Отпрыск

Четырнадцатая годовщина нашествия демонов ознаменовалась рядом важных событий. Открытия доктора Корнуолла заставили Орден рыцарей Храма пересмотреть парадигму сотрудничества с остальными членами Коалиции — Управлением разведки Великобритании и Кругом каббалистов. Во-вторых, открытое предательство полковника Виверна заставило службу безопасности тщательно проверять всех, даже самых надежных членов общества. И если со вторым Сэм мог примириться, то первое принял без энтузиазма. Его «кулак» поредел — сначала погиб Ангус, потом не стало Лизы… А в последней, злосчастной и идиотской миссии-попытке отбить у демонов правительственный бункер под Аббатством, он потерял Люка. Также оказался тяжело ранен Фред — по словам медиков, о полевой работе бедняга вспомнит еще не скоро. Возможно, все бы сложилось иначе — если бы серафим Дин не имел неосторожность открыто критиковать сенешаля Ордена Максима Самерайла. Последнему не хватало многих качеств доблестного брата, в том числе и умения признавать критику. Поэтому Самуэль Дин и его кулак сражались в первых рядах злосчастной операции, встретив очередное поражение. Известие об открытии Корнуолла, предательстве Виверна и грядущих изменениях Сэм встретил в Цитадели своего дома. Ему в «кулак» вместо выбывших рыцарей назначили пару стрелков: болтливого янки, лейтенанта Джоша Ингрэма, и его полную противоположность, боевого инженера-сержанта Богдана Марчука, эмигранта из Украины. Янки стрелял хорошо, но его длинный язык пару раз едва не стал причиной рукоприкладства. Украинец же меньше говорил (он до сих пор плохо знал английский), но больше делал — и, что самое главное, с приказами не спорил. Впрочем, видеть солдат вместо рыцарей Сэму было тошно. Откровенно говоря, он решил, что уже староват для драки — как ни крути, шестой десяток идет — и собирался просить о переводе на гражданскую должность. Однако человек предполагает — а Бог располагает, как известно. Инструментом Божьей воли на этот раз стал ни кто иной, как великий магистр Дома лорд Питер Тиндалл. Самуэль Дин имел честь быть подопечным Тиндалла — тот, еще будучи наследником Дома, обратил внимание на способного темнокожего паренька и лично обучал как своего оруженосца. Так что если и остались люди, ради которых Сэм прыгнул бы в пасть хоть самому дьяволу, то Питер Тиндалл был одним из таких. Именно поэтому серафим поспешил в кабинет магистра, едва на коммуникатор пришло соответствующее сообщение. Остановившись перед стрельчатой дверью, Сэм поправил одежду, выпрямился и постучал. — Войдите! — раздалось с той стороны двери, и темнокожий рыцарь повиновался. Небольшой, залитый искусственным светом кабинет напомнил Дину о его босоногой юности: почти таким же был кабинет наследника Тиндалла в девяносто четвёртом, когда Сэм впервые пересёк его порог. Разве что компьютер на столе был более громоздкий, а шевелюра его хозяина, была огненно-рыжей, а не серебристо-седой. Осмотревшись, Сэм приятно удивился, заметив в кабинете ещё и Джессику, сидящую в кресле перед Тиндаллом. Коммандера Самерайл. Свою крестницу. Именно её, а не болвана Максима или резкую Эвалон, большинство тамплиеров считали истинным главой правящего Дома. Сэм Дин гордился тем, что имел честь обучать рыцарскому ремеслу внучку доблестного лорда Патрика. Жаль только, что в последнее время их пути пересекались довольно редко. — Мастер Дин! — Джессика с теплотой поприветствовала старого учителя, поднявшись с кресла. — Здравствуй, — Сэм почтительно поклонился бывшей ученице и отвесил такой же поклон уже своему учителю: — Магистр Тиндалл!.. — И ты здравствуй, Сэм, — улыбка «мистера Питера» не изменилась совершенно. — Рад видеть тебя в добром здравии! — Как и я вас. Всех вас, — серафим окинул взглядом собратьев по ордену. Лорд Тиндалл, несмотря на почтенный возраст, все еще олицетворял