MP (Эм-Пи)

— Найдут нас, босс, — Джонатан Перкинс дышал тяжело, отчего стекло запотевало быстро сходящим на нет пятном, — и после этого нас точно уже не найдут. — Видишь ли, Джо, — Олаф тоже делал паузы при разговоре, не мальчик уже, тяжело по лесу-то скакать, — они не могут искать в открытую. Им надо будет рыться во всем этом тайно. А каждый лишний день будет играть на нас. Да и трудно кого-то искать, не контактируя с людьми. А там еще вопрос, кто кого первым найдет… — Я бы на их месте проверял и тряс тех, кто приторговывает оружием. Выйдут на наших знакомых покупателей топлива, цапнут кого из их банды, и привет… Им же не дело в суд передавать надо. — Джо, вот скажи, — Тиллерсон остановился, скинул герметичный рюкзак, — сколько лет уже в Америке происходит всякая стрельба с незарегистрированным оружием? Или вообще с запрещенными к обороту образцами? — Да не меньше века! — Перкинс усмехнулся. — И что? Этого стреляющего дерьма стало меньше? — Больше стало, босс. Реально больше, — Джонатан подумал и добавил. — Ну, я так думаю. Как бы, в разных старых книжках какой-нибудь русский RPG это целое происшествие. А сейчас старья из времен до Катастрофы полно. Чуть ли не у бабули какой под кроватью миниган пылью покрывается. — Вот видишь! — Олаф помог Перкинсу снять рюкзак.       У Джонатана в мешке была палатка. Надувалась компрессором. Тихий и не очень экономичный двигатель Стирлинга работал на любой горючке. А еще можно было качать ножным насосом. Особого давления не требовалось, но объем воздуха, который надо продуть через фильтр после накачивания самой конструкции, вгонял в тоску. А продуть палатку надо. Или собираешься дышать нефильтрованным воздухом? Ну-ну. — Тем не менее, регулярно ловят очередного сукиного сына с пушкой, — возразил Джонатан. — И почти никогда не ловят того, кто эту пушку ему продал, — ухмыльнулся Олаф. — И самого урода чаще всего хватают уже после, а не до. А теперь представь, что какой-то придурок поджег нелегальную лабораторию даже не с новым волшебным порошком, а с боевым вирусом для богатого дяди из тех мест, где сохранились джунгли и досаждающие местные племена мутантов. Пойдет такой дядя к копам? — Ни за что! — высказанное Джонатаном «нет пути» удачно подошло к «пойдет». — Но, босс, тут-то как бы не правительство резвилось! — Может быть, — Олаф смотрел, как поднимается надувной каркас. — Но мне кажется, наши ребята обстряпывают свои дела втайне ото всех. А если так, то для наших поисков официально подключить правительственные службы они не смогут. Если только заговор не пролез на самый верх. Но я сомневаюсь, что все настолько плохо. — Верите в Америку, да, босс? — Верю Норману. А он сказал, что видел манерный вертолет в странном месте. И если это так, то почему не армейский «чоппер» на базе с проволокой, забором и блок-постом, а уже «засвеченный» аппарат в какой-то недостроенной дыре? Нет, ребята явно играют в свою собственную игру. А мы им ее немного разнообразим. — Норман опять там болтался? — В Динсмор летал. Не знаю, за какой надобностью. Думаю, специально, чтоб привыкли, что он там порхает туда-сюда. Я ему говорил, что хорошо бы засветиться пару раз, чтоб те ребята с ракетной установкой его «кофемолку» заметили и не думали, что он уже кого-то высадил неподалеку… Но, сам понимаешь, жопу под ракету подставлять дело дурное, — Олаф отсоединил шланг от одного клапана палатки и прицепил к другому.       План держался на соплях. Ни Тиллерсон, ни Перкинс не представляли, как не наследить в таком деле. За то, что их возьмут за разные нежные части тела еще в процессе подготовки, они не опасались. Маньяков и террористов-одиночек в Америке традиционно ловили не до, а после. Впрочем, как и везде. Если, конечно, сейчас где-то за границей еще водятся маньяки. Вот радиация там точно никак не переведется.       У пассивного радара есть преимущество: обычно он видит мощный источник радиоволн, а не отраженные крохи. С другой стороны, не зная, какой именно сигнал используется в твоем диапазоне, будешь обнаруживать его исключительно по уровню мощности на фоне шумов. И совсем уж с третьей стороны, радар на установке предполагался старый, без использования сложных сигналов. Норман как-то объяснял это Тиллерсону, хотя Олаф понял только то, что в момент, когда начнут чуть заметно помигивать не самые крайние светодиоды а уже парочка следующих, гирокоптер еще не видят. По идее. Ну, должно быть так. Твою мать, Бог мой, ну не видят же?!       Поскольку компрессор еще работал и как маломощный генератор, Олаф не стал его выключать, а подсоединил к разъему при помощи переделанного шнура тот самый планшет. — Что ищем, босс? — Джонатан чуть наклонился к экрану, блеснув стеклом противогаза. Костюм у него был попроще, а экзоскелет был получен от Тиллерсона. Олаф боялся, что этот «набор костей» сломается от износа, особенно страшно было за шарниры, но Джонатан парень молодой, полегче Олафа будет. — Смотрю, не появилось ли чего нового…       Сателлит фоткал и сливал все подряд, картинки были с разрешением из сорта «так себе», да и качество оптики не наилучшее, но русские использовали какие-то хитрые поляризационные фильтры или еще что, и на снимках были видны разные интересные разности. В смысле, разности в снимках с фильтром и без. Отлично просматривалось, где на дорогах положили новый асфальт, прерывистыми линиями тянулись линии электропередачи. Вплоть до того, что выделялась новая «ветка» канализации неглубоко под землей, если Олаф правильно понял. Интересующий район спутник зацеплял краем, но Олаф опасался запрашивать съемку в текущий момент. Близко они уже были. Близко.

