Грань - До (часть 1)

       Марлин так вымоталась, что уснула сразу, как только её голова коснулась подушки. За то утром осознание произошедшего накрыло её бурной волной. Она целовалась с Блэком! Целовалась с гаргулья-его-дери Сириусом Блэком! Марлин со стоном перекатилась на живот и упала лицом в подушку.  — Эй, Марлс, — раздался голос Эванс из-за плотно сомкнутого полога. — Если ты сейчас не встанешь, мы всюду опоздаем! Не тебе ли надо быть у Флитвика через пол часа?  — Да, я уже проснулась, — глухо ответила Марлин, не отрывая головы от подушки.  — Я не слышу, чего ты там бубнишь, — проворчала Лили Марлин села на кровати и отдёрнула полог. Яркий солнечный свет ослепил её, заставив поморщиться. Она будет вести себя как обычно, будто ничего не произошло. Да, это самый лучший вариант.        Большой Зал был полупустым, завтрак только-только начался, и многие студенты ещё потягивались в своих кроватях. Марлин была уверена, что Блэк и его компания ещё даже не проснулись. Впервые она была рада тому, что Лили заставляет ее вставать ни свет ни заря.  — Я вчера так и не дождалась тебя. Уснула почти сразу же, — начала Лили, садясь за Гриффиндорский стол и пододвигая к себе тарелку с яичницей.  — И правильно, я вернулась часов в пять или шесть, точно не помню, — сонно ответила Марлин, опускаясь рядом.  — Во сколько? — Лили ошеломлённо посмотрела на подругу. — И что же ты делала всё это время?  — Да ничего особенного, — поспешила успокоить её Марлин. Она налила себе в стакан немного тыквенного сока и сделала пару глотков, воспользовавшись этой паузой, чтобы собраться с духом и начать. Лили пытливо смотрела на неё.  — Ну, мы сидели и болтали… с Блэком, — наконец сказала Марлин и сразу же почувствовала как краснеет.  — С Блэком?! — Лили отложила в сторону приборы и полностью повернулась к Марлин. — Всю ночь? Вы решили отмечать вдвоём?  — Да. То есть нет. Ты что, смеёшься надо мной? — возмущённо воскликнула Марлин, пока Лили улыбаясь снова принялась за свой завтрак.  — Нет, просто это даже мило, — ответила Эванс, наливая себе кофе. — Эй, здесь бегать нельзя! — она остановила какого-то первокурсника, который проносился мимо них с мантией, надетой наперекосяк и развязанными шнурками.  — Так, а если серьёзно, что произошло? — спросила Лили, снова оборачиваясь к Марлин. Та вкратце рассказала подруге о событиях прошлой ночи.  — Да уж, — протянула Лили. — Может это просто мелкий инцидент и скоро всё забудется?  — Надеюсь, — вздохнула Марлин. На завтрак начали стекаться студенты, Большой Зал постепенно наполнялся гулом голосов и стуком приборов о тарелки.  — А может… — продолжила Лили после небольшой паузы. — Слушай, ты никогда не думала, что можешь ему нравиться? Мерлин дёрнул Марлин в этот момент сделать особенно большой глоток тыквенного сока, она закашлялась, вылив на себя добрую половину стакана.  — Лили, не говори ерунды? — воскликнула Марлин, убирая заклинанием пятна с рубашки.  — Ну почему же? — пожала плечами Лили. — Мне же тоже понравился Поттер, несмотря на то, что он полнейший…  — Даже не знаю, что хуже, то, что ты сравнила меня с Поттером, или себя с Блэком, — мрачно проговорила Марлин, которой этот разговор начинал портить настроение. — И потом, между нами ничего не было и нет.  — Не знаю, почему ты так категорична. Не всем же должны нравиться такие расфуфыренные куклы, как Дане, — сказала Лили, проводив взглядом Меган Дане, шествовавшую к столу Рейвенкло в окружении своих подруг.  — Может именно такие девушки и в его вкусе, — отрезала Марлин. — Но мы с Блэком просто друзья. И ничего большего между нами быть не может.  — Как знаешь, — согласилась Лили, рассудив, что разумнее будет не продолжать спорить.        За полчаса до начала урока Марлин поднялась в кабинет чар, где профессор Флитвик дал ей дополнительное задание и ещё один толстенный фолиант по теории магии, который ей надо было осилить до начала каникул. Марлин села на вторую парту у окна, оставив рядом с собой место для Лили и уткнулась в книгу, чтобы как-то отвлечься от мыслей о Блэке, которые ни на секунду не выходили у неё из головы. Возможно, он только проснулся и опять опоздает минут на двадцать, если вообще решит сегодня прийти на первый урок. Так, стоп, не отвлекайся, теория невербальных чар сейчас гораздо важнее. Интересно, а он как-нибудь напомнит ей о вчерашнем? И вообще, что он думает обо всём этом? Стоп, Марлин соберись, почему он вообще должен что-то об этом думать! Ну вот, колокол возвестил о начале урока. Профессор Флитвик забрался на стопку книг за своей кафедрой, прокашлялся, обращая на себя внимание учеников, и начал:  — Темой наших занятий снова станут левитационные чары, только в своей более сложной и более практичной форме. Джеймс, Питер и Сириус опаздывали. И Ремус, что было совершенно на него не похоже.  — Эта тема у нас последняя в этом семестре, — продолжал профессор Флитвик. — И в декабре мы с вами устроим небольшой тест на предмет использования всех заклинаний, которые пройдём. А сейчас всё внимание на доску, студенты, начнём с теории. Он взмахнул волшебной палочкой и на доске сами по себе начали появляться слова: сложные левитационные заклинания и общие закономерности их использования.  — Мистер Поттер, мистер Блэк, вы снова опаздываете. По спине Марлин пробежал холодок. Она сделала вид, что старательно переписывает тему.  — Как я уже говорил вам ранее, все левитационные заклинания состоят из трех частей… Марлин старалась сосредоточиться на словах профессора, но выходило это у неё из рук вон плохо. Перед глазами стояла одна и та же картина: лунный свет, разрезающий полумрак коридора, холод каменной стены, и горячие пальцы, сомкнувшиеся на её запястье.  — И, наконец, само применение заклинания. Мы с вами будем тренировать его невербально… Кружащий голову запах хвои и драконьей кожи. Тёплая ладонь, лежащая на её талии, и чёрные как смоль глаза, горящие внутренним огнём, отражающие всю силу их обладателя, всю страсть. Так, надо выкинуть это из головы. Мерлин, о чём она только думает! Чары. Надо сосредоточиться на чарах. Так, три компонента заклинания. Её взгляд скользнул по соседнему ряду столов и остановился на Меган Дане. Да, должно быть именно такие девушки и нравятся Блэку. Высокие и стройные, с идеальной формой носа и пухлыми губами. Да, и фигура у неё тоже, надо признать, очень даже идеальна. По-другому и быть не может. Блэк наверняка никогда не посмотрит на такую девушку, как Марлин, пока рядом есть кто-то как Меган. Если бы не тёмные волосы, можно было бы подумать, что она вейла.  — Мисс МакКиннон, вы слышите меня? — пропищал профессор Флитвик. Марлин вздрогнула. Все взгляды были устремлены на неё.  — Марлс, всё в порядке? — обеспокоенно прошептала Лили, Марлин кивнула.  — Простите, профессор, я немного, эм-м-м, отвлеклась. Какой был вопрос? — спросила она, чувствуя себя необычайно глупо.  — Мне кажется, вам надо больше отдыхать, Марлин, — покачав головой, ответил Флитвик. — Вы слишком много занимаетесь в последнее время. Я спрашивал об эффекте заклинания ваддивази*.  — Ваддивази, — Марлин лихорадочно пыталась собрать свои мысли в кучу. — Оно заставляет лететь мелкие предметы в противника. Как опуньо*, только вся разница в том, что опуньо управляет живыми предметами.  — Пять баллов Гриффиндору. И именно этими заклинаниями мы и займёмся в ближайшее время. Предлагаю начать с ваддивази, так как неодушевлёнными предметами управлять куда легче…        С этого момента Марлин полностью смогла погрузиться в тему урока. Она была единственной, кому удалось с первого раза невербально запустить восемь маленьких камешков точно в Меган Дане, которая была её партнёром. Профессор Флитвик с восторгом присудил Гриффиндору ещё пять баллов, напомнив своей студентке, у которой на лбу теперь красовался синяк, что он вовсе не запрещал пользоваться протего или другими защитными чарами.        Весь день Марлин буквально преследовали разговоры о Сириусе Блэке, как-будто ей не хватало того, что он не выходил из её головы ни на секунду. И с чего это вдруг он стал так всем интересен? И почему именно сейчас? В коридоре Марлин услышала, как группка девчонок, на вид четверокурсниц, обсуждала то, на сколько Блэк сексуален. Марлин бросила на них негодующий взгляд: они и слов таких ещё знать не должны! На выходе из подземелья какой-то слизеринец ругал Сириуса на чём свет стоит, удивляясь, как в такой семье как Блэки мог родиться такой ублюдок (от этих слов рука Марлин дёрнулась к палочке). На лестнице её остановил какой-то второкурсник:  — Я ищу Сириуса Блэка, профессор Флитвик просил…  — Я не слежу за каждым шагом Блэка, — огрызнулась МакКиннон. Мальчик побледнел, уставившись на неё. Марлин сразу же пожалела, что вспылила и хотела извиниться, но мальчишки и след простыл. Даже в учительской, казалось, все обсуждали его: профессор Макгонагалл говорила профессору Спраут о том, что несмотря на все дикие выходки, Блэк начинает делать всё большие успехи в трансфигурации. Но, к счастью, самого Сириуса Марлин за весь день так и не встретила. Вечером у МакКиннон было дополнительное занятие по ЗОТИ, и она ждала его как нюхлер золота (это должно было помочь ей отвлечься). Поэтому ещё за полчаса до назначенного Бруствером времени, Марлин сидела у его кабинета, пролистывая книгу по Чарам, чтобы как-нибудь убить время. «Visibility invisibilis»** — гласили серебристые буквы на обложке.  — Видимое невидимо, — прочитала вслух Марлин, открывая первую страницу. Здесь были собраны все заклинания невидимости: те, которые растворяли предметы прямо в воздухе, те, которые оставляли их ощутимыми физически (например можно было сделать невидимым порог, чтобы все о него спотыкались — любимая шутка маггло-вредителей), с помощью одних заклинаний можно было скрыть свои следы, а при помощи других — скрываться от преследователя. Однако большинство из них были невероятно сложными и на практике почти невыполнимыми. Хотя, было бы неплохо не сталкиваться денёк другой с Блэком. Ну так, просто для того, чтобы привести себя в порядок. Стоило снова вспомнить о нём, как внутри что-то кольнуло. Не надо было ей вчера идти на эту чёртову башню.  — Ты сегодня рано, — у двери показался Кингсли Бруствер, Марлин захлопнула книгу. — Неудачный день?  — Просто очень устала, — ответила МакКиннон, входя в кабинет.  — Может тогда отложим занятие?  — Нет, что ты, — Марлин сбросила сумку и решительно повернулась к Брустверу. — Я готова сегодня хорошенько поработать.  — Ладно, — Кингсли взмахом палочки зажёг несколько ламп, оставив комнату в лёгком полумраке, и запер заклинанием дверь. — Тогда может Патронус?  — Патронус? — живот Марлин рухнул вниз. — Я не думаю, что у меня получится сосредоточиться… Я-я слишком устала, да. Может заклятие Невидимого Хлыста? У меня как раз по чарам тема пересекается…  — Нет, давай же, попробуй, — настаивал Кингсли. — Мы уже больше месяца его мусолим. Марлин нехотя вышла на середину кабинета и выставила палочку перед собой. Она закрыла глаза и постаралась воскресить перед собой самое счастливое воспоминание, от которого в прошлый раз из палочки вырвалась мощная струя серебристого дыма: то, как её отец учил её летать на метле. Вдох — глубокий выдох. Солнце, золотящее верхушки деревьев в бабушкином саду, лёгкий ветерок, развивающий подол её платьишка, лимонно-жёлтого, чувство невесомости во время взлёта, когда желудок падает куда-то вниз, а сердце бешено колотится. Как вчера. Мгновенно картинка сменилась: ночь, звёздное небо, раскинувшееся шатром, тёмные манящие глаза и звук её собственного сердца, гулко отдающийся в ушах. Марлин сильнее сжала палочку, насильно возвращая себя к солнечному августовскому дню десять лет назад.  — Экспекто Патронум. Струйка серебристого дыма поднялась в воздух и тут же растаяла, не оставив и следа.  — Не сдавайся, попробуй ещё раз, — подбодрил её Бруствер. Марлин снова закрыла глаза, чуть нахмурившись, стараясь в полной мере ощутить прелесть первого полёта. Но вместо этого она будто снова почувствовала его ладонь на своей талии, то, как крепко он прижимал её к себе, как нежно проводил рукой по волосам. Первый полёт. Думай о своём первом полёте.  — Экспекто Патронум! На этот раз что-то жидкое и серебристое еле-еле выдавилось из кончика палочки.  — Кингсли, у меня ничего не выйдет сегодня! Давай оставим эту затею.  — Нет, так не выйдет, — покачал головой Бруствер. — Просто сделай это. Воспоминание должно быть естественным, не насилуй себя. Марлин раздраженно вздёрнула руку с палочкой. Ладно. Естественно. Первый полёт на метле. С отцом. Что может быть естественнее? Да она буквально живёт в воздухе, это её стихия! Отец бежит внизу, смеясь и говоря, что у него в семье ещё одна ласточка — они с Блэком сидят на крыше, укрывшись одной курткой, он обнимает её за плечи. Марлин болтает в воздухе ногами, туфелька срывается, и падает вниз, прямо в пруд, Марлин смеётся — Блэк притягивает её ближе к себе, они идут по тёмному коридору, он берёт её за руку. Марлин спускается на землю, прямо в объятья мистера МакКиннона, который в шутку говорит, что уже жалеет, что подарил дочке метлу, ведь теперь она будет проказничать в десять раз быстрее… Попытка за попыткой, мысли путались в голове, одно воспоминание перебивало другое. Но всё было безрезультатно. От усилий щеки Марлин покрылись румянцем, сердце бешено колотилось, губы плотно сомкнуты.  — Успокойся, — напутствовал её Кингсли. — Выкинь из головы всё лишнее. Не старайся насильно заставить себя думать о чём-то. Счастье — оно естественно. Си­ри­ус мяг­ко вы­пус­тил её за­пястье, про­вёл кон­чи­ками паль­цев вверх по ру­ке, к пле­чу. Прог­ла­дил по во­лосам. Всё это вре­мя они не от­ры­ва­ясь смот­ре­ли друг на дру­га. Си­ри­ус за­мер в не­реши­тель­нос­ти, её руки проскользили вверх по его груди…  — Экспекто Патронум, — плотное серебряное облако вырвалось из палочки, зависнув в воздухе.  — У тебя получилось, — воскликнул Кингсли, подходя к ней. — Попробуй ещё раз. Уцепись за это воспоминание. Марлин чувствовала себя крайне неловко, но решила отбросить стеснение. Вышло один раз, может быть и во второй…  — Экспекто Патронум! Всё произошло как-то быстро и… просто. Большое животное рысцой промчалось по кабинету, добежало до окна и растворилось в воздухе. Оно было похоже на…  — Это собака? — выдохнула Марлин.  — Скорее лиса, — Кингсли был в восторге. — Почему оно должно было быть собакой?  — Да, нет, не должно было, — проговорила Марлин, опускаясь на краешек парты. — Просто показалось. Сейчас её гораздо больше ошеломил тот факт, что, увидев своего патронуса, она подумала о Блэке. Точнее о его анимагической форме. В памяти всплыли строчки из когда-то прочитанной книги:

«Телесные Патронусы» принимают обычно вид какого-либо животного, соответствующего характеру вызвавшего его волшебника. Иногда патронус принимает вид любимого человека или его патронуса.

Нет, ей ни в коем случае нельзя поддаваться под обаяние Блэка. Иначе потом она об этом пожалеет, станет очередной жертвой его интрижки и посмешищем для всей школы.       Ей удавалось избежать встречи с Блэком и в течение следующих четырёх дней, что было крайне трудно, учитывая тот факт, что они учились на одном курсе и делили Общую гостиную. На занятия она приходила раньше других и садилась на самую первую парту, чтобы затем до самого удара колокола заставлять себя смотреть только на доску. Иногда она не спускалась на обед, ссылаясь на срочные дела («Ой, я совсем забыла отдать Макгонагалл домашнее сочинение!» «Кажется, я оставила свой учебник у Слизнорта», «Прости, Лилс, Флитвик просил меня прийти сегодня пораньше»), Эванс только качала головой, догадываясь об истинной причине таких побегов. Вечерами Марлин всё свободное время проводила в дальнем углу библиотеки, где кроме неё какой-то тощий прыщавый рейвенкловец без конца строчил что-то на длинном свитке пергамента. Возвращалась в гостиную она далеко заполночь. Марлин понимала, что ведёт себя до смешного глупо, но ничего не могла с собой поделать.  — Тебе надо просто поговорить с ним, — сказала в один из вечеров Лили, когда ей наконец удалось выцепить подругу в одном из школьных коридоров.  — Лили, умоляю, хватит, — отрезала Марлин. — Это просто досадное недоразумение. И вообще, с чего ты взяла, что я бегаю от него? Мы и раньше-то не особо близко общались.  — Не говори глупостей, — перебила её Лили, передёргивая плечами, она всегда делала так, когда была раздражена. — Если ты действительно хочешь всё это забыть, то просто веди себя как обычно. Иногда мне кажется, что ты специально не отпускаешь от себя тот вечер, тебе просто нравится его вспоминать и так себя изводить. Марлин резко остановилась, негодование волной поднималось в ней.  — И что ты хочешь этим сказать? — Марлин вопросительно подняла одну бровь.  — А то, что я думаю, что ты не так к нему безразлична, как говоришь, — выпалила Лили. Мгновение они сверлили друг друга яростными взглядами, затем МакКиннон повернулась на каблуках и зашагала дальше по коридору, сжав ремень сумки. Лили бросилась вдогонку:  — Прости, я не хотела, чтобы это так прозвучало. Эванс выглядела скорее встревоженной, чем сердитой. Она поравнялась с Марлин и примирительно положила руку ей на плечо:  — Правда, Марлс. Я просто хочу, чтобы ты была честна с собой.  — Всё дело в том, — ответила Марлин, сбавляя шаг, — что я сама не знаю, как я ко всему этому отношусь. Они свернули за угол к небольшой площадке перед лестницей. Внезапно Лили остановилась:  — Гаргулья их дери, что они опять делают?

