Кровь старой Валирии

      Мгновение тишины, и снова послышался этот протяжный, тяжелый звук, как будто что-то с огромной силой гнёт увесистые металлические конструкции. Гэймон, который до этого момента обдумывал слова Кирты, живо подбежал к большому круглому окну, и устремил взор на линию горизонта. Ударивший в глаза солнечный свет скрыл детали, но общую картину парень всё таки разглядел.       "Силуэт дракона, и не один. Драконий всадник, нет, три всадника на двух драконах!" он ладонью отгораживался от беспощадных лучей, пытаясь разглядеть надвигающихся владык пламени, но, человеческий взор позволил ему наблюдать лишь очертания людей и волшебную иллюзию - странное яркое поблёскивание, словно в небе скопилась тысяча мелких зеркал отражающих свет солнца. Через несколько секунд далёкая фигура начала увеличиваться, очевидно, крылатые огнедышащие ящеры стали приближаться куда быстрее прежнего.       Поднялся порывистый ветер, колышущий разноцветные навесы и срывающий с дам их, до мелочей продуманные, головные уборы. Под тяжестью широких взмахов он то усиливался то затихал. С приближением "поблёскиваний", напряжение среди человеческих масс всё нарастало, праздные валирийцы понимали, что прибытие драконов к месту радости и веселья - знак недобрый, особенно если все присутствующие безоружны и изрядно накидались. Нет, конечно, видеть огромных змеев им не впервой, но в данный момент крылатые создания вполне могли надвигаться со злыми намереньями.       Молодой Таргариен бросил Кирте краткое "Будь тут!", схватил со стола ножны в которых лежал его меч из валирийской стали, и выскочил из комнаты как ошпаренный. Он бежал по длинным дворцовым коридорам, тяжело дыша, а его сердце так и вырывалось из груди, стучало словно кто-то то беспорядочно лупил в барабан. Воин понимал, что времени совсем мало, он должен был защитить дом, семью и гостей от надвигающейся угрозы, но, на его собственное удивление, облачённая в металл стража, отказывались подготавливать к стрельбе боевые скорпионы, что были спрятаны во внутренних стенах замка. Они прикрывались кратким "приказом бездействовать", отданным лично высокочтимым лордом Эйнаром, и лишь сопровождали гостей подальше от западной аллеи, следя за порядком и предотвращая давку. Гвардейцы же и вовсе куда-то запропастились, что возмутило Таргариена ещё больше. "Беспечные идиоты, что же вы творите, куда подевались!?" не раз задавался он этим вопросом, но к сожалению ответа не находил.       Ветер, что наступал волнами, усилился вдвое а может и втрое, тем самым ознаменовав неприличную близость своего источника.       Гэймон выбежал во внутренний двор особняка, а затем молнией пронесся через, исполинских размеров, сад. Прибыв наконец на аллею, что лежала в западной части (именно поэтому она и называется "Западная аллея"), он огляделся. Высокие гости, сдерживаемые стражей, стояли лишь по краям брусчатой площади, формируя некое подобие кольца. Внутри же сего круга была обширная свободная территория, даже столы и стулья к тому времени поспели убрать, подготовив место где колоссальные существа могли бы благополучно, и без вреда, как себе так и окружающим, приземлиться. Лишь Эйнар, вместе с несколькими рыцарями стоящими позади него, встречал посетителей. — Отец, что это всё значит? На нападение не похоже, но всё же, они при полном обмундировании. — взволновано заговорил Гэймон подходя к отцу быстрым шагом. Он тяжело дышал, ибо пробежка и выпитое ранее вино дали таки своё, но сжав волю в кулак парень держался бодро. — Это всего лишь прибытие долгожданных гостей. — сквозь зубы произнёс пожилой вояка, не отрывая взгляда от кружащего в небе крылатого змея. Его голос звучал спокойно, но судя по некоторым вздутым на шее венам, что можно было увидеть лишь с близкого расстояния, он был зол и изрядно нервничал. — Ты знал, знал, что они прибудут, но почему мне не сказал? Мы бы подготовились, успели увести людей подальше. — не понимая проговорил молодой Таргариен, глядя то на отца то на парящего в небе дракона.       