То, чего не знает разум, дополняет сердце

Дерек приехал в восемь утра, я сидел на кухне, допивал остывший чай, когда почувствовал его приближение. «Камаро» остановилась около калитки, хлопнула дверца, и послышались осторожные шаги. Он хромал. Вылетаю из кухни и распахиваю дверь в нетерпении, и застываю, учуяв запах крови, мази на травах и антисептика. - Стайлз… - произносит он как-то беспомощно. Хватаю его за куртку, затаскиваю в дом и начинаю ощупывать, притиснув к стенке. Злюсь, обнаруживая повреждения. Задираю футболку и осторожно провожу по повязке, которая охватывает грудь, запах крови стал сильнее. - Где еще? – не узнаю своего голоса - столько в нем холода. - Стайлз. - Я спросил, где еще? Или мне тебя раздеть? – хочется придушить Дерека и одновременно обнять, и не отпускать никогда. - На спине пара царапин, - устало говорит он, сдаваясь, – правое бедро разодрано. Принюхиваюсь, касаюсь пальцами лица: ссадина на брови уже не кровоточит, царапины на шее все еще влажные. Если раны медленно заживают на оборотне, значит, нанес их более сильный альфа. - Отец? - Да. Мы подрались, это наказание, я не посоветовался с ним, подорвал авторитет. Меня выгнали из дома и из клана на время. Испытательный срок - два месяца, волчат должен учить сам, потом совет стаи примет окончательное решение. Беру его руку и тяну в свою комнату. - Стайлз, я вообще-то только сообщить новости пришел. - Черта с два. Где будешь жить? - У меня квартира в городе, там иногда ночевать оставался, теперь придется обживать по полной программе. - Как Элисон и её парень? – усаживаю его на кровать, ухожу в ванную взять лекарства в шкафчике, достаю бинты, нахожу нужную мазь по запаху и возвращаюсь. - Они - нормально, учитывая обстоятельства, в шоке, конечно, еще не осознали. Скотт на меня рычать пытался, но я рявкнул и сверкнул глазами, парень так и сел там, где стоял. Инстинкты у них нормальные, Маккол будет хорошей бетой, как и Элисон. До первого полнолуния у нас две недели, время на обучение есть. - Снимай одежду, буду тебя лечить, - раскладываю бинты на стуле, пододвинув его ближе к кровати. - Да я вроде и сам уже намазал… - Будешь спорить с травником? – угрожающе спрашиваю, и он замолкает, страдальчески вздыхает и стягивает одежду, по тому, как медленно и осторожно он это делает, понимаю, насколько ему больно. Срезаю старую повязку, пропитанную мазью, осторожно, кончиками пальцев накладываю новую, из ран сочится сукровица и, судя по краям, его хорошо зацепили когтями. Он дышит глубоко и размеренно. - Почему я не чувствую боли по связи? – тихо спрашиваю, начиная бинтовать грудную клетку. - Я блокирую её, незачем тебе еще и это испытывать. - Ты так умеешь? - Стайлз, я - урожденный оборотень, я много чего умею. Мы замолкаем на время, пока я занимаюсь его бедром, нога пострадала больше. Дерек уже тянется за джинсами, но я останавливаю. - Дерек, ложись, отдохни, успеешь еще в свою квартиру. Я сегодня все равно дома, магазин подождет. Поспишь, поешь, потом проверим повязки, и езжай куда собирался. Притягивает меня к себе, утыкается лицом в живот, чувствую улыбку на его лице. - Беспокоишься? Какая заботливая у меня пара. Краснею, ничего не могу с собой поделать. - Придурок, у меня чуть сердце не остановилось, когда ты на звонки не отвечал, - зарываюсь пальцами в густые волосы и поглаживаю. - Прости, не хотел пугать. - Ложись, давай. Забирается в постель, укладывается на бок, и я накрываю его одеялом. Дерека вырубает мгновенно, подлезаю к нему со спины и слушаю ровное дыхание. Мазь должна ускорить регенерацию, плюс она с обезболивающим действием, так что выспится нормально. Выдыхаю и кладу голову на соседнюю подушку. Скоро вернутся Лидия и Джексон, которые поехали в колледж писать заявление на освобождение от занятий на пару дней. Все живы, относительно здоровы, можно расслабиться. Пока. *** - Скотт, твою мать, что ты творишь! Он быстрее и подвижнее