Ночные разговоры пробуждают откровенность.

POV Тайлер

Дверь широко распахнулась, из-за чего задела подставку с искусственным цветком, что стоял рядом. Несчастная декорация растения упала на пол, разлетаясь в разные стороны. Кто-то хлопнул себя по лицу? А, всё в порядке, это Джош сделал фейспалм. Неловко, все пялятся, а я ведь в этой школе только второй день. Представляете, что будет дальше? Особенно если учесть, какой я неуклюжий. Хорошо, что Джиш рядом, хотя он тоже постоянно вляпывается в какую-то херню. Прав был Зак, мы стоим друг друга. Наверное, учитель бы меня отчитал за опоздание… и бедное растение, но знаете, кто его прервал? Брендон. Похоже Дженна не шутила, говоря о ненормальности Ури. — Как ты мог, фасолинка? — глубоко «разочаровался» во мне новый знакомый. Меньше чем за минуту он оказался со мной, поднимая части декора. Громко всхлипнув и прикрыв глаза, Брендон прижал предметы к груди, пытаясь… успокоить? — Они страдают, понимаешь? Тебе придётся загладить свою вину перед этими прекрасными существами, — пальцы с любовью погладили мягкую пластмассу. — Я соберу эту штуку обратно? — приподняв одну бровь, я вопросительно посмотрел на Дана, который с плохо скрываемой усмешкой наблюдал за этой картиной. — НЕТ! — чёрт, а Ури даже громче, чем я думал. — Покайся, и я отпущу твои грехи, нечистый! — Хо-рошо? — Дженна и Пит активно кивали, призывая меня к действию. Не могу поверить, что это действительно происходит. Подойдя ближе к однокласснику, я слегка наклонился к деталькам. — Ну, эм, простите? — Тайлер-Тайла-Тай, кто так вымаливает грехи? — с лёгкой полуулыбкой изрёк собеседник, закатывая глаза. — Тебе придётся постараться, если ты не хочешь испытать на себе гнев чудесных зеленых существ, — это была угроза, или мне показалось? Он же не может призвать пластик к действию, да? Хотя… это же Брендон, кто знает, какие в нём скрытые таланты. Я никогда не считал себя греховным, поэтому не особо грезил рассказывать священнику о своей жизни (а стоило бы). Ладно… всё равно больше облажаться, по-моему, нельзя. — О священная штуковина, покрытая пылью, прости меня, грешника, впредь я буду задумываться о том, что делаю, — наигранно-виновато изрёк я, слабо кивая. Брендон о чём-то пошептался (что, простите?) с пострадавшим (или -ми?), после чего деловито кивнул и посмотрел на меня, откашлявшись. Кто-то на втором ряду издал смешок, за что Ури кинул в него небольшой деталькой и попросил заткнуться. — Итак, Тайлер Джозеф, вы оправданы и можете идти на место, но! — знакомый поднял указательный палец вверх, после того как поправил воображаемые очки, — впредь будьте внимательней. — Хорошо, — натянуто улыбаюсь я, нервно оглядываясь на трясущегося от беззвучного смеха Дана. Учитель громко кашлянул, привлекая внимание. — Какова причина опоздания? — протянув неловкое «э-э», я забегал глазами по кабинету, надеясь за что-нибудь зацепиться. — Ну, я… понимаете… новая школа и… город и… всё такое, — неопределённый взмах руки, наверное, что-то означал для окружающих, но на самом деле это просто привычка. — Прошу всех сесть на места, — сокрушённо покачал головой преподаватель, чьё имя мне пока неизвестно. Опустив голову, в попытке скрыть красное лицо, я быстро прошёл к своей парте, задев по дороге чей-то учебник. Резко опустившись, положил голову на скрещенные на столе руки, слыша впереди себя тихий смех. Господи Иисусе, неловко-то как. Спиной чувствую чужие насмешливые взгляды, от которых хочется сбежать побыстрее. Даже в прошлой школе всё было не так ужасно как в этой, тем более во второй день. Через несколько минут урока Джош толкнул меня в плечо, вынуждая повернуться к нему. Проследив за взглядом друга, я наткнулся на записку, где было написано: «хэй, ты как?». А как я? Ужасно, смущённо, нормально, НА ГРАНИ ПОБЕГА. «Хорошо» пишу в ответ, незаметно двигая бумажку ближе к Дану. Скептицизм в глазах лучшего друга можно было продать за среднюю цену и всё равно разбогатеть. Знаете, с одной стороны я рад, что у меня есть такой человек, который понимает с полуслова и готов встать горой, когда появляются серьёзные проблемы, а с другой… это страшно. Не в том смысле, что Джош какое-то там лесное чудовище, нет, он на самом-то деле довольно горячий (это не я сказал, нет). Просто представьте, что… с вами постоянно находится человек, знающий вас практически на сто