, извини, конечно, — Джо ухмыльнулся, — но ты говоришь как русские по радио.
— А ты меньше слушай такое радио.
— Так все же слушают…
— Но все помалкивают! Забыл, как федералы лет десять назад оттащили выгруженный русскими на мелководье контейнер с лекарствами обратно в море и там утопили?! Или это были какие-то другие федералы? — Тиллерсон многозначительно понизил голос.
— Помню такое. А зачем? Бесплатно же?
— Боялись чего-то. Или политические мотивы у ребят были.
— Да? А откуда известно, что там были лекарства?
— Не задавай глупых вопросов. Особенно про кровезаменитель. Он, кстати, еще до войны в Америке запрещен к ввозу был.
Дорога шла серой лентой. Изредка встречающиеся табло на перекидных элементах показывали кроме температуры уровень радиации. Работали от ветра и атмосферных температурных перепадов, Олаф с трудом представлял подробности.
В стороне пролетел биплан с закрытой кабиной. Небось, движок на «муншайн» переделан. Алкогольно-воздушный патруль.
Мысли Олафа возвращались к той самой мутантке Джудит. Ну, Джо! Дьявол тебя, что ли, за язык тянул? Теперь вот попробуй выгони из головы эту дохлую кролодевку. У сучки на плече была русская нашивка с перевернутой красной звездой. И большие буквы: «B» и еще какая-то, на греческую «Пи» похожая. Полуактивный экзоскелет. Оружие. Армейский бронежилет. Кто она, эта красивая уродина? Почему при взгляде на полудохлую коммуносатанистку, если судить по эмблемам, вдруг вспоминались ангелы Господни? Ее взгляд добирался до души, а вот скользящий взор того другого мутанта ощущался холодным червяком внутри мозга. И ведь все, как бараны, разбежались по сторонам, пока мерзость эвакуировали на вертолете. Одна только безбожная русская шла в свою последнюю атаку. Да не, нихрена она не русская. Тварь должна была быть американкой. Обязана.
«Что теперь гадать?» — решил Тиллерсон. Мутантка умерла. Зачем-то подключила башку к компьютеру и умерла. Зая, тебя не пустят в Рай. Так и будешь стоять у Врат Небесных со своей русской винтовкой наперевес. И с выдвинутым штыком. И крылья твои будут цвета пепла.
Ехать было недалеко. «Сто первая» струилась между брошенных городков и прочих нежилых местечек, но кое-где, назло Апокалипсису, сверкали стеклом купола. А где-то и лес заново вырос. Не тот лес, массивы которого тянутся на восток и юго-восток. Там теперь творилось что-то страшное. Нет, не огромные мутанты-людоеды, не затерянные в глухомани обезумевшие сектанты, не сам дьявол с вилами в одной руке и огромным «косяком» в другой. Просто лес. Почти всегда туманный, радиоактивный и чуждый человеку. Инопланетный какой-то. Пустой до жути. Стылый. Говорят, что люди там сходят с ума максимум за неделю, после чего творят разные глупости. Например, снимают маску. Еще ходили слухи о каких-то грибных колониях-зарослях, где можно подцепить нечто интересное, но неизлечимое. Да какой только ереси не говорили! И прыгающие камни у них там, и призрачные олени с человеческими лицами, и даже ведьма из Блэр верхом на атомном пылесосе. Сам Олаф склонялся к мысли о плохой очистке самогона.
Показались купола Юреки. Местные говорили «Юрика», но Тиллерсон считал, что может позволить себе незначительные отступления от общепринятого прочтения. У американцев это вообще в крови, позволять себе чуточку больше, чем готовы простить другим. Или нет? Что гадать, если пейзаж за окном машины намекает на, как минимум, частичную вину Штатов в случившемся три десятка лет назад.
