Грань - До (часть 1)

       Субботним утром в Большом Зале было необычайно шумно. Столы Гриффиндора и Слизерина пестрили флагами, шарфами, хлопушками и лентами с цветами своих факультетов. Все обсуждали возможный исход матча, делали ставки, спорили. Студенты Рейвенкло и Хаффлпаффа вели себя тише, но и среди них произошло разделение на красно-золотых и серебряно-зелёных. Потягиваясь и зевая, Марлин МакКиннон спустилась на завтрак.  — Ну наконец-то ты проснулась! — рыжий вихрь подлетел к Марлин, чуть не сбив девушку с ног.  — Я тоже по тебе соскучилась, последний раз мы виделись, кажется, вчера, — недоуменно ответила Марлин, приобнимая Лили в ответ.  — Сегодня же твой самый первый матч, а ты будто совсем не волнуешься!  — Вот только волнения мне сейчас и не хватало, — пробормотала Марлин, чувствуя, как это самое волнение начало появляться где-то внизу живота. Они подошли к гриффиндорскому столу, вся команда была уже в сборе. Взглянув на мрачные лица Пита, Чарли и Сюзанн, Марлин подумала, что не одной ей не удалось нормально поспать этой ночью. Она села между Джеймсом и Энтони, поставив рядом с собой свою «Комету-260*». Лили опустилась напротив, справа от Сюзанн. От вида омлета, варёных яиц, бекона, овсяной каши с фруктами и прочих блюд, в изобилии стоящих на столе, МакКиннон стало плохо.  — Ну как, ты готова? — спросила Сюзанн, воспользовавшись тем, что Джеймс полностью переключил своё внимание на Лили, избавив команду от своих очередных мотивационных речей.  — Мне кажется, что меня вывернет, как только я оторвусь от земли, — честно призналась Марлин.  — Ну, тогда всё в порядке, — ободряюще улыбнулась Сюзанн. — Во время своей первой игры я упала в обморок ещё до того, как мы взлетели.  — И погода сегодня — прямо то, что надо, — добавил Энтони Чарлсон. — Ветер с дождём — всё как мы любим. Марлин подумала, что это всё же лучше, чем солнце, слепящее глаза. С таким капитаном мокнуть на поле им было не впервой. До конца завтрака оставалось ещё полчаса, но есть совершенно не хотелось. Марлин заставила себя насыпать в тарелку немного хлопьев. Рядом Энтони, Сюзанн и Пит принялись обсуждать манеру игры капитана Слизеринской сборной — Торкуила Трэверса. Трэверс был загонщиком, и играл он довольно жёстко. Как-то в прошлом году он отправил Джеймса в больничное крыло почти на неделю, сломав тому все рёбра. Тот матч они проиграли, но Гриффиндорская сборная всё равно смогла взять кубок, обойдя Рейвенкло на 200 очков. Трэверс не отличался мягкостью и по отношению к своей команде, на пятом курсе на тренировке он сбил с метлы Ксана. Леди Гринграсс, их бабушка, тогда чуть с ума не сошла, она требовала от Ксандера, чтобы тот немедленно бросил квиддич.  — И Сириусу пришлось переодеться в женское платье и прогуляться по Годриковой Впадине, — донёсся до МакКиннон обрывок фразы Джеймса. — Он был очень хорош! Несколько маггловских парней даже гнались за ним с весьма непристойными предложениями! Только не говорите, что я вам рассказал, он терпеть не может, когда ему об этом напоминают. Марлин попыталась представить Блэка в платье миссис Поттер, но это не помогло — волнение всё больше набирало свою силу. В пылу рассказа Джеймс стукнул кулаком по столу, послышался хруст. Марлин с ужасом подумала о том, что, наверное, с таким же звуком будут ломаться её рёбра, когда Трэверс выберет её в качестве своей жертвы. Она подняла взгляд на Слизеринский стол. Торкуил с завидным аппетитом пожирал куриные ножки. В принципе, вся Слизеринская сборная выглядела так уверенно, будто кубок был уже их, а этот матч — простая формальность.  — Эй, МакКиннон, ты ещё здесь? — перед ней стоял Сириус, он пару раз щёлкнул пальцами прямо перед её носом. — Думаешь, нам будет лучше, если ты грохнешься с метлы прямо посреди матча?  — Нам будет лучше, если ты помолчишь, Блэк, — ответила вместо неё Лили, прожигая того взглядом.  — Я всего-лишь говорю МакКиннон, чтобы она поела, — невозмутимо ответил Сириус, садясь рядом с Лили. Следом за ним за стол опустились и Питер с Ремусом.  — О, неужели ты умеешь заботиться не только о себе, — Лили всё ещё неодобрительно смотрела на Блэка.  — Конечно. Например я постоянно забочусь о Джеймсе. Должен же кто-то следить, чтобы он не был таким придурком.  — Я думал, что это моя обязанность, — удивлённо добавил Люпин. — Следить за тем, чтобы вы не вели себя как придурки.

