the day they did the deed

— Томми? — шёпот Ньюта повторился в комнате, — ты ещё не спишь? Томас быстро закрыл книгу, которую он держал, и хитро лёг на диван, притворившись, что он спит. Он услышал приближающиеся шаги Ньюта к нему, поэтому приоткрыл левый глаз, замечая, как блондин уставился на него со скрещенными руками на груди. — Какого черта ты здесь делаешь? Томас нервно усмехнулся и сел, почесывая затылок. Он улыбнулся блондину и похлопал по месту рядом с собой. Ньют, будучи сонным и раздражённым, застонал, но все же сел. Томас подобрался ближе к нему и положил голову на плечо блондина. — Ничего. Просто не могу уснуть. Последовало молчание, и Томас подумал, что ему сошло все с рук, поэтому он просто расслабился и закрыл глаза. — Ты смотрел наш школьный ежегодник? Глаза Томаса внезапно распахнулись, а его лицо покраснело. Он отказывался смотреть на Ньюта. Он знал, что блондин будет ухмыляться и моргать глазками. Это нанесёт серьёзный ущерб по его самооценке. — Н-Нет. Ньют усмехнулся и взял Томаса за руки. — Да, хорошо. Уверен, тебе очень понравилось сидеть здесь и читать квантовую физику, — Ньют указал на книгу на столе (она лежала там для показа, чтобы гости думали, что он супер умный), — полагаю, тут есть спорные моменты, и ты потратил достаточно много времени, читая эту книгу, так, почему бы тебе не рассказать мне, о чем в ней говорится? — Томас практически мог чувствовать эту самодовольную улыбку. — Ладно, хорошо! — проговорился Томас, — я смотрел ежегодник, — застонал Томас, пряча в руках своё лицо. Кто бы мог подумать о том, что он будет его пересматривать? Он был обузой и раньше, но в особенности, когда находился рядом с Ньютом. — Почему? — устало спросил Ньют, запутавшись. — Ну, — сказал Томас, почесывая затылок, — помнишь, как мы впервые встретились, эм, как все началось? — начал он низким голосом, видимо, не желая делиться этим с Ньютом, но блондин наоборот улыбался. — Ты романтичный кусок дерьма, ты знаешь это? — игриво сказал Ньют, когда он встал, схватил ежегодник и сел на колени Томаса, спиной прижимаясь к его груди. Томас усмехнулся, поцеловал плечо Ньюта и обернул руки вокруг его талии, — давай посмотрим… Ньют перевернул страницу, замечая их фотографию с выпускного. — Я ненавидел то, как выглядели мои волосы. Фу! Расскажи мне ещё раз, как ты нашёл меня привлекательным? — Томас улыбнулся, держа левую руку Ньюта в своей, любуясь тем, как кольцо сидело на одном из его пальцев. — Ты был сексуальным, и мне это нравилось, — прошептал Томас, целуя шею Ньюта. Ньют заскулил, переворачивая другую страницу. Томас посмотрел и увидел фотографию Минхо, — видишь ли, я думал, Минхо был качком уже в старшей школе. Сейчас он выглядит ещё более мускулистым. Ньют склонил голову. — Да. Хреново, что они с Брендой расстались. Томас вспомнил тот день. Они отмечали конец учебного года, когда Минхо сказал им, что они с Брендой расстались. Минхо сказал, что их отношения усложнились, и с этим трудно шагать в одну ногу. Спустя несколько недель они узнали, что, на самом деле, Бренда изменила Минхо. Имя парня, которое Томас уже не мог вспомнить, было схоже с именем их учителя из старшей школы. Это было очень странно. После этого они едва разговаривали с Брендой. Томас посчитал это забавным, но после того, как Минхо чувствовал себя плохо из-за расставания, они решили, что так будет лучше. Не говоря о том, что они скучали по Бренде, это было действительно к лучшему. — Да, это так, — ответил Томас, когда тишина стала неловкой. Он обнял Ньюта, вдыхая его запах, — хорошо, что появилась Тереза. Ньют лишь кивнул, переворачивая другую