Дружба рушится. Часть 2.

Спустя пару часов Зимина уже сидела в своем кабинете, отложив все важные дела в сторону, и пыталась доходчиво объяснить приближенным к ней сотрудникам, что нуждается в них. После встречи с Грачевым, начальница была сама не в духе. С рабочего стола то и дело летели карандаши и ручки и попадали в свои цели. Никто не пытался даже отшучиваться в ее сторону, потому что знали, что на них спустят всех собак. - Паша, Рома, вы должны сделать невозможное, понятно? Трясите всех на районе! Мне плевать, как вы это сделаете, но чтобы этот урод был у меня спустя двое суток! Вот возьмите фотографию маленькой девочки, поспрашивайте, - она швырнула в их сторону документы, которые отдал ей Грачев. – Фомин, покажи его рожу на своем участке, распечатку возьмешь у дежурного! Лена, ты будешь на подхвате, если понадобится пробьешь любую информацию… Все молча закивали и быстренько ретировались из зловещего кабинета начальницы. Измайлова осталась. Ей казалось, что Ирине нужно было сейчас выговориться по-дружески. - Ир, ты как? – начала она осторожно. - Не знаю, - Зимина сделала глубокий вдох. – Ты бы слышала, как на меня Грачев орал, да еще и оскорблял… А потом… Она облокотилась на кожаное кресло и прикрыла глаза. Вспоминать не хотелось. Но как назло в памяти отражались все прикосновения Грачева. У них с самого начала все пошло не так, как хотелось. А после того, как она сама пришла к нему домой сбросить напряжение, в нем что-то щелкнуло. Тогда генерал начал воспринимать Зимину как на все согласную и бесился, если она вдруг его ослушивалась. - Что потом? - Лен, я не знаю, что делать… Он пытался прижать меня к себе, положил руки на плечи. Скажи мне, когда это закончится? – она сидела так же в кресле с прикрытыми глазами. - Здесь насухую нечего сказать… Напиться хочешь? - Хочу, - согласилась Зимина. – Зайдешь за мной после работы? - Конечно, - улыбнулась Измайлова, и вскоре вышла. Отдел гудел. В кабинете оперов уже начали придумывать разные версии поимки преступника. Но пока никакая не подходила. - Ром, может, запросим сводки с соседнего района? Они же должны были хоть что-то нарыть на этого отморозка? - Можно, конечно, - согласился друг, - но сомневаюсь, что мы что-нибудь найдем. И ты думаешь, они нам любезно предоставят информацию? - А почему нет-то? - Ну как тебе сказать… - Савицкий засмеялся от такой тупости. – Их начальство итак имеет во все дыры, что они педофила не поймали. Они сами сейчас делают все возможное, чтобы это исправить и получить благодарность от генерала. А тут мы… - Понятно. Ну, а что ты предлагаешь? - Вариантов мало. Только расспрашивать прохожих об этом мужике… Дальше пока не знаю… Ткачев психанул, резко встал с дивана и занял свое рабочее место. В этот момент влетела Измайлова. - У нас проблема. - Лен, ты издеваешься? Какая еще, нахрен, проблема? Что может быть важнее, чем педофил? – начал заводиться Паша. - Тише, Ткачев. Есть и важнее, - Измайлова присела на край дивана и не могла начать разговор. - Лена, милая, нам из тебя все клещами вытаскивать? У нас итак проблем выше крыши, а тут ты! – теперь и Савицкий «похвалил» жену за красноречие. - Это не так просто сказать… Короче, на Ирку снова Грачев охотиться. Ну, всмысле не так как раньше – проходу ей не дает. Подарки шлет, жмется к ней… - в кабинете было слышно, как в руках Ткачева сломался простой карандаш. – Только пообещайте пока ничего не делать. Я сегодня вечером выведу ее на разговор, подробности узнаю. Дальше решим… - Хорошо, - кивнул Савицкий. А вот Паше соглашаться совсем не хотелось. Он не мог сидеть просто так, когда узнал такое. Зимина до сих пор остается для него самым важным человеком в его жизни. Без нее он просто сдохнет… Ткачев с грохотом откинул от себя стул и молниеносно вышел из кабинета, громко хлопнув дверью. Когда друзья опомнились и выбежали в коридор, чтобы его остановить, Ткачев уже куда-то подевался…