***

      Марлин стояла у выхода из раздевалки, готовясь выйти на поле. Джеймс только что произнёс воодушевляющую речь, которую она почти не слушала. Судя по зелёным лицам Энтони и Пита, они тоже думали о своём. Ну вот, двери открылись, и их встретил оглушительный рёв трибун. Марлин почувствовала, как у неё начинает кружиться голова. По мокрой траве они дошли до середины поля. Дождь усилился. Навстречу им вышла команда Слизерина. Сердце бешено колотилось, земля уходила из-под ног. Марлин захотелось сбежать, сесть на метлу и улететь куда-нибудь подальше отсюда.  — И встречаем наших игроков бурными аплодисментами! —  раздался голос, усиленный громкоговорителем. Марлин взглянула на комментаторское место — там, рядом с Макгонагалл сидел щуплый мальчик с копной соломенных волос на голове. Он был на столько маленьким и худым, что Марлин показалось, что он максимум курса со второго. Вокруг шеи нового комментатора был повязан слизеринский шарф, а в руках он держал маленький зелёный флажок.  — Бран, — Мартин чуть обернулась к охотнику, идущему сразу за ней, и кивком указала на трибуну. — Кто новый комментатор?  — Слизеринец, как ты уже могла догадаться, — ответил Хокинс. — Я был на их прослушивании, Макгонагалл заставила. Он, кстати, ничего, разбирается в игре. Как же его зовут-то… Барни или что-то в этом роде.  — А этот Барни случайно не маловат для комментатора? — с сомнением спросила Марлин.  — Да, я тоже сначала так подумал, но он на четвёртом курсе. Команды дошли до середины поля, где их ждала судья — мадам Хуч. Впереди — капитаны, справа и слева от них — ловец и вратарь, сзади выстроились охотники. Джеймс и Трэверс встали напротив друг друга. Чуть поодаль от игроков стоял большой деревянный сундук, в котором лежали три кожаных мяча, два из них брыкались, пытаясь вырваться из тугих ремней. — Капитаны жмут друг другу руки, — голос у новенького комментатора был слишком низким и мужественным для мальчика таких размеров.  — Вспомнил, — Бран шлёпнул себя по лбу. — Барти Крауч. Я ещё подумал, что имя какое-то дурацкое. С этим Марлин не могла не согласиться. Пока мадам Хуч давала последние инструкции перед матчем, Марлин рассмотрела Слизеринскую сборную. Первый, конечно, Трэверс, типичный вышибала, более идиотского выражения лица Марлин, кажется, ни у кого больше не видела. Слева от него вратарь — Эван Розье, высокий стройный блондин с необычайно большим острым носом и высоким лбом. Он, Трэверс, Мальсибер и Снейп были «мародёрами» Слизерина, только с сильным уклоном к тёмным искусствам. Ходили слухи, что Розье старший тесно связан с Тем-Кого-Нельзя-Называть, и именно поэтому в прошлом году Лили была против того, чтобы Северус общался с их троицей. Напротив Марлин стоял Регулус Блэк. И как она могла забыть, что брат Сириуса играет в Слизеринской сборной? Марлин никогда раньше не обращала на него внимания, хотя слышала о нём довольно много от своих однокурсниц. Высокий, стройный, с чуть вьющимися тёмными волосами, оттеняющими холод серых глаз и тонкими чертами лица — Регулус был довольно привлекателен, хотя сильно терялся на фоне Сириуса — практически идеального красавчика (по версии многих девушек, к которым Марлин, конечно же, не относилась!). Марлин поспешила перевести взгляд. Прямо за спиной Блэка стоял Ксандер, он ободряюще подмигнул сестре. Стало немного спокойнее. Бладжеры вырвались на свободу. Снитч выпущен.  — По мётлам! — раздалась команда мадам Хуч. Марлин крепко сжала свою «Комету». Свисток. Она взмыла в воздух. Холодные дождевые капли падали на лицо, смывая страх и волнение. Она в воздухе! Марлин подлетела к Гриффиндорским кольцам и позволила себе оглядеть поле: загонщики летали по периметру, грозно размахивая битами, охотники замерли друг напротив друга, Джеймс и Регулус ястребами кружились высоко в небе, высматривая золотой мячик. На другой стороне поля виднелась фигура Эвана Розье, с такими широкими плечами ему, наверняка, проще защищать кольца. Свисток. Квоффл на поле. Началось.  — Вперёд вырывается Бран Хокинс, — Марлин вслушивалась в голос комментатора. — Он выбивает квоффл вниз, где его ловит Чарли Милн. Неплохой ход, но мы все его уже очень хорошо знаем. Мимо со свистом пролетел бладжер, Марлин чуть наклонила метлу, чтобы избежать столкновения.  — Мяч у Гринграсс, отличная передача Мальсибера! Сюзанн Керк не удаётся забрать квоффл. Бросок Уилкинсу, он несётся к кольцам. Мяч снова у Гринграсс, Мальсибер, снова у Уилкинса — Слизеринские охотники прекрасно обошли Гриффиндорцев! Слизеринцы выстроились диагональю, перекидывая друг другу мяч. Брану и Чарли никак не удавалось выбить его, Сюзанн летела внизу, готовая в любой момент поймать квоффл, если он выпадет. Ловцы продолжали парить над полем.  — Бладжер Пита Эймбранса сбивает Мальсибера! — прокричал комментатор. Уилкинс и Ксан продолжали атаку вдвоём, пока Мальсибер пытался совладать со своей метлой.  — Гринграсс мчится прямо на вратаря Гриффиндора. Кажется, они кузены, но МакКиннон всё равно надо приготовиться, в этом сезоне Слизерин настроен решительно, родственные связи ей не помогут. Пф, брат никогда не поддавался ей, даже когда им было пять и они играли на детских мётлах. Марлин отбросила мокрые пряди волос с лица и крепче сжала рукоять метлы.  — Гринграсс явно метит в правое кольцо, но вратарь медлит. Поттеру надо было тщательнее проводить отборочные в этом году. Ксан был прекрасным игроком в квиддич, но сейчас для Марлин это было совсем некстати. Краем глаза она видела Мальсибера, летящего к левому кольцу. Вдох — выдох. Бросок. Марлин резко отклоняет метлу вправо, и ловит пущенный Мальсибером мяч. Рёв с трибуны болельщиков Гриффиндора оглушил поле.  — Беру свои слова обратно, кажется, МакКиннон знает, что делает. Бросок вниз, мяч подхватывает Сюзанн Керк, она обходит Уилкинса, Гринграсс, уворачивается от бладжера! Вы только посмотрите на неё! Думаю, это самый быстрый охотник в этом сезоне! Поттер наверняка поставил на её манёвренность. Недурно, весьма недурно. Она обходит защиту Слизерина, мяч Хокинсу, он возвращает его вниз, — голос Крауча утонул в новом рёве, Сюзанн забила в центральное кольцо.— И Гриффиндор открывает счёт! Игра перешла на половину Слизеринцев. Сюзанн забила ещё два мяча, Чарли и Бран по одному. За это время ловцы несколько раз срывались со своих мест, и каждый раз напрасно. Марлин наблюдала за игрой. Дождь продолжал идти, ветер усиливался. Она начала замерзать.  — Торкуил Трэверс сбивает бладжером Чарли Милна и квоффл переходит к Уилкинсу! Слизеринцы летели ей навстречу. Мяч снова был у Ксандера, он вошёл в штрафную зону***, Марлин не отрываясь смотрела только на него. В детстве они часто играли вместе, она знала каждое его движение наизусть. Ксан сделал вид, что собирается забросить квоффл в левое кольцо, Марлин сделала ответный выпад, но в последний момент поймала мяч, брошенный в центр. Новый взрыв трибун.  — Счёт остаётся 50-0 в пользу красно-золотых. Мяч у Брана, он пытается перевести игру на поле противника. Поттер пикирует вниз, кажется он что-то заметил! Блэк не отстаёт. Трибуны замерли в ожидании, но Джеймс вышел из пике, послышался разочарованный вздох болельщиков.  — Пока мы отвлеклись на ловцов, — продолжал комментатор. — Уилкинс завладел мячом, Слизерин снова атакует, мяч у Гринграсс. Помилуйте, эта игра превращается в семейные разборки. Гринграсс, тебе пора признать, что кузина тебя эффектно уделала. Но вот мяч у Мальсибера, он в штрафной зоне. Бросок! И счёт становится 50-10! На этот раз зашумела зелёная половина трибун. Мимо пролетел ещё один бладжер, Марлин в последнюю секунду успела прижаться к метле. Она обернулась — подтвердились её худшие опасения, Трэверс в упор смотрел на неё, ударяя битой по ладони свободной руки.  — Мяч снова у Гриффиндора. Не может быть, это тройная воронка! — судя по голосу, Крауч был в восторге. — Все помнят этот ход, придуманный Джоселин Вэдкок! И Чарли забивает ещё один мяч! Квоффолом завладел Мальсибер, Слизеринцы мчатся на МакКиннон. Классическая голова ястреба, дамы и господа, надо отдать должное прекрасной слаженности Слизеринской команды. Мяч у Уилкинса, он обходит вратаря, бросок… И счёт 60-20 всё ещё в пользу Гриффиндора. Но со сменой нападающего у Слизерина есть все шансы в скором времени его сравнять. Мальсибер снова атакует, он уворачивается от Брана Хокинса, бладжер Энтони также пролетает мимо… Кровь стучала в висках, Марлин сосредоточилась на Мальсибере. В этом нет ничего сложного, если она угадывает Ксана, то и его поймёт. Мальсибер бросает квоффл в левое кольцо — самое дальнее от Марлин, она делает резкий рывок, отпускает рукоятку метлы, сжимая её только коленями. Мяч оказывается у неё, она передаёт его Сюзанн, и та уносится к Слизеринским кольцам, уводя за собой всех охотников. Внезапно все звуки на стадионе выключились, будто кто-то повернул ручку радиоприёмника, и у Марлин сбило дыхание. Сильная боль, начинаясь от правого бока, лавинообразно разлилась по всему телу. Мир медленно перевернулся с ног на голову. Судорожно ловя ртом воздух, Марлин почувствовала, как начала соскальзывать с метлы. Время будто замедлилось. Мгновения растянулись в минуты.  — Трэверс сбил Гриффиндорского вратаря, — звук глухой, будто Марлин слышит его под водой. Она чувствует, как рукоятка метлы выскальзывает из-под ног. Ещё чуть-чуть и она сорвётся. Но Марлин удалось ухватиться правой рукой за древко метлы. Краем глаза МакКиннон увидела Траверса, приближающегося к ней. Она ухватилась второй рукой за скользкое дерево и попыталась подтянуться, но снова соскользнула, держась за метлу только правой рукой и носком правого ботинка. Она видела, как Трэверс заносит биту. Удар по бладжеру. Кто-то хватает её за свободное запястье и рывком тянет вверх, Марлин в мгновенье забрасывает вторую ногу, и вовремя наклоняет метлу влево — бладжер пролетает мимо.  — Ты в порядке? — перед ней был Регулус.  — В полном, — кивнула Марлин, хотя внутри всё горело от боли.  — Ладно, в следующий раз не зевай, — Регулус повернул свою метлу и взмыл вверх. Марлин пыталась прийти в себя, оглядывая стадион. Кажется, её падение длилось всего пару секунд. Все охотники сосредоточились у Слизеринских колец.  — Поттер увидел снитч! Это точно он! — голос комментатора разрезал стадион. — Блэк догоняет. Они летят нос к носу. Взрыв на трибунах.  — И Поттер взял его! Победил Гриффиндор со счётом 210-30!