После этих слов Эйнар Таргариен наконец оторвал свой немигающий взгляд и взгрузил его на сына. В нём читался укор и холодная злость, словно лорд готов был дать Гэймону подзатыльник за несообразительность, и будь они в более уединенном месте, затрещина была бы гарантирована. — Ты думаешь я не учёл его прибытие, считаешь, что не просчитал все возможные варианты? Наши враги - интриганы и заговорщики, хотят стравить нас, что бы драконьи владыки вцепились друг другу в глотки, прямо здесь и сейчас. — А они как стервятники пожнут плоды битвы. — задумчиво закончил Гэймон. — Но разве ты сам этого не хочешь, он всё таки твой злейший враг, может как раз и стоило бы перегрызть ему сонную артерию здесь и сейчас? Если бы ты только дал нам подготовиться.. — более решительно проговорил сын, но так тихо словно сей факт был секретней всех. — Конечно хочу, но сейчас мои желания - это последнее, что стоит исполнять. — пожилой дракон положил руку сыну на плечо, и сквозь зубы процедил — Не в коем случае не поддавайся на их провокации, мы не в выигрышном положении сейчас.       Гэймон размышлял секунды три а затем понимающе кивнул, но тут же осознал, что рядом нет самого важного - его младшей сестры. Подметив сей факт он машинально схватился за рукоятку меча, и хотел было побежать на её поиски, но ощутив как отцовская рука сжала его в тиски, парень опомнился. — За Дэйнис не волнуйся, я послал Рэйнала Квохериса и несколько наших лучших гвардейцев на её защиту. Сейчас она в безопасном месте. Никто не посмеет её тронуть, особенно при свидетелях. А ты, нужен мне здесь!       Первый дракон, что нёс на себе двух человек, приблизился к аллеи очень быстро, и дрожь ознаменовала его приземление. Массивное туловище, серебряная чешуя похожая на пластинки доспехов, была усилена стальными защитными вставками, крупная вытянутая морда и огромные крылья. Очертаниями это существо походило на приземлившуюся летучую мышь, но внешним видом напоминало ящера колоссальных размеров.       Владыка небес, что величаво и грациозно чувствовал и вел себя в небе, на земле потерял значительную долю своей внушительности, он неповоротливо сделал несколько шагов вперёд, хотя скорее даже полз, цепляясь за каменную кладку своими сложенными крыльями, а затем с гулким грохотом уселся на задние лапы. Зверь по хищному осмотрел гостей-аристократов, слуг и воинов, а затем бросил взор на Таргариенов. Большие, синие глаза, с вертикальными змеиными зрачками, смотрели на отца и сына почти не моргая, что вызывало немало домыслов в головах у наблюдателей стоящих на безопасном расстоянии. Дракон медленно опустил голову, и на спине у него показались две сидящие фигуры, что ранее были скрыты от глаз. Люди одетые скорее как на войну нежели как те, что прибыли на праздник, спустилить на землю с характерным металлическим звоном. Два воителя, судя по росту и телосложению - мужчина и женщина, продолжали молча стоять вдалеке, время от времени о чём-то переговариваясь, но попытки услыхать хотя бы одно словечко были тщетны, ибо расстояние было внушительное.       Гигантская тень пала на землю, и ощутимый холод проник в сердца людей. Казалось, что солнце скрылось как во время затмения, хотя только, что был ясный жаркий день. А ветер поднимаемый взмахами огромных крыльев напрочь сносил все лепестки с близлежащих цветущих деревьев. Спустя минуты две кружения над площадью, на землю спустился и второй дракон, рядом с первым, и всего в каких-то двадцати метрах от хозяина особняка. Гэймон почувствовал как массивное и очень грубое существо приземлилось, и уже второй, более мощный толчок, был тому сопровождением.       Это был ящер угрожающих размеров, окраса багрово красного чередующегося с алым. Его чешуя была на столько толстой, что казалось дополнительной бронёй сделанной искусственно, его крылья могли спрятать две торговые галлеры, а пасть с лёгкостью заглотнуть целую карету, и не какую-нибудь простецкую повозку, а именно, что не на есть крупную царскую карету. Парень подметил, что это чудовище было раза в три больше первого - серебряного, а тот в свою очередь в два с раза крупнее Мэрзиса - дракона молодого Таргариена.       