"Я буду ждать, я буду жить".

Когда улыбчивый советник рассказывал про то, как в давние времена хороший клинок проверяли на прочность и гибкость, Люк к себе шёлковый голос и не примерял. Ну говорит что-то дедок себе про древность какую-то, пусть и лепечет. «Дедок» на такое отношение мысленно улыбнулся, склоняясь к мысли, что может Энакин и не прогадал с этим парнишкой. Школа жизни, пройденная этим пацаном, была лучше, чем те же ломки личности в исполнении ситхов. Первым испытанием было странное слово «этикет». Люк ёрзал на стуле, с опаской поглядывая на стол, где было множество блюд, а рядом с его тарелкой в каком-то замысловатом порядке лежала что с одной, что с другой стороны прям-таки батарея из предположительно того, что на теории называлось «столовые приборы». Полная достоинства женщина с грустными глазами изящно опустилась на стул напротив него. Хотя до этого она пару мгновений стояла возле стола, ожидая словно чего-то от него, а после со вздохом села.  — Когда женщина подходит к стулу за банкетным столом, тебе надо встать и отодвинуть ей стул, — попеняла она ему за промашку. Люк сморщил лоб, вспомнив, что где-то в этом огромном Дворце видал обеденный зал и там был стол, ну просто огромнейший.  — А если таких дам будет больше десятка, то я что, к каждой обязан?.. Да тут бедлам какой-то будет!  — Когда идёт приём, этим занимается лакей.  — Дурость как есть! — буркнул мальчишка, глаза которого углядели слугу, принёсшего первое блюдо. Наслаждения от еды в тот день Люк не ощутил, но уши у него горели. А раздражение всё выше поднимало голову. Падме сочла, что он не столь запущен, как казалось сперва. Отчего уши парня вообще пламенели с час с лишним. Император же и вовсе решил показать ему в первый же общий с ним урок красоты столицы с высоты крыши Императорского Дворца. Люк поёжился под сильным порывом ветра, не понимая, чем здесь можно вообще любоваться, если кроме крыш и транспортных линий не видно ни ситха? Вид как вид, здания, летающие корытца, какое-то шевеление у здания Сената… Храм джедаев. О! Надо будет упросить его сводить туда. Помнится, кто-то говорил, что там классно. Но властителю галактики было не до его желаний, хотений и т.д. Он решительно шагал к низкой ограде, огораживающей край крыши. Люк, что ваша комнатная собачка плёлся за ним. И у него невольно дух перехватило, когда под ногами разверзлась пропасть. Парень постарался не отшатнуться назад, а просто неторопливо отшагнуть.  — Мило.  — Люк, ты умеешь исполнять приказы? — Император был в повседневной форме, замер на краю, заложив руки на поясницу. Мальчишка посматривал на него с долей подозрительности.  — Смотря какие. Энакин обернулся к собеседнику и указал на пропасть под ногами.  — Прыгай! Ледяная синь глаз парня воззрилась на мужчину.  — Простите?  — Прыгай. Такой вот приказ. Люк смотрел на высокого правителя, подавляя желание покрутить у виска пальцем.  — Не-а. Спасибо. Жить хочу.  — Это не просьба, это приказ. Приказы исполняются, — такие же синие глаза уставились на парня, начиная соревнование. Алмазы на лице Люка затвердели.  — Это приговор. Я на такое не подписывался!  — А если на весах выбора будут стоять твои друзья и ты в противовесе? Или их столкнут или ты прыгаешь? Выбор правителя — сложная штука, Люк. Губы парня сразу пересохли, но он упрям мотанул головой:  — Но я не правитель. Так что мой выбор — прыгать не стану. Точка! Энакин несколько мгновений вглядывался в эти холодные глаза, ища в них хоть тень сомнения, что выбор парнем был сделан не правильный. Но Люк был непробиваем. Кажется, он даже под дулом оружия не совершил бы прыжок в пропасть. Странно. Почему-то казалось, что парень, отдавший своё первую стипендию в руки совершенно другого, способен на такой поступок.  — Ты провалил этот тест. Мальчишка зло оскалил зубы.  — Мне так жаль! — всем видом показав, что ни капельки не сожалеет, что не сиганул вниз на сотню этажей. Палпатин, услышав про такую проверку, которую прошли все претенденты, рассмеялся.  — Что ж, парень и в самом деле с головой дружит! Из десятка сколько прыгнули? Шесть? Я понимаю, перспектива стать Наследником Империи — это те ещё перспективы и мечты, но исполнить приказ на самоубийство только из чувства долга…  — Не только долга. Там ещё и куча таких эмоций была, что порой мне было реально плохо.  — Да-да, ты рассказывал, — помахал рукой Сидиус, пригубив чай. — И страх, что если не прыгнешь, то прости и прощай мечта стать первым в Империи. И решимость сделать всё, чтобы показать свою готовность исполнять любой приказ, каким бы идиотским он не был. И ещё-ещё-ещё. Так почему он не прыгнул, ваше величество? Вы мне, кстати, проиграли.  — Он воспринимает этот контракт как нечто временное, преходящее. Подумывает, что скоро нам надоест его третировать, ведь ничего путнего из этой идеи не может выйти.  — Хм, точно он смекалист, я и то иногда сомневаюсь в твоей задумке. Не боишься, что он сбежать намерится после твоей очередной проверки?  — Сбежит — вернут. Контракт он подписал, так что он обязан следовать правилам. Палпатин побарабанил пальцами по подлокотнику, кое-что прикидывая.  — А знаешь, возьми-ка ты его на борт своего ИЗР. Парень никогда реально космос не видел., а сбежать он хочет именно с планеты, так дай ему почуять свободу, которая манит и тебя. Покажи, сколь необъятна галактика и космос. Это может стать, если сработает, тем призом, что будет манить его к себе — и нам облегчит жизнь рядом с этим проблемным малым. Он долгое время работал только на себя и ту семью, которой была отдана стипендия, учился полагаться на себя и окружение. Мы для него — чужие, которые влезли к нему со своими решениями. Учитывать эти факторы мы обязаны.  — Он хочет увидеть Орден изнутри.  — Так поговори с Ки-Ади-Мунди, пусть возьмёт его на недельку в юнлинги. Ученик Храма — это новые впечатления для бездомного мальчишки. Магистр Ордена на просьбу Императора только головой покачал. От мальчишки, когда он под охраной прибыл в Храм, волной расходилось странное снисхождение, чуть присутствовало здесь любопытство. Встретив претендента, магистр откланялся, передав его учителю ясельной группы, эмпата высокого уровня. И вечером того же дня доложил Императору, что Люк заинтересовался методиками применения Силы.  — Пусть возле него всегда будет кто-то из сильных джедаев. Этот пуду ещё тот орешек. Может быть паинькой, пока ему это выгодно, но призовите мастеров не доверять парню всецело, — сразу же остудил воодушевление церианина Энакин. Люк сидел в кругу таких же подростков, как и он сам. Лекции ясельной группы ему пришлись не по вкусу, философию джедаев он не принимал, просто ушёл в оборону, когда его попытались вызвать на спор однолетки из юнлингов. Мастер, увидавший нападки подростков на Люка, разогнал эту стайку одним своим появлением и поманил за собой скептически настроенного его помощью подростка за собой. Люк с явно показанной неохотой поплёлся рядом с джедаем.  — И куда мы идём?  — В сад, — мужчина аккуратно указал вправо, кивнув шедшему ему навстречу джедаю-наставнику старшей группы. — Говорят, зелень травы и листва деревьев утихомиривает негативные эмоции. В тебе они кипят.  — Этого нет, — сразу же ощетинился Люк, старательно стараясь не сорваться на грубость.  — Прошу не лгать Посвящённому, ребёнок. Мне видно, что ты пришёл сюда, чтобы в чём-то именно себя убедить. Может сам расскажешь, что тебя гнетёт? Это будет легче.  — Будто вас это интересует.  — Ты интересен Императору, а он интересен своими поступками нам. Одно взаимодействует с другим.  — Для властителя галактики я интересная игрушка, — Люк внезапно ощутил странную досаду и сразу же насторожился, воззрившись на джедая с подозрением. — Вы!..  — Я только немного позволил тебе ослабить свои же барьеры. Император тебя подавляет? Он что-то заставляет делать тебя против твоих желаний? А! Выходит, нет? Тогда почему ты столь противишься своему же желанию узнать что-то новое, то, что тебе предлагают?  — Потому что такие предложения не делаются бездомному сироте!!! Синие топазы глаз уставились на остановившегося джедая с гневом. Тот сверху вниз смотрел на юношу с непонятным выражением в тёмных глазах.  — А может быть именно то, что ты сирота без дома тебе и сделали такое предложение — это не приходило в твою голову? Ты с ходу взял в штыки саму идею обучиться чему-то полезному. А джедаев ты недолюбливаешь. Что тобой движет в этом направлении?  — Вас бы назвали «человеческими отбросами» — сами бы воспылали любовью? — Люк не стал дожидаться ответа этого Посвящённого, быстрым шагом рванул вглубь сада, где в самом деле и дышалось свободнее, и тоска по родителям утихомирилась. Он сидел на скамьё, когда джедай подошёл к нему. И внезапно присел напротив парня на корточки, как-то мягко взяв его руку.  — Кто позволил маленькому мальчику ощутить эту злость? Покажи мне этого джедая! — чёрные глаза сверкнули, голос наполнился силой и властью. Люк невольно подался назад, пытаясь инстинктивно разорвать дистанцию, но поздно! Его память листали, как книгу. Прочь!!! Энакин замер, ощутив далёкий вопль ярости. И потянулся Силой к тому, кто столь жестоко вломился в чужое личное пространство. Посвящённый отшатнулся, рухнув навзничь с закатившимися глазами. Люк сполз на мягкую землю, обхватив себя руками. Его колотило от внезапно пробитой плотины давних воспоминаний, того непонимания маленького Люка: за что так с ним? Что не так с этой жизнью? Почему он теперь один? Посвящённый всё так же лежал напротив, едва приметно поднималась грудина, указывая, что этот гад ещё жив. Люк постарался было подняться на ноги, но сил на такое не было и он прислонился боком к деревянной скамье, сотрясаясь в рыданиях. И остановиться никак не мог. Сильные руки вздёрнули его на ноги, голубые глаза пристально взглянули в синеву глаз парня с непонятной тревогой.  — Жив? Люк ощутил как сдавило от внезапной признательности горло, только кивнув. И сам не понял, что оказался крепко стиснут в мгновенных мужских объятьях. Ошеломление заставило высохнуть слёзы. Парень остался стоять и смотреть, как вокруг сразу же забегали джедаи, охрана. Как возмущённый Император сухо и категорично указывал на лежащего Посвящённого и от него волнами расходилось негодование и тщательно контролируемая ярость.  — В камеру его, живо! В оковы, чтобы остался жив! Головой отвечаете, Гранд-мастер! Люк ещё пока никогда не видел Императора в таком настрое. И был несколько испуган. Из Ордена он был увезён на шаттле Императора, благодарный, что его никто не трогал. Во Дворце его самолично встретил Первый Советник, сухо указал вглубь покоев крыла Императора.  — Я обязан перед тобой извиниться, — Палпатин легко шагал рядом с парнем, которого оставляло оглушающее ощущение оторванности от реальности. Люк резко остановился, начиная подозревать, что…  — Вы подставили меня, — выдавил Люк, осознав, что этакое везение и то, что ему было разрешено посещение Храма, обязано быть неспроста.  — Да. Двое стояло в коридоре: с виду пожилой мужчина и молодой парень, претендент на титул Наследника.  — Разве кто-то осмеливается причинить Императору вред?  — Осмеливается, как не жаль, Люк. Даже тот, кого Император считал другом, может стать врагом. Такова цена быть Императором. Люк пару мгновений обдумывал свой следующий вопрос.  — Кто вы? — тихо спросил он, в упор глядя на Советника. На губах того появилась беспощадная улыбка.  — Какой правильно сформулированный вопрос, молодой человек! Двое ещё некоторое время меряли друг друга внимательными взглядами, после Советник вновь продолжил путь, словно с претендентом он расставил все точки над i. Люк быстрым шагом нагнал его, ведь кое-что неистребимо в порывах юности, какую бы школу выживания он не прошёл: любопытство и жажда новых впечатлений.  — Вы не ответили на мой вопрос. И ещё, кто был тот, кто предал Императора? Сидиус бросил косой взгляд на паренька, улыбнувшись.  — Этим некто был его бывший учитель, некий Оби-Ван Кеноби.  — Он жив?  — На данный момент скрывается. Но ты хочешь у меня спросить не это. Входи, надо дождаться результатов допроса этого Посвящённого, который так удачно вышел на тебя. Люк вошел в отведённые ему с первого дня во Дворце покои, но в указанное кресло не сел, подошёл к окну. Где-то внутри он ощущал, что словно в эпицентре бури оказался, богатая и беззаботная жизнь богачей внезапно оказалась не столь безоблачна.  — Вы подставили меня, словно приманку! — процедил юноша, вцепившись в своё запястье пальцами.  — Как выйти на Императора, как узнать про него, который своё личное пространство оберегает с неистовостью хищника, как не через тебя? Иди сюда. Было что-то такое в голосе Первого Советника, что Люк настороженно оглянулся. Политик поманил мальчишку к себе, молча кивнул на листок, на котором несколько мгновений назад набросал некую схему.  — Ты умеешь работать головой, не так ли? Вот тебе пища для размышлений. А ты скажешь мне, что это за схема взаимодействий. Люк развернул рисунок к себе, молча проскользил глазами по нему, пару раз вскидывая глаза на молчаливого собеседника, утомлённо прикрывшего глаза и словно незаинтересованного. Покусал губу, бросая уже тревожные взгляды на рисунок. — Ближний круг опасности? Центр — это Император. Это мне ясно. Но вот эти вот точки? — Я скажу тебе то, что тщательно вымарано из прессы и других инфоструктур: Император — одарённый. Если ты заглянешь в галонет, то найдёшь там только информацию, что в прошлом Император был джедаем, но в ходе одной из операций во время Войны возможности применять Силу он потерял. Про руусанское соглашение ты конечно не знаешь, но всё-таки прочти на досуге. Я обязан обеспечить охрану Императора, как заинтересованное лицо и его Первый Помощник. Но у меня тоже есть обязанности, я могу дать эту защиту только на поверхности Корусанта. Люк уже уловил, куда клонит Советник, понятливо усмехнувшись, нехорошо усмехнулся.  — Вы не доверяете джедаям…  — Не всем, для уточнения, — поднял тонкий палец Палпатин. Работать с тем, кто опасность мог чувствовать на тонких материях, оказалось очень увлекательно. — Может ты вспомнишь покушение, которое удалось?  — Его организовали джедаи?  — Предполагаем, что они. Только намёки и домыслы. Вот поэтому сейчас нам надо дать для затравки заговорщикам новую цель.  — И вы выбрали меня, — Люк схватился за голову, мотая ею безостановочно: — Дьявол… Я должен был догадаться!  — Ты пока ещё только чувствуешь ловушки. Вот и сегодня ты крикнул в Силу, да так, что Император тебя услышал, а это первый звоночек, что он уже выстроил в твоём направлении первые нити связи ученик/учитель. Ты у него не первый ученик, но ваша связь началась при помощи Силы, на ней она и завязана. Теперь ты сам заинтересован, чтобы Император был в здравии.  — Почему бы это? — заопасался Люк, подбираясь в предчувствии того, что ему точно не понравится новость.  — Умрёт он, может и тебя за собой уволочь за грань, — легко припечатал Сидиус. Люк, услышав такое признание, немо открывал рот несколько раз, пытаясь выдавить хоть слово, но так и не мог найти слов, да и горло перехватило, чего уж!  — Ну, знаете ли! Большое такое вам всем спасибо! Подыхать за незнакомого дядьку? Ну знаете!!! Палпатин сцепил руки в замок, взглядом разглядывая какую-то завитушку на поверхности стола, ожидал, когда юный претендент скинет своё негодование.  — Может… Вы сказали — может уволочь. То есть это не приговор?  — Ученье — свет, а неученье — тьма, — ударился в философию Палпатин. Люк скривился вторично.  — То есть: хочешь себя уберечь, дружок, всё в твоих руках, — понятливо закивал головой скептически перекосившийся парень. Развёл руками, явно удерживаясь от желания что-то расколошматить. — Всё как всегда! Блин!!! Палпатин не стал ничего говорить на тему: «Вот видишь? Ты сам всё понимаешь!», просто тихо себе сидел, уже поняв, что запутал мальчишку так, что правду и ложь трудно будет отличить. Да, со временем, парень научится ставить всё под сомнение, но Энакин в самом деле обнаружил алмаз в куче грязи. Наивностью данный экземпляр давно уже не сиял. Если богатство и доступность к власти не испортят эту заготовку, то пока этот Люк лидирует среди конкурентов на трон. Люк отмер, напряжённо что-то обдумывая.  — Этот контракт… Его можно будет хоть разорвать, если Император копыта откинет, а я выживу?  — Это риторический вопрос?  — Чего?! Хватит мудрые речи катить, отвечайте! — ледяные глаза вспыхнули мертвенным блеском.  — Ты сперва выживи, а там поговорим, — тихо бросил Палпатин, вставая. В эту ночь Люк впервые сумел убежать из-под надзора. Как и каким образом — вопрос так и остался за кадром, но охране влетело сильнее некуда. Император снисхождением не маялся, охрану, когда Люка всё-таки вернули, была сменена. Энакин, озаботившись безопасностью юного и порывистого мальчишки, указал место нынешнего пребывания юноши, приказав без мелкого пакостника во Дворец посланным не возвращаться вообще. Каким образом новая охрана справилась, Императора не интересовало. Мрачные парни втолкнули помятого и взъерошенного Люка внутрь тренировочного зала, закрыв за спиной парня дверь. В синеву топазовых глаз Люка смотрел Император, стискивая в руке какой-то вид холодного оружия.  — Отсюда ты выползешь — это будет твоё наказание. Только тогда, когда ты отсюда ВЫЙДЕШЬ, вот только тогда я буду знать, что ты вырос из-под надзора. И ни днём раньше! Бери клинок! Люк тогда отказался наотрез. За что и поплатился. И это был не последний его побег из Дворца. Проверялся не только Люк, он их всех тоже проверял на прочность.