Заложник

Глава первая

— Чёрт! По газете растеклось коричневое пятно. Джон торопливо схватил металлическую кружку с оставшимся в ней кофе и переставил её на свободное место на маленьком складном столике. — Вот поэтому я не пью кофе в поезде, — преувеличенно бодро прокомментировал Джейсон ругательство своего командира. Джон хмуро подцепил двумя пальцами испорченный выпуск «Times», и газета с мокрым шлепком снова упала на столик. — Похоже, не видать мне лондонских новостей, — вздохнул Ватсон, откидываясь к стенке купе. — Да что там могло случиться, пока нас не было? — Джейсон пожал плечами.— Зря вы вообще купили эту газету, капитан. В последний раз, когда я брал в руки «Times», там всё ещё писали о какой-то политической бурде. И я готов поспорить, что с того времени ничего не изменилось. — И всё же приятно быть в курсе событий, — спокойно отозвался Джон. — Вы два года не были в курсе всех грёбанных событий этой страны, капитан! Расслабьтесь. Мы возвращаемся на родину, и здесь всё по-старому. Джон размял больное плечо и потянулся рукой к отставленной чашке кофе, делая три больших глотка. — Думаешь, там ничего не изменилось? — Джон кивнул на окно.— Словно мы и не уезжали? Джейсон расслабленно потянулся на кушетке. — Кому мы нужны, капитан? — спросил он в своей обычной ироничной манере. Джон представил себе мертвенно тихую ночь в засаде. Чёрное небо, душный воздух, раскалённый песок. Ни звука, ни шороха, только дыхание своих солдат за спиной. — Ты прав, — устало заключил Джон, отставив пустую кружку.— Странно возвращаться… — Не то слово! — Джейсон нахлобучил на глаза военный берет, намереваясь подремать. — У тебя есть семья, Джей? — задумчиво спросил Ватсон, постукивая пальцем по жёсткой кушетке. — Нет, капитан. А у вас? — Нет. Джон прислушался к успокаивающемуся дыханию солдата и больше не стал его беспокоить. Он тоже прикрыл глаза, вслушиваясь в монотонный шум колёс поезда. Неужели в Лондоне действительно всё по-старому? Люди пьют чай, не задумываясь о том, что где-то гибнут солдаты? Молодые парни умирают, глядя в это же небо, под свистом пуль и самым чёрным матом? — Как несправедливо, — прошептал Джон, так и не открыв глаза. А ведь у кого-то есть выбор. Но там где выбор, всегда есть деньги. У Джона Ватсона денег не было.