***

       На следующее утро после дня рождения у Сириуса просто снесло крышу. Он лежал на своей кровати и смотрел в потолок. Улыбался и смотрел в потолок. Солнце уже давно встало, на стенах плясали задорные золотистые лучики. День обещал быть тихим и непривычно тёплым для ноября. Но по-настоящему тепло было у Сириуса на душе. Он сел и огляделся, остальные ещё спали: Питер, свернувшись комочком под одеялом, Джеймс, выбросивший со своей кровати всё лишнее и раскинувшийся «звездой», и Ремус, чей полог был плотно задёрнут. Недолго думая, Сириус схватил свою подушку и швырнул её в Джеймса. Прямое попадание!  — Эй, Сохатый, труба зовёт! Поттер встрепенулся, пытаясь открыть глаза и понять, где он находится. Выглядел он ещё более взъерошенным и помятым, чем обычно, если такое, конечно, было возможно. А Сириус уже подлетел к Петтигрю, рывком снимая с него одеяло.  — Ну и видок у вас! Один другого лучше.  — Ты в своём уме? Сколько времени? — пробормотал Джеймс, нащупывая очки на прикроватной тумбочке.  — Раздери меня гиппогриф, почти девять! — воскликнул Сириус, бросившись к кровати Люпина. Он резко отдёрнул полог, за которым показалось бледное лицо Ремуса. Люпин болезненно поморщился и потянул на себя одеяло, стараясь закрыться от света, резавшего глаза даже через сомкнутые веки.  — Не выйдет, — коварно проговорил Сириус, стягивая одеяло обратно. — Подъём, Спящая Красавица, у меня для тебя есть зелье. Ремус ещё немного сопротивлялся, но силы были не равны, и вскоре одеяло оказалось на полу, а в Люпина была влита порядочная порция антипохмельного зелья. Пока троица потягиваясь и зевая приводила себя в товарный вид, Сириус, полностью одетый, вертелся у зеркала в ванной.  — Ты же вчера позже всех пришёл, откуда в тебе столько сил? — с лёгкой завистью спросил Хвост, пальцы его совершенно не слушались, уже третья попытка нормально завязать галстук была провалена.  — Солнечно. Всё, девочки, пошли, — Сириус начал выталкивать сонных Ремуса и Питера за дверь.  — Да что с тобой сегодня такое? — удивлённо вскинул брови Джеймс. В ответ Блэк пожал плечами:  — Настроение хорошее.        На завтрак они, конечно, уже опоздали, поэтому сразу направились к классу Заклинаний. Колокол прозвучал минут десять назад, но профессор Флитвик, как обычно задержавшись, ещё не перешёл к основной теме.  — Мистер Поттер, мистер Блэк, вы снова опаздываете, — пропищал он, когда четвёрка вошла в класс. Сириус сразу отыскал глазами её. Золотистые волосы были уложены в высокий пучок на затылке, открывая хрупкую шею. МакКиннон сидела неподвижно, устремив взгляд на доску.  — Как я уже говорил вам ранее, все левитационные заклинания состоят из трех частей: ментальной, семантической и моторной, её ещё по-другому называют физической частью. Ничего, он с ней обязательно поговорит после Чар. О чём? Да плевать. Его просто неодолимо тянуло к ней, и он больше не собирался этому противиться.  — Сначала вы должны мысленно представить себе действие заклинания, — продолжал Флитвик, взбираясь на стопку книг за кафедрой. — Затем, правильно произнести заклинание. Помните о волшебнике Баруффио и о том досадном случае с буйволом! И, наконец, само применение заклинания — моторная часть. Мы будем тренировать его с вами невербально, а это означает, что надо усилить действие первых двух составляющих…        Прозвенел колокол, студенты с грохотом начали собирать свои вещи, кто-то даже успел выбежать из кабинета. Сириус быстро сгрёб в сумку чернильницу, пергамент и пару перьев и направился к выходу. Он хотел остановить МакКиннон, когда она будет выходить из класса. Подходить на глазах у всех ему не хотелось, хотя обычно это его не останавливало.  — Ну наконец-то! — появившийся из-за двери Джеймс схватил Сириуса за рукав рубашки и потянул за собой. — Я прямо умираю с голода!  — Джеймс, я тут жду кое-кого…  — Лунатик и Хвост подойдут позже. Пойдём скорее на кухню. Если в течение пяти минут в меня не попадёт какая-нибудь еда, я за себя не ручаюсь. Сириус бросил последний взгляд на поток студентов, выходящих из кабинета Чар и разрешил Джеймсу потащить себя в подземелья. Он поговорит с Марлин на Нумерологии — единственном предмете, на который они ходили вдвоем. Но на нумерологии МакКиннон села со своим кузеном, а по окончанию занятия будто нарочно долго показывала профессору Вектор свою домашнюю работу, уточняя каждую деталь. Сириус не дождался её, решив, что в любом случае встретится ещё с Марлин. Однако поговорить так и не получилось. На все уроки МакКиннон приходила раньше всех, занимая место прямо перед преподавательским столом. На обед она либо вовсе не являлась, либо они с Сириусом сталкивались в дверях, когда он только входил в Большой зал, а Марлин выбегала из него, прижимая к себе стопку книг. Вечерами в гостиной её не было, и даже всю субботу МакКиннон провела в кабинете у профессора Бруствера. Все попытки Сириуса поймать её были безуспешны. МакКиннон будто обладала особым даром, позволяющим ей скрываться от Сириуса в самый последний момент.       