***

— С чего в патруль двух хищников сунули? — проворчал Ник, хотя и сам знал «с чего». — Коллективный охотничий инстинкт, я думаю, — Боб Джонсон улыбался. — Или психологическое давление на потенциальных преступников. Типа, вот как тут много вооруженных и зубастых плотоядных в брутальной синенькой форме! Всем бояться! — Овца какая-то выдумала, не иначе, — буркнул Уайлд. — Запросто, — лев не стал спорить. — Слушай, Ник… А у тебя с Хоппс все так серьезно? — Я думал, эту тему еще год назад все Депо обмусолило, если не раньше… — Ну, одно дело сплетни, а другое, — Джонсон проводил задумчивым взглядом какого-то умника, что резковато стартовал со светофора на «желто-зеленый», — от тебя услышать. — Так интересно? Как будто у тебя не было опыта с другим видом. — Был, — не стал отрицать лев, — с тигрицей. Но с кроликом… Хотя, Хоппс, конечно, довольно крупная для кролика. В смысле, высокая. — Весьма, — подтвердил Ник. — Так что, невольным педофилом себя не ощущаю.       Признание льва было ни о чем. Лигры из SWAT и пару раз виденный тигон из отдела баллистической экспертизы, как бы, подтверждали. — А ее родители? — Боб задавал вопросы в расслабленной манере, а сам следил за обстановкой. Ник пока так не мог. Впрочем, лев тоже, как подозревал лис, мог не все. — Ну… охренели, что ж еще? Но кроликов много, и отношение к тому, что род продолжат не все, у них спокойное. — У тебя, гляжу, на все имеется рациональное объяснение, — шутливо проворчал лев, покачав лапой руль.       Полицейские машины были в этом плане, то есть размеров лап, продвинуты. По беспроводному защищенному каналу в них могли подгружаться профили служащих, и Ник, поменявшись с Джонсоном местами, просто выбрал бы себя на панели бортового компьютера и получил нужную высоту сиденья, удобное расстояние до руля и подъехавшие к ногам педали. И даже наклон зеркал поменялся бы. Профиль можно было настроить и по месту, но удобно же, когда новая тачка вчера прибывает в гараж, а сегодня уже знает тебя как родного. Лис оглянулся, заодно зацепив взглядом косую сетку в бронестекле. Места для задержанных тоже были «прокачаны». Вся обшивка внутри — металл и какая-то негорючая ткань из тех, что шли на бронежилеты. А то уже был печальный опыт, когда и блюющих нариков и опоек возили, и придурков разных, и бродяг каких-то c блохами… — Боб, а откуда в Зоотопии бродяги? Есть же всякие социальные службы, что и работу найдут, и ночлежку без блох предоставят? — лис вполне понимал, что одно дело маскировать запасную нелегальную нору под мостом, где с момента основания Зоотопии полиции ни разу не было, и другое — в принципе не иметь никакой берлоги. — С чего вдруг был вполне себе приличный зверь, а стал bomzh.       Лев удивленно посмотрел на Ника, получил разъяснения про «без определенного места для проживания на медвежьем» и ответил: — Одичание. Нет, я не про горлодеры. Просто в нас еще силен этот зов природы, что ли…       Боба прервала рация. Сказали передислоцироваться из Даунтауна к Каналам.       Машина коротко взвыла сиреной и тронулась. Лев вел уверенно, но без небрежности. Просто делал это так привычно, как будто водить полицейскую машину сможет и школьник. Вообще, у Джонсона все выходило как-то несерьезно, словно и не лев. Как Ник предполагал, многие шустрики на это покупались. И зря. Еще подумал, что пора начать понемногу наглеть и тоже стартовать с переулков и между припаркованных машин с «люстрой» и воем, чтоб пропускали, а не ждать, мигая поворотником, как полагается. — Что там? — Ничего, просто тыкают конечностью в карту и посылают ближайшую незанятую машину проверить. Сам же слышал. — Угу, — лис поправил ремень, вспоминая, что раньше, вроде бы, полицейские не пристегивались. — Членом они тыкают.       Неудачное время патруля означало напряженный трафик. — Ну вот, — огорчился лев, — теперь будем минут десять только до светофора тащиться. А там еще какие-нибудь уроды «поцелуются», и нам придется с ними разбираться. — Да уж, на подземке и то быстрее выйдет, — Ник ухмыльнулся и спросил. — Боб, а почему мэр в вагончике под землей не катается? Его же детище? — В смысле? — Ну, разве мэру не принадлежит куча акций «ARW» и «ZTA»? — Без понятия, — лев внимательно посмотрел на посигналившего кому-то умника в соседнем ряду, отчего тот стал меньше ростом, только уши и видны, и снова немного подвинул машину. — Подземка вообще не львиная затея. Лайонхарт если и имеет с этого что-то, то как мэр, а не как лев. И вряд ли у него контрольный пакет. Не наша тема. — А чья? — Посмотри в Сети, кто это начал. Там кто угодно может быть, от сурикат до барсуков. — Странно, что у многих видов мысли сошлись, — Ник соврал, он знал, что это не странно. Скорее, обыденно. — Первыми тянуть рельсы в норах придумали крысы, — нехотя сказал Джонсон и замолчал.

***

— О как! С чего бы это? — лис потрогал неслабый замок. Вход на станцию был закрыт решетчатыми сдвижными воротами. — Типа, какие-то проблемы. Чему удивляться, если там миллионный пассажиропоток? — Джонсон не разделял подозрительности Уайлда. — Что-то да сломается. — Схему бы… — Вот, — лев указал на стену.       Ник подошел. Долго смотрел на схему, потом достал телефон. — Подземка Зоотопии, строящиеся линии и станции, схема, — сказал Ник в пиликнувший телефон и пролистнул найденное. — Что ты ищешь? — лев оглядывал подступы к станции, отмечая, что замусорить еще не успели. — Отсюда еще ветку прокладывать хотели. — Ник, это конечная. Там поезда разворачиваются, и все. Или даже машинист просто переходит в последний вагон и после перевода стрелки ведет поезд в обратном направлении. — Но ведь строили же… — Каналы тут рядом, офицер Уайлд, — терпеливо объяснял лев. — Затопило все так, что воды слону по яйца, вот и решили по-тихому отменить строительство. А здесь на ремонт закрыли, так как опять просочилось. — Хорошо бы, — скривился лис. — Хорошо бы, если так…