***

Аукцион должен был начаться с минуты на минуту. В зале приглушили свет, на высокую кафедру чинно поднялся тучный мужчина с подкрученными чёрными усами и маленькими серыми глазками. Он оправил фрак, потуже затянул красный галстук и нагнулся к микрофону, охватывая взглядом присутствующих. — Доброй ночи, дамы и господа! Через минуту мы начнём торги по первому лоту. Серебряное кольцо с бриллиантом из поместья… Шерлок Холмс не интересовался драгоценными украшениями. Он вообще не был заинтересован в этом аукционе. Единственное, что привлекало его внимание этой ночью, была Элизабет Бэйли — тридцатидвухлетняя вдова, ещё носившая траур по покойному мужу. Интересовала Шерлока Холмса эта высокопоставленная дама именно по причине внезапной кончины мистера Бэйли. В его смерти, как и в смерти любого государственного деятеля, было множество тайн, и Шерлок вознамерился раскрыть все карты этой же ночью. — Миссис Бэйли, какая приятная встреча, — Шерлок оказался за спиной высокой худощавой леди, нагнувшись к самому её ушку и придав голосу всю возможную сексуальность. — О, — тихо выдохнула женщина, даже не развернувшись. Она прекрасно знала, кому принадлежал этот тихий хриплый баритон. — Мистер Холмс. — Именно, моя дорогая, — Шерлок положил широкую ладонь на хрупкий стан и потянул женщину в тень. — Не уделите мне минуту? — Ох, мистер Холмс, что вы делаете? — красавица покорно попятилась назад, мелкими шажками переступая на высоких шпильках. Толкнув рукой дверь в заранее подготовленную комнату, Шерлок чуть более резко, чем следовало бы, втолкнул туда Элизабет и тут же повернул в замке ключ, пряча его во внутреннем кармане пиджака. — Ты всё такой же нетерпеливый, — прошептала женщина ему в самые губы, как только Шерлок развернулся к ней лицом. — Неужели? — во взгляде голубых глаз не было и капли той трепетности, с которой он произносил эти слова. — Вы хорошо меня знаете, Элизабет. Я польщен, — шёпот в самые губы. Женщина изогнулась в спине, прижимаясь к Шерлоку мягкой грудью. Притворно застонав, Шерлок обхватил её бедра руками, сминая чёрное платье. Элизабет очертила тонкими пальцами острые скулы, обхватывая лицо Шерлока руками. — Я скучала по тебе. Где ты пропадал? — Нужно было уладить кое-какие дела, — отозвался Шерлок и резко потянул подол платья вверх. Элизабет глухо рассмеялась, стараясь одёрнуть платье ниже. — Какой дешёвый фокус, — прошептала она, спустившись пальцами с аккуратными ноготками по груди Шерлока к ремню брюк. — Не дешевле, чем ваш траур, — Шерлок огладил круглую ягодицу и спустился к бедру, нащупывая под краем чулок маленькую металлическую флешку. — Отдай её, — тут же замерла миссис Бэйли, продолжая дышать Шерлоку в губы. Её пальцы так и замерли на молнии брюк. — Боюсь, шоу окончено, — прошептал Шерлок, быстро поправив чёрное платье и открывая дверь ключом. На пороге уже стоял человек Майкрофта. — Полагаю, из-за этого весь сыр-бор? — Шерлок не без самодовольства сунул громиле в руку флеш-драйв. — Да, сэр. Из-за двери показалось перекошенное от ярости лицо Элизабет. Она зашипела, глядя в спину удаляющейся фигуре. — Шоу ещё не закончено, Шерлок Холмс!

***

Джон жил спокойно. В маленькой клетушке где-то на окраине города. В районе, позабытом, кажется, абсолютно всеми. Здесь было тихо. Ночью Джон часто выходил на прогулку. Ему становилось немного легче, когда пьяный ветер трепал его золотисто-палевые пряди, унося с собой, в темноту, шёпот павших в бою друзей, и терялся в перезвоне утренней росы, когда над горизонтом восходило багровое солнце. Оно полыхало, словно в пожаре, заливая дорогу кровавым светом. И Джону казалось, что он не может вдохнуть этот воздух. Он стоял и смотрел, как безжалостный диск медленно меняет жестокий красный облик на нежно-оранжевый, а потом возвращался в холодную комнату и ложился спать до полудня, не в силах вспомнить, как давно уходил. И в какой-то момент он осознал, что в его жизни навсегда останется тот ад. Потому что Джон Хэмиш Ватсон был повенчан с ветром этой войны. И потому что этот ночной ветер имел странную силу, — он был способен убивать его одним порывом и воскрешать, лаская руки и лицо. Тишина — вот, что ему было нужно. Просто. Ничего. Не слышать.