Блэк лежал на полу в спальне и вглядывался в маленькую точку на карте, подписанную как Марлин МакКиннон. Всё воскресное утро точка не выходила из библиотеки, перемещаясь только в пределах Запретной Секции. До Сириуса долетел скрип двери, в проходе показалась голова Хвоста.  — Точно не хочешь с нами в Запретный Лес? — спросил он, с тревогой глядя на Блэка.  — Нет, — буркнул Сириус, не поднимая головы от карты.  — Джеймс сказал, что нашёл отличное озеро. Оно довольно далеко, так что нам там никто не помешает. Разведём костёр, покатаемся по льду.  — Идите без меня.  — Ладно, — вздохнул Питер и робко добавил, — если всё-таки передумаешь, то это около норы Красных колпаков, ты знаешь. Блэк ничего не ответил, продолжая с мрачным видом разглядывать карту. Петтигрю пару мгновений ещё неуверенно помялся, придерживая дверь, затем пожал плечами и исчез на винтовой лестнице, ведущей в гостиную. Сириус упал лицом на руки и закрыл глаза. Чувствовал он себя крайне паршиво, всё, что ему хотелось — это побыть одному и понять, почему МакКиннон так старательно его избегает. Забавно, но раньше он даже не замечал её, но теперь, когда она игнорировала его, Сириус начал сходить с ума. За четыре дня он не услышал от МакКиннон ничего кроме поспешного «привет», брошенного на выходе из кабинета Нумерологии. Так больше продолжаться не могло. Сириус поднялся с пола и подошёл к окну, прислонившись лбом к холодному стеклу. Он подойдёт к ней сегодня и расставит все точки над и. А сейчас Сириусу нужно было побыть немного в тишине, чтобы ещё раз всё обдумать. Послышался звук удара, Джеймс открыл ногой дверь:  — Собирайся, пойдём с нами.  — Сохатый, я же сказал, что хочу побыть один. Что здесь непонятного? — раздражённо бросил Сириус, неохотно отрываясь от прохладного стекла.  — А то, что хватит хандрить, — не унимался Джеймс, он бросил Сириусу его куртку и решительно сказал, — либо ты одеваешься и идёшь с нами, либо, клянусь бородой Мерлина, я сейчас выброшу тебя из окна. Ты в любом случае окажешься на улице, так что выбирай, каким путём это будет лучше сделать.  — Поттер, ты такая заноза. Почему бы тебе не вернуться в гостиную, пока я не спустил тебя туда с лестницы?  — Да что с тобой такое? — Джеймс всплеснул руками, напомнив Сириусу миссис Поттер, от чего тот чуть не прыснул, но удержал себя в руках.  — Настроения нет.  — Не мели ерунду, пойдём. Я не намерен нянчиться тут с тобой. Сириус закатил глаза:  — Ладно, а то ты, ведь, никогда не отлипнешь.        Внизу их ждали Ремус с Питером. Они прошли через портретный проём и двинулись к выходу из замка, ведущему к теплицам, так можно было быстрее и незаметнее добраться до опушки леса. Ремус с Джеймсом о чём-то разговаривали, но Сириус их не слушал, его мысли обитали где-то в районе библиотеки. В голове стучала навязчивая мысль о том, что он сейчас должен идти именно туда. Внезапно Люпин довольно сильно ткнул Сириуса в бок.  — Что? — рассеянно отозвался Блэк, оглядываясь по сторонам, чтобы понять, где они идут. Второй этаж Западного Крыла. А он и не заметил, как быстро они сюда дошли.  — Бродяга, это уже не смешно, — обеспокоенно сказал Джеймс. — Ты нас вообще слушаешь?  — Конечно, просто мне не очень интересно обсуждать эссе по Трансфигурации…  — Вообще-то, мы спрашивали о твоих планах на Рождество, — перебил его Ремус.  — Да? — Сириус равнодушно пожал плечами, скрывая за этим жестом внезапно возникшую неловкость. — Я планировал остаться у Сохатого. Джеймс покачал головой:  — Мне это абсолютно не нравится.  — А я думал, ты не против.  — Я этого так не оставлю. Мы поднимем тебе настроение, — Поттер начал оглядываться в поисках хоть чего-нибудь, что, по его мнению, могло помочь Сириусу. «Ну, МакКиннон мы тут точно не встретим, » — промелькнуло в голове у Сириуса, мысленно он снова вернулся к Библиотеке. — «Интересно, долго она ещё там просидит?» Джеймс торжествующе присвистнул и кивнул головой в сторону площадки у лестницы, там на скамейке, уткнувшись в книгу, сидел парень. Его мантия была потрёпана и висела на нём мешком, зелёный галстук был развязан и свободно болтался на тонкой шее, длинные сальные волосы закрывали его лицо, как бы отгораживая от внешнего мира.  — Нюниус, — Джеймс задиристо вздёрнул подбородок и решительным шагом направился к Слизеринцу. — Тебе не говорили, что читать в общественных местах не положено? При виде тебя кого-нибудь и вывернуть может. Если бы я родился с такой рожей, я бы на людях не показывался.  — Отвали, Поттер, — огрызнулся Снейп, не отрываясь от книги.  — Джеймс, это не лучшая идея, — попытался остановить его Ремус, но Поттер уже никого не слушал.  — Нюниус, тебя мамочка не учила, что когда разговариваешь с людьми, надо смотреть им в глаза, — Джеймс вытащил палочку из заднего кармана брюк, — и отложить свои дела. На этих словах толстенный фолиант выпрыгнул из рук Снейпа и стукнул его по лицу, затем отлетел в сторону. Сириус усмехнулся. Сохатый в самом деле знал, как помочь ему отвлечься.  — Ты, мерзкий ублюдок, — крикнул Снейп, выхватывая свою палочку. Но она мгновенно вылетела у него из рук, выбитая заклинанием Поттера. Джеймс поцокал языком:  — Похоже разговаривать ты в своём гадюшнике тоже не научился. Как и мыть голову, кстати. Мерлин, Нюниус, на тебя будто вылили ведро драконьего помёта.  — Верни мне палочку, Поттер, и давай сразимся как мужчины, — бросил Снейп, его глаза яростно сверкали, но это только больше позабавило Джеймса.  — Ну что мы будем с ним делать, Бродяга? — не обращая внимания на проклятья Снейпа спросил Поттер.  — Даже не знаю, — протянул Сириус. — Может повесим его на Дракучую иву? Посмотрим, сколько времени у него уйдёт на то, чтобы спуститься с неё.  — Отличная идея, — отозвался Джеймс. — Но для начала его надо привести в товарный вид. Новый взмах палочкой и галстук на шее Снейпа затянулся так сильно, что начал его душить, слизеринец схватился за него и сорвал с себя.  — Так, так, так, — раздался басистый голос откуда-то справа. Сириус обернулся, перед ним стояли Трэверс, Розье и Мальсибер. Все трое подняли палочки на изготовку.  — Кто это тут у нас? — протянул Трэверс, кончик его палочки был направлен на Джеймса, — Гриффиндорские щенки. Четверо на одного. Срать вы тоже вместе ходите? Остальные двое загоготали. Джеймс, Сириус, Ремус и Питер тоже подняли свои палочки. В воздухе искрами витало напряжение.  — Свалил бы ты отсюда по-хорошему, Торкуил, — холодно ответил Джеймс, его палочка теперь смотрела в грудь Мальсибера.  — А то что? — не унимался Слизеринец. — Отпугнёте нас своими смазливыми личиками? Джеймс швырнул Снейпу его палочку, тот поймал её налету и встал рядом с Трэверсом.  — Такие условия тебе больше нравятся? — выплюнул Джеймс. Вокруг них постепенно на шум начала собираться толпа. Проходящие мимо студенты останавливались, чтобы посмотреть, чем всё закончится, кто-то свешивался с перил, чтобы получше всё рассмотреть, несколько голов выглядывали из-за двери пустого кабинета, предпочитая, видимо, держаться на расстоянии.  — И что? Вы собираетесь устроить массовую дуэль прямо в школьном коридоре? — спросил Ремус, делая шаг вперёд, и вставая между Сириусом и Джеймсом, Питер остался стоять немного сзади.  — Ну зачем же массовую, — протянул Розье, манерно растягивая слова. — Я могу быстренько отделать Поттера, и мы мирно разойдёмся.  — Прости, но я девчонок не бью, — покачал головой Джеймс, а затем направил палочку в горло Трэверсу. — А вот от тебя и мокрого места не останется. Все немного отступили назад, освобождая место дуэлянтам, но палочки никто не убрал. Сириус слишком хорошо знал этих подонков, готовых ударить в спину в любой момент.  — Поттер! — расталкивая зевак, к ним прорвалась Лили, она встала между Джеймсом и Трэверсом, не давая им кинуться друг на друга. — Немедленно прекратите это безобразие! Сразу следом за ней появилась МакКиннон. Её волосы растрепались от быстрого бега, а на щеках появился лёгкий румянец. Марлин встала за плечом Сириуса, и он приложил все свои силы, чтобы не повернуться к ней.  — Всё в порядке, Эванс, — сказал Джеймс, не отрывая взгляда от Трэверса. — Это закончится быстро.  — Хватит разводить детский сад! — повысила голос Лили. — Вас же могут за это исключить! Сейчас же уберите палочки!  — Эванс, — начал было Сириус, но она его перебила:  — Сейчас же! Первым послушался Джеймс. Он нехотя опустил свою палочку и убрал её в карман брюк. Через несколько секунд его примеру последовали остальные. В толпе послышались разочарованные вздохи.  — Мы с тобой закончим, Трэверс, — бросил Джеймс, делая несколько шагов назад.  — Сомневаюсь, — протянул Слизеринец. — Хвалитесь Гриффиндорскими благородством и отвагой, хотя сами вы — просто трусливое дерьмо. Всё на что вы способны — это припирать к стенке по одному. А как дело доходит до настоящих разборок, вы сразу сливаетесь.  — Хочешь узнать, на что мы способны? — прорычал Сириус, снова выхватывая палочку.  — Сириус, не надо, — Марлин встала перед ним, уперевшись руками ему в грудь. «Сириус»… В нос ударил пьянящий аромат жасмина. От груди по всему телу пролетели миллионы электрических разрядов. Марлин смотрела прямо на него, и столкнувшись с её взглядом, Сириус осознал, насколько он соскучился. «Так, сейчас явно не время об этом думать, » — одёрнул он себя, стараясь вернуться в реальность.  — Что, Блэк, прячешься за женскую юбку? — злорадствовал Трэверс. — Ну, тебе не привыкать.  — Заткнись, иначе пожалеешь, — Марлин резко развернулась лицом к Слизеринцам.  — Она у тебя хотя бы бойкая, — продолжал Трэверс, палочки Слизеринцев были наготове. — А Поттер у нас вообще не разборчивый, стелится под грязно… Но Трэверс не успел договорить. Внезапно он схватился за горло, беспомощно хватая ртом воздух, на лице застыло выражение ужаса, а его язык раздулся до таких размеров, что начал выпадать наружу.  — Ещё хоть раз назовёшь её так, — прошипела Марлин. — И я обещаю, ты больше никогда не сможешь говорить. МакКиннон стояла с поднятой палочкой, в глазах горел яростный огонь, губы были плотно сомкнуты, а грудь вздымалась от тяжёлого дыхания.  — Мерзкая шлюха, — взревел Розье, — Эверте Статум! Но Марлин отразила чары. Сириус дёрнулся было к палочке, но Ремус не дал ему её достать. В ответ на яростно-возмущённый взгляд Люпин покачал головой, давая понять, что вмешиваться не стоит. Розье подлетел в воздух, ударившись спиной о стену, но тут же встал на ноги.  — Серпенсортия. Из кончика вырвался зелёный дым, который закрутившись упал на каменный пол огромной коброй. Змея решительно двинулась на МакКиннон, шипя и раздувая свой капюшон, приближаясь с каждым мгновением. Сириусу показалось, что Марлин на секунду потерял самообладание. Палочка чуть дрогнула, прежде, чем МакКиннон произнесла:  — Випера Эванеско! Но змея увернулась, и огненный шар искрами рассыпался по полу. Сириус выхватил палочку, взглянул на Слизеринцев. Прямо за спиной Розье стоял Мальсибер, он что-то шептал, непрерывно смотря на кобру. Кажется, Марлин тоже это заметила. Она резко направила палочку на Мальсибера, и он тоже схватился за горло, жалящее заклинание угодило прямо в цель. Ещё один выпад и палочки вылетели из рук Мальсибера и Розье. Марлин поймала их на лету, и в этот момент змея вспыхнула ярко-алым пламенем и исчезла.  — Я даже не буду пытаться понять, что здесь происходит, — раздался громовой голос Кингсли Бруствера, он спускался с лестницы, убирая свою палочку за пояс. — Мистер Трэверс, мистер Мальсибер и мистер Розье, минус 10 очков. С каждого. Я сообщу профессору Слизнорту о том, что вы здесь устроили. Мисс МакКиннон, минус 5 очков с Гриффиндора.  — Но, сэр, — вмешался Снейп, — разве вам не кажется, что это нечестно?  — Я здесь решаю, что честно, а что нет, — отрезал профессор Бруствер. — Трое парней на одну хрупкую девушку. Кажется, это противоречит всем дуэльным правилам. А теперь, все марш отсюда! Не на что тут глазеть. Студенты, недовольно ворча и переговариваясь между собой, начали расходиться. Слизеринцы бросили пару гневных взглядов на Гриффиндорскую четвёрку и ушли в сторону подземелья.  — МакКиннон, ты пойдёшь со мной, — уже тише сказал профессор Бруствер, а затем повернулся к Джеймсу и Сириусу. — А вам лучше подняться к себе в башню и сегодня больше не вылезать оттуда, чтобы не попасть в новые неприятности. Он резко повернулся, полы его пурпурной мантии взметнулись, подняв небольшой ветерок, и размашистым шагом пошёл к своему кабинету. Марлин не отставала от него. Как только дверь кабинета преподавателя ЗОТИ закрылась за ними, МакКиннон спросила:  — Ты же видел, да?  — Дуэль? — немного рассеянно переспросил Кингсли, проходя к широкому дубовому столу и наливая себе воды из графина. — Да, я наблюдал с самого начала. Кстати, это было неплохо. Но перед змеёй ты спасовала. Надо же было промазать с такого расстояния.  — Она увернулась, — с нажимом произнесла Марлин. Кингсли недоверчиво посмотрел на неё:  — Это магическое животное, Марлин, оно не может сознательно увернуться от контрзаклятия.  — Но она это сделала, — МакКиннон упрямо смотрела на профессора. — Это Мальсибер. Как только я кинула в него жалящее, змея перестала вести себя так… сознательно. Кингсли глубоко вздохнул, отставил хрустальный стакан и повернулся к девушке лицом, облокотившись на краешек стола.  — Не говори ерунды. Не думаю, что такой мальчишка как он может пользоваться…  — Ментальной магией? — перебила Марлин, она начала нетерпеливо ходить из стороны в сторону, меряя шагами пёстрый ковёр, привезённый Бруствером откуда-то из Египта. — Я тоже так раньше думала, но я много читала о ментальной магии. И всё сходилось! Зрительный контакт, палочка, нашёптывание рун…  — У тебя нет доказательств, — просто ответил Бруствер.  — Можно проверить его палочку, — с жаром предложила Марлин, резко останавливаясь.  — Ты не можешь этого сделать.  — Зато ты можешь! Ты же аврор…  — Я ещё только стажёр, — отрезал Кингсли, разводя руками. — У меня нет на это права. Я советую тебе забыть об этом. Все ученики равны в стенах Хогвартса. Не думаю, что кто-то из них уже встал на сторону Того-Кого-Нельзя-Называть. Он не вербует сопляков. Марлин просто молча посмотрела на Бруствера, она поняла, что от него помощи в этом деле ждать не стоило. Но и сдаваться она не собиралась. Зная, что кто-то пользуется запрещённой в школе ментальной магией, а может даже Непростительными… Марлин чувствовала, что здесь что-то было не так, а чутьё ещё ни разу её не подводило.  — Ладно, — просто сказала МакКиннон. — Я тогда пойду. А то уже поздно, а мне надо было ещё зайти в библиотеку. Кингсли кивнул. Когда дверь за девушкой захлопнулась, он усмехнулся и проговорил про себя:  — Не послушает ведь.

