Куда приводят разговоры
20 ноября 2018 г., 22:24
— Я думал, у этой штуки будут лодочные обводы, а вы зачем-то бульб прилепили, — сказал лев, — как у тяжелого сухогруза.
— Мореходность, — пожал плечами зебра в полосатом свитере. — Для безопасности.
Было прохладно, особенно для саванных обитателей, лев даже застегнул плащ. Поднимать воротник счел излишним, ибо грива. И старался поменьше смотреть на зебру, так как полосатое на полосатом резало глаз и перемещало куски мозга один относительно другого. «Еще какого-нибудь енота с полосатым хвостом сверху посадить, чтоб уж совсем», — подумал Лайонхарт.
— И как тогда ваш пароход взлетает? Ему на глиссирование выходить не надо?
— Надо. Пришлось использовать выдвижные подводные крылья и отклоняемые поверхности в качестве редана.
Гидроплан тем временем отшвартовался. Оказывается, у прототипа были еще и закрываемые створками поперечные гребные винты в сквозных каналах, как у паромов. Леодор решил, что некоторые звери готовы на что угодно, лишь бы нормальные обводы не считать. Вот и получается не плавающий самолет, а летающий пароход.
— Может, стоило бы прокатиться? — кивнул мэр Зоотопии на отходящий бочком от пирса аппарат. Напоминала машина каких-то довольно редких даже на фоне обычного пернатого минимализма и оттого охраняемых птиц.
— Испытательный полет! Никаких посторонних на борту! — возмутился зебра.
— Боитесь, что агрегат развалится в воздухе? — хмыкнул лев, осторожно покосившись на полосатое нечто с явным психотропным эффектом.
— Нет, что вы! Я же каждый винтик! Своими вот этими вот…
— Ногами… — подсказал лев.
Полосатый копытный что-то пробурчал и демонстративно стал смотреть на разворачивающийся гидроплан.
Наконец, движки прогрелись, упругий рокот оппозитных цилиндров в газогенераторах заглушился шипящим воем компрессора и переливчатым пульсирующим ревом многолопастной крыльчатки на входе каждого из двух движков. Пахнущий газолином и лигроином синеватый прозрачный дым ударил струями, растрепав льву гриву. Зебра придержал брезентовую рыбацкую шляпу. Аэроплан бодренько побежал от берега, пару раз попробовал вытянуть подводную часть носа наружу, наконец-то утвердился на подводных крыльях и пошел вспахивать волны реданом. И вдруг как-то взял и полетел, выдавив из двигателей прозрачное малиновое пламя.
— Красивый, — сказал Лайонхарт.
— Еще бы! — снова буркнул обиженный полосатый, кивнув самому себе в тот момент, когда у двигателей пропали огненные языки форсированного режима.
А лев думал. До сих пор не слишком большая мобильность населения Анималии была стране на руку. Звери разных форм и размеров чувствовали себя спокойней, если рядом не шатались другие виды, да и возникало ощущение, что живешь на своей земле. Но время требовало кидать на очередную задачу странные команды, где травоядный работал бок о бок с хищником или всеядным, да еще сильно отличающимся по росту. А намешивать в устойчивые анклавы чужаков не хотелось. Самолеты могли частично решить проблему, сокращая время в дороге с суток до часов. Прилетел, отработал, улетел. И нигде не болтался в ожидании поезда. Жаль, берег нужен. Впихивать в гидроплан какие-то колеса, как на военных моделях, означало совсем другие требования к несущей конструкции и ограничения на полезный груз.
Металлическая птица тем временем развернулась, ослепительно блеснув на солнце крылом с заметной стреловидностью. Пару кругов еще и на посадку.
— Интересно, в верхние широты, где зима со снегом и льдом, такие штуки смогут летать?
— На незамерзающие водоемы, — ответили со стороны.
— Я так и думал, — немного разочарованно сказал Леодор. — Что ж, теперь осталось самое сложное: правильно сэкономить на инфраструктуре.
Размазанной по крупным островам и побережью континента Анималии повезло хотя бы в этом. Порты были много где. И не дощатый настил на вбитых в дно бревнах, а полноценные причалы. Это радовало, ведь предварительная смета на ангары для «сухопутных» летающих машин ужасала.