***

      Джуди еще раз уверилась, что Ник параноик. Этот рыжий придурок умудрился запихать в программу карту подземки. Теперь сидел и удивлялся результатам. Бля, вот кулинарный рецепт от Мистера Бига еще бы туда внес! Типичная ситуация со смешиванием фунта джема и фунта говна. И два фунта какого деликатеса мы ожидаем на выходе? — Ники, это бред сивой кобылы с новостного канала, — сказала Джуди, вспоминая ту лошадь, которая с умным видом несла чушь про новые тренды и небывалую капитализацию очередной ерунды. В Анималии это уже стало дежурной шуткой. — Почему? Показывает же! — лис рассматривал получившуюся мешанину. — Что показывает? — Джуди только рукой махнула. — Что есть корреляция между датой внесения в Совет законопроекта о легализации антидота, прыжками вверх-вниз стоимости акций «Фарма Родикс» и закрытием станции на ремонт? — Той самой станции, Морковка! — лис терял терпение. — Да какой той? — Которая соседствует с недостроем! — Лис, помнишь, я просила заставить меня плакать? — Джуди посмотрела Нику в глаза и, не дав возразить, продолжила. — Плакать, а не говорить, что ты yebanutyi. — Ты просила омерзительную версию, — ехидно улыбнулся Уайлд. — И я тебе ее предоставлю. — С нетерпением жду. — Чуть попозже. — Нет у тебя никакой версии, глупый лис. — Будет.       Они еще немного сердито смотрели друг на друга, хмурились и шевелили носами, а потом рассмеялись. — Я пока хожу вокруг да около, Морковка, — сказал Ник, обнимая Джуди. — Что-то ускользает.

***

— Что там наш хорек? — Роардригез смотрел на львицу и волка какого-то светлого, почти белого окраса. — Сильвия, что скажешь?       Сильвия Лёвеншванц, фамилию которой почти каждый норовил прочитать как «Лоивнсчуонз», что было близко и понятно Стефану Роардригезу, пожала плечами. Блеснули по-волосяному тонкие золотые колечки в ушах. Штук десять. Начальник не одобрял эту этнику, но ничего не говорил. Сильвия не являлась полевым агентом. — Ничего не знает. «Потрошили» его специальными препаратами и полиграфом, вывалил кучу разной ерунды, но заказчик больно хитрожопый попался. Пока ничего определенного. Хорь решил срубить деньжат, взялся за несложный заказ, понадеялся, что если не видел рожу того, кто с ним обговаривал детали, то ребята явно планируют не один раз воспользоваться услугами нашего «клиента». А его, похоже, взорвать в воздуховоде планировали, а не услугами какими-то пользоваться. — Как общался с заказчиком? — Роардригез про себя усмехнулся насчет «услуг», ибо хоря наимели капитально, конкретно и почти даром, грубее только медведи выражались. — Приватный мессенджер. Аккаунт принадлежал какому-то школьнику. Того бобра вздрючили родители за просранный годовой тест, телефон отняли, выдали старый «флиппер» с родительским контролем и стопку учебников, а пока мелкий отвыкал от геймерства и Сети, аккаунт «уплыл». — Понятно, — Стефан посмотрел на волка. — Кевин, что у тебя? — Флегматизированный октоген в мелких гранулах. Заряд формировал режущее кольцо из медной оболочки. Непонятно, как хорь допер сумку до места, эта штука реально должна быть тяжелой. — Кевин, ты понимаешь, что ты говоришь? Не кустарная пайп-бомба, а инженерный заряд с фабричной взрывчаткой? — Именно, шеф. — Что-то еще? — Ну, — волк помялся, — эксперты говорят, что нашли следы талька и аспирина. Еще кольцо при взрыве было сформировано плохо. То ли оболочку кривую сделали, то ли…       Ягуар кивнул, чтоб волк продолжал. — Такое дерьмо случается, если взрывчатка плохо утрамбована. Или разносортная. — То есть, ее крали в разных местах? — Или делали мелкими партиями, а потом ссыпали все вместе. — Идите, — Роардригез вздохнул, — работайте.

