Побег нарко-принцессы

Бумажные пакеты и сердитые голоса Под пыльным небом. Ещё одна волна напряжения Накрыла меня с головой. Всё, что я говорил о решительных действиях, Было ложью. Linkin Park - Runaway

      Я вылезла из машины, а мои новые «друзья» — следом за мной. Юнас закрыл дверь гаража, и она опустилась как раз в тот момент, когда полицейские сирены пронеслись в метре от нас. Я облегченно вздохнула и кинулась к другу на шею.       — Никогда не думала, что погоня так выматывает, — тяжко выдохнула я ему в ухо.       Юнас — высокий, худощавый парень. Его с легкостью можно спутать со студентом какого-нибудь экономического факультета, но душа у парня лежит лишь к машинам, их внутренностям, адреналину и деньгам, и ни мне осуждать его способ жизни. Он заглянул мне в глаза, скользнул взглядом по лицу, после того, как я отстранилась, и внезапно нахмурился, когда его внимательный взгляд упал на мои губы.       — Этот ублюдок опять тебя ударил? — он поддел пальцами подбородок, а я недовольно отпихнула его руку и кивнула. Юнас всегда очень бурно реагировал на мои легкие синяки после встреч с бывшим будущим мужем. Парень тяжело вздохнул и полез рукой в карман спортивных штанов. — Твой телефон, — он протянул мне старенький мобильник, ставший уже совершенно древним среди новых технологий, но связываться с нужными знакомыми я могла бы даже через почтового голубя — я не привередлива, особенно теперь.       Юнас осмотрел моих спутников и замер, а мужчины только подозрительно взглянули на его испуг или, как это лучше назвать, неприятное удивление.       — А они что тут делают? — воскликнул друг, а я обернулась и вскинула брови.       — Ты их знаешь? — указала пальцем на эту сладкую парочку красавчиков.       — Кто их не знает! Ты, что телек не смотришь? Это же Гекко.       Мужчины посмотрели друг на друга и усмехнулись, а я только безучастно пожала плечами. Мне какое дело до этих Гекко и их появлению на телевидении?       — Вот и познакомились, — развела я руками в стороны, — а то уже час с ними тусуюсь, а знаю имя только вот этого, — указала на парня с татушкой. — В общем, ладно. Давай ключи, и мы поехали.       Юнас осмотрел всех напряженных взглядом, а я никак не могла понять, почему эти ребята вызывают у друга такой негатив. Да, они — грабители, но у него хуева туча друзей-преступников, поэтому такой бурный всплеск негодования сейчас совершенно ни к чему.       — Я наслышан, что стало с вашей заложницей при ограблении банка, — сказал Юнас, а я перевела взгляд на парней, — поэтому, если с Эстер что-то случится по вашей вине, вас будет искать не только полиция, поверьте мне.       Сет недовольно фыркнул, и я уверена, что он просто мечтает дать моему другу в морду, сесть в машину и уехать, наконец, в сраный отель, да вот только ключи у меня, а они видимо не хотят создавать себе еще большую шумиху убийством двух людей. Очкарик дергается в каком-то яростном припадке, словно стремится подлететь к нам и откусить головы, но напарник останавливает его одним движением руки. Мужчина хочет возмутиться и что-то сказать, но Сет только мотает головой. Я раздраженно смотрю на обоих парней — нашли, блять, время, чтобы помериться у кого больше член.       — Как ты с ними связалась, Эстер? — прошипел друг мне в лицо, хватая за предплечье. — Они — монстры. Особенно, младший.       — Спокойно, Юнас, — хлопнула я парня по груди, выдирая свою руку, и прошла к своему мустангу, стягивая с него грязно-белую накидку. — Мне плевать, что эти парни сделали с той несчастной, — отозвалась я, нежно проводя пальцами по капоту. — Ну, что, поехали?       Я залезла в салон, повернула ключ зажигания, и гараж заполнился приятным урчанием мотора. Закрыв водительскую дверь, я высунулась из окна.       — Вещички мои захватите, — попросила я грабителей, — и запрыгивайте.       Девушка первая сдвинулась с места, и я увидела, как Юнас удивленно и внимательно осмотрел её, словно не понимая, что такой ангел мог делать в компании с двумя преступниками и сумасбродной дочкой наркобарона. И я разделяю его удивление, поэтому лишь усмехаюсь, попутно регулируя зеркала. Она залезает на заднее сидение вместе с моей сумкой, а Сет идет следом за ней, прожигая моего друга злобным взглядом. Здоровяк был последним: он довольно спокойно примостился рядом со мной на пассажирском сидении и взглянул из-за линз очков.       