тебя, не поддавайся на провокацию, держи дистанцию и не злись, - Дерек смотрит, как на лужайке перед нашим домом Джексон со Скотом колошматят друг друга в спарринге, и раздает указания. Элисон сейчас отдыхает в сторонке. - Давай, уворачивайся от зубов - парализует, и моргнуть не успеешь! - Он что, еще и ядовитый?! – Скотт возмущенно сопит, а Джексон отращивает хвост и делает подсечку. - Ты даже не предссссставляешшшшшш на сссссссссколько, - старательно изображая жуткую тварь, шипит братец, и я не сомневаюсь, что на губах у него мерзкая ухмылка. - Так не честно! У меня нет пятой конечности! – орет Маккол и прыгает, стараясь увернуться от когтей ящерицы. - Но у тебя есть когти и зубы, и природная ловкость! Пользуйся преимуществами и не зевай! – поддевает его Дерек, стоя около меня, скрестив руки на груди. Несмотря на холод, он в одной майке, от него разит кровью, потом и немного псиной. Скотт швыряет Джексона в дерево, а тот дьявольски хохоча, изворачивается, вцепляется в ствол и ползет вверх, как гигантская чешуйчатая белка, забирается высоко и садится на толстую ветку, удерживаясь за неё хвостом. От того как от него шибануло возбуждением, понимаю, что брату нравится весь этот цирк. - Лу-у-у-узе-е-ер! – издевается Джексон. – Что, волчонок, не достать тебе меня? Скотт рычит и кидается на сосну, карабкается вверх, цепляясь когтями. Кора летит во все стороны. - Шуты гороховые, - тихо ругается Дерек, но не собирается разнимать. Судя по скребущимся звукам, Маккол с ослиным упорством двигается к цели. - Попалась, ящерюга! – победно орет волчонок. Раздается хруст, смачный шмяк и отборные матюки. - Потише на поворотах, здесь же дамы, - укоризненно осаживаю их, невольно заслушавшись заковыристыми эпитетами. Дерек смеётся довольно и открыто, а потом сообщает мне тихо: - Скотт поймал Джексона за хвост и дернул, но не рассчитал, и они свалились оба. - Учитывая интенсивность брани, никто, серьезно не пострадал, - так же тихо отвечаю, и улыбка расползается по лицу. Они еще потрепыхались, и Хейл поставил их в пару - драться, сам занялся Элисон. На улице прохладно - осень на дворе, кутаясь в куртку, сижу на ступеньках веранды, слушая, как они вот уже полчаса проводят тренировочный бой. Ящерица против вервольфа - это круто! Элисон тренировал сам Дерек: он её не жалел, кидал в деревья и пару раз ломал руки и ноги. Подруга только скулила и, зарастив повреждения, шла на альфу с новой атакой. Скотт первое время все пытался защитить девушку, пока Дерек ему доходчиво не объяснил, чем может закончиться неумение преодолевать боль и контролировать регенерацию. Джексон с энтузиазмом воспринимал учебные бои: они с Дереком пару раз даже серьезно схлестнулись, полуобратившись, - только клочья летели. От рычания дрожали стекла, а в результате мне пришлось лечить обоих, так как раны плохо затягивались. Лидия во всем этом бедламе участвовать отказалась, как настоящая воспитанная девушка, она скромно сидела в сторонке и болела за Джексона. А я вот не знал за кого мне болеть: Скотт только учился, допускал много ошибок, и поэтому ему хорошо доставалось, Элисон упрямо двигалась к цели, но тоже огребала по полной программе. Дерек же старался соизмерять силу и легко калечить волчат, но от глубоких царапин и укусов был не застрахован. По окончании всего этого безобразия ко мне в очередь выстроились – ВСЕ! Мазь от ушибов и для повышенной регенерации уходила тоннами. Жизнь налаживалась. Волчата вернулись в колледж, жили каждый у себя, но приходили к альфе почти каждый день. Хейл учил их не только контролировать оборот, но и рассчитывать силу в общении с простыми людьми. Первое полнолуние выдалось трудным: Дерек приковал их цепями у себя в квартире и сидел наготове, наблюдая, как зверь вытесняет человека. Скотт тогда порвал несколько цепей и чуть не вырвался, Дерек превратился и смог подмять его под себя, заставив подчиниться. На второе