***

      В глубине души лис был моральным уродом. Иного объяснения у Джуди не находилось. Придурок придумал версию. Типа, существует некий секретный клуб или какая-то изуверская секта, где занимаются разными мерзостями, от жертвоприношений и до организации подпольных боев насмерть. Или какие-нибудь «Веселые гонки» с летальным исходом устраивают. В качестве участников «приглашают» разных зверей от «потерявшихся» подростков до бродяг и одиноких холостяков. Действо по необъяснимым причинам проводится редко, допустим, один раз за дюжину лет. И чтобы замаскировать пропажу зверей, планируются, спонсируются и даже вызываются массовые беспорядки с кровищей. И сейчас подходит время для нового шабаша, из-за чего вся эта истеричная злоба и заваривается в Сети, чтоб выплеснуться в реальность стрельбой по толпе, бандитизмом и грабежами под шумок. Пока полиция будет сбиваться с ног, бесследно исчезнут новые жители Зоотопии, для «участия» в указанном паскудстве. А последуюший после утихомиривания народа политический кризис с разгоном половины контингента спецслужб не даст кому-либо системно докопаться до истины. И собираются сектанты, конечно же, по древнекрысиному обычаю, под землей, в катакомбах, соединяющихся тайными ходами с метро Зоотопии.       Джуди молча выслушала весь этот бессовестный бред. Посоветовала рыжему принять одну капсулу из подсунутой Снарловым банки. А вот ночью внезапно проснулась и расплакалась. — Зай, ну что ты? — Ник чувствовал себя виноватым. — Сама же просила. — Угу, — Джуди уткнулась в Ника. Как в подушку. А потом внезапно оторвалась от промокшей в слезах лисьей шерсти: — Ники, глупый лис, у тебя телефон Блэквуда есть? — На бумажке где-то валялся. Я в контакты не заносил. — Найди! Хоть как, но найди! — Морковка, да что с тобой? — Ник уже начал пугаться. — Дозвонишься до этого хищника, расскажешь ему всю свою ахинею, что ты мне тут наворотил. И файлы от программы отдашь. Пусть ищут… — Зай, да что… — Николас Пиберий Уайлд! — зая резко села в кровати, злющая и трогательно-испуганная одновременно. — А тебе не приходило в твою лисью башку, что ты можешь оказаться прав?!       Сходив на кухню выпить воды, Джуди вернулась, улеглась, уткнувшись в лиса, и пробубнила куда-то в Никову подмышечную впадину: — Пусть тоже поплачут, сволочи. — За что ты их так? — Я офицер полиции, сиречь, городской стражи. А они — рыцари доноса, незаконного ареста и пистолета с глушителем…       Там еще много всякого было про СБА, но Ник не слушал. Тихонько погладил Джуди по голове, отмечая забавное ощущение от шерсти без подшерстка. — Зай, простишь меня? — Перетопчешься. Колечко мне купи, тогда подумаю. — Золотое? — Лучше из медицинской стали с серебряной гальваникой, если такие делают. Нитяной толщины. Размер бери кроличий детский. — Хорошо, но зачем тебе? — В ухо вставлю. У меня там, — Джуди едва заметно вздрогнула, — было такое. Когда мне в шахте ухо прострелили. — Как ты проснулась? — спросил Ник, имея в виду явно не только что произошедшее пробуждение из-за плохого сна. — Неудачная разведка с проникновением на ковчег Черных. Был у них такой веселый кораблик, только макушка из-под