Глиобластома

Миша сам очнулся через два часа после того приступа. У Миши не было сил думать о том, что же произошло, и что же подумали друзья. Сейчас ему нужна была вода и грёбанные таблетки. Перед глазами всё плыло, а в ушах стоял гул, мешающий соображать и вызывающий головную боль. Миша попытался подняться, но от резкой смены положения началось головокружение, из-за которого Миша прикрыл глаза, чтобы его вновь не затошнило, а затем он услышал голос Лиззки: — Миш? — Да, — отозвался он не открывая глаз. — Господи боже. Испугал ты нас тут всех, еблан. Какого хера ты вообще принимал эту херь? — взвилась Лиза. — Эту... херь? — недоумённо спросил Миша не открывая глаз. — Даня нам всё рассказал, — по-странному серьёзным тоном сказала Света. — Даня всё рассказал? — Миша испугался. Даня не мог. Даня обещал. Даня хороший. Если бы Даня хотел, он бы раньше им всем рассказал, он бы не молчал столько времени. Миша открыл глаза и обнаружил стоящих вокруг него Дашу, Свету, Лизу, Юлика, Руслана и самого Кашина. — Да, братан, — на этом моменте Мишино сердце укатилось в пятки. — Они просто думали, что ты принимаешь наркоту и я им рассказал, что ты просто нейростимуляторов много жрёшь и работаешь как не в себя. — Нейрости... Да-да, — немного невпопад сказал Миша. Даня напридумал какой-то ереси, но не раскрыл его. — Много, ага. Что вообще произошло? — Ты обблевался и потерял сознание, — ответил Юлик. — Мы врача вызывали. — Врача? И... и что он сказал? — немного запинаясь спросил Миша. — Сказала, что интоксикация у тебя, — Лиза присела рядом с Мишей на диван. — И чтобы Данька за тобой приглядывал. — Вы же это не серьёзно? — со скепсисом переспросил Миша. — Абсолютно серьёзно. Нет уж, Миш, — отреагировал Руслан на недоверчивый взгляд Мишиных глаз. — Поживи пока с Даней, нам так спокойней будет. — Реально, Миш, — протянула Даша. — Мы все за тебя волнуемся, а Даньке не сложно. — Да не, — продолжал отнекиваться Миша, — не стоит. — Миша, блять. Ты так себе всё здоровье угробишь. Никаких больше стимуляторов, понял? — довольно угрожающим тоном сказала Лиза. — Довёл себя до такого ужасного состояния, уж как-нибудь проживёшь недельку у Дани. — Правда, Миш, зачем тебе рисковать? — подал голос Даня. — Тем более мы всё равно часто у меня на квартире с тобой монтируем. — Ребят, всё не настолько серьёзно, — вымученно улыбнулся Миша. — Всё и правда нормально. — Ты чего, ёбнутый? — медленно и с расстановкой спросил Руслан. — Тебе просто повезло, чего в следующий раз может не произойти. Ты можешь из-за этого раньше срока в ящик сыграть, так что уж как-нибудь Кашина потерпишь. После недолгого спора Миша понял что у него нет выбора, тем более Кашин согласен, а друзья слишком взволнованы. Миша понимал что конец близок, и силы у него были практически на исходе. Хотя он всегда после этих своеобразных приступов рвоты чувствовал себя выжатым как лимон, но потом через некоторое время на него опять накатывала волна вдохновения, приказывавшая творить. Они посидели с полчасика, все, кроме самого Миши и Дани, побранили Мишу за халатное отношение к своему здоровью, да решили потихоньку разъезжаться. По пути Миша с Даней заехали в Мишину квартиру, где Миша взял нужные вещи и отключил воду и свет. В Данину квартиру они приехали к часам десяти, разложились и Даня позвал Мишу попить чай. — Я тебя точно не стесню? — с беспокойством спросил Миша, беря в руки кружку с обжигающе горячим чаем. — Успокойся, пожалуйста. Всё нормально. — Даня помолчал некоторое время, а потом всё таки спросил: — Это случилось в первый раз? — Без сознания? — Даня кивнул Мише и Миша продолжил, — Да. Такое в первый раз. — Это... — Даня сделал паузу и закончил вопрос, — это нормально? — Полагаю да, — безразлично пожал плечами Миша. — Считай через полтора месяца уже точно всё. — Не надо так говорить, — немного жёстко сказал Даня. — Это правда. Я уже гроб себе подыскиваю, без шуток. — с долью грусти сказал Миша, помешивая ложечкой в кружке. — Миша, блять. Хорош, — в голосе Дани проявлялось всё больше злости. — Чего это ты такой нервный? — спросил Миша отвлекаясь от своей кружки. — Да потому что ты мой лучший друг. И знаешь, — на этом моменте Данин голос потерял все те нотки гнева и злости, оставляя за собой лишь печаль, — я жалею, что не потащил тебя на лечение. Сильно жалею. — Почему? — удивлённо спросил Миша. — Ты оттягивал бы неизбежное, тратя при этом огромные деньги. — Может быть, — согласился Даня. — Но ты бы смог прожить больше. — Просуществовать ты имел ввиду? — поправил Даню Миша. — Твоё время бесценно, — возразил Мише Даня. — Знаешь, мне жаль, что мы так мало времени вместе проводили. Подумать только. Скажи, сам-то жалеешь, что не лечился? — Нет, — ответил Миша. "Да", — кричал Миша про себя. Умирать было чертовски