полнолуние они оба нашли свой якорь: оказалось, что у Маккола - это Элисон, а у девушки - её отец. После стало легче, даже в теле зверя они сохраняли разум и, не находясь рядом со своим альфой, не представляли угрозы для людей. Дерек уже выводил их охотиться, но не в полнолуние. От остальных Хейлов вестей не слышно, только Шерон звонила сыну и беспокоилась, Дерек пару раз ездил повидать сестренку, но отец дома отсутствовал. Сдается мне, что Ричард до сих пор зол на сына. Через неделю Дерек должен представить волчат клану и дождаться решения старейшин. Ардженты учились жить с дочерью оборотнем, а миссис Маккол старалась делать вид, что ничего не изменилось, но это трудно, когда собственный сын перестал болеть астмой, не переносит серебра, может, не напрягаясь, поднять машину и превращается в волка каждое полнолуние, а то и чаще. Ничего, она смирится со временем, а пока все также одевает на него шарф и беспокоится, чтобы не простудился. Хотя оборотни не болеют. Дерек не унывает, но я знаю, как его заедает тоска по семье, всю свою сознательную жизнь он был в стае, а теперь оказался отрезан от клана, будем надеяться, что только на время. Он по-прежнему приезжает в магазин вечером, помогает нам со Скоттом таскать ящики, а после закрытия увозит меня на «Камаро». У нас все хорошо, связь стала настолько тесной, что иногда даже слов не нужно - каждый чувствует другого. Это странно, пугающе и смущает иногда, ведь ты не в силах скрыть то, что у тебя на душе от близкого тебе существа. Зато нет недомолвок, недопонимания. Можно отстраниться, поставить заслон, но ни один из нас не выдерживает долго без тесной связи душ. Вот и сейчас я ощущаю его азарт, радость боя, мимолетную гордость за щенков, за то, как они делают успехи, досаду, когда он наблюдает за ящерицей, и теплоту, когда смотрит на меня. Вскоре Дерек командует отбой. Наконец-то, а то у меня замерзли руки и уши, и нос, наверное, красный. Все расслабляются и идут в дом, разгоряченные оборотни сразу направляются мыться; хорошо, что в доме две ванные, и одна из них в моей комнате. Дерек берет меня за руку и тянет за собой, слышу, как Скотт и Джексон спорят, кто первый пойдет в душ, а Элисон с невозмутимым видом говорит, что девушкам надо уступать и, оттолкнув их с дороги, занимает место спора первой. Лидия похихикивает на кухне, а двое парней синхронно тяжело вздыхают. Дверь в мою комнату закрывается, не успеваю опомниться, как меня целуют, стаскивая куртку, обнимаю Дерека, и он вздрагивает. - Стайлз, ты, как ледышка, - выдыхает тихо, щекочет шею обжигающими пальцами, - и нос холодный. Раздевайся, пойдем в ванную, постоим под горячими струями, согрею тебя, - он шепчет все это на ухо, и меня обдает волной возбуждения. Избавляемся от тряпок, целуемся и забираемся под душ, Дерек фыркает от капель, проводит ладонями по плечам и бокам, берёт гель, и воздух наполняется персиковым ароматом с корицей. Вожу руками по его обнаженному торсу, царапины уже затянулись, оставив после себя тонкие рубцы, которые исчезнут за пару часов. Он горячий, обнимает, целует плечи, шею и гладит по спине, впиваясь пальцами в кожу, и я завожусь. Облизываю его ключицы, зарываюсь пальцами в короткие волосы, и он тихо стонет, его член упирается мне в бедро, а сам он пахнет похотью. Его руки спускаются на мою задницу, нетерпеливо мнут, пальцы надавливают и проникают внутрь, из горла рвется стон, который заглушаю, укусив его за плечо. - Дерек… - задыхаюсь, тоже хочу, но сейчас вроде не время и не место. - Давай, Стайлз, мы тихо и быстро, - шепчет Хейл и целует настойчиво. По нашей связи ощущаю, какой огонь полыхает у вервольфа внутри. У меня тоже стоит, дрожу в нетерпении, губы горят, когда мы разрываем поцелуй, и я поворачиваюсь к нему спиной, уперевшись руками в стену. - Давай… Он ищет смазку на полке, говорит пошлости вперемешку с такими нежностями, что у меня уши полыхают, и проникает в меня