воды торчала. — Кораблик? — Ага. С океанский лайнер размером, — Джуди повернулась, теперь смотрела в потолок и вспоминала. — По Тихому океану болтался. Я тогда консультантом по Черным пошла. — А на Тихом как оказалась? — Атомный заатмосферный самолет. Потом грузовой экраноплан. Или десантный, там без бутылки не поймешь… Наткнулись на этот ковчег, долго делали вид, что не видим их. Они — аналогично. Потом у этих ребят нервы не выдержали, но наш пароход от ракет просто улетел, а их корыто получило по-полной. — Там тебя и приложило? — страшные догадки сжали лису горло. В госпитале на эту тему поговорить не дали, а потом Джуди отшучивалась и отмалчивалась. Ник был уверен, что Морковка просто неудачно «слилась». — Говорю же, разведка была, — Джуди фыркнула, — абордаж силами одной химеры. Черные со своего корабля просто тараканами побежали. На скоростных ныряющих катерах. А мне резиновую лодку дали, чтоб смоталась посмотреть на недоутопленника. Ну и посмотрела. На антиабордажную систему с умными миниторпедами в виде рыб. Наглоталась воды, пока на борт вылезла. — А… вода чистая? — прошептал Ник. — Наверно. Ну, была чистой, пока у этих тварей от внутреннего взрыва какой-то альфа-источник не подтопило. Собственно, я тогда на эту авантюру и согласилась. Пока в медотсеке бездельничала.       Зая не то, что врала, но не сказала, что авантюра была задумана ей самой, а основанием была собственная медленно утекающая с каждым выдохом радиоактивного воздуха жизнь. — И? — На берегу меня и подстрелили. Думала, кокну тварь, но не успела немножко. Побежала искать обходной путь, чтоб хоть вертолет им уронить попробовать, но в каких-то старых контейнерах свалилась. Наркотик вколола, а толку — почти ноль… Пришлось «литься», как ты говорил. — Подыхать медленно и на полном «сливе», — подытожил лис, изо всех сил стараясь не заплакать.       Сам подыхал с пробитыми легкими, так и не горевал особо. Вообще себя не жалел, все мысли только о том, что бедная Морковка одна среди той обязательной войны останется, а уроды еще далеко не все постреляны. — Вот зачем этот героизм? — голос у Ника, все-таки, дрогнул. — От тебя научилась, — буркнула Джуди.       Лис ей не поверил. Как не верил в какой-то собственный героизм. Да он и не замечал, что через какое-то время люди перестают шарахаться от оранжевой химеры, а потом и вовсе обращают внимание не больше, чем на такого же человека. То, что лису казалось наплевательским отношением и бесчувственным выполнением инструкций, было всего лишь стандартными действиями людей по отношению к условному «своему». Свой. Наш. Лис же не видел. Ник и сейчас весьма осторожно строит отношения с сослуживцами, хотя даже у Бого офицер Уайлд на хорошем счету. Правда, хрен тут догадаешься, на каком ты счету у шефа, но Хоппс варилась в этом всем подольше лиса, может утверждать. Она и утверждала, но Ник не верил. Как и сама Джуди не поверила бы, что ее имя где-то настолько далеко, что и совсем никогда, внесено в жутко секретные списки, а в хранилище ее не дождалась непривычной формы медаль со старинным, как будто времен Великой Войны, смешным танком и явно винтовыми аэропланами.