На спине у этого ужасающего ящера сидел человек, который взирал на Таргариенов почти так же злобно и кровожадно как и его зверь. На грубом и, как будто вытесанном из камня, лице всадника появилась жестокая улыбка, скрываемая шлемом. — Раздавим двух птиц одним камнем? — Говорил он толи сам с собой, толи обращался к своему дракону. Но не обнаружив сопротивление, и того, что защита не выстроена, зрители беспечно наблюдают, а Эйнар лишь терпеливо и покорно ожидает его, воин прекратил скалится. — Дряхлый плут, стянул сюда всю Валирию? Ну чтож, поговорим. Сидеть, Пандрагор! — произнёс он своим басистым голосом и пришпорил шею ездового существа. Тот лениво поджал крылья и опустившись к земле прильнул мордой к кирпичной кладке, давая своему хозяину слезть.       Это был Аурион Варизис, высоченный мужлан, никого выше Гэймон ещё не видел, очень сильный и широкоплечей, руки и ноги крупные и мускулистые. Всё его тело было облачено в изящную но очень толстую броню, сделанную из валирийской стали - поистине бесценная реликвия. На плечах у него находились специальные крепления в виде щитов, что держали длинный буро-чёрный плащ с символикой дракона, вставшего словно конь, на дыбы и изрыгающего пламя вверх. Эта экипировка визуально делала человека ещё крупнее. Так же из-за спины у него выглядывал широкий двуручный меч, из того же материала, который воитель с лёгкостью мог держать и одной рукой. Всадник снял шлем в виде драконьей головы, и всеобщему взору пристал мужчина лет сорока пяти, с седыми волосами и аккуратной бородкой, квадратный нос и два пронзительных глаза, напоминающих кусочки сапфира. Присутствующие так же узрели длинный шрам проходящий от самой верхушки лба, перекисающий левый глаз и уходящий вниз, за ухо. Он был зашит совсем недавно и с приближением казался всё более уродливым.       Поступь воителя была тяжелой и громкой, как будто он несёт за собой тяжесть войны и душ всех тех кого погубил за свою долгую жизнь. Он шествовал неспешно, гордо, заставляя Таргариенов себя дожидаться. Его спутники, словно псы, верно следовали за ним, идя чуть позади, с левой и с правой сторон.       Справа шествовал парень лет двадцати: высокий, на голову выше Гэймона, статный, с хорошо сложным телом, крепким торсом, накачанными руками и ногами. Серебряные волосы с чудным золотым отливом, слегка высовывались из под чёрной банданы. Он был облачён в недлинную кольчугу поверх которой была гербовая накидка длиной достигавшая бёдер, а на поясе его весел меч из валирийской стали. Видом парень мог вселить трепет, хотя лицо с правильными чертами поначалу внушали приязнь, и лишь высокомерный взгляд фиолетовых глаз и мерзкая надменная ухмылочка, уничтожали притягательный образ рыцаря, не в сверкающей, но всё же броне. Эти черты оголяли истинную натуру человека, заносчивость, чистокровную важность, горделивость и зловредность его характера.       С левой стороны шла невысокая девушка чарующей внешности. Одета она была в светло-красную туника, поверх которой находился дорогой корсет закрывающий торс, сделанный явно для защиты груди, спины и живота. Так же позади была недлинная смольно-чёрная накидка, а на поясе висела серебристая шпага с рукояткой в виде скреплённых стеблей и шипов роз. Шею сковывало что-то похожее на ошейник центром которого был драгоценный камень - рубин. Эта девушка, что была на пару лет старше брата, имела прекрасные черты лица, золотистые локоны собранные в пучок, и маленькая плетёная косичка выглядывающая из-за уха. Дивные небесно-голубые глаза и пухлые губки довершали ненаглядный образ. Одного лишь взгляда было достаточно, чтобы понять - она была стройной соблазнительницей, разбалованной деньгами и властью, но с умом и серьёзностью которой не доставала большинству богатых девиц. Такое себе сочетание молодого политика и представителя золотой молодежи. На лице у этой панночки красовалась легкая торжествующая ухмылка, под стать грациозной походке. — Приветствую тебя, Аурион Варизис. Это великая честь, что сенатор и главнокомандующий тринадцатого легиона посетил мою обитель и наше скромное мероприятие. — церемониально произнес Эйнар Таргариен, когда чета Варизисов приблизилась на достаточное расстояние. По правде же, каждое вежливое слово давалось лорду с трудом, оно словно лезвие острой бритвы вонзалось в его язык, но мужчина терпел и не подавал виду. — Особенно с семьёй, кажется мы не знакомы? — Мы лишь направлялись домой после недолгой военной кампании, вот и решили залететь. — начал Аурион безразлично. — Мой младший сын Маркус и дочь Вейла.