скользкими пальцами, растягивает недолго, но чертовски правильно. Скулю, закусив губу, когда он попадает по нужной точке и подаюсь назад, стремясь продлить удовольствие. Рычит, хватает за бока и начинает медленно вставлять. Давлюсь вздохом, пару раз бью кулаком по кафелю и сдерживаю стоны. Какой он страстный… - Ох, ты ж блядь… Дерек, не могу молчать, - умоляюще призываю, и он накрывает ладонью мой рот и начинает трахать сильно и размашисто. Хрипло дышит в затылок, собирает капли воды языком со спины и шеи и не останавливается, двигается размеренно и четко. Мычу, скребу ногтями по плитке, погружаюсь в бездну удовольствия, прогибаюсь в пояснице, подставляясь, ощущая, как ему кайфово. Он тащится от моего запаха, от податливости, от того, как сильно я сжимаю его внутри, и от того, как отдаюсь весь и без остатка. Нас затопляет жаром, одним на двоих, сердца бьются набатом, облизываю его ладонь, и стоны льются из горла. Меня захлестывает волной наших чувств, впечатления яркие, и не разберешь, где чьи, тонем в удовольствии, и Дерек кончает первым, пульсируя внутри, ставя засос на плече. Он все также затыкает мне рот и начинает отдрачивать быстро и жестко, подводя к грани. Глухо вскрикиваю и кончаю, содрогаясь, Хейл убирает руку и, обняв, стоит, уткнувшись мне в затылок. В ванной не продохнуть от запахов секса и геля для душа, приходим в себя, сердца выравнивают ритм. Разворачиваюсь и повисаю у него на шее, ноги меня совсем не держат. - Я хочу взять тебя с собой, когда поедем к отцу, - тихо, но твердо говорит Дерек, поглаживая по спине. Напрягаюсь. - Но это значит, ты окончательно признаешь перед всеми, что я посвящен в дела стаи. - Пусть, никогда не собирался от тебя ничего скрывать. От его слов теплеет на душе, и я предвкушающе ухмыляюсь, предвидя обалдение Питера, а заодно и многих членов стаи. Мы вместе во всем и надолго, и пусть недовольные заткнутся раз и навсегда. *** Неделя прошла быстро, совет старейшин назначили на вечер пятницы, собираясь, мы все нервничали, Скотт и Элисон пили кофе на нашей кухне, я в это время одевался и рефлексировал. Дерек излучал спокойствие каменной глыбы. Я по пятому разу проверял одежду, пока он не подошел, не взял мои ладони в свои и не сказал: - Ты отлично выглядишь, Стайлз, перестань нервничать. И я перестал. Меня переполняло его спокойствие, уверенность, понимание, что мы всё делаем правильно. Лидия и Джексон провожали нас, стоя на крыльце и смотря нам в след, брат шепнул, что если я не вернусь к утру и не дам о себе знать любым способом, он созвонится с дядей Крисом и поднимет на уши всю полицию штата. В «Камаро» ехали молча: каждый думал о своем, но все мы как будто были едины, Скотт и Элисон держались за руки, мне не нужно видеть, я просто догадывался по тому умиротворению, что лилось с задних сидений, - молодые волки надеялись на лучшее. Сердце Хейла стучало ровно и размеренно, но я только на десятой минуте понял, что мы все дышим в его ритме. Из нас образовалась маленькая нерушимая команда, даст бог, мы переживем эту ночь и станем сильнее. В поместье Хейлов нас уже ждали, от силы чистокровных вервольфов, собранных в одном месте, по коже бегали мурашки, и становилось тяжело дышать, но только мне. Дерек, наоборот, как-то воспрянул, расправил плечи, взбодрился, ребятам хоть и сделалось немного не по себе, но они тоже выпрямились в стойку. Предвкушение - вот что я чувствовал вокруг. Дерек держал меня за руку, пока шли к дому, на крыльце нас встретила Шерон. От неё пахло молоком и ванилью, она подошла и обняла сына, потом поцеловала меня в щеку. - Здравствуй, сынок, вот и настал день сбора старейшин, они решат дальнейшую судьбу твоих волчат и тебя, – в её голосе не было беспокойства, только констатация факта, что придало мне уверенности. - Где отец? Я не чувствую его здесь. И правда, среди окружавших нас оборотней вожака не обнаружилось. Я различал альф, сильных бет, почти