От его взгляда почему-то шел странный холодок по коже, словно, когда он смотрит, он знает всё, что я чувствую сейчас, о чём думаю и какие ужасные поступки совершила в прошлом. Я повела плечами назад от дискомфорта и попыталась забыть это опасное ощущение; посмотрела на Юнаса, который открывал дверь из гаража, только уже с другой стороны.       — Итак, ты свободна, — сказал парень. — Куда теперь?       Он всё еще кидал злые и настороженные взгляды на мою новую компанию, но, мне кажется, он будет рад узнать от меня весточку, когда мы с Гекко разойдемся, убедившись, что они меня не грохнули.       — Отметить разорванную помолвку, с кем-то потрахаться и укатить в Монтану, — ответила я первое, что было на уме, и растянула губы в насмешливой улыбке. — Как тебе план?       — Одобряю, — посмеялся Юнас, а я отсалютовала ему рукой и нажала на газ. — Увидимся.       Я покинула гараж, а дверь за нами закрылась. Я включила тихо музыку в машине, потому что, наконец-то, когда полицейская сирена не кричала над ухом, я могу немного расслабиться. Сжать и разжать пальцы в туфлях, переключить передачу и резко стартануть с места, направляясь в ранее упомянутый девушкой мотель.       — Можете выдохнуть, — уведомила я всех и посмотрела в зеркало заднего вида. — Переждем эту шумиху и разбежимся, как в море корабли. Вы же больше не хотите меня убивать, после того, как я тут горы ради нас всех сворачиваю?       — Ну, большого желания пока нет, — отозвался Сет.       Выделяя интонацией слово «пока», мужчина дал мне понять, что не верит мне ни на грамм, готовый в любой момент ложного шага в сторону продырявить мне затылок 45-м калибром. Возможно, если бы я была самоубийцей, я бы поинтересовалась прямо сейчас, с чего такая подозрительность к новым знакомым, но я заткнулась, решая перевести тему разговора в более радужное направление. С этими людьми я планировала провести какое-то время, поэтому мне хотелось бы узнать большую часть из них — хотя бы имена.       — Давайте познакомимся, что ли, — посмотрела я сначала в зеркало, а после на здоровяка на пассажирском сидении. Он снова скользил по мне взглядом, словно сканировал. — Эстер де Лазари, — представилась я официально. Мне нужно было занять чем-то свой перегруженный событиями мозг, пока мы петляем улицами, и я не нашла ничего умнее, как начать протягивать трубку мира прямо в машине. — А тебя как зовут, пирожочек? — я обернулась к девушке через плечо, и она, прижимая мою сумку к себе, посмотрела на своего друга, словно спрашивая разрешения.       — Кейт. Кейт Фуллер, — ответила девчонка, а я улыбнулась не понятно от чего: то ли от истинного американского имени, то ли от её вида милой старшеклассницы и того, как она опасливо относится ко мне, будто я могла зажать её в туалете тухлого бара и показать все прелести другой стороны жизни, куда она, я уверена, не так давно попала сама.       — Можешь не верить, но мне очень приятно с тобой познакомиться. И как ты попала в компанию этих парней? Сет и… — я глянула на очкарика, а он усмехнулся, но ответил.       — Ричард.       Я улыбнулась слишком приветливо для человека, дом которого ограбили, да еще и взяли в заложники. Но я не чувствовала опасности для своей жизни. Сейчас я была капитаном спасательной шлюпки, который подбирал тонущих на борт. Меня сочтут сумасшедшей, но лучше уж так. Я шепотом повторила его имя, начав уменьшать его до чего-то более уютного, короткого, дружеского, но потом подумала, что Ричарду Гекко не понравится, если я буду звать его, как какую-то дворовую собачку.       — Так вы, Гекко, настолько первоклассные преступники, что вас показывают в криминальной хронике? — спросила я скорее риторически, да и не надеялась на ответ, потому что въехала на парковку у «Blue ring» и остановилась, глуша мотор. — Конечная остановка, друзья.       