— кратко добавил он устало указывая кистью сначала на парня затем на девушку. — Рад знакомству, я Эйнар Таргариен, а это мой сын Гэймон. — Мужчина улыбнулся и похлопал сына по спине, тот вежливо опустил голову. — Если мы закончили, милорд, вам следует проявить больше уважения и приклонить колено. Пред вами стоит не просто сенатор, а Архонт. — громко заметил Маркус Варизис когда кивки, знакомства и приветствия были обменены.       Таргариен от неожиданности аж потерял дар речи, и впал в ступор на какое-то время. Сначала должность заседателя коллегии - это было терпимо, но затем место сенатора, что сделало врага ровней Эйнару, а после ещё и это, архонт...Подобное Таргариен проглотить не мог. — Архонт, неужели? — Именно, за выдающиеся заслуги и военные достижения, Совет принял решение назначить отца архонтом и наместником города Волантис.       Аурион Варизис довольно улыбнулся, казалось он позволяет сыну говорить за себя, потому, что считает себя слишком важной персоной для личных пояснений, но на самом деле, генерал просто хотел унизить оппонента, показать, что тот недостоин даже такой малости как обычные слова. Аурион упивался этим, и своей неприступностью. — Как странно, я видно запамятовал, когда сенат выносил сей вопрос на обсуждение? Особенно никак не припомню свою подписи под указом назначения или утверждения. — начал Эйнар изображая попытки вспомнить.       Молодой воин дёрнулся от недовольства, а его сестра лишь ухмыльнувшись взглянула на парня напротив. Гэймон ей приглянулся, и возможно, не будь они из противоборствующих домов, они могли бы провести более приятный разговор. Аурион тем временем молча оценивал присутствующих гостей, Эйнара и особенно его сына, отчего последнему стало не по себе. — Приказ был вынесен свыше, совет архонтов так рассудил! — никак не уманивался отпрыск рода Варизис. Вейла же молча достала свиток пергамента, который по всей видимости доказывал истинность высокого статуса её отца. Эйнар перенял его и внимательно прочитав вернул обратно. — Да, вот только без одобрения сената, этот документ не имеет силы. Ни один архонт ни даже дюжина, не могут назначить такое серьёзное должностное лицо, подобные вопросы решаются коллегиально. — парировал опытный вояка. Старший Таргариен не мог допустить превосходства Ауриона, особенно на публике, поэтому изхищрялся как мог. — Так что, сегодня никто не перед кем кланяться не станет. — съязвил младший Таргариен. — Да что ты себе позволяешь!? — запылал гневом и без того разозленный Маркус и схватился за рукоятку своего меча, Гэймон не медля сделал тоже самое.       Не стерпев появления равного по силе противника, коего Маркус сразу заприметил в одногодке Гэймоне, тот ринулся вперёд проводя быстрый, и по возможности сокрушающий одним махом, удар. Таргариен предугадал такой ход, поэтому приняв устойчивую стойку, отразил атаку. Мгновение, искры и отскочивший Маркус уже сам отражал атаку, сделанную с наскока. Удар, снова удар, выпад, рывок, защита. Молодые люди двигались быстро и очень ловко, вот только юный Таргариен в отличии от противника, не был облачен в броню, поэтому рисковал больше, но и приёмы использовал более ловкие. Битва длилась не больше пары минут, и за это время валирийские клинки схлестнулись семь раз, но по случайности или из мастерства, не один из фехтовальщиков не смог нанести не единого удара по своему оппоненту.       И вот, мечи снова схлестнулись, но, в отличии от предыдущих раз, сейчас они не оторвались тут же друг от друга, а наоборот. Маркус напором пытался повалить соперника, давя на выставленный в защите меч, Гэймон же рассчитывал сделать окончательный рывок, когда враг проявит слабину. — Довольно! — громогласно скомандовал Аурион, прервав тем самым потасовку.       