***

Сириус смотрел, как маленькая точка с надписью «Марлин МакКиннон» вышла из кабинета, оставив в нём точку «Кингсли Бруствер» и довольно быстро двинулась по Северному коридору.  — Мерлин, она опять идёт в библиотеку? — удивлённо присвистнул Блэк. Он сложил карту в задний карман брюк и быстрым шагом пошёл навстречу МакКиннон, благо от неё отделял только один потайной ход. Сириус дошёл до лестницы ведущей в библиотеку даже раньше МакКиннон и небрежно прислонился к стене в ожидании её. Ну вот, за поворотом послышались торопливые шаги, а через мгновение показалась сама МакКиннон, вид у неё был довольно решительный. Она сразу заметила Блэка, но не обратила на него никакого внимания, постаравшись пройти мимо.  — Избегаешь меня? — спросил Сириус, остановив Марлин за локоть.  — Нет, с чего ты взял? — голос её чуть сорвался, она обеспокоенно посмотрела на Блэка.  — Нам надо поговорить, МакКиннон.  — Я сейчас спешу, Блэк.  — Куда?  — В библиотеку. Сириус удивлённо подняла одну бровь:  — В такое время?  — Почему ты не в башне? Профессор Бруствер ведь сказал вам не искать сегодня на голову неприятностей, — перевела тему Марлин, стараясь высвободить свою руку, Сириус только сейчас понял, что всё ещё крепко держит её за локоть.  — Разве я когда-нибудь слушался чьих-то запретов? — с ухмылкой проговорил Блэк, отпуская её. — Но ты так и не ответила, зачем тебе в библиотеку? Марлин с секунду помялась, но затем кивнула головой, показывая, чтобы он шёл за ней. По её лицу пробежала тень сомнения, она как бы прикидывала, говорить или нет, а если да — то с чего начать.  — Змея, — наконец со вздохом сказала Марлин. — Мне показалось, что она вела себя немного необычно.  — Ты про то, что ей управлял Мальсибер?  — Именно! — торжествующе воскликнула МакКиннон. — И я собираюсь выяснить, как именно. Сириус не стал спрашивать, зачем ей это. Они дошли до двери библиотеки. МакКиннон ураганом ворвалась внутрь и сразу направилась к Запретной секции.  — Подожди минутку, — пробормотала она и скрылась за стеллажами. Через добрых десять минут МакКиннон вышла оттуда, неся перед собой огромную стопку книг, которую она придерживала подбородком. Некоторым экземплярам на вид было лет 300, если не больше.  — И ты всё это собираешься прочитать? — недоверчиво спросил Сириус по дороге к их общей гостиной, взвешивая в руках толстенные фолианты, он забрал у МакКиннон добрых две трети всех книг.  — Ну, не всё, — уклончиво ответила Марлин. — Но просмотреть нужно как можно больше.  — Может я тебе помогу? Одна ты и за год не справишься.  — Я думала, ты терпеть не можешь учебные книги. Сириус фыркнул:  — Ты меня ещё слишком плохо знаешь, МакКиннон. Гаргульи штаны. Полная Дама кивнула и открыла проход. В гостиной было полно народу, все наслаждались воскресным вечером, стараясь урвать от него как можно больше удовольствия. Марлин прошла к дальнему столу у окна и сбросила свою часть книг на него, опускаясь на стул. Сириус сел рядом.  — С чего начнём? — спросил он, вальяжно закидывая ноги на стол. Марлин скептически посмотрела на него, будто всё ещё не могла поверить в то, что Блэк действительно подписался помочь ей.  — Ну, я посмотрю в «Справочнике зоомагии», а ты поищи что-нибудь в «Ментальных чарах. Секреты тёмного волшебства», — неуверенно сказала Марлин, беря самую новую на вид книгу.  — Какие пафосные названия, — прыснул Сириус, открывая толстую книгу в кожаной обложке и с пожелтевшими страницами. Они углубились в чтение. МакКиннон постоянно перелистывала страницы, возвращаясь то к заглавию, то к предыдущим главам, и что-то записывала на клочке пергамента. Сириус пытался вчитаться в необычайно витиеватый текст, но в гостиной было слишком шумно, и поэтому он уже пять минут сидел на одном абзаце.  — Бродяга, — Джеймс со всего маху хлопнул его по плечу. — Не хочешь пойти с нами на кухню сейчас? Привет, МакКиннон. Она кивнула в ответ. Сириус почувствовал, как в животе заурчало, он пропустил ужин, но взглянув на Марлин, ответил:  — Идите без меня, я обещал кое с чем помочь. Джеймс заглянул ему через плечо в книгу:  — Учиться? В воскресение? Не хочешь показаться мадам Помфри?  — Всё в порядке, Блэк, — вмешалась Марлин. — Если хочешь, иди, я сама справлюсь.  — Нет, Джеймс, идите без меня. Поттер пожал плечами:  — Как хочешь. Он уже почти дошёл до проёма в стене, как Сириус окликнул его:  — Принесите нам чего-нибудь.  — Ладно, — и Джеймс исчез из вида. Через час на столе Марлин и Сириуса помимо книг стояла тарелка с сэндвичами и лежало несколько яблок. Гостиная начала пустеть и дела с «Ментальными чарами» у Сириуса пошли гораздо быстрее. В десять он сидел, убрав ноги со стола и подперев голову ладонями. В одиннадцать Марлин откинулась на спинку стула, простонав, что ещё чуть-чуть и она возненавидит мышей (почему-то именно на них волшебники больше всего любили проводить свои опыты), а в двенадцать они остались одни. Четверть стопки была проштудирована, а головы кипели от объёма полученной информации. Стало прохладно, поэтому Сириус и Марлин перебрались на диван поближе к камину. Вытянув ноги, Сириус лениво пролистывал внушительных размеров энциклопедию, а Марлин свернулась рядом комочком и зевая делала какие-то пометки на полях книги о Непростительных заклинаниях.  — И всё-таки, зачем тебе надо знать, каким заклинанием пользовался этот ублюдок? — спросил Блэк, потягиваясь и откладывая фолиант в сторону.  — Я просто хочу убедиться в том, что права, и Мальсибер использовал что-то, что запрещено законом, — ответила Марлин, тоже откладывая свою книгу. Она потянулась за пледом и укуталась в него до самого подбородка. Сириус смотрел на огонь.  — Если они уже давно изучают такие заклинания, мне надо учиться с ними бороться, — продолжила она. — Всё-таки через пару лет мы окажемся по разные стороны баррикад. А я хочу прожить ещё несколько лет после окончания школы.  — Мы уже по разные стороны, — тихо ответил Блэк, поворачиваясь к девушке. Марлин кивнула:  — Ты прав. Неплохо было бы быть во всеоружии. И, если честно, я не вижу ничего такого в том, чтоб бороться с противником его же методом.  — Говоришь, как настоящая Слизеринка, — усмехнулся Сириус. Он положил левую руку на спинку дивана так, чтобы Марлин могла облокотиться на неё.  — А не все их черты такие уж и плохие.