Гидроплан тем временем нарезал все полагающиеся круги, растопырил все нужные для посадки и незнакомые льву вещи и плавно притерся к воде. Леодору показалось, что вода под округлой плюхой на днище машины проминается, словно там образуется какая-то упругая воздушная прослойка. Касание плоским «рыбьим» хвостом и реданом, брызги закручиваются в жгуты. Какое-то время аппарат еще шел на подводных крыльях, но потом скорость упала, и паромно-танкерный нос плюхнулся в воду, обдав волной застекленную как на бомбардировщиках штурманскую кабину. Лев заметил, как водяную пыль засосало в двигатель. Но, похоже, моторы такого не боялись.
Отвлекла еще одна зебра. То ли жена, то ли сестра обиженного полосатика. Льву эти копытные казались все на одно лицо. Что уж они там собирались обсуждать, мэру было все равно, ему важен результат, а не технические детали. Во всяком случае, пока эти детали не оборачиваются финансовыми и материальными потерями в масштабах мегаполиса. Тем не менее, повел ухом и прислушался. Это ведь не только для мэра важно. Просто почаще прислушиваться.
— Зои, что у тебя?
— Да опять это говно забулькало. Типа, рыба подохнет, хищникам жрать будет нечего. Экология, то-се… Короче, хотят запретить.
— С какого?.. Она ж, — собеседник льва кивнул в сторону швартующегося гидроплана, — чище спортивной моторной лодки получилась? Кто воду-то мутит?
— Какое-то «Общество социального неравнодушия», — Зои раздраженно фыркнула и мотнула метелкой хвоста. Притопнула высоким ботинком, раскрашенным под натуральное копыто зебры.
— Что еще за общество? Откуда…
— Как из-под земли. Зарегистрированы меньше недели назад, — подошедшая зебра снова фыркнула. — В учредителях какие-то Ратай и Корнуэлл. Через «си», как в слове «кукуруза».
— Сука, мыши, что ль?
— Выясним. Ладно, Берт, я пойду. Развлекай мэра дальше.
***
— О как, ебаная грива! — медоед глянул в пиликнувший планшет. Немного подумал и открыл чат. Белки сейчас уже спят или еще активны? Да какая разница?! > Рики, спишь там? > Или дрочишь? < Ноуп. :-) Что случилось? > Шеф задачу скинул. Надо «пробить» какое-то «Общество социального неравнодушия» по базам. Сводку — шефу. Желательно уже завтра. < Сам-то что? > Сам тоже займусь. Но ты же грызун, может, найдешь что, чего мы не видим. < Ок. Но я белка. Сам знаешь, какие у нас отношения со всякими мышами и хомяками. > Да у вас вообще со всеми такие отношения… < Иди свой мед ешь, умник. > Лол! :-)***
На Самоа Филд дул ветер. Как обычно. Уткнувшись противогазами, а иначе было препогано слышно, разговаривали двое. Третий стоял в стороне, поглядывая вокруг. — Мне вас порекомендовал Дэн. Вежливый кивок. — То же самое, — ответили из-под резины и прозрачного пластика. — Дэн сказал, что вы, мистер, надежный человек. — Ладно, тогда к делу, — Олаф шумно выдохнул из-под маски. — Мне надо будет слетать в Динсмор. — Почему не съездить? — Газолин нынче дорог. А на батареях я встряну как раз посреди дороги. Мне же надо будет к определенному времени. — Просто в Динсмор? — По дороге я бы хотел посмотреть на скалы. Северо-западнее Динсмора, — честно сказал Тиллерсон. — Посмотреть? — Посмотреть. Пролететь и все. — Что-то надеетесь отыскать? — собеседник Тиллерсона тоже шумно усмехнулся через клапан противогаза. — Впрочем, не мое дело. — Надеюсь не отыскать. Но надежда слабая. — Хорошо. Когда летим? — Как договорюсь. И не волнуйтесь, не «снежок» потащу. — Дэн говорил, что такого можно не опасаться… Тогда во вторник и среду я тут, в субботу в первую половину дня буду в Ниланде. В иные дни просьба меня не искать. — Хорошо, мистер, — Олаф кивнул, — тогда последний вопрос: если полетит еще один человек, сколько груза возьмете? — Фунтов четыреста, не больше. Вон ту кофемолку с тянущим винтом видите? — Вижу. Занятная птичка. Ретро-стиль? — Эта птичка может сесть на поляну в лесу и взлететь с нее же. — Верю, — Олафу гирокоптер понравился. — Сто пятьдесят? — Сто пятьдесят плюс топливо. — Что ест? Газолин? Спиртовые смеси? — у Тиллерсона вполне могло не хватить наличных денег. — Дизель. Только не удивляйтесь. — На растительных маслах полетит? — Запросто. И не волнуйтесь насчет надежности. Вообще, волноваться стоило бы. Непонятный, скорей всего, переделанный автомобильный двигатель, странное топливо, да и сам аппарат как из японского мультфильма. Но птичка была ухоженной, да и брезентовый чехол намекал на заботу. Ладно, посмотрим.***