Глаза Ауриона Варизиса и Эйнара Таргариена встретились, напряженное молчание повисло в воздухе. Их сыновья сейчас готовы поубивать друг друга, а будь мужчины моложе и безрассудней, тоже бросились бы в битву не на жизни а на смерть. Но с возрастом приходит мудрость, осознание того, что некоторые сражения не победить мечем. Если Варизисы сейчас нападут, без веского повода, на глазах у огромной толпы, в доме противника, это будет крах всего. Даже если они выиграют, даже если искоренят сегодня весь дом красного дракона, последствия этих действий не заставят себя ждать, Варизисов осудят, лишат власти, имущества, драконов, казнят, или, что для Ауриона было ещё хуже - изгонят из родного Фригольда с позором. Старший Варизис это прекрасно понимал. У Эйнара в голове мелькнула похожая мысль. В его доме у врагов будет немного шансов победить, на стороне Таргариенов - дворцовая стража, а так же гвардейцы, отряд которых спрятался неподалеку, а второй подготавливает боевые скорпионы к стрельбе. Стоит лишь подать сигнал. Так же не стоит забывать об общественных массах и их мнении которое так или иначе погубит Ауриона. Даже имея на своей стороне двух могучих созданий при полном амуниции, Таргариены так же быстро могут призвать на поле боя своих огнедышащих ящеров.       "Почему бы не решить всё одним ударом, их всего лишь трое. Нет! Риск и последствия будут слишком велики"— подумал Эйнар. Но битва не должна произойти, ибо жертвы будут непомерны. — Эйнар, предатель, я не закрою глаза на твои преступления, ты оставил войско в разгар битвы, когда каждый дракон был на счету, когда мы почти взяли столицу грязных андалов. Ты предал нас, из-за чего пала не одна сотня наших бравых солдат!       Лорд Таргариен на мгновение потерял маску спокойствия и гневно выкрикнул. — Предал? В той битве погиб мой старший сын, мой первенец, по твоему я мог продолжать сражаться!? — Это не оправдание, победа превыше всего! Погиб лишь один сын, но у тебя имеются ещё отпрыски, так, что род не прервётся. А даже если и так, это было ради Фригольда! — от такого холодного расчёта даже младшие Варизисы косо взглянули на отца, но понимая, что их мнение ему нисколько не интересно, они продолжили молча слушать брань старших. "Так не рассуждают даже дикие животные" хотел было выпалить Таргариен, но понимая, что масло в огонь лучше не подливать, он снова прикрылся спокойствием и ответил. — Моя семья и мои дети тебя никак не касаются. Если ты столь фанатичен, что ради Фригольда готов положить на алтарь своих чад, мне остаётся лишь тебя пожалеть. — Себя лучше пожалей. Я стану архонтом, это вопрос двух-трёх дней. Достигнув этой власти, я воздам тебе по заслугам! Так, что надейся суд смилостивиться над тобой и твоим домом. Ибо от меня снисхождения не жди. — злобно произнёс Аурион отворачиваясь от собеседника. — Теперь мы уходим.. а ты празднуй, пока можешь. — Даже не останетесь на обряд возжжения? — в этот раз сострил старший Таргариен, но Варизис проигнорировал его слова.       Маркус, который уже пол года вместе с отцом пребывал в походах, всё время на марше или на военных советах, изголодался по яствам, выпивке и красивым валирийским девушкам. Поэтому сразу понял, что тут его примут как подобает, как "героя войный" которым он себя и считал. К тому же это очередная возможность нарушить Таргариенам все планы. — Отец, позволь мне побыть здесь, на празднике, хотя бы до утра. — заумолял он когда троица сделала несколько шагов.       Аурион хотел было отказать, но смекнув, что это хорошая возможность поставить Эйнара в ещё более неудобное положение, да и помешать ему сформировать союзы с другими представителями знати, он согласился. Да и к тому же, кто посмеет тронуть архонтского сына, а даже если и тронут, им же хуже. — Я не против, и думаю лорд Таргариен только за, а? — мужчина как-то по издевательски усмехнулся, ожидая приниженного согласи. Так и произошло, Эйнару ничего не оставалось как согласиться, приняв на себя ответственность безопасность нежелательного отпрыска ненавистного врага. — Смотри брат, Грэланду я забираю, так, что добираться до города будешь сам. — Вейла в отличии от Маркуса не желала кутить, да и вообще, пребывая последние шесть месяцев среди мужланов-военачальников и солдатни, она хотела побыстрее смыть с себя этот промежуток своей жизни, так, как будто его и не было никогда. — Не волнуйся, Вейла, у меня с собой достаточно денег, что бы нанят личный паланкин. — огрызнулся только парень направляясь в противоположную сторону, отдаляясь от родичей и приближаясь к Таргариенам.       Чета Варизисов тем временем взобрался на своих драконов, и те почти синхронно взмыли в воздух, вздымая за собой облако пыли. Нагнав последние волны ветра, драконьи владыки направились в сторону города. К слову, улетели они намного быстрее и менее пафосно нежели прибыли, оставив Таргариенам лишь горький, металлический привкус поражения.