"Я буду ждать, я буду жить".

Уже больше полугода, как заключён был тот злополучный контракт. Четырнадцатилетний Люк глянул на своё отражение в зеркале, не сдержав тяжёлого вздоха. И невесело усмехнулся своим мыслям. За этот период времени ему пришлось очень несладко. Новое окружение, новое положение, мало отличавшееся от заключения в тюрьме, правда высшего приоритета. Новое, всё новое… Парень одёрнул куртку, которую ему сегодня принёс слуга. Куртка, как куртка, немного похожа на кадетскую, каких будет много сегодня на приёме: стало очень престижно отправлять юных отпрысков знатных фамилий в такие вот училища, готовящие новые кадры в армию и флот Империи. Император и его подопечные отнюдь не шутили, когда намекали, что старые кадры будут вскоре устранены и заменены на более перспективных и активных. Люк вторично одёрнул подол и зашипел, поймав себя на этом. Нервничает. Ага, а как же? За эти полгода он уже трижды был под прицелом чьих-то махинаций. И то посещение Храма джедаев даже в счёт не пошло! Когда адъютант Императора прибыл с извещением, что Люку пора присоединиться к группе сверстников, которые приглашены ко двору Императора по случаю празднования Дня Империи, этот самый Люк просто прикрыл на мгновение глаза, собираясь с духом. Да почему же так страшно-то? Лея Органа обмахивалась веером, стоя в кружке приближённых к отцу помощников. Их сплетни слушать было забавно, но скучно. Она вот почти неделю прибыла с Альдераана, чтобы подготовиться к своему первому балу. Ответственный момент, как ей твердила мать. Только с Альдераана принцесса прибыла не одна, были ещё девицы на выданье, которые хотели бы устроить свою прекрасную партию в обновлённом государстве. Дочери и сыновья главенствующих Домов Альдераана, Корусанта и других планет, которые удостоились чести быть приглашёнными на Бал Империи. Отец, едва вошёл в зал, ласково попросил дочь не создавать ему головной боли, отыграть свою роль дебютантки пред ликом Императора и его супруги (Лея отчётливо уловила ядовитый сарказм, ловко замаскированный под вежливость в голосе Бейла) и со спокойным сердцем покинуть столицу. Вот только чьё сердце будет спокойно — тот ещё вопрос. Когда в огромнейший зал вошли кадеты разных корпусов и возрастных групп, не только у принцессы Леи глаза засверкали. Правда, как и другие претендентки на внимание юношей, она постаралась скрыть своё любопытство за веером. Эти мальчишки, конечно, милы и даже симпатичны в своей форме, но главным блюдом на нынешнем столе будет непременно загадочный Наследник, правда, Бейл Органа как-то многозначительно ухмыльнулся, когда это произносил. Многие почти свои фамилии обанкротили, чтобы получить доступ к этому празднеству: увидеть воочию реального претендента на престол, ведь пресса на данном мероприятии присутствовать не имеет права, так что появление таинственного Наследника навело шороху в аристократии. Люк вошёл в зал, полный люда и алиенов, среди которых он мельком сумел увидеть некоторых сенаторов, мимо которых проходил полгода назад в Сенате, и невольно закусил губу. Когда слуга указал ему группу, к которой парню предстояло присоединиться при входе в зал, Люк только кивком подтвердил, что понял. С одной стороны ему было странно услышать такое приказание Императора: претендент на трон обязан будет войти в зал один, но с группой кадетского класса. Сперва Люку такое приказание показалось новой проверкой от его воспитателей, но спрашивать причину он не стал, а то вновь будет озадачен намёками от правителя. Один войдёт или нет, неважно. Люк обвёл эту толпу внезапно блеснувшими глазами, сдержав тонкую усмешку. Сегодня он точно позабавится. Он держался в стороне, приглядываясь к происходившему, стараясь не задерживать внимательный взгляд ни на ком из присутствовавших, чтобы, не дай Сила, не привлекать к себе ненужного внимания. Люк не сдержал своего планомерного вопроса Императору: будут ли на этом приёме другие претенденты на трон Империи? И мысленно стукнул себя по лбу, когда супруга Императора тонко улыбнулась на этот вопрос. Сам же Энакин только смерил своего протеже нечитаемым взглядом.  — Не все, но будут. Впрочем, твои уроки наглядного пособия продолжаются, так что не расслабляйся, Люк. Вот и посматривал претендент на эти «наглядные пособия», как на вещи, выставленные на обозрение толпы. Интересно, что же задумал Император в это раз? А насчёт выдумки и каверз этот мужчина вместе со своим Советником оказался ой как горазд! Люк невольно потёр свою пятую точку, по которой ему нехило прилетело после его побега из Дворца. Рука у Императора оказалась на диво тяжёлая и беспощадная. Это было полгода назад. Сейчас Люк активно пытался вычислить, кто же из присутствующих является теми самыми претендентами. Император сказал: не все. Зачем он это делал? Люк весело ухмыльнулся: у всех их есть недостатки. А если эти недостатки, их совокупность, приумножить, да в худшую для себя сторону… Может получится улизнуть из-под давящей опеки Императора пораньше? А что? Чем идея-то плоха? Лея поглядывала на своих соотечественниц с лёгкой насмешкой: шеи готовы сломать, чтобы выглядеть, когда же в зал вступит Император и таинственный Наследник. Девушка уже неоднократно поглядывала на галерею, что опоясывала зал по периметру: обычно там толпились матроны и их мужья, но у принцессы уже голова разболелась от трескотни подружек. А Император так и не торопился в зал. Органа же не сколько правителя желала лицезреть и себя показать (в такой толпе, даже будь она представленной самолично Императору — это надо умудриться не стать серой тенью), а хотела просто потанцевать вальс. Зря что ли она его так упорно разучивала?! И ноги учителю оттоптала. И не только учителю, если честно, отцу тоже на орехи досталось, а ещё тому выпаску, который решил облапать тайком её высочество во время тренировки. Получил по заслугам. На губах Леи проявилась улыбка садистского удовольствия, когда она вспомнила вопли этого мерзавца. Люк недолго голову ломал, куда ему податься. Танцевать и общаться с ровесниками он не собирался, ему общества в обычные будние дни с его наставниками хватало за глаза и с достатком. Даже с переизбытком внимания всех, если на то пошло. На дурость времени просто не хватало, иногда казалось, что Императору и его подручным приносит несказанное удовольствие гонять если не по предметам, то по полигону — точно. Парень помотал головой, вытряхивая из мыслей всё постороннее, и решительно направился наверх. Энакиин посматривал на жену, которая наводила последние штрихи к своему облику. Иногда он даже благодарил тех, кто спланировал покушение. Это позволило Падме вернуться к нему, сам бы он ни за что не смог заставить её. Ведь уход — это было её решение. Как она порой смирялась с его поступками, так и он иногда уступал в её решениях.  — Я готова. Но твой обман… — карие глаза сверкнули непокорно, когда Падме обернулась.  — Увидишь, это будет даже интересное представление, — его пальцы ласково погладили её щёку. Жена на мгновение прильнула к этой тёплой ладони щекой, потёрлась, слабо улыбнулась.  — Ты озадачиваешь мальчишку…  — Ему это даже на пользу пойдёт, — Энакин взглянул на появившегося в комнате ещё одного персонажа. — Готов?  — Если ваше величество не передумал, то я готов, — поклонился Императору одетый в строгий официальный костюм русоволосый и высокий юноша с тёмным, почти чёрными глазами.  — Император не передумал, — холодно улыбнулся Скайуокер. Падме внезапно испугалась этой его улыбки. Люк почти всю галерею обежал, отыскивая место, с которого ему будет виден и вход, и зал, полный гостей. Но на самом удобном месте уже расположилась молоденькая девчонка, против правил приличия присевшая на перила и прислонившаяся головой к столбу, что поддерживал свод зала и галерею. Люк огляделся. Это место было отчего-то непривлекательно для зрителей. Как интересно-то! Парень шагнул к девушке, негромко откашлявшись. Девушка вздрогнула, видно углубившись в свои размышления отключилась от реальности, незаинтересованно взглянула на появившегося у неё наблюдателя. По взгляду карих глаз Люк понял, что ажиотажа он у неё не вызвал. Так, каким взглядом окинула она его, смотрят на мелких служащих: вроде есть кто-то рядом, а вроде и место пустое. К таким взорам он привыкнуть смог уже давно, на улицах это порой в помощь.  — Надеюсь, я не помешаю вам, — со всей учтивостью промолвил он, вспомнив уроки леди Падме. И даже отвесил ей лёгкий поклон, который можно было смело записать в простой кивок. Девушка незаинтересованно скинула ногу с перил, смерив его снисходительным взглядом и вновь устремила взгляд вниз, где как раз появился герольд. Люк облокотился на перила, перестав обращать взаимно внимание на свою невольную соседку. Лея удрала от приятельниц, удобно устроившись в самом безлюдном месте. Плевать, что отец намекал ей, что неплохо бы завести пару-тройку нужных ей в будущем знакомств с корусантскими аристократами. Пусть сам хвостом виляет, семьянин хренов! Лицемер, каких Сила не видела! Хотя нет, Сила видно видела и не таких, только как терпит эту породу? Девушка тихо фыркнула, взглядом отыскивая фигуру Органы. Ну, так и есть, вновь он под ручку с этой фифой… И как мама терпит эту двуличную скотину мужского пола? Лея давно уже знала, что семейная жизнь Брехи и Бейла распалась после её рождения, но что стало причиной — не пыталась узнать. Маме — боль, а отец ограничится нравоучением, что это не её ума дело.  — Что б ты споткнулся! — прошептала девушка тихо, когда услышала за своей спиной покашливание. И не увидела, что Бейл Органа едва не грохнулся при всём честном люде. Перед ней стоял парень. Лет… А впрочем, какая разница, какого возраста? Худой, что ваша палка, чёрноволосый, светлые глаза, которые с пристальным вниманием наблюдали за ней. Лее даже не пришлось прикладывать усилий, чтобы проявить равнодушие. Едва в зале прозвучал Имперский марш, как даже он и его соседка уважительно склонили головы, присутствующие же внизу вообще при появлении Императора обязаны были склониться в поклоне и образовать проход к тронному возвышению.  — Его Величество Император с Наследным принцем Империи! — резким выстрелом прозвучал звонкий голос глашатая, заставив Лею, да и не её одну, вскинуть голову.  — Что?! Лея повернула голову к настолько тихому возгласу сбоку, что это могло показаться ей шорохом. Парень, который подошёл к ней, вглядывался в фигуру, что шагала позади Императора и его супруги. Высокий, почти такого же роста, что и сам повелитель, молодой парень шествовал, на пару шагов отставая от высочайшей особы, заложив руки в белых перчатках, на поясницу и не глядя по сторонам. И на лице этого светлоглазого была такая смесь эмоций, что Лея уже заинтересовалась.  — Вы знаете его?  — Кого именно? — напряжённым тоном размышлявшего на отвлечённую тему человека ответил её неожиданный визави.  — Наследника, конечно! — насмешливо бросила Лея, раскрыв веер. И невольно подалась назад, когда этот незнакомец глянул на неё. Взгляд из-под лба был далёким и ледяным, совершенно другим, чем раньше. А глаза… Ситх, эти глаза!.. Лея заставила себя не упасть в них, в горле нежданно стало сухо, принцесса заставила себя отвести глаза. Мама была бы довольна.  — Откуда? Я столь же незнаком с ним, что и вы. Интересно знать… — с этими словами он внезапно подался вперёд, оперевшись ладонями на перила, во что-то внимательно вглядываясь внизу. Лее передался его порыв, она сложила веер, проследила за направлением взгляда парня.  — Как интересно, — прошептала она, улыбнувшись. В данный момент супруга Императора вела разговор с её отцом, а его пассия держалась поблизости.  — Мне кажется, дама, что рядом с тем мужчиной, очень похожа на жену Императора, разве нет? — внезапно раздался голос парня рядышком.  — Да, правда. Гм… Леди Падме ранее была сенатором, — в голове Леи появилась призрачная мысль, до этого мгновения никогда не посещавшая её. — Хм… А потом она вспомнила, что она здесь не одна, обратила внимание на своего невольного собеседника, повернув к нему голову. Глаза с этого лица теперь смотрели на неё как-то иначе. Да и выражение их было не столь пугающим. Даже вроде цвет изменился… Или нет?  — Меня зовут Люка(примечание автора: ударение в имени на последнем слоге). Орфен Люка. Лея уставилась на него совершенно неприлично: фамилия у парня была достаточно надуманной. «Сирота»… Он, словно услышав её возмущение, чуть смущённо улыбнулся, отведя взгляд.  — Это в самом деле моя фамилия и я в самом деле сирота, в приюте дали такую фамилию, так как имя я знал, а фамилию… В то время я ею не интересовался. Люк не знал, почему ему так захотелось что-то прояснять этой аристократке. Ну встретились с ней случайно, пересеклись, так сказать, всё — пока. Но её упоминание леди Падме заставило его отвлечься от своих мыслей о странном Наследнике, что шагал позади Императора. А уж фамилию он и в самом деле придумал на пустом месте. Сирота. Ага, как интересно ей это! Люк едва не фыркнул в голос, тут же изумлённо уставился на протянутую ему раскрытую ладонь.  — Лея, Лея Органа с Альдераана. Будем знакомы. Карие глаза насмешливо сверкали, откровенно подначивая его. Люк ничего с собой поделать не смог, улыбнувшись ей в ответ. Момент испортил вызов комлинка в кармане платья девушки. На её лице тут же промелькнула досада.  — Отец… — это было сказано с такой странной неприязнью. Девушка тяжело вздохнула: — Мне пора, Люка, приятно было познакомиться. Падме сидела подле мужа, поглядывая на представляемых ей девушек, многие из которых даже Энакина окидывали томными взглядами. На фигуру же позади её кресла вообще были брошены такие пылкие взгляды, что она сомневалась, остался ли наследник не впечатлённым. Когда она увидела Бейла Органу, стоящего почти вплотную к возвышению трона, её неприятно удивило несомненное сходство его спутницы с нею самой. Муж уловил её состояние, крепче сжал её пальцы в ладони, призывая на провокацию не купиться. Падме признательно глянула на него и улыбнулась, оставшись на минуту рядом с Органа и его спутницей.  — День добрый, сенатор. Мадам. Кстати, Бейл, не вижу рядом с вами вашей дочери, Леи. Кажется, она была в списке дебютанток. Ей же четырнадцать, если память мне не изменяет.  — Ваша память как всегда на высоте. Королева хотела, чтобы она поехала в следующем году, я настоял, что лучше это сделать в нынешнем. Падме понимающе улыбнулась.  — Хотелось бы увидеть её, Бейл. Сенатор поклонился, но едва Падме хотела уйти, как он внезапно ухватил её за запястье, чем несказанно удивил набуанку.  — О, ваша светлость! Можно у вас вырвать ещё одну просьбу? Падме бросила один-единственный взгляд в сторону мужа, чтобы убедиться, что он держит себя в руках, а после настойчиво потянула руку на себя, холодно взглянув в наичестнейшие глаза альдераанца.  — Всё, что в моих силах.  — Я прошу не за себя, за дочь, — пальцы на её запястье разжались словно с неохотой. Падме подавила желание потереть кожу: не стоит привлекать внимание мужа. Органа поклонился возвышению, но обратился к женщине:  — Если бы вы посодействовали, чтобы первый танец Наследника был с моей дочерью… — Органа поклонился вторично, но неглубоко. — В память нашей старой дружбы. И был неприятно удивлён, когда напоролся на неприветливый взгляд карих глаз.  — Как и мой муж, я не приветствую фаворитизм. Но я спрошу у Наследника, сможет ли он уделить внимание вашей дочери. Всего хорошего. Стоило ей сесть на место, как Энакин, с улыбкой на губах, но беспощадной угрозой в глазах, промолвил:  — Иногда Органа ходит по краю моего терпения, а оно не безгранично, родная.  — Это же Органа, ваше величество, он знает, когда границу пересекать опасно. Сенатор, что вы хотите? — женщина улыбнулась супругу, стараясь утихомирить его гнев. Тёплые пальцы коснулись её покрасневшего запястья, аккуратно обхватили его. Падме открыла было рот, чтобы запротестовать, но Энакин проказливо улыбнулся, глянув в её глаза насмешливо, поднёс руку к своим губам. И подул, тихо, почти невесомо. Применив ко всему прочему Силу, утишив боль в сдавленном запястье. Падме осторожно перевела дыхание, не спуская глаз с мужа.  — Иногда я желаю его убить, — едва слышно прошептал он.  — У нас одна мысль на двоих, мой лорд. Люк всё так же завис на галерее, оглядывая зал в поисках тех, кому высокий наследник глаза мозолил. Двоих вычислил, они даже не скрывали, что этот высоченный дурень им поперёк горла стоит, поедали злыми глазами учтиво улыбавшегося парня. Когда зазвучала музыка и в центре зала как-то быстро образовалась площадка для танцоров, на галерее стало весьма и весьма тесновато: многие из старшего поколения здраво решили, что нечего им задницы просиживать внизу, сверху тоже можно многое заметить. Юноша потеснился, но своё место покидать был не намерен, поглядывая на то, как бал открывал Император в паре со своей супругой.  — Однако красивая пара, не находите, Бейл, — с придыханием промолвила женщина где-то за плечом у Люка. Парень невольно растянул губы в улыбке, всё так же наблюдая за кружащейся под музыку парой, мысленно согласившись с репликой незнакомки.  — Красивая, но бездетная. Люк напрягся: прозвучала эта фраза самодовольно и злорадно. Этот Бейл ему сильно не понравился. Знать бы, почему… Люк призадумался, но его вновь отвлекло, что после Императора и леди Падме в круг вышел Наследник, ведущий за руку ту самую девушку, с которой познакомился Люк. Позади раздалось оханье, а потом Органа хмыкнул:  — Как хорошо уметь манипулировать другими! Моя дочь в паре с Наследником — это её путь в будущее… Тот, кого в закрытом кругу Императора именовали «претендент на трон», постарался запомнить разлившееся вокруг самодовольство аристократа, тонко улыбнувшись. Как бы папаша зубы не обломал на своём ребёночке! Милейшая с виду девочка Лея стоит папочки, а у самого Люка сложилось мнение за короткий миг знакомства с этой девицей, что она на отца очень сильно злится. Проходя мимо полного довольства мужчины, Люк словно невзначай покачнулся, навалился на этого аристократа, одна запонка на его рукаве стоила месячного жалования не мелкого служащего, после, попутно бормоча извинения оттолкнувшему его мужчине, юноша попятился, натолкнувшись теперь уже на спутницу Органы. Пока ему не прилетело от мужчины за его неловкость, Люк шмыгнул прочь, с довольной улыбкой запихнув во внутренний карман тонкий, в россыпи алмазов браслет, и комлинк, стащенный из кармана самодовольного гада. Всё же в своём кругу беспризорников он тоже вносил лепту в бюджет группы, его называли не последним «щипачом». «Всё на благо Империи», — весело рассмеялся парень, прикидывая, как сегодня получше улизнуть от своей охраны, а что таковая его и здесь караулит — голову ломать не надо. Падме следила за кружащимися парами, улыбаясь, когда вспоминала, насколько беззаботной себя чувствовала, открыв этот бал в паре с Энакином.  — Интересно, а твой протеже сейчас где? — внезапно спросила она, помимо воли начав окидывать толпу юных кадетов и девушек ищущим взглядом.  — Здесь, где же ещё! — взгляд голубых глаз стал отсутствующим, в следующее мгновение Император коснулся своего запястья, где в виде широкого браслета был выполнен комлинк. — Но собирается удрать. Женщина сокрушённо покачала головой.  — Ему не надоело испытывать твоё терпение?  — Он не моё терпение испытывает, а предел, за который не стоит заходить. Я бы поступил так же. В тот вечер Люк вновь умудрился покинуть Дворец, несмотря на приставленную охрану. В какой-то момент он словно растворился в толпе, как не старались соглядатаи, их подопечный удрал. Император оказался впечатлён.  — Даю вам три часа на розыск наглеца.