Телефоны на трассе наконец-то оправдали свое существование. Камеру Олаф закрыл тряпкой, которую возил в багажнике пикапа. А то мало ли, вдруг шустрые ребята из правительства и под противогазом узнают. Мобильник светить на таком разговоре не хотелось. Хотя, если кому-то из агентов будет надо, привяжут примерное местоположение мобилы к карте, да все и выяснят. Тяжелая трубка прогудела несколько раз, и бесплатная минута пошла. — Хэллоу… Александер, ты? — Привет, Ол… старый перец! Тебя и не видно. Что так? — Поговорить бы, но не по телефону. А тряпка от конкурентов. Да и ты свою камеру закрыл, не? — Нет. У меня просто телефон без камеры, — на той стороне провода (скорее, радиоканала, так как даже дорожный телефон был всего лишь крупным корпусом для начинки мобильника) говорили с едва заметным акцентом. — Тебя где найти можно? — спросил Олаф. — Как обычно. А что? — фыркнул в трубке Александер. Или Алехандро, что вернее. Но не по телефону. — Не в курсе, в Динсморе топливо продать можно? Или купить чего? — Расширяешься? — Ну, с Божьей помощью. — А я тебе зачем? — как-то посерьезнел собеседник Олафа. — Я думал, ты знаешь ту кухню. Или каких ребят. Ну, чтоб проблем не было. — Что у тебя за горючка? — Не у меня. У общины. Сотня стандартных бочек растительных масел с присадками. — Сертификат есть? — На био- и радиобезопасность. В бак будешь лить на свой страх и риск. Но моряки не жаловались. Вот и хочу узнать, сколько там просят и предлагают за баррель. Сразу скажу, в Сети светиться не хочу. — Приезжай, поговорим. Пиликнул сигнал. Все, минута истекает. Сейчас телефон заблокирует все вызовы с него минут на пять, кроме номеров экстренных служб. Там не лимитировалось. Ехать не хотелось. Вылетели днем. Утром до Ниланда добраться было можно, но это ж почти ночью надо выезжать, а в Самоа Филд косо смотрели на попытки заправиться левой бурдой, которая обреталась в открытом багажнике пикапа. Закрепили бочку хорошо, Олаф сам проверял, но за находящиеся там же аккумуляторы было страшно. В Ниланде же царила анархия, насколько она вообще возможна на аэродроме. Пока ты отмечался в журналах, не ругался с диспетчером, болтаясь над полем на своей этажерке, или что там у тебя, не пытался сесть поперек полосы и так далее, никто тебе и слова не говорил. У Нормана, как он представился, раз уж играть в конспирацию глупо, оказался арендован сарайчик. Так-то ангар, но… Сарайчик, короче. Гирокоптер выкатили за кургузые крылышки наружу. Олаф нахмурился: — Мистер Норман, не стоит ли залить мое топливо и дать движку поработать на нем? — Не переживайте так, мистер Тиллерсон. Двигатель форкамерный, ест чуть ли не сырую нефть. — Не сбоит? — Если только топливо откровенно разбавлено какой-нибудь мочой, и еще на режиме малого газа с нагрузкой. — А запускается как? — Нормально. Не на Аляску летим, чтоб про это думать, — Норман уже выкатил на тележке специальный электрический насос. — У Вас там какой-нибудь V-образный? — Рядник. Фирма «Камминс», проект «Номад». — Они еще живы? — Они опять живы, включая реанимированный проект прошлого века. Тиллерсон покачал головой. Завелся мотор плохо, но быстренько прочихался и сам стал прогреваться на чуточку повышенных оборотах. Пропеллер, как понял Олаф, подключался не напрямую, а через какой-то хитрый редуктор с управляемой муфтой. Почти пустая бочка была отвезена в «ангар», туда же загнали пикап. Всю рутину подготовки к полету и разговоры с диспетчером Олаф как-то не запомнил. Джонатан глазел по сторонам. Наконец, что-то щелкнуло и стал раскручиваться ротор. Щелкнуло еще раз, двигатель взревел, и недовертолет побежал по полосе. В полете звук стал терпимее. Казалось, что машинка едва движется, но скорость была под сотню миль в час. Легли на курс. Пару раз пиликнул пеленгатор радара, среагировав на аэродромное оборудование. Видимо, датчиков было несколько по периметру машины, раз уж экран пеленгатора был в виде концентрических колец из светодиодов. Тиллерсон не знал, насколько это законно, да и знать не хотел. А вот Перкинс хмыкнул, видимо, что-то подумав по аналогии с автомобильными радар-детекторами в некоторых штатах.***