все здесь чистокровные или просто самые сильные из стаи. - Он ждет тебя в священном месте, так требуют правила, - голос женщины звучал твердо, но заметно, что она волнуется. Дерек сжал мою руку сильнее, хмыкнул и тихо сказал: - Ну что ж, тогда не будем нарушать традиции, - и стал раздеваться. Я ошарашено стоял рядом и не знал что делать. Рядом зашептались, посыпались комментарии и незлые подначки. - Дерек, что ты делаешь?! – спрашиваю, начиная нервничать. Он спокойно скинул ботинки, завязал одежду узлом и отдал Скотту, потом наклонился и прошептал: - Доверься мне и ничего не бойся, так надо. Затем отступил на шаг и начал меняться, меня обдало жаром, когда он стал большой лохматой зверюгой, он превращался при мне уже ни раз, и это стало почти привычным. Да, он зверь, но и все тот же Дерек, которого я люблю. Волк уткнулся мне в грудь носом, я запустил пальцы в густую шерсть, вокруг разнесся слаженный вздох - не каждый оборотень позволял чесать себя, как комнатную собачку. Потом зверь боднул меня и припал на передние лапы, склоняясь, а по связи пришло приглашение: «Садись, подвезу». Меня затопило шальное веселье, страх отступил и, улыбаясь, я взобрался на спину к Дереку, пригнулся к холке, вцепившись в шерсть, и прошептал: - Только не урони, скотина клыкастая. Хейл рыкнул и сделал первые шаги, оборотни вокруг нас выстроились в две шеренги, и мы шли между ними, и каждый тянул воздух, запоминая наши запахи. Скотт и Элисон ступали позади, и я знал, что их глаза светятся золотом, так же, как знал, что Дерек сверкает кроваво-красными глазами альфы. А потом вокруг нас зашелестели одежды, кто-то смеялся, кто-то чертыхался негромко, и вервольфы обращались один за другим, потом завыли призывно, так что кровь застыла в жилах от десятков голосов, и волки сорвались с места, прихватив узлы с одеждой зубами. Мы мчались вместе со всеми по ночному лесу, туда, куда нас тянуло с непреодолимой силой, и я знал, что только наши ребята остались в человеческом облике, но им это не мешало бежать наравне со всеми. Я держался крепко за густую шерсть и ощущал всем телом, как легко и плавно волк бежит, наслаждаясь и преодолевая препятствия, в ушах свистел ветер, от восторга сердце билось где-то в горле, страх исчез, пришло осознание, что все получится. Не могло не получиться, когда сам лес помогал нам, шепча благословения шелестом опадающей листвы. Мы прибыли на место спустя непродолжительное время, энергия лилась из земли гуще и слаще, чем в первый раз, теперь я чувствовал причастность к этому месту. Трещали поленья, и жар от большого костра согревал кожу, когда мы остановились перед старейшинами, волк мягко нагнулся, давая мне спуститься, и я уловил на себе с десяток цепких взглядов, которые ощупывали, оценивали, облизывали. Почему ты мне не сказал, Дерек, скрытный волчара? Он превратился обратно в человека, как и все остальные вервольфы, оделся и встал рядом со мной; нас окружала стая. Воцарилось молчание, все приготовились слушать. - Приветствую тебя, Ульфрик, в назначенный день я привел избранных мною Гэри и Фьёри, чтобы они прошли испытания и стали достойными членами стаи, как и подобает спутникам сына вожака! – уверенно говорил Дерек, стоя перед своим отцом. Наступила тишина, разбавленная лишь треском поленьев. - Да будет так! – дал одобрение Ричард, который сидел прямо перед нами. Невозможно было определить, сколько вокруг нас живых существ - слишком много сердец билось в одном месте, все, что я мог ощутить, - это то, что здесь не один камень, как я думал вначале, а несколько, расположенных полукругом, и именно на них сейчас сидели старейшины и вожак. Кто-то встал с камня, вальяжно приблизился, и я услышал знакомый голос: - Приветствую тебя, племянник, вижу, ты запомнил кое-что из древних книг, которые я давал тебе почитать. Очень эффектное появление, знаешь ли, такое мммм… многозначное! – протянул в своей обычной манере дядя