***

Шерлок откинулся на спинку кожаного сидения, закинув одну ногу на другую и молча глядя, как бурлит за окном ночной Лондон. — Работа, дом, работа… — прошептал он, прикрывая глаза и откидывая голову на мягкую спинку кресла. — Простите, сэр? — обернулся к нему водитель. — Какая скука, Роберт, — выдохнул Шерлок, разминая шею. — О да, сэр. Никаких громких преступлений уже почти две недели! — Роберт сочувственно кивнул, глядя на Шерлока через зеркало заднего вида. — Я не об этом, — вздохнул Холмс, снимая с рук кожаные перчатки. В салоне было достаточно тепло. — А о чём же, сэр? — Роберт улыбнулся ему, как маленькому ребенку. — Посмотри на них, — Холмс мазнул рукой в сторону бокового окна, распахивая голубые глаза. — Словно животные. Инстинкты, Роберт. Сон, тост с джемом на завтрак, от одной станции метро к другой и обратно, ужин, телевизор, сон. Этот замкнутый круг, как удавка на шее. И почему они все ещё не повесились? Роберт хмыкнул, почесав лысеющий затылок. — Забавно слышать это от вас. — Я думал, вы хорошо меня знаете, — разочарованно скривил губы Шерлок. — О да, я прекрасно знаю вас, мистер Холмс! Возможно, я выразился неправильно. Я имел в виду, что странно слышать такие тоскливые речи от двадцатисемилетнего мужчины. В вашей жизни всё ещё так много соблазнов! — Соблазны? — презрительно повторил Холмс. Презрение его было вызвано скорее самим словом, чем старым водителем их семьи. — Роберт, сжальтесь. — Вы очень богатый человек, мистер Холмс. Талантливый, гениальный, женатый на необычайной красавице… Похоже, вы устали. Плохой день для философских мыслей, а? — Роберт хлопнул рукой по рулю, словно этот жест был адресован не бездушному бублику, а плечу Шерлока. — Для философских мыслей у меня всегда плохие дни, Роберт. К тому же, для них у вас есть мой брат. Шерлок действительно устал. Он легко взбежал по ступеням дома и открыл дверь. Из кухни к нему на встречу вышла домработница — приятная дама почтенного возраста. — Миссис Хадсон, — кивнул ей Шерлок, заходя в дом и отдавая женщине осеннее пальто. — Рада, что ты дома, мальчик мой, — добродушно похлопала она его по плечу и приняла у Шерлока пальто. — Сандра уже успела утомить вас, дорогая? Как это на неё похоже, — вздохнул Шерлок. Миссис Хадсон покачала головой. — Что ты, что ты! Сандра хандрит с твоего ухода. Я несколько раз предлагала ей еду, но она отказывалась. Говорила, что хочет просто поспать. Так что я не слышала её с обеда. Думаю, мне стоит проведать её прямо сейчас. — Не нужно, миссис Хадсон. Я сам, — Шерлок терпеливо улыбнулся ей и, расстёгивая на ходу пуговицы пиджака, взбежал по широкой лестнице на второй этаж, направляясь в спальню супруги. Сандра Браун сменила фамилию чуть меньше года назад. Её брак был вынужденным союзом, она не любила Шерлока Холмса. Уместным будет даже глагол «не терпела». В её жизни была свобода, а новая фамилия сломала ей крылья. Теперь девушке приходилось играть роль добропорядочной супруги самого известного сыщика страны, что, впрочем, получалось у неё не слишком хорошо. Да она и не стремилась к этому. Но нужно было справедливо отметить тот факт, что и сам Шерлок не поддерживал этот вынужденный фарс. Он был вполне доволен холостяцкой жизнью, и новые «обязательства», как он любил выражаться, затрудняли ему свободное дыхание не меньше, чем двадцатичетырехлетней Сандре Холмс. В прессе писали разгромные статьи, журналисты то и дело лезли с провокационными вопросами после очередного публичного скандала. «Когда-то мисс Браун» не подходила Шерлоку даже больше, чем оно казалось изначально. Нельзя было выдавать замуж за Шерлока Холмса столь свободолюбивую и мнительную особу. Она была слишком дерзкой, слишком наглой, слишком юной, в конце концов. Так что после заключения союза с холодным и одновременно вспыльчивым Холмсом мирной жизни в поместье больше не наблюдалось, так же как и во время общих вылазок в свет. Сандре действительно нездоровилось. Она лежала в постели и читала книгу, когда Шерлок постучал в дверь. — Войдите! — выкрикнула она немного хриплым голосом. Шерлок замер в дверях.— О, ты уже вернулся с аукциона, — Сандра мазнула по нему взглядом и снова уткнулась в книгу. — Миссис Хадсон сказала, что ты плохо себя чувствуешь. Если нужен врач, я могу это устроить, — спокойно отозвался Шерлок, пропуская мимо ушей пренебрежительный тон супруги. Сандра отвела от лица светлую прядь волос и молча сложила на коленях книгу. — Я не нуждаюсь в твоей заботе, Шерлок. — А кто сказал, что это забота? — нахмурился он, глядя на миниатюрную девушку в огромной кровати. Слишком большой для неё. — Если ты не забыла, у нас завтра важный вечер, и ты должна присутствовать на нём со мной. Я не хочу придумывать очередное нелепое оправдание для гостей. Сандра пожала плечами. — Я буду там, — пообещала она. Шерлок кивнул, напряжённо вглядываясь в на удивление спокойное лицо супруги. Видно, ей действительно было невмоготу с ним спорить. — Тогда спокойной ночи, — пожелал Шерлок, чуть склонив голову. — Постарайся не переспать со всеми гостями до моего появления на празднике, — холодно кинула в ответ Сандра и снова раскрыла книгу. — Ревнуешь? — усмехнулся Холмс. В его манере держать лицо было что-то, что заставляло Сандру чувствовать себя маленькой девочкой. — Как я могу ревновать человека, единственное чувство к которому — это презрение? — девушка с тихим шелестом перевернула страницу. — Всего доброго, Сандра, — с этими словами Шерлок закрыл за собой дверь.