Мы быстро покинули салон моего мустанга и побрели к номеру мотеля, оглядываясь, — у братьев Гекко и Кейти здесь уже всё было схвачено. Я забрала свою сумку из рук девушки и, схватив Фуллер под локоть, двинулась по коридорчику. Она вела меня за собой, совершенно не смущена моими уверенными, наглыми действиями, а я чувствовала странное удовольствие от нахождения Кейт рядом со мной: с самого детства в моём окружении были только мужчины или шлюхи, а здесь — чистое, почти невинное существо, улыбка которого такая милая, что хочется запереть девчонку в комнате и никому не показывать.       Номер был трехместный, и я обвела его внимательным, оценивающим взглядом: грязно-желтые обои, потертые шторы на окнах и, наверняка, скрипучие диваны. Номер разделен на две комнаты, не считая ванной. В одной находилась одноместная кровать, диван, небольшой телевизор и журнальный столик, а во второй — две кровати, небольшой шкаф и одна тумбочка на двоих.       Одно могу сказать точно, что я не привыкла к таким номерам мотелей. В общем-то, я вообще к мотелям не привыкла. Но не буду же я возмущаться и просить люкс, поэтому пожала плечами самой себе, убеждая, что теперь у меня другая жизнь, к которой я должна буду привыкнуть, если хочу выжить. Кинула вещи на диван и сама присела рядом, сняв туфли и вытянув ноги. По телу разнеслась волна облегчения, и я прикрыла глаза, пока мои новые друзья блуждали по номеру.       На улице уже стояла темная ночь, и я стала отчитывать часы, которые пришлось затратить на всю эту кутерьму с побегом, сменой машины и всё в этом духе. Кейти присела на кровать и откинулась спиной на покрывало, пока её пистолет лежал рядом.       — Не так я себе всё это представляла, — бросила она, и Сет посмотрел на нее с веселой усмешкой на лице, а после кинул на меня какой-то предупредительный взгляд, и мне осталось только лишь фыркнуть, но я проигнорировала его. Боже, насколько он эту девочку опекает, что готов разорвать любого, кто посмотрит на нее или подумает о ней плохо.       — То ли еще будет, принцесса, — ответил он, скидывая пиджак с плеч.       Пару часов назад я мечтала оказаться в теплой кровати, чтобы забыться во сне, но сейчас этот диван кажется мне настолько идеальным для меня, что я на минуту прикрыла глаза, но почему-то спать совершенно не хотелось. Было бы неплохо сходить в душ и распланировать свою дальнейшую жизнь хотя бы на месяц вперед.       Фуллер скинула обувь без помощи рук и перевернулась на кровати на живот, подложив руки под подбородок, и посмотрела на меня заинтересованным взглядом. Девочка, оказавшаяся на своей территории, наконец-то, решает дать волю своему любопытству, а я почему-то настолько рада этому, что устало улыбнулась, закидывая ноги на сам диван.       Гекко скрылись в другой комнате, о чем-то тихо переговариваясь, но я не вслушивалась в их диалог, да и не заинтересована как-то. Лишь бы это не был план моего убийства.       — Твой друг, — начала Кейти. — Он спрашивал про рану на твоей губе. Что с тобой произошло?       Никто никогда не интересовался моей жизнью, да и мне нечего рассказывать. Что может выдать богатая девочка, кроме планов на будущий вечер или покупки от Prada в дорогом магазине? Я никогда не откровенничала с подругами — у меня их не было, и я не стремилась их завести — поэтому такая заинтересованность и участие в подобном разговоре было для меня дикостью, но в хорошем смысле. Словно я выхожу в новый для себя мир, который принимает меня с раскрытыми объятиями и просит довериться ему.       — Вот вы ограбили моего отца, — начала я разговор издалека. — Думаете, если у человека много денег, у него отличная жизнь случается на автомате? В любом случае, каждому приходится бороться за то, чего он хочет, будь ты трижды грабителем, нефтяным магнатом или, ну не знаю, учительницей биологии. И этот мужик, с которым мне пришлось бы связать свою жизнь…. Он бизнес-партнер моего отца, и обычно такие, как он, родились под мудацким знаком. — Дверь из другой комнаты открылась, и я увидела Гекко в более спокойном виде, чем до этого, — не знаю, что они обсуждали — но я не остановилась.— Понимаешь, Кейти, некоторые отцы хотят, чтобы их дети были счастливы, а некоторые — корыстные ублюдки и думают только о себе. Мой, так сказать, продал меня за пару миллиардов — дал благословение на брак с человеком, у которого уже никогда не встанет без нужных таблеток. И эта старая скотина считает, что имеет полное право делать со мной всё, что угодно, раз уж папуля ведёт с ним дела, поэтому он и врезал мне за ужином, когда я отказалась с ним трахаться.       — Вот козёл, — отозвалась Фуллер, а я усмехнулась, в то время, как Гекко посмотрели на нее с легким удивлением.       — Я не знаю вас, а вы — меня, но у каждого есть какие-то мечты или планы — жизнь, расписанная до тех пор, пока не состаримся, или нас не собьет фура с мороженой рыбой, как думаешь? И я бы отдала все деньги, пирожочек, чтобы жить свободно: делать то, что мне нравится, любить того, кого хочу, и даже выходить замуж, если вдруг приспичит. В моём случае, всё произошло довольно удачно, как думаешь? Я использовала этот шанс по полной, и теперь единственное, что останется у этого мудака, это скукоженный член и собственная рука. Пусть развлекается, ублюдок.       Я ненадолго замолкла и заметила, что все сказанное мною было услышано и принято не только Кейти, но и этими двумя брутальными парнями. Наверное, будь я на их месте, никогда бы в жизни не доверилась кому-то вроде меня: я не самый надежный человек в команде, и все, что я обычно говорю, ложь в чистом виде, но сейчас, когда я вещала исключительно правду не украшенную какой-то поеботиной, я хотела чтобы меня приняли. Не то чтобы я очень стремлюсь попасть в их секретный клуб, но быть одной сейчас — уже без семьи, какой бы она ни была — чертовски одиноко.       Не знаю, что отразилось на моём лице в этот момент, потому что я почувствовала себя до ужаса потерянной. Я осознала разом, что произошло за последние часы, и поняла, что назад дороги нет.       Я сделала свой выбор.       — Мне нужно в душ, — сказала я и вскочила на ноги.       Мне требовалось время, чтобы хорошенько всё обдумать, а этим ребятам — чтобы обсудить сложившуюся ситуацию всем вместе, а не только за закрытой дверью чисто мужской компанией. Не знаю, что они решат, но когда я соберусь выйти из душа, хочу увидеть их мирно сидящими перед телевизором.       Я прикрыла за собой дверь, держа в руках сменную одежду. Положила её на тумбочку и посмотрела в зеркало. У меня такое бледное лицо, что любой жмурик бы позавидовал, макияж растерся, и губа немного распухла. Я прям таки ебучая мисс Вселенная, поэтому тяжело вдохнула, склонившись над раковиной и обхватив её руками.       С каждой минутой здесь, я чувствовала, как страх перед неизвестностью заполнял моё тело. Этот липкий тип забирался под кожу и расползался по венам, а я лишь дрожала всем телом, надеясь, что когда стану под горячий душ, эта дрожь пройдёт. Да, я одним поступком закончила всю свою прежнюю жизнь, и теперь без точного плана действий я словно барахталась в какому-то омуте и не могла увидеть выхода, кроме как на дно. Я теперь в самом низу — без денег, в полной досягаемости для всяких мудаков, одна. Но, как говорила коала из мультика «Знаешь, почему хорошо оказаться на самом дне? Оттуда только один путь — наверх». Надеюсь, животное знает, о чем говорит.       Включила воду и разделась, как в дверь начали неуверенно стучать.       — Эстер, перекусить не хочешь? — спросила меня Кейти, и я почему-то не могла сдержать улыбку. Мне кажется, что последнее, о чем меня должны спрашивать, это о моём голоде, но девушка почему-то заботливо интересуется.       — Я не против, — крикнула я в ответ и залезла под душ.       Пары минут мне хватает, чтобы почувствовать жизнь внутри моего тела и уверенность в самой себе. Я вытерлась висевшим на крючке полотенцем, оделась в шорты и майку и уверенно вышла из комнаты.       На кровати уже лежал поднос с едой: по мелочи — сэндвичи, блинчики, а еще пиво, и я почувствовала, как желудок скрутило от голода и жажды. Фуллер всё еще не переодевалась, но для нее это проблемой не было, поэтому она увлеченно поглощала блины, глядя в телевизор. Сет был переодет в пижамные штаны и майку, и мне удалось зацепиться взглядом за полноценную татуировку на его руке, а я испытываю страсть к росписи на теле. Мне это кажется чем-то нереальным, современным искусством, потому что у мастера тату нет права на ошибку. Ричи же сидел на ковре у подножия кровати с бутылкой пива; он всё еще оставался в костюме, только пиджак висел на спинке стула, а рубашка была расстегнута, и рукава закатаны до локтей. Мы словно собрались здесь после тяжелого трудового дня, и это не могло не вызвать у меня смешок.       