страницу, на секунду он заметно застыл. — Что? — поинтересовался Томас. — Соня рассталась с Беном, — прошептал Ньют и обернулся назад. Глаза Томаса расширились, и он быстро скинул с себя Ньюта. — Что?! Почему?! Как?! Я же её брат! Почему я ничего не знаю?! — отчаянно кричал Томас. У них было все так хорошо! Что могло случиться? — Она ничего не говорит мне, — Ньют опустил голову, — она сказала, что ещё не готова обсуждать это. Томас лишь мурлыкал, потирая ладони Ньюта со своими. В квартире, которую они делили, резко стало холодно. Томас улыбнулся мысли о том, что они действительно живут вместе. Он помнит, как долго он уговаривал Ньюта жить вместе с ним. У Ньюта были отговорки о том, что он не хочет жить в беспорядке Томаса, но он сдался, когда щенячьи глаза брюнета атаковали его. День переезда выдался очень беспокойным из-за мысли о том, что, наконец, они будут жить вместе, и первое, что они сделали, оказавшись в квартире, — это грубо и горячо потрахались на кухонном полу. Томас покраснел от мысли обо всем этом. Он взглянул на Ньюта, и его улыбка дрогнула, когда он заметил, что блондин хмурился. — Ньют? — Томас протянул руки блондину, пытаясь встретиться с ним глазами, — детка, что не так? Ньют глубоко вздохнул. — Всё меняется, Томми. Минхо и Бренда, Соня и Бен. Они были любовниками в старшей школе. Мы были любовниками в старшей школе, — Томас прикусил губу, чувствуя, к чему клонит Ньют, — думаешь, мы должны последовать их примеру? — спросил Ньют, и его глаза внезапно стали влажными. — Эй, — подскочил ближе Томас, вытирая слезы с щёк Ньюта, — Ньют, мы ведь не они. Мы сами по себе и мы не можем позволить, чтобы то, что произошло с остальными, случилось с нами, хорошо? Я люблю тебя, и ты любишь меня. Это всё, что имеет значение. — Что насчёт будущего? — прошептал Ньют, прислонившись к Томасу. — Будущее будет в порядке, — настаивал Томас, — кольцо на твоём пальце подтверждает это. Ньют хмыкнул и уставился на их сцепленные руки. Кольца смотрелись так хорошо. Томас с любовью относился к своему будущему мужу. После стольких лет, можно было подумать, что его чувства к Ньюту ослабнут или потухнут, но это не так. Он никогда не привыкнет к этому. Он никогда не привыкнет к чувству любви к Ньюту, и это только заставляло его не принимать Ньюта, как должное. Он так любил блондина. Он все ещё помнит, как Ньют сделал ему предложение. Это произошло пять месяцев назад в Париже, когда они ездили туда, чтобы навестить родственников Ньюта. Ньют вёл себя так странно и все такое, он был каким-то отдаленным. Томас действительно беспокоился, что поездка была способом, чтобы порвать с ним. Томас тихо плакал той ночью, чтобы не будить Ньюта. Они планировали увидеть Эйфелеву башню, и Томас думал, что это то место, на котором Ньют поставит точку. Худшее, что с ним случится, произойдёт на самом удивительном месте. Когда пришло время, Ньют держал Томаса за руку, и брюнет начал плакать. Затем, перед тем, как он начал протестовать, что они не должны расставаться, Ньют опустился на колено и задал ему вопрос: — Ты выйдешь за меня, мой любимый Томми? Томас не мог поверить в это. Ньют действительно сделал ему предложение в самом посещаемом месте, где находилось большое количество людей. Он почувствовал, как влюбляется ещё больше. Он начал яростно кивать, не доверяя своему голосу, и Ньют надел кольцо на то место, где оно и должно быть. Это был невероятный день. — Я никогда не хочу расставаться, Томми, — прошептал Ньют, — я хочу быть с тобой. Всегда. Томас улыбнулся, обнимая его. Томас лежал на диване, лаская Ньюта и вдыхая аромат его тела. — Навсегда, Ньют.