— Олаф, вы там спите? — А? — Тиллерсон спросонья додумал, что вопрос имел неприличное продолжение про занятие рукоблудием. — Что-то случилось? — Динсмор скоро случится. И, кстати, вот ваши скалы. — Возьми севернее, вон туда. — Сейчас, — Норман скупыми движениями ручки и педалей взял новый курс. Олаф достал бинокль. Долго смотрел то на один борт, то на другой. Постоянно возвращался к разглядыванию какой-то странной неогороженной площадки. Как будто строить что собрались, но даже забор еще не поставили. А вон и бульдозер. Еще какая-то техника. И бетонный не то блокгауз, не то еще какая будка. — О-ла-ла! — сказал Норман, собиравшийся предложить облететь несколько раз по кругу полюбившуюся Тиллерсону проплешину со снятым грунтом. Радар-детектор помигивал светодиодами. Потом загорелся целый сектор и писк сменился трелью. — Не юли, иди прямо! — поскорее сказал, если не крикнул, Олаф. — Просто держи курс! Он еще раз всмотрелся через бинокль и с чувством богохульно выругался. — Что там?! — одновременно спросили Джонатан и пилот. — Дерьмо какое-то. Кто-то взгромоздил на армейскую патрульную машину кусок русского «Геккона», — Олаф сунул бинокль Джонатану. — Ничего не вижу… А! Босс, вы про тот бронированный автобус с башней? — С какой башней? — на мгновение обернулся Норман. — Впереди плоская тарелка с откусанными краями, а по бокам длинные наклонные коробки. — Что за «Геккон»? Радар? А то вы так говорите, будто это ракетная установка, — пилот начал что-то припоминать из разных второсортных фильмов. — Она и есть, — сказал Тиллерсон. — Если не ошибаюсь, тепловые ракеты. Непонятно только, зачем им в этом случае радар. — Тут русские? — удивился и возмутился Перкинс. — Конечно! Русский шпион из Кей-Джи-Би пронес ракетную установку в кармане ботинка! Вместе с балалайкой, медведем и тремя бутылками водки! — Олаф фыркнул. — Джо, не глупи! Это просто кто-то очень хочет, чтоб в случае чего тут бегали свои люди и искали злых Иванов. Или делали вид. А полицию и на милю кое-куда не подпускали. Пока Джонатан и Норман переваривали версию, детектор перестал пищать. Довернули к Динсмору. — Тут есть место, чтоб сесть и взлететь по-тихому? — спросил Тиллерсон. — Есть парочка. Летим туда? — Нет, идем в аэропорт. Там делаем, что положено, а заодно договоримся, как и где нас подобрать. Или просто дождаться.***
— Господь милосердный! Где мне их тут искать? — негодовал Олаф. — Знал ведь, что нельзя ему доверять! — Кому? — спросил Джонатан, но его перебили. — Ищете кого-то, парни? Двое. Делают вид, что расслаблены, но некоторое напряжение в позах чувствуется. Маски противогазов какого-то музейного образца, с круглыми «глазами» вместо пластикового забрала. Видать, чтоб рожу не «спалили». Плащи-балахоны поверх защитных костюмов. Понятно, что оружие прячут. — Александер сказал, что тут имеется покупатель на топливо. — Не знаем таких, — местные не наглели, но и на контакт не шли. — Ну хорошо… Хотя, конечно же, ничего хорошего, — Тиллерсон раздраженно махнул рукой. — Алехандро, сукин сын, нетрезвый ты, что ли, был? — А ну стой! — один из местных потянулся к пушке. — Парень, давай-ка мы просто уйдем, а? — Джонатан уже держал умника на прицеле своего итальянского «Рино». — Нам не нужны неприятности. — Он сказал «Алехандро», — несколько обвиняюще пояснил нервный молодчик напарнику и Перкинсу. — И что? Он вам денег должен? — покосился Олаф. — Почти… Ладно, давайте уберем пушки…***