процентов. Ему бесполезно врать, что-то утаивать и притворяться, потому как он видит вас насквозь. Иногда любому человеку хочется побыть одному, я думаю, но имея таких вот лучших друзей, это сделать практически невозможно. Первые пятнадцать минут я честно выдержал, послушно слушая на интереснейшую лекцию преподавателя психологии (как я вообще оказался на этом предмете?), который говорил о характеристике различных цветов* и их значениях, а потом… потом скучное повествование отошло на второй план, ручка вернулась в пенал, а я начал заинтересованно разглядывать одноклассников, силясь определить тему мыслей, что, конечно же, у меня не вышло, я же не телепат. Большинство подростков лазили в телефонах и осторожно передавали записки через посредников, кто-то писал, малая часть спала; Джерард холодно и выжидающе смотрел на Айеро, который… полностью игнорировал его? Так, подождите, ещё вчера они ходили будто приклеенные, чуть ли не синхронно выполняя каждое действие, а теперь… Я, конечно, люблю наблюдать за драмами и всё такое, но не тогда, когда главными героями являются мои друзья; они, правда, друзья друзей, но не важно, друзья друзей мои друзья, так, вроде, говорят? — Хэй, Джиш, — повернув голову к парню, который рисовал в тетради инопланетян, прошептал я. Друг вопросительно поднял бровь, отрываясь от своего «развивающего» занятия, — что со странной парочкой? — Без понятия, — кинув мимолётный взгляд на обсуждаемых, Дан толкнул впереди сидящего Брендона, на что тот возмущённо поворчал и повернулся, окидывая нас взглядом разгневанной дамочки. — Вы, два чокнутых суслика, в курсе, что это один из списка уроков, где нельзя шуметь, да и вообще разговаривать? — Джош скептически усмехнулся, глядя на поражённого знакомого. Список уроков, где нельзя разговаривать? Я уже понял, что мы учимся в странной школе со странной иерархией, но, похоже, не до конца оценил её размах. Интересно, до появления Уэя и Айеро эта школа была такая же… уникальная или как у всех? — Оу, вы не знаете, вы же новенькие, точно, — раздосадованно произнёс одноклассник, закатывая глаза. — Я потом расскажу вам обо всех правилах этой школы. — Эй! я тебя не просто так звал, — вновь толкнул развернувшегося обратно петух… Брендона Джош. — А зачем ещё? — Ты не знаешь, что со странной парочкой? — Что? Звучит прикольно, — по-доброму усмехнулся подросток, но сразу же стал серьёзным. — Не называйте их так, если не хотите проблем. — Это угроза? — сощурив глаза и скрестив руки на груди, прошептал я. — Нет… хотя, да, но не от меня, — загадочно сказал знакомый, опуская голову на сложенные на спинке стула руки. — У них в последнее время бывают ссоры, не знаю из-за чего, Джи считает, что может решить всё сам, — раздражённо фыркнул Брендон, кидая на вышеупомянутого короткий взгляд, — но вы ничего не знаете, потому что если кто-то узнает о их разладе, начнётся хаос. — Охренеть, — выразил своё мнение друг, когда Ури отвернулся. — Ты удивился их ссоре или их, э-эм, власти? — приподнял бровь я, наклоняя голову в бок. — Всему сразу. Я всегда считал, что чтобы иметь такую репутацию, надо как минимум убить кого-нибудь. — Ну, кто знает, что они ещё делали за закрытыми дверями? — По-моему, очевидно, что они делают за закрытыми дверями, — поиграл бровями Дан, пошло ухмыляясь. — Боже, Джош, перестань! — закрыл лицо ладонями я, пытаясь выкинуть из головы представшие картинки. — Чёрт, ты ужасный человек, Дан! — А ты не думал об этом? Или тебе нравится до конца жизни быть девственником? — рассмеялся парень, заставляя меня порывисто выдохнуть. Нет, я не влюблён в Джоша, не подумайте. Просто чисто теоретически, совсем немножко, считаю его симпатичным (только потому что мы друзья, конечно), а ещё возможно капельку сексуальным и забавным, милым, ахуительнымчудеснымгорячимпрекраснымбожественнымвосх- хорошо, может быть, он мне всё же нравится, чуть-чуть, но (!) это не считается, мы ведь лучшие друзья и находимся рядом друг с другом почти двадцать четыре часа в сутки, так что… — Оу, эм, — о чём мы говорили? А, вспомнил, — Лишить девственность на твоей свадьбе. — А-ам, — вопросительно протянул Дан, приподнимая в удивлении брови. Твою мать, что я только что сказал? — То есть… на свадьбе хочу лишить… отдать девственность, — Джош совсем не старался скрыть смех за кашлем, поэтому я вновь закрыл лицо ладонями. — Ты понял!