***

Воздух был наполнен любовью и чувствами. Всё вокруг было в белоснежных цветах. Это все. Пришло время, когда он мог называть Ньюта «мой» официально. — Я согласен, — сказал Томас своему единственному. — Теперь вы можете поцеловаться. Томас наклонился и поцеловал Ньюта изо всех сил. Его сердце было наполнено любовью и обожанием, и он был чертовски счастлив. Годы пребывания с одним человеком заставляют понимать, что любовь действительно может творить прекрасные вещи, и Томас был так рад, что заинтересовался Ньютом в тот момент, когда он перешёл в его класс. Лучшее решение в его жизни. Все радостно воскликнули, когда зазвонили свадебные колокола, и в сторону полетели разноцветные конфетти. Ньют улыбнулся в губы Томаса. — Я люблю тебя, Томми. — Я люблю тебя, Ньют, — прошептал Томас, прежде чем снова поцеловать Ньюта. Приём был просто взрывным. Минхо должен был подготовить письменную речь (очень сентиментально), но Томас пожалел его, сделав Минхо шафером. Они замечательно проводили время, новобрачная пара исполнила медленный танец в середине всего этого, но Томас никак не мог сосредоточиться, ведь все, что он мог слышать, — это приглушённые крики и стоны мужа под ним. — Томми, — застонал Ньют, когда Томас схватил его за бёдра. Томас пытался идти в одну ногу с секс-драйвом Ньюта, заставляя блондина чувствовать себя потрясающе, и у него действительно получалось это, потому как они трахались уже четвёртый раз за вечер. — Ты убиваешь меня, Ньют, — хрипел Томас, заставляя кровать громко скрипеть из-за особо сильных толчков, — мой член будет так болеть завтра. Ньют застонал, когда Томас попал по простате, и брюнет притянул его для небрежного поцелуя. — Скажи завтра это моей заднице. Так что, давай, выеби меня как следует. Ньют ухмыльнулся и зажег что-то внутри Томаса. Он крепче сжал изголовья кровати. — Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя как следует? Тогда я трахну тебя как следует, — застонал Томас. Громкие шлепки их тел друг об друга были единственными, кто конкурировал с их гортанными криками. — ДА! — Ньют застонал, притягивая Томаса ближе, — трахни меня! СИЛЬНЕЕ! АРГХ, ПИЗДЕЦ! Томас был весь покрыт потом и чувствовал приближение развязки. — Н-Ньют, я собираюсь- Его оборвал громкий стон Ньюта, и Томас взглянул на блондина, который тоже приближался к оргазму. Вся грудь и живот блондина были покрыты спермой с прошлых разов, но казалось, что это никогда не остановится. Он удивился оргазму Ньюта, когда внезапно приятный взрыв вырвал его из оцепенения. Оргазм был настолько сильным, что брюнет мог поклясться, что он потерял зрение на мгновение. После того, как он отошёл от пика удовольствия, то медленно вышел из Ньюта и поднял свою рубашку с пола, чтобы вытереть сперму с блондина. Они поцеловались, пытаясь перевести дыхание. — Я люблю тебя, мой муж, — удалось прошептать Ньюту, который изо всех сил пытался дышать. — Я тоже люблю тебя, мой муж.