***

Сириусу просто хотелось прибить Трэверса на месте, швырнуть в него непростительное или врезать грязно по-маггловски прямо на поле. Вообще, ему хотелось сделать это ещё с прошлого года, когда благодаря Трэверсу Джеймсу пришлось неделю лежать в обнимку с бутылкой Костероста. Но сегодня это желание достигло своего апогея. Когда МакКиннон буквально выбило с метлы, даже Эванс не удержалась, она выругалась так, как не смог бы даже сам Сириус. Просвистел финальный свисток, Блэк сам не заметил, как выхватил свою палочку и, перепрыгивая сразу через 2-3 ступеньки, ринулся на поле, раскидывая попадавшихся под ноги младшекурсников. Он от этого гада живого места не оставит. Болельщики Гриффиндора шумной красно-золотой массой стекались со всех трибун к игрокам. В этом пёстром потоке Сириус быстро оторвался от Ремуса и Питера, которые бежали за ним вдогонку, тщетно пытаясь остановить. Вот он. Капитан Слизеринской сборной, закинув биту на плечо, орёт на Гринграсса. Кровь застучала в висках, челюсти сомкнулись сильнее, а пальцы крепче сжали палочку. Сириус буквально почувствовал, как адреналин выбрасывается в кровь, разгоняя её по венам, заставляя сердце биться чаще и настойчивее. Он заставит Трэверса пожалеть о том, что тот родился.  — Хэй, Бродяга, — прямо перед ним возник Джеймс. — Куда спешишь?  — Секунду, дорогой, я только разберусь с одним Слизеринским выродком и сразу вернусь, — спокойно ответил Сириус, отодвигая Джеймса в сторону.  — А это не может подождать? — Поттер снова встал у него на пути, положив руки Сириусу на плечи.  — Знаешь ли, это дело чрезвычайной важности, — Блэк попытался обойти Джеймса, но тот не давал ему прохода.  — Почему бы тебе не забить на это? — продолжал Поттер, стараясь успокоить Блэка.  — Он чуть не покалечил МакКиннон! — рявкнул Сириус. — Надо было разобраться с ним ещё в прошлом году. Но Джеймс продолжал сдерживать его, а за его спиной вокруг Трэверса и Гринграсса, которых безуспешно пытались растащить Регулус и Мальсибер, начала собираться толпа. Сириус разглядел там и МакКиннон, которая говорила что-то брату, пытаясь удержать его.  — Бродяга, с Марлин всё в порядке, — снова начал Джеймс. — Я думаю, они разберутся… Не успел он договорить, как к ним подлетела Лили:  — Я этого ублюдка по полю размажу! —  сейчас она была больше похожа на разъярённую фурию, чем на прилежную старосту Гриффиндора. Её глаза горели настоящим огнём, а рыжие волосы растрепались от ветра.  — Эванс?! — Джеймс, мягко говоря, был потрясён. Следом за Лили появились запыхавшиеся Ремус с Питером. Сириус только удивлённо присвистнул.  — Мне кажется, что этот змеёныш плохо представляет, с кем он связался, — сказала Лили чуть спокойнее, хоть палочка в её руке и говорила о том, что она настроена решительно по отношению к капитану Слизеринской команды.  — Не думал, что скажу это, Эванс, но я с тобой согласен, — кивнул Сириус.  — Пойдёмте, надо вытаскивать от туда Марлс, — сказал Ремус, указывая в сторону всё прибывающей толпы студентов. Все пятеро, активно орудуя локтями, чтобы расчистить себе дорогу, начали пробираться к самому эпицентру событий. Трэверс и Гринграсс смотрели друг на друга, словно два разъяренных грифона. Марлин стояла между ними спиной к брату, направив палочку на Трэверса, её грудь часто вздымалась от тяжёлого дыхания. Торкуил криво усмехнулся:  — А ты дерзкая. Интересно, насколько ты смелая в постели. Это было последней каплей для Сириуса. Кровь моментально вскипела в нём. Он ринулся вперёд, но сразу же почувствовал на своих плечах чьи-то руки — Ремус с Джеймсом крепко держали его. Гринграсс бросился на Трэверса, послышался звук удара, кто-то вскрикнул, Трэверс вырвался из рук Мальсибера и наградил Гринграсса мощным ударом в живот. Послышался свисток, сквозь толпу студентов прорвалась мадам Хуч, за ней показалась Макгонагалл.  — Вот дерьмо, — присвистнул Джеймс.  — Минус сто очков Слизерину, — прокричала декан Гриффиндора, её пучок почти совсем растрепался от быстрого бега, а очки сползли на бок. — И вы двое сейчас же в кабинет директора! Мисс МакКиннон, отправляйтесь в Больничное Крыло, с вами я поговорю позже.  — Устроить маггловскую бойню прямо посреди стадиона! — поддержала её мадам Хуч. Трэверс нехотя повиновался, отступая назад, по его лицу стекала струйка крови, видимо, Гринграсс сломал ему нос. Только когда Трэверс отошёл на несколько шагов, Марлин опустила палочку и повернулась к друзьям. Впервые Сириус подумал о том, что МакКиннон чертовски привлекательна, когда злится.