— Топливо. Дизель. Рапс. Санфлауэр. Община «Агри Кола», — отчеканил Олаф. — Двадцать бочек минимум. Не больше ста. — И ты думаешь, мы купим твою бурду? — перед этим латино стояла бутыль, как в дешевых экшн-муви. На публику играют? Понятно же, что в шлюзовых помещениях пить и есть нельзя. Хрена там… Приложился к стакану. — Вот образец, — Тиллерсон скинул рюкзак, расстегнул и достал полиэтиленовую канистру, похожую на те, в которых раньше продавали молоко. Метис изобразил что-то мимикой, и один из молодчиков забрал бутыль. Поставил на верстак в стороне, открыл, налил немного в какую-то жестянку. Поднес дозиметр. — Ничего не понимаю, — малый с дозиметром покачал головой, — надо бы еще проверить. Он подошел к главному и прошептал: — Босс, так не бывает! Прозрачное, хоть в салат лей! Дерьмо, конечно, но сразу не отравишься. — И ты утверждаешь, что вырастил это прямо на земле? — скривился босс. — Естественно! — Олаф даже возмутился. — Специально грунт привозили! На голую гидроизоляцию ведь не посадишь! — Что, прямо так и растет? — Куда оно денется? Под крышей тепло, есть наддув углекислоты, а освещение включаем красное, на светодиодах. — Как марихуану выращиваете! — хохотнул еще один, но босс поморщился, и малый заткнулся. — И сколько хочешь? Тиллерсон назвал цену. Ну да, высоковато. Но меньше было бы себе в убыток. Себе и общине. — Ты понимаешь, что мы это здесь не продадим? Тем более, дизель. Был бы газ… Ага, газолин им подавай. Возможно, низкосортные бензины и можно получить термическим разложением масел, но нагревать-то чем? Тем же топливом? Тиллерсон все это и высказал. Главарь гнул, что дизель нужен перевозчикам, которым вечно надо не очень быстро, но очень далеко, а здесь специфика другая. Они еще немного поспорили, и Олаф махнул рукой: — Согласен, если посоветуете кое-что. А еще лучше, если что-нибудь подгоните. — Алехандро сказал, тебе нужен «баррель»? — латино усмехнулся. — Нефти? Да. Баррель. Ствол. Нет, не нефти. Растительная нефть у нас своя. — Прежде всего, мне нужен совет, — Тиллерсон внимательно посмотрел на эту мексиканскую пародию на итальянских мафиози. Опасную, но пародию. — Слушаю, — босс кивнул, и Олафу принесли стул. — Есть некоторое животное, которое просто до усрачки требуется пристрелить. Считай, что тварь ходит исключительно по заповеднику, куда мне хода нет. Предложи способ. И да, я не собираюсь устраивать теракт. Ни в каком виде. Босс молчал. Довольно долго. Что-то вспомнил, но не сказал. Потом выцедил: — Подманить? — Не вариант. Не пойдет. А пойдет, тогда я, скорей всего, сдохну. — Дистанция? — Миля. Возможно, немного меньше. И я не снайпер. — Парни, — усмехнулся главарь этих бандитов-автомехаников, — принесите-ка те два ящика. Пока ящики несли, Олаф, не показав страха, махнул предложенного пойла. Текила. Через какое-то время в голове и в глазах забегали извилистые черточки, видать, кактусы были «правильные». — Что это? — Американская копия русского «Метиса», — тезка установки наслаждался моментом. — Провод длиной полторы мили, никакой сложной электроники, сделан для спецопераций, чтоб на наших бравых ребят не подумали. Возможно, на одной из них эту штуку и потеряли. — Как пользоваться? — Олаф нахмурился. — Там инструкция есть. Но суть такая: ловишь объект в прицел, стреляешь и продолжаешь целиться, пока эта штука летит. — А вот это? — Китайская копия. Украли идею у русских, которые украли идею нашего «Томагавка», — босс еще раз усмехнулся и сделал глоток. — Сейчас расскажу. Второй экземпляр оказался интереснее. Труба с ракетой крепилась к подобию фоторужья. Ты искал цель, потом нажимал кнопку автоматического зума, и этот адский фотоаппарат быстро делал кучу снимков, гоняя приближение туда-сюда. Пока он их делал, надо было удерживать марку на цели. Потом просто щелкаешь тумблером предохранителя, и «камера Сатаны» сливает в ракету обработанные неведомым способом фотки. И все, можешь стрелять. Ракета в полете через определенные промежутки времени будет сравнивать картинку с собственной камеры с тем, что ты там «наснимал», фотограф хренов. На последних снимках центральная контрастная область каждой картинки будет выбрана как эталон для наведения. Понятно, почему русские не слишком