***

Джон шёл по разбитой дороге, вдоль ряда бетонных коробок, одна из которых была его теперешним домом. Он устал. Ему так хотелось просто сесть и не двигаться. Подтянуть к груди колени и закрыть руками уши, чтобы больше ничего не слышать. Но шёпот бы всё равно его нашёл. Пробрался бы под кожу шипящим белым шумом и заставил бы дрожать от озноба. Он обнял себя руками, выпустив изо рта облачко пара, и обернулся. Интересно, если всё время идти вперед, куда заведёт его эта дорога? Телефон в кармане давно уже разрядился, ознаменовав полный уход от действительности. Гарри, должно быть, была жутко взволнована. — Хватит, — выдохнул Джон, прикрывая глаза. Хватит убегать от реальности. Если он сейчас же не уедет отсюда, то, скорее всего, уже никогда не сможет вылезти из этой трясины. Нужно было двигаться. — Куда угодно. Подальше отсюда.

***

Празднование юбилея свадьбы мистера и миссис Брукс было большим событием в Лондоне. О нём писали в газетах ещё за несколько месяцев до утверждённой даты. Все сливки общества приехали с разных концов Лондона, чтобы лично поздравить пару. Разумеется, Шерлок и Сандра были приглашены. Когда-то Холмс смог утрясти одну очень неприятную ситуацию, в которой был замешан мистер Артур Брукс. Такие знакомства были для него не редкостью. Бруксы — политики. Шерлок в политику не лез. Он просто принимал во внимание некоторых важных персон, приближенных к этой семье. И сегодняшний праздник — отличный повод для того, чтобы завести пару-тройку новых знакомых. В его профессии связи никогда не бывали лишними. Загородный дом Бруксов больше походил на королевское поместье. Огромные сады, вечнозелёные газоны, фигурные фонтаны. Повсюду охрана и слоняющиеся официанты с подносами. Сандра быстро растворилась в толпе светских дам. Шерлок проводил её взглядом и направился в дом. Звон бокалов, смех, музыка. Такая жизнь была ему по вкусу. Шерлок рос в подобной атмосфере с самого детства. Шик, блеск, повсюду роскошь и прислуга для любой твоей прихоти. Он слонялся по залам, приветливо улыбаясь гостям, принимая и отдавая комплименты без намёка на искренность. Этот день не должен был стать особенным. Очередной светский вечер, наполненный фальшивыми восторгами и громкими заявлениями. И как странно, что всегда именно в такие дни случаются вещи, переворачивающие всё с ног на голову. — Мистер Холмс, — мистер Брукс крепко сжал гостю руку. — Добрый вечер. Поздравляю вас и вашу супругу с юбилеем, — улыбнулся Шерлок и галантно запечатлел на руке миссис Брукс поцелуй. — Вы выглядите очаровательно, как и всегда. Миссис Брукс — пышная дама, одетая в роскошное вечернее платье — смущённо опустила взгляд. — Как приятно, что вы с нами, мистер Холмс, — улыбнулся сквозь усы Артур, отводя Шерлока под локоть в более спокойное место. Они прошли несколько больших залов. Музыка и разговоры гостей здесь утихали. — Я бы не пропустил этот вечер, — улыбнулся в ответ Шерлок. Мышцы его лица начало сводить от количество улыбок за один вечер. Артур рассмеялся. Он был старше Шерлока почти на двадцать лет, но смех его всё ещё таил в себе что-то по-мальчишески беззаботное. — Ну, мы оба знаем, что просто так вы никуда не ходите, — покачал Брукс