Amorem canat aetas prima

Я не виделась с Гилбертом два дня. Отец рассказывал, что у Блайта какие-то проблемы с домом, но полностью понять проблемы я так и не смогла. Я безумно скучала за парнем все эти два гребанных дня. Меня постоянно преследовало какое-то странное предчувствие. Только вот, хорошее оно или же плохое — я не знала. Сьюзи меня пока что не навещала, да и надобности не было. Уже завтра я пойду в школу. Аж не верится. Столько всего произошло, пока я не была в школе. Но больше всего меня волнует то, как будет вести себя Гилберт. Интересно, он будет делать вид, что ничего не произошло и продолжит добиваться хорошего расположения со стороны Энн. Или же наконец-таки перестанет бегать за рыжей и больше времени будет уделять мне. Столько вопросов, а ответы я получу лишь завтра. Как же мучительно долго тянутся дни. Впервые в жизни я хочу поскорее пойти в школу. Вот что со мной делает милашка Гилберт. Как же мне сейчас хочется подольше поваляться в кровати и помечтать о том, что будет завтра, но, к сожалению, работа ждать не любит. Отец попросил меня, чтобы я помогла ему занести дрова в дом. Поэтому, с грустью смотря на кровать, я теплее укуталась в кофту. Где-то на стуле мелькнул черный свитер Гилберта, который парень так и не забрал у меня. Что же, я этому только рада. Папа уже дожидался меня на улице, он как раз успел нарубать несколько десятков дров. Ох, работа обещает быть долгой. На пятом заходе, мой энтузиазм полностью исчез. Думала я только об одном: скорее бы наступил вечер и я смогла бы упасть в объятия теплой и такой любимой кровати. Но до этого стоит ещё дожить. — Мари, — я только было ухватилась, чтобы отнести ещё одну порцию дров, как отец позвал меня. Недовольно закатив глаза, я бросила железную корзину с дровами и побежала к папе. — Ты что-то хот... — я ошарашенно застыла на месте, не в силах даже вдохнуть полной грудью морозный воздух. Огастус. Напротив меня, всего в нескольких чертовых метрах, стоял мой любимый Огастус. На глаза моментально набежали слёзы. Я прикрыла рот руками, чтобы не закричать от радости. Рядом с конем стоял улыбающийся Гилберт. Неужели Блайт выкупил Огастуса? Конь, увидев меня, радостно заржал и в ту же секунду подбежал ко мне. — Огастус, — я не могла поверить собственным глазам. Вот он стоит рядом, тыкает своей мордочкой мне в грудь и смотрит на своими огромными карими глазами, — О Господи, Огастус! Я повиснула у коня на шее, крепко прижимаясь телом к нему. Мой разум затуманило чувство нереальной радости. Я готова была во всю глотку кричать о том, что я самый счастливый человек на земле. Но вместо этого, я лишь громче всхлипывала и, не сдерживаясь, рыдала. Мой любимый Огастус рядом со мной. Неужели всё это мне не снится? Я не видела его несколько дней, несколько чертовых дней. И сейчас, Господи, как же прекрасно вновь его обнять, погладить любимую черную шерстку и взглянуть на счастливую мордочку. Я готова расцеловать того, кто вернул мне Огастуса. Я отстранилась от своего любимого друга и, шмыгая носом, рукавом вытерла лицо от слёз. — Спасибо, — сквозь смех и плач, пролепетала я подошедшему Блайту, — спасибо, спасибо, спасибо. Я, игнорируя присутствие отца, крепко обняла Гилберта, обвивая руками шею парня и прижимаясь к нему сильнее. — Это тебе спасибо, Мари. Спасибо за то, что всегда была рядом. Я задрала голову вверх, чтобы посмотреть парню в глаза. Такие же карие, как и кофе, которое каждое утро пьет отец. Всё что я знаю про кофе — оно горькое и чертовски вкусно пахнет. Гилберт, нежным прикосновением, вытер мои слёзы и улыбнулся одной из своих самых очаровательных улыбок. — Послушай, Мари, мне нужно уехать, — он понизил голос, жадно вглядываясь в мои заплаканные глаза, — я не знаю насколько дней, недель, месяцев или лет, — поспешил он ответить на мой немой вопрос. Уезжает. Гилберт уезжает. И непонятно когда вернётся. Моё сердце с громким звуком упало на землю, разбившись на миллионы, миллиарды острых осколков. Дни, недели, месяцы, годы. Я только что приобрела Огастуса, но потеряла Гилберта. Жизнь всегда просит свою плату за счастье. — Но, Гилберт... Он не дал мне договорить. Наклонившись ниже, он легонько прикоснулся губами к моим, оставляя запах мяты и мёда. Это был мой первый настоящий поцелуй. Прощальный поцелуй.