Питер. На что намекает эта ехидина? Чувство, что я многого не знаю, возрастает с каждой минутой. - У меня прекрасная память, благодарю, дядюшка, а теперь не могли бы мы вернуться к нашим неотложным делам и наконец приступить к испытанию моих Гэри и Фьёри? – младший Хейл сделал пару шагов вперед. - Браги, готов ли ты провести испытания? - За мной не заржавеет, Дерек, - Питер хмыкнул и неожиданно оказался перед моим носом, миновав племянника в одно мгновение. Наклонился ко мне, втянул носом воздух, я уловил терпкий запах полыни от него, и сила Браги окутала меня, пригибая к земле, рука с выпущенными когтями огладила щеку, едва не царапая, и оборотень выдохнул мне в губы: - Интересненько, не слишком ли зарвалась слепая мышка, прибыв сюда на спине сына Ульфрика? – его мощь настолько давила, что приходилось прилагать чудовищные усилия, чтобы не упасть на колени. Чертов шаман воздействовал на меня, а я не мог ему ничего противопоставить. Ну не рябиной же его посыпать? - Питерррр, оставь его! – Дерек подскочил и схватил дядю за запястье, прерывая прикосновение. Сразу стало легче дышать. Дядюшка рассмеялся. - Больно ты нервный стал, племянничек, от любви поглупел, не иначе, – издевательски бросил, а потом совершенно нормальным голосом с толикой угрозы. – Не сверкай глазами, не дорос еще. И они отпрыгнули друг от друга. - Я Браги, шаман стаи, провозглашаю о начале испытаний для Гэри и Фьёри - спутников сына Ульфрика! Сегодня, в новолуние, когда хозяйка ночи чуть видна на небосводе, два новообращенных волка обязаны пройти испытание на храбрость и силу и доказать, что они достойны быть оборотнями! – торжественно провозгласил шаман, обходя нашу четверку по кругу. – Один из них должен вступить в поединок с Гати и показать на что способен, второй же удостоится испытания на тропе предков, и духи наших умерших решат его судьбу! Выбирайте, для кого какое испытание! - Я буду сражаться! – Скотт вышел вперед, встав по правую руку от меня. - Да будет так! – Браги отступил, и мы попятились тоже, оставляя Маккола в свете костра. Легкими шагами Маркус вышел к Скотту, они скинули верхнюю одежду и начали кружить, изучая друг друга. Дерек потянул меня в сторону. - Стайлз, мы должны отойти дальше, все только в его руках, - шепнул он. - А прекрасная леди пойдет со мной, - мурлыкнул Питер, подходя к Элисон, та негромко зарычала, дядюшка тихо рассмеялся. – Неужели я такой страшный, мисс Арджент? Нам с вами еще предстоит найти точки соприкосновения. - Да-авайте… без нарушения моего личного пространства, - ответила девушка, нервничая. - Все будет хорошо, Элисон, иди с ним и помни, о чем мы говорили, - напутствовал её Дерек. Элисон вздохнула, и они с Питером ушли, огибая костер, а неподалеку уже вовсю слышались звуки ударов, рычание и подбадривающие крики, Скотт сражался, доказывая свою состоятельность как оборотня. Дерек усадил меня на поваленный ствол дерева и тихо рассказывал, как проходит поединок, оборотни улюлюкали, подначивали, и в воздухе пахло кровью, яростью, азартом. Когда в очередной раз раздался хруст костей и жалобный вой, я поморщился. - Он что, из него отбивную делает? – тихо спрашиваю Хейла. - В основном. Ты же не думал, что Маккол сумеет победить? Он против альфы может не больше, чем новорожденный щенок перед матерым волком. Главное здесь - не отступать, несмотря на боль и переломы, защищаться, используя все силы, и не сдаваться. Это проверка на стойкость. Маркус уже переломал ему все конечности не по одному разу, но Скотт все заращивает и снова кидается в атаку. Гати силен, но не жесток, он дает бете понять, насколько тот слаб, жалок и уязвим, определяет порог его боли и выносливости. Щенок показывает зубы, кусается и дает отпор, но раз за разом будет бит. Вопрос в том, когда он сдастся и сдастся ли вообще. - Какой удар по гордости. - Отнюдь, здесь нечего стыдиться. Скотт упрямый как баран в некоторых вещах и не