Спасение

      — Света? Это правда ты? — лысый мужчина ростом чуть пониже меня (а я была на каблуках, стоит заметить) смотрел на меня так пристально, как, наверное, на меня не смотрел никто в моей жизни. Но он мгновенно сменил своё выражение лица на безразличное.       Его лицо казалось мне смутно знакомым. Эти ярко-голубые глаза, лысина, явно не из дешёвых костюм. А его черты лица… точно! Я явно видела его. Но почему-то мне казалось, что он не был лысым…       Паша смотрел на него действительно бешеными глазами. Неожиданно он схватил стул и направил его в сторону этого мужчины. Что не так?       — Ребята! Это Костенко! Ему нельзя верить! Он убил всех вас! Всех! Тебя, тебя и тебя, — он перевёл взгляд на Настю, Гошу и Лёху. — Он пристрелил, как бешеную псину. — А тебя, Ань, он пристрелил с крыши… твоё тело с грохотом упало на заражённую радиацией землю. И вы хотите ему верить?       Мужчина прокашлялся. Кажется, его это немного насмешило. Впрочем, меня тоже. Да, он говорил о каком-то Костенко, но имя не называл. Этот человек в форме должен был отправить нас на нашу Родину (в альтернативной, конечно, Вселенной), я не думаю, что теперь он сделает это. Кстати говоря, кого-то он мне напоминал. Не припомню только, кого…       — Я пришёл сюда, чтобы помочь. Очень интересная реакция на сотрудника правоохранительных органов. С чего бы такая агрессия, юноша? — мужчина взглянул на Пашу.       Аня стрелой подлетела к Паше и оттащила его от мужчины, который, кажется, должен был нам помочь. Не думаю, что теперь он будет нам помогать… Паша! Дырявая голова!       — Прошу прощения и за своего крайне невежливого товарища, и за свою ужасную память. Я вас не могу вспомнить. Мы пересекались с вами прежде? — я старалась быть настолько вежливой, насколько это было в моих силах. Думаю, не стоит никому говорить об амнезии. Одного Гоши хватит.       Он внимательно смотрел на меня, не проявляя никаких эмоций. Вероятно, его этому где-то научили. Когда мы проходили в школе по обществоведению различные государственные организации, нам рассказывали о КГБ СССР. Говорили, что они мастерски скрывают свои эмоции, что их учат этому годами. Быть может, это местный кгбшник? Интересно, как эта контора называется здесь?       — Так, потом это обсудим… сейчас важно другое, — он перевёл взгляд на Пашу и остальных. — Пройдёмте на крышу.       Поднимаясь по лестнице первой среди нас, я внимательно осматривала спину мужчины. Что-то в нём явно было знакомое. Где-то я его видела в своём мире. Быть может, он просто на кого-то очень сильно похож? Но на кого?       — Сергей Александрович Костенко. Зовите меня просто Сергей. Генерал-майор ФСБ Российской Федерации, — придя на крышу, он развернулся к нам лицом и достал удостоверение.       И внезапно меня осенило! Сергей Александрович Костенко! В нашей Вселенной так звали народного героя, спасшего АЭС! Благодаря этому маленькому открытию я вспомнила свою однокурсницу, Ленку Жукову, с которой мы любили рассматривать портреты различных мужчин и выделяли с ней красавцев. Сергей Костенко казался мне самым красивым персонажем истории после Владимира Маяковского (если его вообще можно считать исторической личностью) и Че Гевара! Так бы этот великий человек выглядел через несколько десятков лет!       Выходит их ФСБ — наше КГБ! Интересно, какова расшифровка у этого некрасивой, если сравнивать с нашей, аббревиатурой? Надеюсь, мне удастся узнать ответ на этот вопрос, как их на все остальные, роящиеся, как пчёлы, в моей голове.       У мужчины был очень приятный голос. Он напоминал мне, как бы странно это ни прозвучало, мурлыканье взрослого кота. А ведь у меня же тоже был кот! Как его звали? Мишка? Ришка? Тишка! Точно! Его звали Тишка! Это был персидский кот. Он очень любил кушать и был кастрированным, поэтому вёл пассивный образ жизни. Я очень любила Тишку. Он заменял мне практически всех — детей, вторую половинку, друзей. Тишка и огромная библиотека. Больше я ни в ком не нуждалась. Этот человек, не произнеся в мой адрес ни единого слова, вырывал мои воспоминания из головы, буквально самим видом заставлял меня вспоминать. И теперь я поняла, что Гоша был прав. Мне просто нужно было найти человека, который знал меня в параллельной Вселенной! А в том, что я была лично знакома с таким великим человеком, я не сомневалась ни капли.       Он рассказывал о странных вещах. О девяностых, о детях, которых находили мёртвых, об осаде киллера… и это было так интересно. Неужели он всё это пережил? Когда Сергей Александрович достал из кармана пиджака листок бумаги с именами тех, с кем я и отправилась в путешествие во времени, ужаснулись все, кто был в этом списке. Кроме меня, конечно…       Сергей Александрович (называть его просто Сергей я не могла, потому как восхищалась им прежде и уважала его) снова перевёл свой взгляд на меня, что не делал на протяжении всего рассказа.       — А ваше имя напрягло меня больше всех. Это имя моей покойной жены. И выглядите вы точно также, как и она. Я надеюсь, вы сможете объяснить мне, простое это совпадение или какой-то розыгрыш? — он говорил тихо, было видно, что его слова приносят ему боль, ранят в самое сердце. Он любил жену…       — Сергей Александрович, если мы скажем вам чистую правду, я боюсь, вы не просто не поверите нам, но и сошлёте в дом для психически больных, — я улыбнулась.       — Ну, уж попытайтесь… — его взгляд стал мягче, и мне даже на секунду показалось, что он вот-вот улыбнётся. Но этого не случилось.       Я посмотрела на ребят. Все, кроме Паши, молча кивнули. Вершинин же помотал головой. Я не понимаю его, что не так?       — Извините, но это исключено. Я не могу распространять такую информацию, не согласовывая такие моменты с её непосредственными носителями. Не могли бы вы покинуть нас? Я постараюсь убедить их, что вам действительно можно верить, — я вежливо улыбнулась, как это делают американцы.       Сергей Александрович поспешил удалиться. Я наблюдала за его движениями до того момента, как он не скрылся за поворотом. Хотя я и уверена, что просто так он не ушёл. Явно за стеной спрятался, чтобы подслушать.       — Паш, в чём дело? Почему мы не можем ему верить? — я смотрела ему прямо в глаза.       — Свет, ты многого не понимаешь. Мы не можем верить этому человеку. Он убил всех нас, кроме тебя, в моей Вселенной, — сказал Паша и достал из кармана пачку сигарет, которую, кажется, нашёл в том самом кабинете, в котором мы недавно были.       — А в этой он, кажется, мой муж. Я знаю себя. Здешняя я не стала бы выходить замуж за плохого человека. Тем более, когда этот плохой человек старше неё почти в два раза, — я пыталась сделать голос более убедительным. — Понимаешь? Уж поверь, я знаю себя. И я уверена, что здешняя Света Меньшикова практически ничем не отличалась от меня самой. Как жаль, но у меня нет возможности встретиться с ней лично…       — Хочешь ты этого, или нет, но отличия бы были. Я ощутил это на собственной шкуре, — он посмотрел на ребят. — Лёха был главным задирой, Гоша — компьютерным задротом, его постоянно избивал Лёха, Настя — настоящей бунтаркой, а Аня… Аня была более скромной, более нежной, что ли, — он с нежностью посмотрел на Аню. — Не тебе нынешней в обиду.       — Ну почему мы не можем ему во всём признаться? Если я доверилась этому человеку, пусть немного другая я, но всё-таки доверилась же, то почему не можете вы? Я понимаю Настю, она вообще невзлюбила меня! Но вы, — я повернулась ко всем. — Вы-то почему мне довериться не можете никак?       Ребята, стоявшие в сторонке, впервые стали подавать голос. Кажется, Лёха сказал, что полностью поддерживает мою сторону. Этому мужчине стоит довериться. Я ему верю. Впрочем, со мной согласились все. Кроме Насти.       — Уж извини, но раз я не могу поверить тебе, то твоему муженьку, — Настя усмехнулась. — Тем более.       Я закатила глаза. У меня не получится их убедить. А Паша здесь, кажется, заменяет лидера, который остался в заражённом городе Ласби… ну, что ж, Паш, пора меняться местами…       — Насть, долой личную неприязнь! Я всё понимаю, но проникнись голосом разума: это единственный человек, который, кажется, настроен дружелюбно по отношению к нам. Почему же мы должны это отвергать?       — Вот именно, что кажется! А если он сошлёт нас в дурку? О таком исходе ты подумала? М? — она ухмыльнулась. — Или вообще, запихнут нас в «Военную тайну»! Что тогда делать будем?       Я снова закатила глаза. Который раз я это делаю? Да, с ней договориться у меня не выйдет, с Пашей — тем более. Придётся действовать — свергать власть, как в далёком начале двадцатого века…       Я была уверена, что Сергей Александрович не ушёл с крыши. Пару раз я даже слышала шорох на другом конце крыши. Хотя, учитывая, что он местный кгбшник, а их явно учат маскировке, это была какая-нибудь птица…       — Сергей Александрович! Идите сюда! — послышались чьи-то шаги. Когда он появился из-за угла, я продолжила. — Я расскажу вам правду. При одном условии, — я ухмыльнулась. — Вы доставляете нас домой. А по дороге я всё вам объясню.       Сергей Александрович, пару секунд поразмышляв, усмехнулся.       — Вы, любезная, понимаете, кого шантажировать вздумали? — Костенко кивнул. — Ну хорошо. Только несогласные, — он посмотрел на Настю и Пашу. — Летят отдельно. А мы с вами будем вынуждены обсудить ещё пару моментов…