***

Паршивое настроение преследовало Сириуса всю оставшуюся часть дня. Сразу после матча Лили с Марлин направились к мадам Помфри, а Джеймс, Сириус, Ремус и Питер поднялись в свою спальню. На обеде в Большом Зале они тоже не пересеклись, мародёры спустились туда почти под самый конец, потому что Питер как всегда долго копался в поиске чистых носков («Ради Мерлина, Хвост, зачем тебе носки в середине дня?!»). К шести вечера настроение Сириуса упало на столько, что он без труда вжился в роль Филча. Даже миссис Норрис не почувствовала разницы и целых пол часа ходила за ним по пятам. К половине восьмого мародёры вернулись в свою спальню, где Джеймс с Ремусом переоделись в парадные мантии к Вечеринке Слизней. Люпин одолжил мантию Сириуса, но так как он был выше Блэка то, она была ему коротковата в рукавах и еле-еле прикрывала лодыжки. Вскоре Джеймс с Ремусом ушли, а Сириус остался наедине с Питером, бутылкой сливочного пива и своими мыслями. Он был совершенно не настроен на глупые разговоры с Хвостом, поэтому решил почитать маггловскую книгу, которую одолжил у МакКиннон. Питер начал было делать домашнее задание по ЗОТИ, но через полчаса крепко уснул на своей кровати. В десять вернулся Люпин.  — Макгонагалл как-то узнала о нашем перевоплощении в Филча и выгнала нас с вечеринки, — ответил он на вопросительный взгляд Сириуса, расстёгивая пуговицы на мантии. — Кстати, в понедельник в пять у нас отработка.  — По-моему, у нас всё было сработано на отлично, — протянул Блэк, переворачивая страницу. Он сидел в одних трусах на подоконнике, облокотившись об оконную раму. Люпин пожал плечами:  — Кажется Джеймс заколдовал какого-то мальчика из Рейвенкло.  — Но Филч же… Ремус просто кивнул и скрылся за дверью ванной комнаты. Он слишком устал, чтобы обсуждать что-то.

