Няня Сиэля

На следующее утро Винсент смог немного задержаться дома, но в основном для того, чтобы поговорить с Гелием. Каждый день, не считая выходных, он приходил в 9:00. Принимал на руки Сиэля, провожал вместе с ним самого Винсента, а после, до семи-восьми часов, в зависимости от того, как скоро приедет альфа с работы, сидел с ребенком, точно следуя его графику, а так же успевая следить за домом. Ни разу не опоздал. Однако сегодня подзадержался на пять минут. Открыл дверь своим ключом и забежал внутрь, слегка запыхавшись. Волосы, вдруг вернувшие себе однотонный белоснежный цвет, были слегка взъерошенными из-за ветра, одежда немного помята. И это никак не ввязалось с образом Гелия, привыкший всегда одеваться с иголочки и рьяно следивший за своим внешним видом. — Гелий! Радостный детский голос раздался впереди. Его сразу же кинулся встречать Сиэль. Он был рад услышать шум открывающейся двери, из-за чего даже кашу не доел. — Ты чего бегаешь? — шуточно упрек юноша. Тем не менее, принял маленький ураганчик в объятья, не успев толком поправить прическу. Неловко было появляться лохматым. — Ты такой холодный, — Сиэль положил свои теплые ладошки на щеки омеги, как бы пытаясь согреть. — На улице поднялся сильный и холодный ветер, — объяснился Гелий, невольно улыбнувшись и взявшись за маленькие ручки своими холодными руками. — Смотри, тебя заморожу. — Меня любовь греет. — О, любовь, значит? — хитро улыбнулся Гелий, отстраняясь. — Ну тогда я не в силах тебя заморозить. Ибо огонь в твоём сердце сильнее моего ледяного тела. — А в твоем? — хитро улыбнулся ребенок. — Видимо, не достаточно огня. Раз не могу согреться. — Надо просить папу помогать, — Сиэль побежал в сторону кухни за отцом. Упоминание об альфе заставило Гелия, в виду недолгого отсутствия двух Фантомхайвов, быстро привести себя в порядок. В коридоре было зеркало, во весь рост, там он и принялся поправлять волосы, воротник, свитер в талии, да заправлять рукава. — На улице сильный ветер, — заговорил Винсент, появившись в коридоре с сыном на руках, — опрометчиво ходить без шапки. Тихо ойкнув, Гелий забавно дернулся и обернулся на голос мужчины. — Здравствуйте. Да, я знаю, что сегодня гораздо холоднее и ветренее, просто… я немного проспал. И не успел одеть шапку. И… мне неудобно. Извините. — Все хорошо, — успокоил Винсент улыбкой. — В любом случае я на работу отправлюсь только через полчаса. А сейчас присоединяйся к чаю. Я так понял, ты не завтракал? — Не успел, — кивнул юноша, собирая светлые локоны в высокий хвост. — Благодарю за приглашение. — Тогда ждем тебя! — оповестил радостный Сиэль. Словно в кругу семьи. Утром, сразу после пробуждения, Гелий никогда не готовил. В виду того, что приходил позднее. Но однажды думал о том, что было бы здорово, однажды проснуться рано утром и приготовить завтрак Винсенту и Сиэлю. Словно они… Одна семья? Слова Сиэля, который сейчас довольный уплетал кашу, не выходили их головы. Это заставило и поглядывать на Винсента, который причитал и пытался вытереть щеки своему ребенку. Заботливый отец. А когда тот с довольным криком: «Я наелся, спасибо!» — решил спрыгнуть со стула, то чуть не упал. Сидящие рядом альфа и омега среагировали мгновенно, чтобы придержать и стул, и ребенка. Их руки соприкоснулись. Винсент взглянул в глаза Гелию, но тут же отвел. Что-то щелкнуло. Сердце омеги заставило кровь ненадолго прилить к щекам. — Спасибо, — негромко поблагодарил альфа, а потом мгновенно ожил, чтобы мягко отчитать сына за его неосторожность. И пока велось чтение нотаций, Гелий сидел в лёгком ступоре, пытаясь совладать с собой. У него тоже что-то откликнулось внутри. Маленький звоночек дзынькнул. Как бы не влюбиться… — Хорошо, я пошел, а ты говоришь на счет свидания! Маленький омега пулей вылетел из кухни. — Свидания? — тупо переспросил Гелий, явно что-то упустив, и удивлённо захлопал глазами. Не могло ведь послышаться… — Не совсем. Сиэль хочет в выходные погулять и приглашает тебя вместе с нами. На секунду в груди неприятно кольнуло. Похоже больше на разочарование. Омежья сущность явно хотела услышать другие слова. Слова подтверждения. Но, вовремя заткнув ее и запихнув куда подальше в своё сердце, Гелий не показал виду, а лишь слабо улыбнулся. — С радостью составлю вам компанию. Спасибо. Глупо считать, что отец, привыкший дарить радость и себя только сыну, будет так быстро менять приоритеты. Да и сразу надо привыкать, что надолго маленького ребенка не оставить. — Будем рады, — альфа улыбнулся. Он говорил за двоих. И за себя, и за сына.