***

— Что он сказал? — Что подъедет импала. Зовут Лоис Хорншарпер. Особые приметы — едва заметная неравномерность окраса на лице из-за травмы в детстве и высверленный скол на левом копыте, — ответил лис. — Лучше бы про рога сказал… Или у нее нет рогов? — Вроде бы, только у самцов, — неуверенно стала вспоминать Джуди курс общей биологии в школе и видовых особенностей в Академии.       В этот раз их закинули в патруль вместе. В Сахара-сити. Джуди ждал очередной шок, когда она увидела, как манерно раскланивающиеся верблюды едят что-то с характерным таким запахом. — Это… — Кебаб, — ответил лис. — Куриное мясо. Кстати, там такая порция, что и тебе можно. А я вообще не замечу. — Тарелка большая, — кивнула Джуди на пенопластовый лоток. — Маринованные колючки, овощи и прочая древесина, — усмехнулся Ник. — На обед пойдем, так, пожалуй, надо будет тебе это заказать, если не боишься острой во всех отношениях еды. — Думаешь, жопа потом подгорит? — Кто их знает, что они туда насыпали. Вы, кролики, очень уж нежные в отношении сожрать что-нибудь не то. Попросим без специй. — Хитрый лис. — Глупая зайка, — лис припарковал машину.       Своих дуростей у пустынных жителей хватало, но из правонарушений тут разве что устоявшиеся неофициальные «дополнения» к правилам дорожного движения, специфика местных рынков и уличные гонки на очень дорогих или, наоборот, очень дешевых машинах. Еще постоянные нарушения прав зверей в семье, почему-то не замечаемые теми, чьи права нарушают. Ну и обязательные Пять Поклонов Солнцу утром, перед обедом и вечером. Традиция, что поделать…       Импала появилась в обеденный перерыв. Час дня, время ланча. Вот только никого не было, какой-то степной волк и что-то обсуждающий с ним верблюд отошли в сторону от палатки с уличной жратвой, и на пустом месте, подобно миражу от горячего асфальта, возникает эта Лоис. Ник видел ее первый раз, но чутье подсказало еще до разглядывания особых примет, сообщенных Блэквудом: она. Высокая, заметно повыше Ника, а он зверь не самый маленький. Внешний вид несколько нескладный, но дама ухоженная, хоть и без излишеств. Рогов, кстати, тоже нет. Легкий и довольно скромный брючный костюм, но все по погоде короткое, и поэтому видно, что на ногах у импалы эластичные бинты. Связки повредила? Или приходится часто и внезапно стартовать с места? — Офицеры Уайлд и Хоппс? — голос у мисс Хорншарпер оказался нежный. — А вы… — Ник позволил импале продолжать, вспоминая, что фамилию Хорншарпер он слышал в госпитале. — Лоис, — почти пропела Лоис. — Хорншарпер.       Самки импал выглядят очень трогательно и несколько глуповато, но лис не обольщался. Самочка вполне может совмещать в СБ (а где она еще работает?) должности аналитика и киллера. На такую не подумаешь, а пистолеты и со специальным спусковым рычагом во всю рукоять размером делают как раз под копытных. — Значок можно глянуть? — поинтересовалась Джуди. — Пожалуйста, — никакого недовольства, просто достает и показывает знакомую голографическую хренотень. — Матиас сказал, что вы должны передать мне какие-то материалы.       