Городок начался постепенно и пупырчато. Заглубленные по типу землянок хозяйственные постройки и такие же, но со стеклянными крышами жилые дома. Пластиковые коридоры над улицами. Проблему герметизации решили по-американски, то есть не решали вообще. Создали избыточное давление и закрыли торцы ленточными завесами, чтоб хоть как-то воздух тормозить. Напор создавался круглосуточно, раз уж ветряков полно.
Постепенно куполов и земляных крыш становилось все больше, как прыщей у подростка, а потом огромными мыльными пузырями взметнулся сам город. Пост полиции был все там же, у кладбища Оушен Вью. Говорят, площадь места скорби увеличилась за последние десятилетия чуть не в трое. Слева блеснула вода. Аэропорт Самоа Филд пострадал во время Катастрофы довольно сильно, кто-то, скорей всего, китайцы, запулил по нему крылатой ракетой с бомбардировщика. Собственно, чуть все не закричали «эврика!», когда кипящая вода из залива выплеснулась кольцом почти со скоростью пули. На кой черт надо было сжигать прилегающие к аэропорту постройки, никто не мог сказать.
Тиллерсон вел машину дальше. Пролетел мимо окон Бакспорт, потом Парк Форт Гумбольдт, дорога постепенно уходила вправо. С шорохом пластиковой «занавески» началась закрытая часть, замелькали светильники. Иногда приходилось притормаживать у перекрестков, двигаясь осторожно, чтобы не порвать свисающие со специальных арочных ферм плотные скользкие прозрачные ленты. Ехать было довольно прилично по городским меркам, «Красный лев» располагался на другом краю Юреки. Отель, бывший когда-то госпиталем и штабом чрезвычайного комитета. Когда машина вылетала на открытый участок, было видно, что вместо новых куполов теперь строят ажурные обтекаемые здания. Милая сердцу и понятная уму индивидуальная застройка исчезала. Нет, внутри это было что-то вроде тех же домов, но «вмонтированных» в структуру постройки. Общая канализация, единая система энергоснабжения, ступенчатое расположение жилых помещений, чтоб никто не ходил «по головам» у соседей. Ничего общего с теми муравейниками, где апартаменты разделены фанерной стенкой. «Но ведь так не везде!» — одернул себя Олаф. Городу просто повезло, что на него ничего не уронили. А тот же Фриско получил свое так, что до сих пор завалы не разобрали. Прошедший через пригород огненный торнадо на лету сжигал те щепки, в которые он разбивал дома. Центр же просто исчез, став мутными стеклянными холмами. Остовы автомобилей истончались до толщины обертки от шоколада и похоже, по-оберточному, комкались от жара…
— Джо, ты чем там шуршишь?
— Шоколадкой, босс. Хотите?
— Откажусь. Да и тебе не советую, — Тиллерсон сбросил скорость, чтоб не пропустить нужный «рукав». — Приедем в отель, там поужинаем как подобает.
— Босс, а зачем мы поперлись-то? Только договориться насчет топлива?
— Да мне встретиться надо кое с кем.