***

Кабинет Слизнорта казался значительно больше, чем обычно. Привычный изумрудно-зелёный сменился настоящим буйством красок, Марлин будто оказалась на одной из улочек Мехико на День Памяти Мёртвых. С потолка свисали гирлянды из разноцветных флагов. В воздухе парили черепа, мирно покачиваясь, они клацали зубами в такт музыке, которую играл квартет скелетов (вот это размах), одетых в пончо и сомбреро, на специально сооруженной сцене. Стены были обиты оранжевыми тканями, на полу лежали лепестки цветов. Кабинет освещался сотней плавающих свечей в оранжевых стаканчиках, загадочно мерцающих в лёгком полумраке. Марлин буквально на пару минут отошла от Ремуса, Джеймса и Лили, чтобы поговорить с Ксаном, а теперь не могла найти никого из них. Гостей было необычайно много для обычного вечера Клуба Слизней, и Марлин приходилось лавировать между ними, высматривая друзей. Она уже второй раз обходила кабинет, но так и не столкнулась с ними. Не провалились же они сквозь землю, в самом деле.  — Кого-то ищешь? — раздался прямо за спиной Марлин голос, она обернулась — это был Регулус Блэк. Тёмно-зелёная бархатная мантия выгодно подчёркивала его стройную фигуру. Пуговицы были застёгнуты до самого горла, на рукавах блестели золотые запонки в виде змеиных голов.  — Да, — ответила Марлин, продолжая оглядываться по сторонам. — Ты случайно не видел Ремуса или Лили с Джеймсом?  — Я видел, как они разговаривали о чём-то с Макгонагалл, — сказал Регулус, чуть наклонившись к ней. Если к Слизнорту спустилась сама Макгонагалл, значит эти четверо снова натворили что-то серьёзное. Только причём тут Лили? Наверное опять отдувается за них как староста.  — Может пойдём потанцуем? — неожиданное предложение Регулуса вывело Марлин из её мыслей.  — Нет, спасибо. Я, наверное, лучше уже пойду.  — Давай провожу тебя, — предложил Регулус. Марлин удивлённо взглянула на него. Он вполне серьёзно смотрел на неё, ожидая ответа. Вообще сам факт того, что они вот так стояли рядом как ни в чём не бывало и разговаривали, не вписывался в рамки нормального.  — Спасибо, не стоит, — Марлин отрицательно покачала головой. Но тут её взгляд остановился на Трэверсе (естественно Слизнорт пригласил капитана своей сборной), который, плотоядно усмехаясь, смерил её взглядом.  — А хотя знаешь, — поспешно проговорила МакКиннон. — В принципе, не будет ничего плохого, если мы вместе дойдём до башни Гриффиндора. Регулус слегка удивился такой резкой перемене, но в следующее мгновение улыбнулся:  — Конечно не будет. Пойдём. Нет, Марлин совершенно не боялась Трэверса. Просто на сегодня ей уже хватило стычек с ним. Один его вид вызывал у неё стойкое отвращение, и каждый брошенный им взгляд хотелось сейчас же смыть с себя горячей водой.  — А ты прекрасно летаешь! — начал Регулус, когда они вышли в тёмный коридор подземелья. От холода и сырости, всегда царивших здесь, кожа Марлин покрылась мурашками.  — Благодарю. Ты тоже хорошо держишься в воздухе. Если бы не Ксан, я бы назвала тебя лучшим игроком.  — Ну-ну, не льсти мне, — усмехнулся Регулус, он шёл чуть позади неё, сложив руки за спиной. — Всё-таки снитч поймал Поттер.  — Я имела ввиду лучшим игроком в твоей команде, — с улыбкой поправила его Марлин. — Мерлину ясно, что вы нам и в подмётки не годитесь!  — И почему все гриффиндорцы такие самоуверенные, как ты и мой брат? Марлин не ожидала, что Регулус заговорит о Сириусе. Она думала, что они друг для друга уже давно не существуют. По крайней мере, так казалось со стороны. Все знали о сложных отношениях Сириуса с его семьей (наверное, ни один студент Хогвартса так и не забыл крики миссис Блэк, устроившей настоящий скандал Дамблдору из-а того, что тот отказался менять факультет её сыну).  — Мы не самоуверенные, мы просто понимаем, что ответственность за наше будущее лежит только на нас, — чуть подумав ответила Марлин. — Если ты не сделаешь что-то, то этого никто не сделает.  — Ты же вроде как общаешься с Сириусом? — перебил её Регулус.  — Ну, мы с ним учимся на одном курсе, — Марлин была сильно озадачена таким вопросом, перед ней отчётливо возникла картина: полумрак спальни, Сириус, сидящий рядом на её кровати, шум дождя, прорывающийся в открытое окно, и её ладонь, сжатая в его руке. — Ну да, мы общаемся. Можно сказать и так. Марлин почувствовала, как к щекам подступила краска.  — Друзья?  — Конечно друзья. Она поспешно отвернулась, делая вид, что рассматривает стену подземелья, но, кажется, Регулус ничего не заметил.  — Знаешь, он ведь со мной не разговаривает, — продолжил Блэк, когда они дошли до лестницы, ведущей в западную часть замка, — и на письма родителей не отвечает. Я подумал, может ты сможешь ему передать кое-что? Стоп, т.е. Регулус вызвался её проводить, чтобы поговорить о Сириусе? «Серьёзно?» — Марлин удивлённо посмотрела на Блэка младшего, но вслух сказала:  — Конечно. Но почему вы не общаетесь?  — Мы оказались на разных факультетах, — пожав плечами, ответил Регулус.  — Мы с Ксаном тоже на разных факультетах, — возразила МакКиннон. — Между вами всегда были такие ужасные отношения? Повисла пауза. Марлин и не ждала ответа на этот вопрос. Они поднялись на третий этаж. В замке было необычайно темно, им пришлось зажечь палочки.  — Вообще мы были очень близки в детстве, — слова Регулуса были настолько тихими, что почти растворились в коридоре. — Он был для меня лучшим другом, и единственным. Нам никогда не было скучно вместе. Сириус всегда придумывал что-нибудь интересное. Например, как-то мы забрались на крышу дома и оттуда смотрели, как маггловские мальчишки играли в футбол. Нам тогда так досталось от мамы.  — А что изменилось с тех пор? Регулус горько усмехнулся:  — Абсолютно всё. Сириус долгое время был любимчиком родителей. Раньше других детей в семье проявил магические способности, мне рассказывали, что уже в год он научился трансгрессировать из детской кроватки. Всю историю чистокровных семей и нашу родословную выучил уже в семь. А я до сих пор не помню, кто был французским кузеном нашего семиюродного дедушки. А ещё мама гордилась его манерами. Несмотря на все его выходки, они гордились им.  — Как-то это не очень похоже на Сириуса, — проговорила Марлин, у которой образ идеального Сириуса никак не вязался с образом Блэка в кожаной куртке верхом на маггловском мотоцикле.  — В том-то и дело, — продолжил Регулус. — Он всегда бунтовал против родителей, сколько его помню. Убегал гулять с соседскими мальчишками, читал маггловские книги. Мама много наказывала его. Да и меня тоже. Правда, Сириус часто заступался за меня, даже когда я был по-настоящему виноват.  — Наказывали? В смысле, физически? — Марлин даже представить не могла, чтобы её или брата наказали. В самом крайнем случае они с Ксаном выслушивали часовую лекцию об этикете и правилах поведения, но дальше этого никогда дело не доходило.  — И такое бывало, — пожал плечами Регулус, как-будто говорил о чём-то совершенно нормальном. Марлин просто не могла поверить своим ушам.  — Я всё равно не понимаю, почему из-за конфликтов с родителями не общаетесь вы.  — Дело не в родителях. Когда он попал на Гриффиндор, он как с цепи сорвался. Он делал всё наперекор маме. Никакого уважения к нашему роду и традициям. От него ведь многого не требовали: просто не позорить честь чистокровной семьи.  — Тем, что он Гриффиндорец, он никого не позорит, — холодно отрезала Марлин.  — Да, но… — Регулус секунду помолчал, переводя дух. — Он ушёл из дома этим летом. И мама хочет, чтобы он вернулся. Она сказала, что даёт ему последний шанс. У меня нет возможности ему об этом сказать, но может ты передашь мои слова? Марлин сомневалась, что Сириус когда-нибудь добровольно захочет вернуться домой, но кивнула:  — Передам, я же обещала.  — Спасибо, — искренне улыбнулся Регулус. — Никогда не понимал, почему он просто не может нормально себя вести? Разве это так сложно, поступать правильно?  — Регулус, что ты подразумеваешь под словом «правильно»? — спросила Марлин, резко останавливаясь. Они дошли до Гриффиндорской башни, дальше Блэку идти было нельзя.  — Как надо, в интересах семьи и рода, — Регулус говорил совершенно серьёзно, и Марлин даже стало немного жалко его. Он ничего не знал о том, что такое настоящая семья, построенная на любви и взаимном уважении, а не на своде правил, написанных под фамильным гербом.  — Семья и род — это абсолютно разные вещи. И иногда их интересы полностью противоречат друг другу. Я считаю, что Сириус поступает правильно, — с этими словами Марлин развернулась и, ни разу не обернувшись, поднялась в свою гостиную.