опустит руки. Он весь в крови, и раны заживают уже не так быстро, а на Маркусе всего одна царапина. Слышишь крики толпы? - Да. Ты поэтому его против Джексона ставил? Чтобы научить контролировать свой гнев и не обращать внимания на насмешки? - И поэтому тоже, - волк усмехнулся. – Вообще из ящерицы получился хороший тренажер для вервольфа. Раздался очередной рык, а потом визги, шум, как будто два зверя сцепились насмерть. Дерек вскочил на ноги. - А вот это - плохо, Маркус разозлился, видимо, Скотт достал его своим упрямством! Держи руку и не отпускай, - Хейл крепко схватил меня, переплетая пальцы, и потащил, мы оттолкнули пару оборотней; воздух был насыщен возбуждением и нетерпением. Все орали и комментировали, а мы остановились у самой площадки, где дрались двое, и я, сосредоточившись, различил стук сердце Маккола, оно билось неровно и бешено. Послышался глухой удар, хруст, жалобный крик, а потом полный боли скулеж, я слышал, как Скотт скребет руками по земле, пытаясь встать, но у него не получалось. - Блядь, он сломал ему позвоночник… - тихо прошептал Дерек, и я почувствовал, как от него к бете прошла теплая волна - альфа пытался помочь волчонку, делясь энергией. Маккол снова жалобно завыл, Маркус подошел к нему и зарычал грозно и угрожающе, сердце беты испуганно трепыхнулось, но он ответил таким же рыком. Все вдруг притихли, а Маркус рассмеялся громко и совсем не злобно. - Молодец, парень! Ты достоин быть Гэри! – провозгласил помощник Ульфрика, и толпа взорвалась радостными криками. - Гати сказал свое слово! – вынес вердикт Ульфрик. Дерек рванулся к своей бете, я - за ним как привязанный. Мы опустились на колени рядом с парнем, тот тяжело дышал и еле слышно поскуливал. - Все, Скотт, ты молодец, справился, - тихо сказал Дерек, вытягивая боль из Маккола. - Я думал, он меня убьет… - прошептал тот, а я вынул пару пузырьков из сумки и сунул ему в руки. - Пей, это регенерирующее и обезболивающее. Скотт выпил микстуры и попытался сесть, его шатало во все стороны, но с нашей помощью он встал на ноги. Так поддерживая, его мы добрались до бревна, которое облюбовали. Потом волчонок долго сидел, вытирая кровь с тела своей футболкой, ставшей теперь лохмотьями, а запах крови, идущий от него, раздражал ноздри. Маккола еще потряхивало, когда он надевал куртку, но Дерек хлопнул его по плечу, ободряя. Первое испытание прошло не плохо. - А где Элисон? – встревоженно поинтересовался теперь уже официальный Гэри. - Она с Питером, у них разговор с духами. - Она с этим сумасшедшим волком! – парень вскочил, но его тут же вернули на место рывком за руку. - Сядь! Он ничего плохого ей не сделает, я чувствую, что с ней все в порядке… пока, по крайней мере, - осадил его Хейл. Стая устроила состязания вокруг костра, возня походила на шуточные потасовки, стало тише после поединка, и воздух будто сгустился, пропитанный силой. Мурашки побежали по спине, и внутри засело беспокойство. Рядом происходило таинство, и меня тянуло туда как магнитом. - Дерек, мы можем пойти к Элисон? - Конечно, - он снова взял меня за руку, и мы не спеша пошли, огибая костер, на нас, похоже, мало кто обращал внимание. Мы отошли достаточно далеко, и я ощутил тот самый поток энергии, как и в случае с Эрикой, и понял, что мы на том же месте. Сделали еще пару шагов, послышался стук двух сердец, и мы остановились. - Что происходит, расскажите. Чувствую только чудовищный поток энергии, и мой хранитель стремится вырваться наружу, но я сдерживаюсь. - Они сидят на камне с закрытыми глазами, не касаясь друг друга… – начал Скотт. - … В центре очерченного круга защиты, и вокруг них кружат Мунины, шепчут, манят и тянут на себя, - продолжает Дерек. - Мунины? Я не вижу никаких Мунинов, только Элисон и Питера, - растерянно говорит Маккол. - Ты плохо смотришь. Доверься волку и смотри его глазами, - подсказывает альфа. Через минуту Скотт удивленно охает, а у меня волосы на загривке