***
— Добрый день! Джуди, гляжу, всем отписалась? — Ник тщательно и тщетно скрывал за улыбкой-ухмылкой вялость и одышку. — Ох, ты ж! Николас? — миссис Хоппс наставила палец на лиса. — А тебя, офицер, гляжу, уже давненько выписали? И позвонить не мог? Стью, было, недовольно задергал носом при виде наглой рыжей морды, но получил от благоверной локтем в бок и пробормотал: «Привет». Выбор дочки отец решительно не одобрял. С другой стороны, лучше такая вот естественная регуляция численности, чем тянуть жребий на право забеременеть. Да и родная кровь в полиции семье не помешает. Но неужели нельзя травоядного было выбрать?! Или хоть кого-то не из числа естественных врагов для кроличьих диких предков?! А с другой стороны, кто лучше лиса приглядит за нашей зайкой? Стью вздохнул. Он-то с Бонни еще попал «под волну», иногда ловил себя на мысли, что может не сразу вспомнить, как кого из детей зовут. А Джуди уже прошла «мимо кассы». Нет, если бы она переехала куда-нибудь на другой конец Анималии, то вполне могла бы стать хорошей матерью для незначительного количества детишек, ну, не более пяти-семи. Но не повезло. Да еще Академия эта… Стью поежился, представив, что тренировки могли окончательно сбить зайке гормональный баланс. Запала бы на какую-нибудь соседку по казарме. Пусть уж лучше лис. Обступили бедную Джуди плотно. Ник маячил на «задворках», до сих пор нервно реагируя на обтекающую его подобно волне кучу мелкой милоты. Хорошо, не всех еще притащили. Морковка как-то смеялась, что продолжай кролики плодиться теми же темпами, что их дикие предки, у нее сейчас было бы около трехсот братьев и сестер. Лис тогда охренел, не поверил и спросил: — Уверена? — Ну, чуточку меньше, — разулыбалась Джуди, — например, двести семьдесят пять! Да ну нахуй! Ник бы точно не пережил тот самый первый визит к родителям зайки. Но и так полтора десятка как-то чересчур. Дохерища просто. Кто-то мелкий уцепился за хвост Ника. — Мне не видно мою сестлу Дзуди! — заявило это недоразумение с бантиком промеж ушей. Приклеен он, что ли? А, резинка… Лис вздохнул и поднял мелкую на руки. Или на лапы. До сих пор опасается, что ляпнет не то, не там и не на том языке. — Теперь видно? — Дя-а-а! «Нет, Ники, для Трептов-парка не пойдет, да и меча у тебя нет!» — решила пошутить Джуди, но едва подавила внезапный тремор. Плохие это шутки. Хуевые, откровенно говоря. Бонни Хоппс ворковала вокруг непутевой дочки, конечно же, заметив трясучку, но списав ее на последствия комы. — Нет, мама, это здешняя лечебная физкультура! — нажаловалась Джуди. — Только вчера унитаз взяла штурмом. — И надругалась над павшей крепостью, — тихонько сказал Ник. Уши у кроликов что надо. Стью недовольно покосился на рыжего шутника, прожевав какой-то ругательный ответ. А может, улыбку прятал. Лис, кстати, был в униформе. Не успел смотаться домой и переодеться? — Как ты, Джу? Нормально? — улыбнулся лис, тщетно пытаясь протиснуться к кровати, не прибегая к дополнительным правам полицейского. — Я же просила меня так не называть! — сделала вид, что рассердилась, Джуди. И осеклась. — Прости, — Ник тоже сделал вид, что раскаивается. — Но все равно, не честно! Почему другим можно? Джуди заметила, что глаза у лиса стали ледяные. Ник тоже помнил, хотя вида не подавал. Впрочем, хорошо, что почти вся семья здесь. Рыжий наверняка попытался бы поднять тему подозрительно одинаковых и детализированных снов, а вот известно ли ему, что тут звук мониторится? — Эти экспериментаторы адовы не