головой. — Слышал от Майкрофта, вы уже успели разоблачить ту змею Бэйли. Бедный Ричард… За что она его так невзлюбила? Шерлок отвернулся, чтобы исказившее его лицо отвращение осталось незамеченным. — За что женщины убивают своих мужей? Деньги, имя, наследство, — Шерлок лениво повел кистью руки в воздухе. — М-м, да-да. Ужасно. Ричард Бэйли был моим приятелем. Вы тоже его знали? — Брукс перехватил официанта, шедшего мимо них с шампанским, и протянул один бокал Шерлоку, другой пригубил сам. — Нет. Но мой брат был с ним знаком. — Я пересекался с Майкрофтом в «Диогене» на прошлой неделе. Вы с ним снова повздорили? Выглядел он неважно, — Артур покачал головой. — Майкрофт всегда выглядит так, когда работает. Политика его старит, — Шерлок поморщился, сделав глоток шампанского. Оно оказалось слишком кислым. — Чего нельзя сказать о вас, мистер Холмс! — весело отозвался Брукс. — Если вы в деле, это сразу заметно. Моя жена всегда застывает перед телевизором, когда вы даёте журналистам показания об очередном убийце. Шерлок криво усмехнулся. — Как поживает ваша супруга? — сменил тему Брукс. — Я видел, что вы приехали вместе, но где она сейчас? — Боюсь, я могу лишь гадать, — холодно ответил Холмс и остановился. — Простите меня, я, пожалуй, поищу Сандру, пока она не успела разболтать светским дамам все мои секреты, — он снова натянул на лицо улыбку, быстро прощаясь с Бруксом. В саду Сандры не было. Шерлок не спеша шёл по гравийной дороге, виляющей между разноцветными фонтанами. Он закурил, расстегнул пиджак и подставил лицо холодному ветру. В окнах поместья мелькали фигуры гостей, из парадных дверей лилась классическая музыка. Он снова скользнул в оживлённую толпу, стараясь оставаться незамеченным. В главном зале Сандры тоже не было, и Шерлок начал беспокоиться за свою репутацию. Да и сам он ловил на себе заинтересованные взгляды дам, не обнаруживших при молодом джентльмене спутницы, и внутри зарождалось неприятное чувство, предвкушающее очередной скандал. С трудом отбившись от внимания нескольких юных леди, алкоголь в руках которых выглядел слегка незаконно, он смог пробраться на кухню. Столы лишь чудом не гнулись под обилием всевозможных закусок и всяческих вин. Сандра стояла возле окна, молчаливо глядя перед собой. Шерлок огляделся. На кухне маячили несколько официантов, менявших пустые фужеры на полные и протиравших подносы полотенцами. — Сандра, — Шерлок подошёл к ней и положил на плечо руку. Девушка вздрогнула. Она повернула к нему голову. Лицо её было бледным, как полотно, а под глазами залегли тёмные круги. — Хорошо, что ты здесь. Мне снова нездоровится, — Сандра оперлась о плечо Шерлока, тяжело дыша. — На свежий воздух? — предложил Холмс, вежливо поддерживая её за талию. — Да, пожалуйста. Они развернулись к выходу, когда один из официантов запер на засов дверь кухни. — Что это значит? Откройте, — Шерлок напрягся, угрожающе выступив вперед. — Простите, мистер Холмс. Боюсь, что отсюда вы уже не выйдете, — тихо ответил другой официант у него за спиной. Шерлок успел лишь услышать, как прогремел в наэлектризовавшейся тишине выстрел, и крик Сандры, когда блестящий металлический поднос с треском опустился ему на лоб.