собой мощь Рыцарей Храма — морщин на лице стало больше и волосы поседели, однако к столу был прислонён меч-«посредник», на котором темнели свежие пятна ихора, а сам пожилой тамплиер почти никогда не снимал доспехи: Тиндалл был из тех командиров, кто предпочитает лично вести войска в бой. А Джессика… Сэм никак не мог понять, когда же угловатый и неуклюжий подросток успел превратиться в красивую молодую женщину… которой весьма к лицу бригандина рыцаря-коммандера, доблестью не уступающая деду. Сэм вздохнул — старческие мысли, кровавое пекло! Он подобрался и произнёс: — Так понимаю, что вызвали меня для дела? На лице Тиндалла возникла виноватая улыбка: — Увы, но ты прав, старина. Ты снова нужен ордену. — Мое тело, разум и душа в его распоряжении, — склонил голову Сэм. Этот жест заставил Джессику улыбнуться. Повернувшись к Тиндаллу, она заметила: — А потом вы спрашиваете меня, дедушка Питер — откуда такое рвение? Старый рыцарь лишь покачал головой, и себе улыбнувшись, но быстро оправился и произнес: — Шутки в сторону — все действительно серьёзно. И требует людей, которым можно полностью доверять. — Так понимаю, — серафим позволил себе лукавую улыбку, — я и мой «кулак» перекрываем обе категории? — Именно, — кивнул Тиндалл. — Джессика, теперь твоё слово! Младшая внучка Патрика Самерайла и Питера Тиндалла вздохнула, собираясь с мыслями, затем заговорила: — Мастер, вы в курсе того, что я, капитан Петрус и искатель Кроу нашли в старой рыцарской гробнице под Темзой? — Еще бы! — усмехнулся Сэм. — Первая серьезная подвижка в войне с демонами, последние три недели разговор только об этом! — И вы наверняка знаете, что мы собираемся пересмотреть вопросы сотрудничества с Кругом Каббалистов и Управлением? — задала очередной вопрос Джессика. На него Сэм ответил не сразу. — Откровенно говоря, мне это не по душе, — осторожно произнес серафим, тщательно подбирая слова. — Если с агентами из разведки я еще могу сладить, то кол… каббалисты, — кровавое пекло, таки вырвалось! — не имеют ни малейшего понятия о субординации и дисциплине. Детская надежда, что оговорку не заметят (или сделают вид, что не заметили), не оправдалась — Тиндалл и Джессика переглянулись, после чего лорд произнес: — Поэтому было принято решение пригласить в твой «кулак» необычного каббалиста. После этих слов магистр потянулся к компьютеру. — Пригласите искателя Чэня! — произнес он в монитор. Затем магистр поднялся с кресла, вытянулся в свой немалый рост и взглянул на бывшего подопечного. Сэму этот взгляд не понравился. — Искатель Чэнь необычен также своим внешним видом, — произнесТиндалл. — Многие считают его пугающим, так что предупреждаю — будь готов к этому, Сэм! Серафим насторожился. — Зря волнуетесь, мастер! — Джессика прекрасно знала своего старого наставника, и догадалась, о чем тот думает. — Джефф не так страшен, как кажется. — Джефф? — удивился серафим. — Он предпочитает, чтобы его называли по имени, — ответила коммандер, и пояснила: — Мне довелось сражаться с ним бок о бок. Он… знаком с дисциплиной и субординацией. За дверью кабинета раздались шаги, а за ними — энергичный стук. — Похоже, вот и он! — шепнула Джессика и ободряюще подмигнула Сэму. Лорд Тиндалл, взглянув на серафима, так же ободряюще кивнул и повысив голос, сказал: — Войдите! Двери открылись и в кабинет втиснулась высокая и поджарая фигура, закутанная в накидку с капюшоном цвета хаки. — Доброго дня! — чуть хриплый мужской голос каббалиста показался Сэму смутно знакомым… только серафим никак не мог вспомнить, откуда. — Магистр Тиндалл, коммандер Самерайл и… — голова с наброшенным чуть ли не до подбородка капюшоном повернулась в сторону Сэма, — полагаю, серафим Дин? — Собственной персоной, — ответил уже заинтригованный мужчина, с интересом разглядывая накидку колдуна («кровавое пекло, да она из армейской