появлялись? — спросил лис. — Николас Пиберий Уайлд! Что за выражения при детях? — влезла Бонни Хоппс. — Нет, не появлялись. Даже странно. Линкси спросить? — задумалась Джуди, веселясь по поводу стыдливо опущенных ушей Ника. Мама начинала брать рыжего в оборот. Хорошо, до Зоотопии от Норок далековато, а то бы житья не было. Джуди частенько скучала по родителям, но, блин, позволять матери хозяйничать в их с Ником доме на Миддл-роад не хотелось бы. Хорошо еще стоимость билета на скоростной экспресс не пара центов, а средств на братьев и сестричек Джуди улетает порядком. С другой стороны, отец, приехав не на один вечер скомканного кредитного новоселья, а с возможностью пошариться по городу, увидел бы, что за парочки обитают на этой улице. Может, и к выбору Джуди поостыл бы. А обитало рядом совсем разное. Забавно, но при упоминании геев соседи морщились. То, что сами «натуралы» разновидовые, их не смущало. Но не Джуди и Нику заострять на этом внимание. Чья бы корова… Кстати, интересно, как Бого отреагирует, если запустить эту поговорку в Департаменте? Вопросы задавали наперебой. И как Джуди себя чувствует, и когда выпишут, и сколько еще дадут отдохнуть перед работой… На тумбочку взгромоздили самодельную открытку из альбомного листа: схематичные кролики, шарики, цветы и стилизованные морковки. Малыши подпрыгивали, вертелись и пытались обязательно потрогать старшую сестру, напрочь оттеснив родителей и обтекая напуганного лиса, по колено, а то и по пояс вязнущего в кроличьей милоте. Ник, наконец-то, продавил себе путь сквозь эту кипящую ушастую кучу. Мелкую посадил на край кровати. Опустился на колено. Хвост тут же атаковали, но лис не обратил внимания. Джуди, его глупая зайка, обняла лиса и не хотела отпускать. — Ник… Ники… Живой! Живой! А я… А там… Приснилось, — шептала зайка. — Фрагменты, — выдохнул лис. — Помню. — Молчи, не говори ничего, — продолжала плакать Джуди. Незачем уточнять, помнит ли лис фрагменты произошедшего, или он это про осколки? Хотя, правильнее было бы сказать «убойные элементы». И лис промолчал. В лапку Джуди, когда она все-таки отпустила лиса, ткнулся клочок бумаги. Клочок Джуди зажала между пальцами, мысленно возблагодарив Сьюзан Грейтейл за занятия по восстановлению двигательных функций и инструктора за похожий на лекции инструктаж в полиции по фокусам драг-дилеров. Записка жгла лапку, но выручила медсестра. Сегодня опять была Корнетто. Копытная процокала своими антискользящими наклейками на копытах по полу. Зае вдруг пришло в голову, что эта коза как-нибудь порвет себе связки в ноге с подобной обувкой. Впрочем, это были проблемы Корнетто. Интересно, почему при упоминании лани в голову лезет какой-то страшный скоростной геликоптер? И при чем тут крокодилы? — Время посещения заканчивается, — сказала мысленно обозванная козой лань. — У-у-у!!! — заголосила мелочь. — Дети! Дети! — Бонни Хоппс напустила строгости в голос. — Вы слышали, что вам сказали! Или кому там уши мыть надо? Уши мыть малышня не хотела. Напоследок, уже родители разводили сырость вокруг Морковки. Ник тактично не вслушивался. Целовать Джуди тоже не стал, покосившись на Стью. Сделал вид. Джуди хихикнула и подмигнула. — Дом-то еще не развалился, Ники? — Стоит себе, — подыграл лис. — Я даже рискнул и переночевал в нем пару раз. — Пару? Это пока я тут валяюсь, ты тоже где-то… валяешься??? — зарычала Джуди на Ника. Вот умеет лис выбешивать свою зайку. Да он всех умеет выбешивать. Гад рыжий. Но зато слабость как-то отступила