***

— Твоя квартира была классной! — жаловался Минхо, неся коробку с надписью «кухня». — Она была маленькой и тесной! — возразил Томас, выходя из дома, который они с Ньютом купили после года брака, — кроме того, нам нужно что-то более стабильное. Минхо закатил глаза и пробормотал что-то бессвязное. Томас усмехнулся и подошёл к грузовику, чтобы забрать больше вещей. — Не могу поверить, что вы делаете это, — услышал он со спины. Он повернулся и увидел Терезу с коробкой с надписью «подушки». Он посмеялся над этим, конечно, она заставила Минхо таскать тяжелое. — Я тоже, — сказал Томас, глядя на их красивый дом, — но это то, чего мы хотим. Мы хотели это в течение многого времени, — он улыбнулся девушке, которая усмехнулась ему в ответ. — Я знаю, — ответила Тереза, держа коробку, — Ньют не затыкался об этом последние несколько месяцев. Томас усмехнулся ей. Тереза была замечательной девушкой. Томас действительно рад, что Минхо смог найти её в море женщин. Она была умной, доброй, любящей и дерзкой, просто полное совпадение для Минхо. Томас сразу полюбил её, когда Минхо познакомил её с ними. Ньют, конечно, приревновал, но Томас заверил блондина, что это больше сестринская любовь, которая была у него к этой девушке, и это было чистой правдой. Томас чувствовал безопасность, когда рассказывал что-то ей, и Тереза вела себя точно так же и по отношению к Ньюту. В конце концов, Ньют преодолел свои проблемы и начал больше с ней разговаривать. Скажем так, потом блондин пожалел о своей ревности. — Бьюсь об заклад, он потратил много твоего времени, — усмехнулся Томас, занося коробки вместе с Терезой в дом. — Блин, это реально так! — визжала Тереза, — он звонил мне на работу каждый день. Мне пришлось сдать свой телефон боссу, когда он позвонил мне прямо на важной встрече! Это походило на какую-то старшую школу. Томас засмеялся и поставил коробки вниз. — Ты должна любить его настойчивость, — он усмехнулся, когда лицо Терезы засветилось. — Я думаю, вы очень много разговариваете обо мне, и я не приветствую это, — раздался голос Ньюта из ниоткуда. Они оба повернулись и заметили, как блондин спускался по лестнице. Затем Томас взял руки Ньюта, обернув их вокруг своих плеч, и брюнет поцеловал шею Ньюта. — Только о хорошем, детка. — Надеюсь, что да, — Ньют прижался к Томасу и поцеловал его в щеку. — Где же Соня? — спросил Томас, наблюдая за Терезой, которая лишь пожала плечами. — Она все ещё наверху рассматривает комнату. Она думает, что синий будет явным клише, — издевался Ньют, заставляя Томаса смеяться. — Конечно, чего я вообще ожидал? — прошептал Томас на ухо Ньюта, и они оба рассмеялись. — Фу, вы ведёте себя как пожилая парочка. Ненавижу, — Тереза инсценировала звук рвоты, — мне нужно сваливать, иначе меня стошнит, — Ньют только усмехнулся над ней, когда Тереза вышла на улицу, вероятно, для того, чтобы заставить Минхо таскать тяжелые коробки. — Так? Что ты думаешь? — спросил Томас, обнимая Ньюта. Ньют улыбнулся Томасу. — Это чертовски идеально. Идеальный синий, — Томас поцеловал блондина, прежде чем затащить его на диван, который все ещё был покрыт пленкой. Они пробыли в таком положении некоторое время, осматривая дом. — Не могу поверить в то, что это происходит, — удовлетворенно выдохнул Ньют, — мы действительно становимся семьей. Томас ухмыльнулся мысли об этом. Они с Ньютом фактически создают семью вместе. Он знал, что однажды, после свадьбы, они заговорят об этом. Он просто никогда не думал, что действительно хотел быть с Ньютом семьей так сильно. Ньют, очевидно, был тем, кто поднял эту тему, но восторгался от этой мысли больше всё-таки Томас (Ньют тоже восторгался, но Томас просто был без ума). Они оба хотели быть родителями. — Я знаю, — сказал он, положив подбородок на плечо Ньюта, — маленький Чак будет частью нас. Ньют промурлыкал и кивнул, опираясь на грудь Томаса. Томас знал, что будет трудно растить ребёнка и принимать решения о будущем. Он знал, что у него будут большие намерения, но боялся думать об этом. Но нет ничего невозможного, когда рядом с ним был этот мальчик, который любит его и готов пройти с ним через все, несмотря ни на что. Он был счастлив и искренне рад, что Ньют здесь, чтобы остаться навсегда и растить ребёнка. Боже, как же Томас любил Ньюта. И подумать только, что все начиналось с эскимо и некоторых действий в мужской уборной.