беспокоились по поводу утечки технологий: эта штука запросто потеряла бы подвижный объект, пока долетит до него. Или влепится в похожий, но не тот. «В моем случае похожих объектов не будет», — подумал Олаф и сказал: — Пару вот этих. И топливо заберете по вашей цене. — Э, нет! — босс покачал пальцем. — Скинешь еще треть! — Четверть. — Ладно… По рукам? — По рукам. Трейлер-то с цистерной найдете? Или нам свой к вам сюда гнать? Латино поулыбался и покивал. Оценил шутку, так сказать. — Свой пригоним. — Окей, дня через три будем ждать. «Агри Кола», на карте найдете. Это за Кинг-Салмоном на север. — Да мы в курсе, — устало произнес латино и снова усмехнулся.***
— Босс, а если эти штуки не сработают? — спросил Джонатан. Было темно, четыре купленных фонаря они расставили квадратом. Ждали Нормана на его тарахтелке. — Значит, мы умрем. Джо, я разве зря тебя предупреждал, что это не твоя война? А теперь вот еще и средства общины растратил, из своих сбережений придется компенсировать. — Босс, а где у нас топливо хранится? — На складе, ты же знаешь. — Именно. Я так понимаю, основной объем мы толкнули «Звезде Калифорнии»? — Да. Джонатан, куда ты все клонишь? — не понял Олаф. — Склад герметичен, но грунт там «светится». Я проверял. Дизель у нас в рыбное межсезонье почти не берут, всем газолин подавай. К следующему сезону топливо наберет радиации, хоть и самую чуточку, и эти моряки затребуют его у нас почти даром. Босс, вы только что деньги общине сберегли! — Могли бы и сами спалить в тех же генераторах… — пробурчал Тиллерсон. Звук винта, мотора и шелест ротора они узнали. Норман прилетел. Олаф и Джонатан поднялись, взяли зеленый продолговатый ящик за ручки. Понесли, ругаясь на тяжесть.***
— И что мы имеем? — Да ничего толком, зай, — Ник придирчиво осмотрел форму и повесил в шкаф. — Кое-где набралось нечто познавательное, но программе не хватает узла. А мы, вроде бы, договаривались, чтоб без придумок. — Давай еще немного пособираем, а потом сведем картинки в одну, — Джуди уже начала подумывать, что ее затея с компьютерным поиском тайных злодеев не удалась. — Давай. Кстати, готовить что-то будем или до маркета прошвырнемся? — Прошвырнемся, я думаю. Но я планировала готовить. Что-нибудь быстрое. — Морковный салат? — лис усмехнулся. — Овощное рагу. Тот же салат, но с картофелем, и все сварено. Тебе к этому купим курицу, если я не ошиблась в тот раз насчет упаковки. — Вау! Звучит неплохо, но это долго варится. — Ники, у нас скороварка год как не распакована. Вот и опробуем, — улыбнулась Джуди. — А… Помню, — кивнул лис. — Надеюсь, не взорвемся k yobanoy materi. — Ники!!! Рот с мылом мыть будешь! Такими словами он дома!.. — негодование Джуди усугублялось тем, что она и сама была не без греха в плане выражений, всерьез считая, что это лис ее испортил. — Все, молчу, моя свирепая зайка! — Ник отшучивался, но понимал, что накосячил. — Согласен. Действительно, сначала нецензурно ругаемся, а потом этими лапами хлеб будем есть… — Абакумов? — нехорошо покивала Джуди. — Его присказки. Кстати, не вздумай это переводить на анималийский! — Возможно, — нехорошо блеснул глазами лис, но тут же оправдался переводом темы. — Просто с этим Снарловым… Он, кстати, ляпнул, якобы в шутку, что к шефу какой-то э-э-э… половой член приходил. Пантера. Вот так запросто в кабинет к начальнику Депо. Типа, не по рыжую ли душонку. Там еще Хиггинс и Трампет рядом паслись, ржать начали. — Да? Ник, это они от некоторой служебной ревности, — зая закончила со своей формой и, натягивая уличное, раз уж собирались в маркет, пояснила. — Ты новичок. — Да больше года уж… — Все равно новенький. Пока еще кто-то не придет. Или еще год не минует, — странная рослая крольчиха одно ухо поставила торчком, а второе наклонила вбок. — И они ревнуют. — В смысле? Я на них что, жениться обещал? Не помню такого. — Не дайте добрые духи! — засмеялась Джуди. — Ник, они гиппопотам и слон. Звери большие, обстоятельные и травоядные. А ты хищный проныра, который каким-то образом докапывается до деталей, не видимых с высоты их роста. Впрочем, забей. — Ну, дожили… Еще и бегемоту дорожку перешел… — Ники, лисенок, — Джуди достала футы и Никовы аккуратно кинула лису на его кивок, — ты только «бегемот» не скажи там вслух, ладно? А то и впрямь перейдешь. Это ж… — Знаю, — лис натянул на нижнюю лапу один твердый носок без пятки и передней части и принялся за второй. — На языке древних зебр и антилоп это означает «скотина». — Типа того. Ну, в маркет?***