из-за выброса адреналина. Спасибо, Ники! — Повелась? — ухмыльнулся лис. — Конечно повелась! — серьезно ответила Джуди. — Мне тут волноваться запрещают, а так хочется иногда! — Завсегда пожалуйста! — опять расплылся лис, но чуть не подскочил, когда напарница снова на него рыкнула. Пусть тоже не расслабляется. Родители ушли. Вроде бы, Ник собрался сводить их в кафешку. Пусть проставляется, прохиндей, за то, что не позвонил. А Джуди, счастливо хлюпая носом, смотрела в потолок. Дотянулась до бутылки с водой. Блинская масленица, бумажка эта еще! Не выронить бы! Спрятать под подушку или так и держать? «Зая, если будут спрашивать, говори, что это был сон. Ничего не ври и не выдумывай, просто побольше второстепенных деталей и поменьше главного». Рыжий гад написал это на куске рисовой бумаги пищевым красителем, да еще по-русски. Ох, рискуешь ты, Ники! Прочитав записку под одеялом при свете экрана телефона, на котором Джуди для маскировки зашла на какой-то похабный сайт по проблемам межвидового секса, зайка ее просто съела. Положила в рот и подождала, пока растворится. Ну, Уайлд, тебе только наркотой на улицах торговать, конспиратор недоделанный!***
» Ник, меня переводят в обычную палату, купи мне халат и пижаму, M. Не хочу ходить в больничном. « А тебе разрешат? И что за М? » Лис, ты в своем уме? Купи как на себя, но на размер меньше! « ОК » Рыжий, если ты додумаешься купить мне мужской вариант… « Зай, а как я женское мерить буду? Тем более, тебе и мужское идет. » РРРРРР!!! « ;о) » Гад! Все равно целую! ==:-****
— Джеки, тут такое дело… Мне нужен камуфляжный костюм. — Олаф, у тебя ж был такой? — Нет, мне нужен защитный костюм. Не пластиковый мешок, а реальный костюм. Но камуфляжный. — Собрался поискать того мутанта, которого ребята видели недалеко от аэропорта Ниланд? — Твои ребята видели кино производства «Муншайн Пикчерз». А я пью редко, мало и только проверенное. — Олаф, сдается мне, ты задумал что-то не совсем законное. — Джек, ты меня знаешь. Если то, что я задумал, и не по законам штата, то по Божьим законам точно. Ну, в моей интерпретации. — Да, мистер Тиллерсон, я вас хорошо знаю. Возьму стандартный костюм и перекрашу. Пожелания к варианту камуфляжа есть? И, кстати, это обойдется в двести «серебряных». — Хорошо. И двести это не тридцать, что бы ты ни думал. А камуфляж… Бери лесной. — Сделаем. Нет, Олаф, заплатишь потом. Кстати, ты у нас надолго? — Завтра возвращаюсь, если все пройдет как надо. — М-м-м… Через неделю устроит? — Отлично. — Олаф, это не мое дело, так что, можешь не отвечать, но… Зачем тебе такой костюм? — Просто так. Предчувствие.***
В отеле Олаф осмотрел планшет. Здоровый ящик, нечего сказать. Вот эти кабели, скорей всего, уже никому не пригодятся, ими тварь башку к этому гробу подключала. А вот питающий. И вилка удачно снимается. Русский Тиллерсон не знал, но надписи «~ 80...250 В» и «50...400 Гц» были понятны и без переводчика. Олаф мысленно скрестил пальцы и сунул жилы кабеля в розетку. Ничего не произошло, если не считать помигавшего и ровно загоревшегося красного индикатора. Питание включалось тумблером с соответствующим значком. Тиллерсон ожидал, что устройство окажется запароленным, и примерно так оно и было. Плюс этот русский, реально ничего не понять. Но в основное меню компьютер пускал, хотя и без результата: почти все пункты или не были активны или выдавали одно и то же нечитаемое сообщение. А потом замигал значок со стилизованной «птичьей лапкой» антенны. Олаф еще успел