***

На предпоследнем уроке что-то явно сломалось и заставило взглянуть на людей под другим углом, а именно — моё мировоззрение. Шестым уроком было искусство, это один из тех предметов, к которым я отношусь более или менее безразлично; не скучно, но и не весело, не занудно, хотя редко может привлечь внимание. На перемене большая часть компании решила отправиться на свежий воздух, чтобы «проветриться, успокоить нервы и прогуляться», на самом же деле на улицу ходят только с целью покурить и расслабиться. Как только Джош узнал их истинные мотивы саморучно вверить себя в руки холодной грязной природе, то оставил меня одного, обещая вскоре нагнать. Ага, как же, опять пропадёт где-то на пол урока, а потом будет вести себя как ни в чём не бывало. В общем-то, в конечно итоге я шёл к кабинету искусства один. Ни одного одноклассника в коридоре не наблюдалось, хотя они и не потребовались, нужный класс я нашёл сам и довольно быстро. Длинное узкое пространство казалось пугающим: рядом не было ни одного человека, разве что прошли две девушки, но скрылись за ближайшим поворотом; работало несколько светильников, поэтому освещение казалось неравномерным; угнетающая тишина нарушалась лишь чьими-то сто- так всё, сам себя больше запугиваю. Глубоко вздохнув и взлохматив короткие волосы, я смело толкнул дверь в кабинет искусств, о чём сразу же пожалел — на учительском столе полусидел, полулежал Брендон, развратно стоная и закатывая глаза в экстазе, рядом стоял его… парень? учитель? не знаю и вряд ли хочу узнать. Так вот, этот самый парень буквально втрахивал Ури в стол, протягивая какие-то бессвязные грубости вперемешку с признаниями в любви. Подавившись воздухом, я быстро протараторил слова извинения, прежде чем резко захлопнуть дверь, отбегая на несколько шагов назад. Через несколько минут, почти в одно время со звонком, которые я провёл, пытаясь выкинуть из головы слишком горячую картину для моего девственного мозга, подтянулась большая часть моей компании, как и остальных одноклассников. Джош и Пит, сообщил Джерард, перед тем как уйти, отправились то ли на школьную площадку, то ли ещё куда (информация отказывалась укладываться у меня в голове), великодушно разрешив остаться нам на остальных уроках (вот спасибо, низкий поклон). Дженна, похоже, заметила мою отстранённость, поэтому, когда мы уже были в классе, готовые слушать учителя (ёбырь Ури… я ведь не хотел этого знать), начала расспрашивать меня о произошедшем. — …что- — Да, блять, я просто не готов был к такому! — в конце концов не выдержал я, кинув мимолётный взгляд на ухмыляющегося преподавателя. — О чём ты? — Просто наш Тайла увидел еблю, — вступил в разговор Брендон, разворачиваясь к нам лицом. Чё-ёрт, он сейчас последний человек, которого я хотел бы видеть. Эти красные припухшие губы, блеск в глазах, растрёпанные слегка мокрые волосы, беспорядочно накинутая одежда, всё это последствия недавно произошедшего… боже, почему ты позволил оказаться мне в ненужное время в ненужном месте? Где я согрешил?! Прав, похоже, был Дан, моя девственность останется со мной до конца жизни. — Ури, долбанный ты кролик, научитесь уже закрыть двери! — смешно сморщилась Блэк, потирая нос рукой. — Прости, Тайли-и, — смеясь, протянул подросток, уворачиваясь от подруги, которая хотела его стукнуть учебником, — такого больше не повторится… а жаль. — Брендон! — смущённо воскликнул я, в какой раз за сегодняшний день заливаясь краской.