Моя новая компания обернулась в мою сторону, но я уже запихивала в себя сэндвич, усевшись рядом с Ричи с бутылкой. По телевизору шли последние новости дня, а я всё ждала, когда же что-то скажут про сегодняшнее ограбление и похищение. Даже интересно, как это звучит со стороны, если ты знаешь каждую деталь происходящего.       — Что ты собираешься делать дальше? — спросил меня Сет, и я лениво посмотрела в их с Кейти сторону. — Монтана? — и запомнил, что я говорила об этом Юнасу.       — Мой план требует корректировки, — неуверенно ответила я, потому что я, правда, понятия не имела, что буду делать дальше. Я расписала другу примерный план действий, но нужен ли он мне на самом деле? — Но одно я знаю точно — это дело надо отметить.       Я подняла бутылку пива и взглянула на Ричи, сидящего рядом со мной.       — Давай, здоровяк, — я наклонила горлышко бутылки в его сторону, — выпьем.       — Выпьем, — ответил он, наши бутылки зазвенели среди тишины мотельного номера, прерываемой лишь бормотанием журналистки с телеэкрана. Я повернулась к парочке на кровати и тоже подняла бутылку, а Кейт улыбнулась, поднимая вверх надкусанный блинчик. Господи, какое она чудо. — Где ты научилась так ездить? — спросил меня Ричард, делая глоток.       — Пару раз участвовала в уличных гонках, — ответила я, глядя на мужчину. — Когда уже не знаешь, как принести в свою жизнь хоть немного ярких красок, начинаешь совершать всякие безумства. Моими безумствами были — легкие наркотики и гонки.       — Наркота? — усмехнулся Гекко. — Сет в этом разбирается, правда, братец?       — Пошел нахуй, Ричард, — фыркнул мужчина, а я лишь изумленно выгнула брови, но промолчала — не моё дело, в общем-то.       — Сделай громче, — внезапно сказала Фуллер, а я только перевела взгляд на экран и наткнулась в мордашку журналистки, а звук в комнате сразу прибавился.       На экране появился мой дом, усеянный толпой полицейских машин, камера снимала, как мой отец говорил с полицейскими, а другая команда копов работала над нашей гостиной, надеясь найти улики, которые приведут их к грабителям. Журналистка выкладывала всю историю с ограблением и взятием меня в заложники.       — Местонахождение преступников и их заложницы — мисс Де Лазари не установлено. Если кто-нибудь имеют хоть какую-то информацию о потерпевшей или грабителях, сообщите по этому номеру телефона, — внизу был выведен номер, а на экране появилась моя фотография.       — Господи, они еще отстойней фотки не нашли? — отозвалась я недовольно, а Ричард перевел на меня насмешливый взгляд. — Переключите, — попросила я, — эта поеботина весь аппетит портит.       — Не знаю, что у тебя в голове, дорогуша, но ты уверена, что не будешь жалеть, лишившись всего? — спросил меня Сет, а я допила бутылку пива до дна.       Они — преступники, я — обезумевшая дамочка, решившая с ними сбежать. Мне могут смело присуждать приз самой ебанутой бабы на планете Земля, потому что импульсивно бросаться в такой омут с головой не станет никто. Кроме меня, разумеется. Я осознаю, что совершила, и что теперь я — одна, и мне не на кого рассчитывать, кроме самой себя. У меня было всё: деньги, авторитет, каждодневные развлечения, увлечения, новые шмотки и дорогущие украшения, и я понимаю, почему Гекко думают, что я буду жалеть. Может, у меня и гнилая душонка, сломанная и потрепанная, но я не настолько меркантильна и алчна, чтобы держаться за эту хуйню, именуемую богатой жизнью. Это — не жизнь, уж точно не для меня.       — Я осознаю, чего лишаюсь, Сет, — сказала я, поднимаясь на ноги. Сделав шаг к своей сумке, я достала оттуда новый паспорт. — Но я точно жалела бы, если бы не сделала этого. Эстер Де Лазари — умерла, — я кинула паспорт на кровать. — Теперь это новая я. Перерождение, все дела, сечёшь? — я подмигнула и уселась обратно на пол, схватив перед этим последний сэндвич.       Мужчина взял мой паспорт в руки, и Кейт тоже придвинулась ближе, заглядывая в документ.       — Таня Рейнхарт? Ну, и фантазия, — отозвался Гекко.       — Ой, иди в жопу, Сет, — фыркнула я, сложив руки на груди, насупившись. Но все почему-то смеялись.