***

Джон выпрямил плечи и резко кивнул, поддерживая внутренний настрой. Он собрал вещи, разбросанные по сырой комнате, где он каким-то образом существовал целый месяц, побрился, откопал в кармане куртки немного денег и вышел на дорогу. Возможно, что ему повезёт, и кто-то будет проезжать по ней. Уже через десять минут надежда в груди угасла, а мысли снова помрачнели. На что он рассчитывает? Кто вообще может проезжать мимо этого места ночью? Вдруг его внимание привлек отдаленный вой полицейской сирены. Он замер, нахмурившись. Полиция в такой глуши? Джон обернулся вокруг своей оси, пытаясь выявить, откуда был слышен звук, и замер. Вдалеке, почти у горизонта, виднелись какие-то точки. Он прищурился и разглядел в них сразу несколько автомобилей, как ему казалось, приближающихся чересчур быстро. Надежда снова встрепенулась и зашлась в груди приятным стуком. Вот только… Когда Джон смог точнее разглядеть происходящее на дороге, он попятился в сторону. За чёрным глянцевым «Ягуаром» неслось несколько полицейских машин. Он вздрогнул, когда рычание мотора стало почти оглушительным, и отпрянул на обочину. Быстро скинул с плеч рюкзак и, вынув из него пистолет, сунул браунинг за пояс джинсов. Внутри что-то сжалось в неприятном предвкушении. «Ягуар» оторвался от полицейских машин. Он нёсся так быстро, что поднимал пыль с дороги. Джон положил руку на пояс ремня. Он вполне мог выстрелить «Ягуару» в колесо, но водитель вряд ли выживет после этого, да и сложно будет объясняться с полицией, откуда у него незаконное оружие. Джон закусил губу. Хватит. Он не полезет в это. Он вообще больше не будет влезать в истории. Эта жизнь должна остаться здесь, в этой глуши. Больше никакой войны, капитан. Но Джон не смог заставить себя сдвинуться с места. Он сжимал и разжимал кулаки, глядя, как машина вдруг с ужасающим визгом затормозила, оставляя на высушенном асфальте чёрные полосы. Ещё миг, и из «Ягуара» вылетел кудрявый мужчина. Неужели, угнал машину? Тем временем незнакомец быстро оглядывал местность. Его взгляд впился в Джона. Тот с опаской посмотрел на приближающиеся машины полицейских. Незнакомец тоже обернулся. Не теряя больше ни секунды, он сорвался к Джону. Мужчина почти сбил его с ног, хватая за запястья и заламывая руки за спину. Джон замер. Больше никаких историй. — Стоять! — выкрикнул полицейский, вылетевший из подъехавшей служебной машины. Руки незнакомца, слабо удерживающие Джона, мелко тряслись и были просто ледяными. У Джона больно кольнуло в плече, когда его запястья дернули назад. — Отпусти его! — крикнул другой полицейский, нацеливаясь на замершую парочку пистолетом. Джон прикрыл глаза. Боже, только этого ему не хватало. — Лучше проваливайте! — зарычал у самого уха мужчина, удерживающий Джона, и Джон вздрогнул, когда в его висок ткнулся холодный металл дула. Вот дерьмо. Полицейский с пистолетом выстрелил, прицелившись чуть в сторону от Джона, явно намереваясь попасть в стоящего за его спиной мужчину. — Чёрт! — зашипел Ватсон, когда следующая пуля просвистела совсем рядом с его головой. — Рехнулся? Он резко вывернулся из несильного захвата, выбивая у незнакомца за спиной его пистолет и тут же доставая из-за пояса собственный, с силой вжимая его тому в живот. Кудрявый мужчина уставился на Джона широко распахнутыми голубыми глазами. Его лоб и часть лица были в крови, он крупно дрожал и был бледен, как полотно. — Я не виноват. Ни в чём не виноват, — прошелестел он губами, глядя на Джона с пугающим отчаянием. И Джон узнал этот взгляд. Страх, растерянность, слепой адреналин, заставляющий жилку у виска колотиться с бешеной скоростью. Этот тип уже давно бы прикончил Джона, если бы хотел. Но он не был убийцей. Джон точно знал — в их глазах не бывало страха перед смертью. — Твою мать, — простонал Ватсон сквозь зубы и медленно перевёл дуло браунинга на полицейских.