Лис протянул накопитель. В эпоху, когда даже фотоаппараты выходили в Сеть, чтоб слить снимки в «облако», карта памяти смотрелась глупостью. — А на официальный «ящик» сбросить? — Лоис едва заметно улыбалась, но… — Мистер Блэквуд сказал, что лучше так, — отбрехался лис. Да и могла бы «слишком умная» импала сообразить, что на карту как-то быстрей и надежней, чем по Сети. А то какой-нибудь «антипиратский» фильтр резанет такие объемы… Впрочем, объем передаваемой информации был не очень большим. Необработанные фото, схемы, портативная версия программы для этих самых мнемосхем, список ссылок… — Ладно, — Хорншарпер достала телефон. Джуди вздрогнула. Демонова коза достала его не торопясь и незаметно. Блядские силы, она ж так и пистолет-пулемет достала бы, и глушитель при них навернуть успела, а бравые офицеры проспали бы собственную смерть! — Матиас? — Лоис умудрялась держать смартфон так манерно, что будь у нее не эти роговые «пальцы», а настоящие лапы, то Джуди сказала бы, что импала оттопыривает мизинчик. — Я забрала. Ага… — Что? — Ник уставился на протягиваемый ему телефон. — Подтверждение, — Лоис была мила, терпелива и неосознанно вела себя так, будто общаться ей приходится сплошь с придурками. — Да? — Ник инстинктивно дернул носом. От телефона пахло растительноядной самкой и едва заметными дорогими духами. — Мистер Уайлд? — Блэквуд не разводил церемоний. — Спасибо, я свяжусь с вами.       Все, телефон мигнул экраном и связь прервалась. Лис заметил, что ни видео, ни имени на экране не было. Просто номер, который лис и так знал. — Тут за углом есть вполне приличный зальчик с тем же названием, — забирая телефон и указывая на вывеску, к которой и собирались Ник с Джуди, сообщила импала. — Идемте.       Зал был. Не то кафе, не то чайхана какая. Та же самая уличная еда, но без уличной пыли, зато с кондиционером и ненавязчивой тягучей музыкой. Джуди тихонько выдохнула. Ее лис, похоже, аналогично радовался, что не надо пересиливать себя, пытаясь купить съестное на улице. Тем более, съесть. О противогазах и респираторах уже не вспоминали, но пыль же, шифтер! В помещении явно повеяло приемной дурдома. Ага, вот и загремите оба.       Названия блюд что на анималийском, что на верблюжьем были одинаково непонятны, просто в одном случае можно было хотя бы попробовать прочитать. Заказывала Лоис. — Не бойтесь, не отравитесь, — угадала антилопа мысли Ника.       В принципе, все было вкусно, просто излишне пряно, а кофе едва не хрустел на зубах. Да и вместо каких-то местных напевов Ник предпочел бы неизвестного здесь Теодора Ублюдка с его электронной рысьей этникой. Да хоть Алека Империю! Тихонько затренькал телефон у Лоис. «Да? Поняла. Иду», — коротко кому-то ответила импала, скомкано извинилась и, не доев, дожевывая что-то на ходу, выскочила за дверь, едва не расплескивая кофе из взятой с собой отформованной из вспененного пластика чашечки.