страшно. А ещё... А ещё он понял насколько круто жить. Он осознал насколько с друзьями круто. Нет, естественно это он и раньше знал. Но именно сейчас он ценил это время больше, чем кто-либо другой. А когда он был с Данилом, ему хотелось жить вечно. С Даней было круто. Даня смог не показывать, что знает о его состоянии. Даня вёл себя точно также, как и до, но чувствовались какие-то практически мифические изменения. Они проявлялись в заботе, которая была и до диагноза, но не в таком количестве. В той доброте, которую Даня проявлял по отношению к нему. В тех взглядах, которые Миша изредка замечал. Миша понял, что Даня как-то постепенно стал человеком, которому он мог рассказать всё что угодно. В комнате после Мишиного "нет" воцарилась тишина, поэтому Мишино тихое "да" прозвучало громко. — Миша? — переспросил Даня. — Я, блять, жалею, — громким шёпотом говорил Миша. — Мне страшно. Знаешь как мне страшно? Я завишу от этих таблеток, которые мне уже нихера не помогают. Я бесконтрольно пью разные болеутоляющие, но мне ничего не помогает. Я очень устал и мне херово. Мне так херово, что мне кажется, что я скоро суициднусь, потому что у меня уже нет никаких сил. Я устал от этого всего. Почему я? Вот что я сделал плохого? Даня молчал. Он тоже не знал, почему Миша. Он тоже не знал, чего такого плохого сотворил Миша, что наказание соразмерное этому деянию — рак. Ему было страшно от осознания того, что Мишу от могилы отделяет месяц или полтора. Миша не бухал, не курил и вообще был пай-мальчиком. У Миши должна была быть длинная жизнь, но вот он сидит здесь и говорит "подыскиваю себе гроб". Миша перестал говорить и закрыл лицо руками — Я... — Даня подошёл к окну и начал смотреть на вечернее тёмное небо. — Я думаю, что ещё есть возможность знаешь на... — Нет. Не-не-не. Не надо, — мотал головой Миша. — Сейчас уже точно бессмысленно. Мне... мне просто не повезло. Такое случается. Такое бывает. — Тебе надо хотя бы медикаменты подобрать, — сказал Даня, поворачиваясь к Мише. — У меня есть знакомый, он в больнице работает хирургом, наверное подскажет какого-нибудь онколога хорошего. — Я не против, — ответил Миша. — Хочешь фильм какой-нибудь посмотреть? — после непродолжительного молчания спросил Даня. — Какой? — спросил заинтересовавшийся Миша. — Ща выберем что-нибудь, — сказал Даня и они вдвоём пошли в комнату. Они выбрали фильм. Это был какой-то средненький боевичок, в котором практически всё было очевидно, поэтому он и нагнетал скуку. Миша уснул на середине фильма. А если быть точнее, Миша заснул на плече Дани. Даня начал подозревать, что с ним что-то не то уже давненько, по причине того же самого Миши, но каждый раз отнекивался. Но сейчас, смотря на этого обаятельного тощего парня, который спал у него на плече Даня понял, что нужно хотя бы самому себе признаться. Миша стал чем-то большим чем друг. В какой-то момент Миша стал намного ближе. Единственное, что успокаивало Даню, так это то, что из парней в этом плане его привлекал лишь Миша. Но насколько сильно он его привлекал. Даня не нашёл в себе сил разбудить Мишу, когда фильм закончился. Он просто отнёс его на кровать и укрыл одеялом. А потом сел рядом с ним и начал разглядывать его лицо. Миша был милым. Он не был красив в обычном понимании этого слова. У него не было пухлых губ. У него был странный нос, и немного устаревшая стрижка. Но всё это прибавляло ему очарования в глазах Дани. Дане было жалко, что Мишины глаза были закрыты, потому что глаза были его самой любимой частью. Его глаза были безумно красивыми. В них Даня мог смотреть вечно. Они были очень необычными, как и сам их обладатель. Светлые глаза безусловно красивы, столько разных цветов и оттенков, но все они меркли перед чёрными глазами Миши, которые были как сама вселенная. Жалко лишь Миша не смотрит ему в глаза так часто. Даня периодически проверял, что с Мишей всё в порядке. Он лёг примерно через три часа после Миши, но проснулся всё равно раньше. Проверив в десять утра, что с Мишей всё хорошо, Даня вновь вернулся к компьютеру и решился. Он впервый раз специально загуглил гей-порно. Даня предусмотрительно надел наушники и начал искать что-то подходящее. Все видеоролики казались какими-то слишком мерзкими из-за использования всяких пошлых вещей типа секс машины, БДСМа и секс-игрушек в принципе. Дане наконец удалось найти что-то более-менее подходящее "Геи два парня секс анал". Он включил и стал смотреть. Чисто ради интереса — Встанет или нет? На экране особой жести не было и всё было как-то пресновато, но у Дани встал где-то в середине ролика. "Пиздец", — подумал Даня. Он выключил видеоролик и увидел в отражении экрана Мишу, стоящего в дверном проёме. Пиздец. Он повернулся на 180 градусов и увидел опешившего Мишу с круглыми от охуевания глазами .