***

Шерлок помнил, как очнулся от того, что кто-то яростно хлестал его по щекам ладонью. Он распахнул глаза, затравленно уставившись на Артура Брукса. Его было не узнать. Добродушный мужчина с круглым лицом смотрел на него с отвращением и нескрываемой яростью. Даже его усы, казалось, встали дыбом от злости. — Сукин сын, — прошипел Брукс сквозь зубы, и его широкая ладонь в последний раз, с размаха, хлестнула Холмса по щеке. Шерлок даже не чувствовал боль. Он слышал какой-то гомон, плач, крики, но никак не мог сориентироваться, где находится. Его мутило, перед взором двоилось, а голова нещадно раскалывалась. — О Господи, это ведь Шерлок Холмс! — визг заставил Шерлока поморщиться. Он прикрыл глаза, снова открыл их, но мираж не исчез. К полной дезориентации добавился ещё и странно знакомый металлический запах. — Боже! О Боже! — верещали чьи-то голоса. Шерлок попытался найти опору под собой, потому что чувствовал себя так, словно его подвесили в воздух, но неожиданно осознал, что тело его совершенно не слушается. Более того, его практически колотило в припадке. — Как ты мог! Мерзкий двуличный слизняк! — выплюнул ему в лицо Артур, и это стало отправной точкой возвращения Шерлока к действительности. Он был на празднике в честь юбилея свадьбы Бруксов. Улыбался безликим гостям, пил кислое шампанское, курил в саду, искал Сандру… В голове словно взрывались маленькие гранаты, раскалывая его мозг на мелкие дробные частицы. — Что случилось? — спросил Шерлок, обращаясь к единственному пока знакомому лицу. До него дошло, что всё это время он фактически был распластан на полу. Руки же Брукса поддерживали его корпус в едва ли горизонтальном положении над холодной кафельной плиткой кухни за лацканы пиджака. — Что случилось? — прошипел разъяренный Артур, встряхнув Шерлока с такой силой, что у того зазвенело в голове. — Ты убил её… Убил! Слово «убил» почему-то стало вторым толчком к возвращению на землю. Шерлок дёрнулся и завертел головой во все стороны, превозмогая жуткую боль в голове и тошноту в желудке. Где-то на краю сознания он поставил утвердительный крестик возле строки «сотрясение» в списке прочих вероятных дисфункций организма. Взгляд остановился на луже крови. Металлический запах, который он так отчетливо ощущал, исходил от тела девушки с простреленной черепной коробкой. Шерлок прищурился. Двоилось в глазах жутко. Он почувствовал, что руки Брукса отпустили его, и тут же свалился на спину. — Сандра? — язык не слушался. Шерлок попытался встать на ноги. Получилось, но вот устоять было непросто. — Господи, он убил её! — снова визг. Шерлок зашевелил губами. — Где официанты? — он сжал руки в кулаки, оглядывая кухню. На ней вдруг оказалось так много народу, что закружилась голова. Он остановил взгляд на Бруксе. — Кто? — голос Артура больше походил на рёв альтовой трубы. Шерлок снова поморщился. Земля постепенно перестала уплывать из-под ног, и он сделал неуверенный шаг вперед. — Официанты. Они заперли меня с Сандрой. Один из них… — Шерлок мучительно зажмурился, хватаясь за живот рукой. — Один из них выстрелил из пистолета… — Не из этого ли? — прогремел Брукс, хватая Шерлока за свободную руку и поднимая её на уровень глаз. Шерлок непонимающе уставился на пистолет в собственной руке. Пальцы словно онемели. Он даже и не почувствовал, что всё это время сжимал что-то в них. — Нет… Это… — до Шерлока медленно начала доходить суть произошедшего. Он попятился в противоположную сторону от тела мертвой жены на полу, качая головой и не веря собственным глазам. — Кто-то ударил меня по голове. Подносом, — пробормотал он. — Билли вырубил тебя, — махнул рукой Брукс. — И правильно сделал, — добавил он мрачно, сверкнув на Шерлока глазами. — Ты рехнулся, Холмс. Застрелил собственную жену, — он снова оказался к Шерлоку лицом к лицу и зашипел, как кобра, выплёвывая каждое слово. — Ты совсем заигрался, Шерлок Холмс! — Да о чём вы говорите? — Шерлок хотел придать голосу угрожающие ноты, но вышло сипло и почти истерично. Его всё ещё странным образом потряхивало. Он увидел, как в окнах замелькали полицейские мигалки. Ещё раз оглядев толпу, Шерлок распихал напуганных гостей, выбегая в главный зал и сжимая в руке рукоять пистолета. Пока ещё было не поздно, ему нужно было добраться до машины.