палаточной ткани! А это не камуфляж, а какие-то колдовские знаки!»). — Рад личному знакомству, — из-под накидки вынырнула правая рука — вопреки ожиданиям серафима, вполне человеческая, (очень бледная, с локтя до плеча затянутая в броню из шкуры разрушителя) — которую искатель Чэнь протянул в сторону рыцаря. Сэм не стал строить из себя буку и пожал ладонь (на ощупь оказалась сухой и теплой). — Надеюсь, что взаимно, — несмотря на нелюбовь к чародеям, Самуэль Дин прекрасно помнил слова устава о вежливости ко всем. — Как твоя последняя вылазка, Джефф? — честно говоря, Сэма удивил вполне дружеский тон Джессики. В ответ из-под накидки вынырнула левая рука Чэня, которой каббалист легонько махнул. Рука уже не совсем человеческая: длинная и узкая ладонь, пальцев пять, но в каждом по лишнему суставу, оканчивающемуся короткими кривыми когтями, а предплечье с тыльной стороны непропорционально толстое и покрыто бурой мелкой чешуёй. — Я был не один, — проговорил «Джефф». — Сержант Ланн со своим «кулаком» и отряд ребят Дикаря Рурка составили превосходную компанию! Правда, — добавил он, — с вестниками пришлось повозиться, но в целом все прошло гладко. А как здесь дела? — Готовим рыцарей-командиров к присутствию каббалистов в гибридных «кулаках», — усмехнулся Тиндалл. — Серафим Дин — один из первых, кому выпала такая честь. Сам Сэм это честью не считал, но решил вежливо промолчать. Искатель Чэнь помолчал несколько мгновений, затем неожиданно грустно произнёс: — Этого я и боялся, — после чего рывком сдёрнул с головы капюшон. Увидев физиономию колдуна, Сэм не сдержал удивлённой возглас. Он понял, откуда ему знаком голос «Джеффа» — как и его откровенно жуткая рожа: вытянутая морда с высоким лбом, двумя парами глаз (нижняя, почти обычная, если не считать черных белков и вертикальных, отсвечивающим красным зрачков, и верхняя, две глубоко посаженные бусины гнилостно-зелёного цвета), впавшим носом со щелями ноздрей, тонким ртом с намёком на губы, над которыми нависают кожистые «усы». — Кровавое пекло! — Сэм позабыл и про вежливость, и про субординацию. — Ты тот бедняга, которого мы семь лет назад нашли возле Собора! — Он самый, — грустно ответил изменённый, как его называла Кроу. — Рад видеть, что вы все ещё в строю, серафим, — грустная улыбка Чэня выглядела пугающе человеческой: многие высшие праймы оказались способны на привычную людям мимику. — Я слышал, что вы имели несчастье оспаривать решения Высокого Лорда Максима, из-за чего пострадали… — Давай не будем об этом, — Сэм уже оправился от шока и не без интереса рассматривал Джеффа. Его морда по нижние глаза оказалась покрыта чешуёй (такой же, как на левой руке), а выше неё — грубая серо-зелёная кожа. Сохранились и волосы — черные и длинные, собранные в пучок на затылке. — Господи, на тебя по-прежнему больно смотреть! Джефф вздохнул и повторил реплику серафима: — Давайте не будем об этом. Тиндалл, глядя то на бывшего ученика, то на каббалиста, остановился на Дине, и сказал: — Теперь ты понимаешь, Сэм, почему я позвал именно тебя? Мужчина скосил глаза на магистра и коротко кивнул: — Понимаю. — А вы, Джефф? — спросил Тиндалл изменённого. — Вы согласны на это назначение? — Конечно, — кивнул тот. — Если серафим Дин не против моего присутствия в своём «кулаке», то… — Не против, — перебил рыцарь каббалиста. — И, честно говоря, рад, что это именно… вы, Джефф. Уродец повернул голову к Сэму, улыбнулся и произнёс: — Лучше «ты». В конце концов, я ваш будущий подчинённый. Сэм мысленно усмехнулся — черт подери, кто бы мог подумать, что… А, ладно! — Твой, — мысленная усмешка стала настоящей. — У меня в «кулаке» своё видение на отношения между командиром и подчинёнными. — ответил рыцарь на удивлённый взгляд. — Добро пожаловать на борт, Джефф! — Сэм протянул к нему руку, которую каббалист с благодарностью пожал.