подумать, что вот сейчас как сработает какой-нибудь самоликвидатор… Но открылось окно с текстом и русской клавиатурой. Текст был, что характерно, на английском. # НАЗОВИТЕ СВОЕ ИМЯ. Олаф попытался, но эти русские буквы… Ситуацию исправили с той стороны. # ПЕРЕКЛЮЧЕНИЕ РАСКЛАДКИ КЛАВИАТУРЫ ПРОИЗВОДИТСЯ КЛАВИШЕЙ РЯДОМ С ПРОБЕЛОМ. ИСПОЛЬЗУЙТЕ СТИЛУС. СПРАВА СВЕРХУ НА КОРПУСЕ ИМЕЕТСЯ ГНЕЗДО. Стилус был. Старомодная конструкция навроде светового пера. И провод в резиноподобной изоляции, фиксирующийся после разматывания. > Олаф Тиллерсон. Олаф не любил, когда для сообщений использовался только один регистр. Без заглавных букв текст казался неряшливым, а нафигаченный только большими — создавал впечатление, что на тебя орут. # ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВЫ ИСПОЛЬЗУЕТЕ КОМПЬЮТЕР, ПРИНАДЛЕЖАЩИЙ СТАРШЕМУ СЕРЖАНТУ ВОЕННОЙ ПОЛИЦИИ РФ ХОППС. > Как выглядел сержант Хоппс? Вопрос был дурным только на первый взгляд. Тиллерсон расставлял точки над «i». Кто-то прошел по коридору, заставив человека у планшета занервничать. Несколько параноидально, особенно в городе, где поголовно слушают русские станции и имеют долю в коллективной собственности, но верблюда, как говорят арабы, все равно надо привязывать. # ГИБРИДНЫЙ ОРГАНИЗМ. ЧЕЛОВЕК С ЧЕРТАМИ КРОЛИКА. ПОЛ ЖЕНСКИЙ. > Сержант Хоппс мертва. # НАЗОВИТЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА СМЕРТИ. > KIA. Это не было правдой в том смысле, что мутантка умерла позднее, зачем-то приконнектившись к этому ящику, но Олаф бы и на Страшном Суде, упрямо сжав кулаки, твердил бы, что тварь убита в бою. KIA. И не надо тут цепляться к словам, у химеры наверняка все внутренности были разнесены до состояния «рагу из кролика», жила только на силе воли и наркотиках. «И на ненависти», — подумал Олаф. # НАЗОВИТЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА СМЕРТИ В БОЮ. > Ранения при пробитии брони. Предположительно, травмы внутренних органов. Потеря крови. Шок. # ВЫ БЫЛИ СВИДЕТЕЛЕМ ПОЛУЧЕНИЯ РАНЕНИЙ? > Нет. Вероятно, сержант Хоппс получила ранения при попытке не допустить эвакуацию сотрудниками частной военной компании неизвестного живого объекта. В этот раз пауза затянулась. # ПРИ ОБНАРУЖЕНИИ ПОДОБНОГО ОБЪЕКТА НАСТОЯТЕЛЬНО РЕКОМЕНДУЕМ ПРИНЯТЬ ВСЕ МЕРЫ ДЛЯ ЕГО ДИСТАНЦИОННОГО ФИЗИЧЕСКОГО УСТРАНЕНИЯ. ПОПЫТКИ ВСТУПИТЬ С ОБЪЕКТОМ В КОНТАКТ НЕСУТ СМЕРТЕЛЬНУЮ ОПАСНОСТЬ. > Принято. Я могу оставить компьютер себе? # РАЗБЛОКИРОВАНИЕ БУДЕТ ПРОИЗВЕДЕНО ПОСЛЕ УНИЧТОЖЕНИЯ ВОЗМОЖНЫХ СЕКРЕТНЫХ ДАННЫХ И ПЕРЕЗАГРУЗКИ… Планшет мигнул экраном и завис. Тиллерсон уже хотел его выключить, но ящик мигнул еще раз и перезагрузился. В этот раз интерфейс был на английском и даже почти без стилистических ошибок. А вот кое-какие личные данные удалить забыли или не посчитали нужным. Заметки на русском и весьма странном английском диалекте, лишь немногим понятнее того русского, фотки, какие-то справочные документы. На фотографиях не очень хорошего качества были русские дирижабли, солдаты, иногда попадались какие-то одетые в разное шмотье мутанты, напоминающие тех, кому не посчастливилось появиться на свет у зараженных этим жутким вирусом родителей. Были и другие, в добротной фабричной или сделанной на заказ одежде, частенько в униформе или защитных костюмах. Девица, почему-то похожая на мышь, как ни странно такое. Или вот еще непонятного из-за особенностей экрана цвета ехидно улыбающийся фурри-монстр. Напоминает лису и белку. Даже хвост есть. Монстр явно разумный, судя