***

Шерлок втолкнул Джона в салон «Ягуара» и, заняв водительское место, тут же дал по газам. — Эй! Вообще-то, это у меня сейчас ствол в руке, — светловолосый мужчина рядом наглядно продемонстрировал бывалый браунинг. — Вы уже упустили свой шанс, — холодно отозвался Шерлок. В голове почти полностью прояснилось, а руки дрожали заметно слабее. Чудо, что ему удалось не попасть в аварию, пока за ним гнались полицейские машины. — Знаете, а я ведь всё ещё могу наделать в вас пару дырок, благо теперь и мне грозит розыск за угрозу огнестрельным оружием полицейскому при исполнении, — Джон нервно сунул браунинг за пояс джинсов и откинулся на спинку сидения, прикрывая глаза. Шерлок вскользь посмотрел на него. Крепкий, невысокий мужчина. Загар не выше запястий, короткая стрижка и твёрдая рука — бывший военный. Он с удивлением отметил блуждающую улыбку на тонких сухих губах. — Что вас так забавляет? — спросил Шерлок, с опаской глядя в зеркало заднего вида. Они оторвались от полицейский машин, но надолго ли? — Я мог убить вас, — спокойно ответил Джон. — Я тоже. Не вижу в этом ничего забавного, — сухо отозвался Шерлок, вцепившись пальцами в руль. Перед глазами снова начало двоиться. — Вы? Нет. Вы бы не выстрелили. — С чего вы взяли? — У вас тряслись руки, значит, вы сомневались или боялись. Такой настрой — заранее поражение. Шерлок скептически скривил губы. — Вы, что, действительно не знаете, кто я такой? — спросил он надменно, плавно ослабляя нажим на педаль газа. При такой скорости у него всё мелькало перед глазами, а в темноте и так было плохо видно дорогу. Мужчина рядом повернул к нему голову и прищурился, разглядывая. — Вы говорите таким тоном, словно ждёте, что я задохнусь от удивления, когда наконец узнаю. Вы наркоман? Шерлок не сдержал нервный смешок. — Боже, ну и глушь… Неужели вашей военной пенсии бы не хватило на квартиру ближе к цивилизации? — Откуда вы узнали, что я военный на пенсии? — тут же подобрался Джон. — Это очевидно. У вас выправка и стрижка военного, плюс загар, который точно нельзя приобрести в городе, но он ограничивается руками и лицом — носили форму. Когда я заломил вам за спину руки, вы вздрогнули. Но вам не было страшно, я сделал больно. Травма плеча? Еще свежая, иначе бы вы сдержали дрожь. Также с собой у вас есть браунинг. Не уверен, что должен удивляться этому, учитывая в какую даль я заехал и кто мог бы здесь жить, но вы управляетесь с ним не как дилетант. Вас вернула с войны травма, причём совсем недавно. Быть может, месяц назад? Что случилось? Схватили пулю? — Точно… Но как вы… — Сказал же. Очевидно. В салоне повисло долгое молчание. — Как вас зовут? — Джон. Джон Ватсон. — Шерлок Холмс. Полагаю, теперь вы мой заложник, Джон. — Скорее соучастник, — убитым тоном поправил Ватсон, съезжая по сидению ниже. Никаких историй, конечно. — Мне нравится, — оскалился Шерлок и снова вжал педаль до предела, когда вдали послышались сирены.