— Мисс Хоппс? Мистер Уайлд? — Блэквуд чуточку прищурился. По-кошачьи, с намеком. — Чем обязаны? — прохладно спросила Джуди. — Надо поговорить. Обещаю не подкидывать вам ничего противозаконного. — Да ну? — деланно выпучил глаза лис. — Только законное подкинете? — Именно, — леопард не смутился. — Например, темы для размышлений. — Я правильно поняла, что вы собрались завуалированно угрожать нам в нашем же доме? — улыбнулась Джуди той улыбочкой, которую в другой реальности назвали бы «людоедской». — Нет, — пантер покачал головой, — я собирался поговорить и кое-что уточнить. Да, по службе. Значок показывать? — Не надо, мистер… Блэквуд? — вспомнил лис. Черный зверь кивнул. «Везет мне на черных», — подумала Джуди. Она передала свой пакет Нику и открыла дверь. Старомодный замок с длинным пилообразным ключом, который надо было просто с усилием вставить. Кое-где такие до сих пор использовали для технических помещений. Вот только до каких таких пор, если это «кое-где» тоже… неизвестно где? Вошли. Ник остался с «гостем», а Джуди закинула на кухню пакеты и быстро переоделась в домашнее. Потом Ник. Черный леопард, наверно, про себя улыбался этим наивным мерам предосторожности, но береженого бог бережет. Неизвестно, правда, в какой именно ипостаси. Не суть. Глядя на хозяев, Блэквуд тоже пошел и помыл лапы. Вообще, чистоплотность кролика и лиса была на той опасной грани, когда еще немного и это будет считаться психическим расстройством. Правда, некоторая небрежность присутствовала, будто по инструкции действуют. Оба переоделись, на шерстинках у лиса — крохотные капельки воды. Плоховато вытерся. Вечером было немного зябко, поэтому балахонистым ти-ширтам из теплой уютной материи Матиас не удивился. Нейтрально-серые размахайки с такими же серыми штанами чуть ниже колена. Длина и пропорции лап у разных зверей разные, так что, если у Уайлда штаны шли почти до середины голени, то у Хоппс едва закрывали коленный сустав. Но она и сама более ногастая, как того требовала природа. Одинаковое покупали? Даже принты на одежде в едином стиле: какой-то черный знак высокого напряжения, но не в треугольнике, а в круге. Профессионально присмотревшись, леопард разобрал мелкие часто повторяющиеся надписи красивым шрифтом, будто лапой выводили. Одно и то же: «мы ненавидим любовь» и «мы любим ненависть». «Где они эту гадость взяли?» — подумал Блэквуд. Заказать-то можно что угодно, но не до всякой мерзости сам додумаешься. Да и вне дома такое могло бы стать поводом для штрафа. Впрочем, эти двое полицейские, им видней. — Ужинать будете, агент? — с некоторой усталой издевкой спросил лис. — У нас курица есть. Правда, там трески больше половины, но как бы «курица». Минут через двадцать… — Посмотрим. Я тут хотел бы показать вам кое-что, — Матиас улыбнулся, словно извиняясь. — Думаю, аппетит может пострадать даже у хищника. — Что там? Расчлененка? — Джуди надрезала край пакета и разорвала по специальной линии. Раньше бы надкусила, но… Пыль, шифтер, бардак в мозгах. — Да ну вас, мисс, — Блэквуд сделал вид, что обиделся. — Думаю, у вас двоих и на работе такого достаточно. — Редко, — уточнил Ник. — Я рад, — серьезно ответил Блэквуд. — Кстати, может перейдем к общению в менее официальном стиле? Я Матиас. Матиас Блэквуд. — Джудит. Джудит Хоппс, — ответила Джуди, отправляя куски того, что производитель бесстыдно назвал «курицей», в глубокую сковородку. «Я Магда. Я Петра. Я Сьюзан. А я Стэнли». — Ник, порежь овощи, — Джуди открыла горячую воду и сунула лапы под струю. Помогло, трясучка отступила. Вроде, этот Матиас не заметил. — Угу. Джуди уселась напротив леопарда и с