***

— Отравила, все-таки, коза драная, — Ник тяжело дышал и дергался в такт своей тахикардии. — В глазах белая пелена… — У тебя зрачки расширены, — тщательно выговорила Джуди. Уши пылали, в глазах тоже натянули светящуюся прозрачную простыню, а челюсть немножко онемела. — Идем к машине, запросим помощь… Вряд ли это от специй.       Горячее солнечное пятно на сиденье в кондиционированной прохладе салона вызвало странную боль. Пластик под ладошками казался наждачной бумагой. Пока Джуди ерзала и тянулась к рации, вспоминая подходящий код для диспетчера, с какими-то завываниями и бренчанием, что зовутся здесь песней, промчался «Феррум Жеребец» неканоничного золотого цвета. — «Си-Эм-Эл-два-два-пять-Сахара», а ну принять вправо! — про отравление лис и кролик забыли одновременно.

***

— Э! Слушай, точно говорю, накурились они! Я таких «шишек» и у Карима не брал! Глаза бешеные, думал, все, убьют и даже права совсем-совсем отнимут! Солнцем клянусь! — Да ладно! У Омара были твои полицейские, а он испугался, что лицензию проверять идут, таракана под столом глядеть, на ящерицу справку читать, печать нюхать… А потом понял, что кушать хотят, деньги заплатили, так и обрадовался. Сделал им кофе «как себе», вот и результат! Штраф большой написали? — Совсем не написали, предупреждение в компьютер засунули и так отпустили… Я говорю: «Сестра мужу сына родила, праздник будет! Надо поздравлять ехать!» И отпустили совсем. Сказали только, чтоб ехал не так быстро, а то собью кого, а в тюрьме праздники другие и мне не понравятся.

***

      Кое-что не нравилось и Матиасу Блэквуду. Настолько, что пришлось вместо ночного визита к Лоис стряпать отчет по художествам лиса и крольчихи и отправлять оный Роардригезу. Шеф сначала сказал, что в «дурку» обоих, но потом вздохнул и посмотрел на пантеру: — Матиас, ты был очень убедителен… — Да, шеф, — Блэквуд задницей почуял, что дело пахнет керосином. — Я старался быть ну очень объективным. — Я впечатлен. Честно. Вот и займись, — ягуар был в противоречивых чувствах, — чтоб точно знать, что это не очередной заговор. Подними архивы по беспорядкам, напряги наших и полицию.       Если совсем уж честно, Стефан считал черного леопарда умничкой и особо не впечатлился. Привык к таким «сюрпризам», когда подчиненный откуда-то выкапывает зацепки в самый неподходящий момент. Еще бы! Вся эта ерунда с непонятными политическими игрищами напоминала чахнущий на плохих почвах сад. Возишься-возишься, а плодов нет. И тут Матиас привозит долгожданные органические удобрения. Отлично! Но вот кто этот очередной грузовик говна разгребать будет? И какой пойдет запашок по округе? И в чем окажешься измазан сам? Был еще один момент: Роардригез подозревал, что о «сношениях» с иным измерением известно еще кому-то вне Конторы.