встают дыбом, начинаю слышать голоса, певучие, завлекающие, сладкие; хранитель в груди трепыхнулся. Повсюду было столько энергии, она влияла и на меня тоже. - Элисон слишком тяжело дышит, - обеспокоенно шепчет Маккол. – Она вся в поту и постепенно теряет контроль, клыки видно и когти лезут. - Это нормально… Но тут раздается крик волчицы, и Дерек только и успевает схватить своего Гэри за шкирку и рыкнуть: - Стоять! Нельзя прерывать ритуал, ты хочешь, чтобы Элисон погибла?! - Но ей плохо! - Дурак! Научись доверять своей паре, разве ты не видишь, что все под контролем! Она не зовет тебя, не тянется, не дергает за ниточки, которыми вы связаны, а просто терпит боль и продолжает испытание! Смотри и учись, сила воли у Арджент железная. Мы остаемся на месте, Скотт громко сопит и сжимает кулаки, но не двигается, даже когда Элисон пару раз болезненно стонет. У меня по позвоночнику бегут огненные волны, и шепот в голове все усиливается. Все чувства обостряются, свежий ветер охлаждает горящее лицо, пахнет гарью от костра, мокрой землей, кровью и возбуждением от Скотта, потом и беспокойством от Дерека. Кожа нагревается, и воздух становится раскаленным, а голоса вокруг складываются в томную, берущую за душу песню без слов. Звук в моих ушах нарастает, монотонно дребезжит и натягивает нервы, в какой-то момент я затыкаю уши и падаю на колени, потому что не могу устоять. Раздается хлопок, и все стихает. Слышу Дерека, который обеспокоенно зовет меня по имени и трясет за плечо. Сглатываю вязкую слюну и спрашиваю: - Что произошло? - Ты упал на колени и застонал, а Питер и Элисон в этот момент закончили испытание. Ты как? – он помогает мне встать на ноги. - Нормально. Словно отдачей оглушило, - трясу головой и чувствую, что замерз, теплая куртка явно не спасала. Браги и волчица слезли с камня и подошли к нам, Элисон слегка шатает, и Скот тут же бросился к ней, они устроили обнимашки, и я даже не сомневаюсь, что Питер закатил, глаза, смотря на них. - Девочка сильная, поздравляю, Дерек, ты выбрал хорошую Фьёри, не могу того же сказать о Гэри, - протянул шаман. - Он научится со временем, - отмахнулся младший Хейл и вздохнул с облегчением, расслабляясь. Сзади мягко подошли, и мощь альфы накрыла нас - Ричард умеет появляться вовремя. - Ну что ж, сын, ты доказал всем, что можешь воспитывать молодых волков, старейшины одобрили твой выбор, а так же признали, что ты был в своем праве, обращая Элисон и Скотта, но это не отменяет того, что ты не посоветовался со стаей, - жестко закончил он. – Запрет появления на территории стаи с тебя снимается, но учти, больше ты не можешь обращать людей самостоятельно! Еще одна такая выходка, и ты будешь исключен из стаи навсегда! Это ясно? - Кристально, - четко ответил Дерек. - Тогда пойдемте к костру, пусть все поприветствуют новых членов стаи, - уже мягче сказал Ричард и направился в ту сторону, где слышались шутки и рычание. Мы следовали за вожаком, Ульфрик провозгласил, что принимает Элисон и Скотта, и теперь они - полноправные оборотни. Верфольфы приветствовали новых волков дружным воем, наверное, в этой части леса не осталось ни одной животины на много миль - зверьё от страха разбежалось. Все расслабились, расселись возле костра, и я даже не придал значения тому, что дядюшка-шаман подсел ко мне поближе. - Мы еще одно дело не закончили на сегодняшнюю ночь, - ласково сказал он, и я повернулся к нему, ожидая продолжения. - О чем ты говоришь? – с искренним удивлением спросил Ульфрик, сидевший дальше. - Вот о чем… Мне в лицо чем-то дунули, я невольно вдохнул, легкие обожгло, голова закружилась, и я стал падать, слыша приглушенный вскрик Элисон и гневный рык Дерека, младший Хейл успел подхватить меня и не дал удариться о землю. Все тело стало ватным, и я начал уплывать в неведомые дали, слыша только стук сердца своего волка. Что за хрень происходит! И мне опять ничего не объяснили по-человечески.