***

После завтрака Винсент уехал на работу. Омеги провожали его, сначала у порога, а после у окна. И как только машина скрылась из виду, Гелий поднял ничего не подозревающего ребенка на руки и стал щекотать живот. — Вот же негодник. Ты папу надоумил пригласить меня в выходные к вам? — Я! — смеялся Сиэль, пытаясь избежать щекотки. Он до колик ее боялся. — Вот что за вредный ребенок! Вредный! Лезет в дела взрослых и не хочет останавливаться. Защекочу до икоты! — стал грозить Гелий, сам с трудом сдерживая смех. И упал на мягкий диван, не выпуская брыкающегося мальчишку из рук. — А я хочу, — сквозь смешки говорил Сиэль, — чтобы папа на тебе женился! — А ты его мнение спрашивал? — иным тоном спросил Гелий и прекратил щекотку. — Спрашивал, — с облегчением выдохнул мальчик, обнимая омегу. — Он согласен, что у тебя красивые волосы, что у тебя милое и доброе лицо, и он в принципе считает тебя хорошим. Немного приукрасил ответ... но так даже лучше. Эффект, по крайней мере, был достигнут. После высказанных слов юноша действительно смутился. А раз возникает подобная реакция, значит не все потеряно! Даже ребенок видит, что происходит между двумя искра! Они начинают друг к другу что-то испытывать! Осталось ещё немного подтолкнуть… — Правда, он сказал, чтобы жениться, надо друг друга получше узнать. — И он прав, — нашел, наконец, что ответить Гелий. — Раз уж ты решил свести меня со своим папой, то дай нам немного времени. Мы узнаем друг друга получше. — Тогда останься сегодня у нас. Поиграем втроем в монополию, — стал упрашивать маленький манипулятор. — И где же я буду спать? — Я бы предложил с папой, — быстро ответил Сиэль, — но ты можешь выбрать гостиную. — Гостиную! — Тут же выпалил. И кажется, что ещё быстрее Гелий застыдился собственных промелькнувших мыслей. — Жалко. А какого альфу ты с собой видишь в будущем? — пошел с другой стороны Сиэль. Это детское любопытство может довести. Так спокойно говорить о таких личных делах. С другой стороны, его спрашивает ребенок. Вполне естественно его желание узнать, совпадают ли предпочтения понравившегося его омеги с отцом. — Ну… любящего. Преданного. Сильного. — А я о принце на белом коне мечтаю, — широко улыбнулся мальчик. — Это было бы здорово! — И как ты представляешь встречу с ним? — полюбопытствовал Гелий, радуясь возможности не описывать в детальности свой идеал, в котором больше половины процента видно в родителе малыша. — Как он приезжает ко мне с букетом и на белом коне. Хотя это будет смотреться странно. — А может, на белой машине? — уточнил, вводя в более реальный мир. — Тогда он должен быть богатым! — Милый, не в деньгах ведь счастье. Он-то и может быть богатым, но с душой черной. А вот бедные люди, в большинстве случаев своем, с чистым сердцем. Так что не ставь заранее рамки. — Но ведь машина — дорогое удовольствие, — резонно заметил маленький омега. — Да. Однако приобрести ее может и просто человек, не купающийся в деньгах. — Но хочется, чтобы конь был хорошим, а не клячей, — поморщил аккуратный носик. — Так, кляча, — осадил Гелий, вновь пощекотав по бокам сидящего сверху ребенка, — будем думать о хорошем коне чуть позже. Сначала нужно подрасти, да? А сейчас нам нужно убрать разбросанные тобой игрушки. А после можем и поиграть. Француженка наша все равно придет к обеду, время достаточно. — Бээээ, — показал язык, поморщившись. Понятно, что в шутку. Просто ребенок дурачился. Добросовестный труд всегда вознаграждался. Свободным временем, посвященным играм, или же сладким призом. А когда и то, и другое. Гелий в этот раз решил сделать оба варианта. Но с небольшим опозданием. Поиграть-то они поиграли, а вот когда пришел преподаватель и они закрылись в комнате на час, юноша решил постряпать вафли. Сиэль вновь оказался выжат. С каждым разом его французский улучшался, но он сильно уставал. И вафли были для него отрадой. Особенно с вареной сгущенкой. — И все-таки я бы хотел, чтобы ты был моим папой... — Спасибо, милый, — тронутый, который раз уже, словами мальчика, Гелий ласково погладил того по голове. — И я был бы счастлив иметь такого сына, как ты. Сиэль буквально засиял. Если бы они находились в мультивселенной, то над мальчиком обязательно бы засияли звездочки. Отложив все, он крепко-крепко обнял омегу: — Я тебя люблю! — И я тебя люблю, — спокойнее, тише, и все же с искренним сердцем, ответил Гелий, обнимая ребенка. Сиэль был счастлив, что тоже был дорог. А значит, он сможет свести отца с Гелием быстрее. Осталось дождаться выходных.