некоторым злорадством наблюдала, как натасканному до рефлекторных реакций на всякое разное зверю не по себе, когда кто-то рядом ходит с ножом. — Кофе? — Что? А… не откажусь. Пришлось снова вставать, Ник как раз полез за убранной в шкаф скороваркой. Распаковать — распаковали, а включить хоть раз — лапы не дошли. Пантер сидел ровно, прилепить под стол на жвачку ничего не пытался. Наблюдал. Наверняка, подлец, делал какие-то выводы. — Простите, вы давно вместе? — Год, — ответила Хоппс. — Или два. Как считать. — Да, я понимаю, — леопард кивнул. — И пока мистер Уайлд был в академии… — Николас. Или Ник, — сказал лис. — Если вы про академию, то еще года два с половиной накиньте. Да, мы почти не встречались. Джуди работала, а я учился. Если честно, до сих пор не понимаю, что на нас нашло. Словно ждали оба чего-то. Но вы, Матиас, ведь не про это поговорить пришли? — Да, — Блэквуд осторожно отпил глоток какой-то дряни по верблюжьему рецепту. Жженый сахар, специи, кофейная муть. О Небо, а ведь вкусно! И не скажешь, что в какой-то кастрюльке с ручкой варили. — Я покажу вам одну картинку, — черный зверь достал небольшой планшет или большой смартфон и что-то там залистал. — Вот, скажите, вам ничего не напоминает? Только хрупкие предметы сперва поставьте куда-нибудь. — Кэт, — выдохнула Джуди. — Ники, глянь. — Kat'ka, — сказал лис, сильно смягчив «ти». — Простите, вы сказали «кот»? — переспросил Блэквуд. Где она там кота увидела? Психам в кляксах мерещится разное? А в сгенерированном компьютером мусоре и вовсе такое, что и злым богам не ведомо? — Это сокращение. Ее зовут Кэтрин. Екатерина, — Джуди неприязненно глянула на пантеру. — Довольны? — Фамилия Skobeeva. Читать и писать на рысий манер, — Ник закрыл скороварку и выставил таймер. — Довольны? — Я пока не знаю, — признался Матиас. — Но я понимаю, что вам двоим, возможно, очень неприятно вспоминать про… — Матиас, нам неприятно, что пока мы валялись в коме, Ваша Контора лезла нам в черепушки, — пояснил лис, присаживаясь со стороны, поближе к Джуди. — Научились формировать образы по картам возбуждения зон мозга? — Лезли. Научились распознавать скрываемые эмоции, три раза из пяти, — признался агент. — Мечтаем научиться расшифровывать мыслеобразы. И чтоб без вживляемых электродов и томографа стоимостью как военный аэроплан. «Ну да, — подумала Джуди, — электроды нам не вживляли, а только наклеивали». Но томограф в больничке вполне есть, проверено. — Так откуда тогда взялся этот рисунок? — не надеясь на ответ, спросила Хоппс. Сидела, небрежно облокотившись о стол, одну из своих длинных стоп зацепила за ножку табурета. Матиас в ответ приложил палец к губам. А потом вдруг якобы в шутку спросил: — Что бы вы, Джудит, делали, если б встретили такое существо в Анималии? — Я думаю, это невозможно. — И тем не менее? Ну, тест такой… — Бежала бы, — дернув плечами, сказала Хоппс и, заметив начало кивка леопарда, что называется, прибила агента на месте. — Обниматься. — И я, — вставил лис, но осекся, напоровшись на тяжелый взгляд Джуди. — Только под моим контролем, лис! — С учетом того, что ты тогда… — Ник не договорил. Не надо. Не при чужих. Джуди ухмыльнулась по-лисьи. В принципе, в иных обстоятельствах она б им и потрахаться могла разрешить, но «только под моим контролем, лис!». Или нет. Точно, пусть бы Катька лучше к Матиасу лезла. Представленная картина завораживала. Как Джуди поняла, пантер сначала почти до мокрых штанов боялся портрета Екатерины. Это он теперь попривык. А жаль, что… Никогда. Не. Увидятся. — Почему? — ошарашенно спросил Блэквуд. — Ну, она милая, — синхронно ответили Ник и Джуди. Зашипела скороварка, стравливая избыточное давление. — Десять минут еще, — сказал лис. — Спрашивайте дальше, агент Матиас. У нас сегодня вечер разговоров и офигительных историй. — Хорошо, но, — Матиас убрал планшет, — полагаю, ваша очередь. — Легко! — Джуди щелкнула пальцами, демонстрируя несвойственную всем подряд кроликам моторику. — Итак, кто делал эйрган для Беллвезер? Матиас подумал, что задание он уже почти провалил.