по тому, как он держит уже виденную Тиллерсоном русскую полицейскую винтовку. Окончательно добил найденный в недрах планшета музыкальный трек. Там разные были, но тут на Тиллерсона повеяло чем-то старым, не просто довоенным, а древним-древним… Трек назывался «Umbraya Erze» и, как врали метаданные, был записан после Катастрофы. Распевное музыкальное шаманство еще с тех времен, когда историческая родина Олафа с трудом и кровью решалась принять христианство. «Почему?» — спросил Тиллерсон сам себя. Почему богопротивная химера с сатанинской звездой на нарукавной нашивке казалась большей христианкой, чем многие из называющих себя так, если верить опыту Олафа? Почему строго одетые, как полагается коммунистическим шпионам из старых фильмов, русские кажутся настоящими людьми, несмотря на странный разрез глаз, форму ушей и нечто звериное в облике. Вот только не бывает таких разумных зверей. Тиллерсон выключил этот ужасный компьютер. Хватит. Наваждение какое-то. Он человек и протестант, а не… …Зайка, почему так страшно от мысли, что у Врат Рая будешь стоять именно ты? С русской винтовкой в окровавленных руках и пепельными крыльями за спиной? Включенный телевизор не успокоил и не отвлек. Огромный даже по старым добрым временам экран на массивной тумбе со скошенными углами. Проекционный двукадровый. Первый кадр — бэкграунд, задник. Второй — все остальное. Результатом была квазиобъемная картинка, как в детской книжке-раскладушке. Рисовалось это на самом экране или на чуточку отстоящей пластине оптического затвора. Вот и сейчас плоская в смысле изображения дикторша двигалась некой волшебной картонкой в дюймах от стены студии, рассказывая последние новости. Вроде бы, уже начинали выпуск четырехкадровых телевизоров, там обещали почти настоящий объем, но в гостиничном номере была старая модель. А посмотреть на движущиеся чуточку отдельно от тела сиськи дикторши было бы потешно. «Россия официально заявила о возобновлении программы пилотируемых полетов». Олаф слушал вполуха. «В штате Калифорния патрульный самолет обнаружил уходящий с высокой скоростью от границы территориальных вод Соединенных Штатов надводный объект. Эксперты считают, что это русский корабль, сделанный по технологии «крыло-в-земле», в связи с чем...» Ага, вы еще протест заявите. Олаф хмыкнул. «Отдел по связям с общественностью призывает не верить постоянно повторяющимся сообщениям о каких-то «Черных», якобы способных к контролю разума, и считает это...» Расизмом, ага еще раз. Особенно, если этот Отдел никогда не видел фоток с одного интересного планшета. Ебать, да у них в этой России вполне можно найти место, где количество жителей лишь немного превышает количество новых не то, что рас, а вообще человеческих видов! Ерничание, как Олаф и сам знал, было защитным механизмом. Ледяной холод последнего выбора уже схватил за душу. Черные. Зайка не врала и не бредила от того, что вокруг валялись пеналы от пилюль и пустая туба с иглой. «Сучка, что ж ты не справилась-то?» — с тоской подумал человек. Напиться бы в дымину на пару с Джонатаном, но нельзя. Или, наоборот, надо? Доделывать работу русского кролика-мутанта не хотелось. В здравом уме на такое не подписываются. Да брось, Олаф, не лги хоть самому себе. К этому и шло с того момента, как ты забрал планшет. И пистолет. Длинный уродливый пистолет с емкой обоймой и автоматическим огнем. «А теперь о радиационном фоне и погоде...» — Грядет буря, — подмигнул радостно улыбающейся дикторше Олаф Тиллерсон.
