Death Will Be Our Savior

      Рано или поздно...       Три недели Хэйтем ждал сына, но его не было. Ни новостей, ни посещений. Ничего. Каждый день он медленно выходил из дома и сидел на лавке, высматривая Коннора. Пока Кенуэй старший гулял, доктор Лайл стоял и следил за дорогой, высматривая Ахиллеса. Хэйтем слышал об этом старике, и если он появится на горизонте, то слабый тамплиер будет бессилен. Старик изобьет его палкой, убьет любым другим оружием, но в живых не оставит ни при каких обстоятельствах. Но это почему-то не пугало мужчину. Где-то в глубине души он был уверен, что сын не допустит этого. Может, его силуэта и нет вдали, но он точно окажется тут в нужное время.       - Коннора не видно? – спросил Хэйтем доктора, который стоял у забора.       - Нет. Никто не видел его уже три недели в поместье. Говорят, он поехал к Вашингтону, решать какие-то дела. Обычно он не отсутствует так долго. Даже Ахиллес себе места не находит, - доктор сел рядом и вздохнул. – Как рана?       - Уже лучше, спасибо. - Хэйтем встал и последний раз взглянул на дорогу, в надежде увидеть там сына. – Ладно, пойду прилягу.       Доктор кивнул, и Хэйтем вошел в дом. Он остановился возле столика с оружием и взял наруч. Все-таки зря он сказал столько неприятного сыну. Глупо отказывать человеку, который идет тебе навстречу. Хэйтем надел наруч и выдвинул клинок. И правда - совершенно бесшумно. Он провел пальцем по лезвию и улыбнулся. Как новенький. И все благодаря Коннору.       Сняв перчатку, Хэйтем положил ее на место и вошел в свою комнату. Рана ноет, голова кружится, опять выступил пот и его лихорадит. Он медленно пошел к своей кровати и сел на нее, тяжело вздыхая. Ему это все надоело. Который день он лежит тут, который день воет от боли и бездействия. Ему нужно быть в штабе, отдавать приказы и строить мир. Лучший мир. Что там делает Чарльз? Без него там натворят дел. Потом этого просто не разгрести. Иногда Хэйтему кажется, что только у него есть мозги.       Он лег и прикрылся легким одеялом, опять рассматривая такой знакомый потолок, который уже стал родным.       - Как он там? – послышался приглушенный голос сына. Хэйтем резко вскочил с постели, о чем сразу же пожалел – рана просто горела и не давала думать ни о чем другом, кроме нее. Но Хэйтем матерый боец и умеет отвлекаться от боли. Он подошел к окну и открыл его, выглядывая наружу.       Рядом с калиткой стоял Коннор, а позади него переминался с ноги на ногу вороной конь. Доктор что-то говорит ассасину, но этого Хэйтем уже не слышит. Он пару раз вздохнул, чтобы унять боль.       - Коннор! – крикнул тамплиер, и парень сразу повернул голову на его голос. – Подойди ко мне, пожалуйста!       Парень кивнул и пожал руку доктору. Взяв коня под уздцы, они прошли во двор. Коннор сразу пошел к двери. Пробежался по лесенке и вошел. Хэйтем услышал глухие шаги, звон оружия и тяжелое дыхание сына. Почему-то на душе сразу стало хорошо.       - Привет, - тихо сказал мужчина, когда парень вошел в комнату.       Коннор кивнул и встал посреди комнаты. Хэйтем неуверенно осмотрелся по сторонам и перевел взгляд на Коннора.       - Ты уже ходишь? – поинтересовался сын холодным голосом.       - Да. Доктор просто волшебник. Где ты его откопал?       - Нигде. Его просто требовали мои люди.       - Где ты был так долго?       - Это не твое дело. - Коннор безучастно осмотрелся вокруг, словно говоря этим, что беседа с отцом ему не интересна.       - Я волновался.       Парень усмехнулся кривой усмешкой.       - Спасибо за клинок, кстати...       - Чего ты хотел? – Коннор тяжело вздохнул и уставился в потолок.       - Подойди ко мне, пожалуйста.       Коннор сделал пару шагов вперед.       – Еще чуть-чуть.       Парень насторожился. Мало ли, может отец его убить хочет. Но он все-таки сделал еще пару шагов вперед и угодил в отцовские объятия. Хэйтем прижал к себе сына и закрыл глаза. Надо почувствовать, что это такое – сын и любовь к семье. Коннор опешил. Сначала ему подумалось, будто бы отец и вправду хочет его убить, но когда руки обвили шею, а голова отца легла на плечо – он все понял и немного расслабился. Только вот пока он был в отъезде, он вбил себе в голову то, что теперь у него нет отца.       - Не надо. - Коннор отстранился и отошел на несколько шагов назад. Когда он остановился и взглянул на мужчину, то увидел глубокие темные тени у него под глазами.       - Что такое?       - Ничего. Зачем тебе это? Ведь ты говорил, что нам это не нужно. У меня нет отца. Прости, мне надо идти.       - Коннор, постой. - Хэйтем пересилил боль и схватил сына за руку. - Давай просто поговорим. Я хочу...       - Мне это уже неважно, - перебил его Коннор и вышел из комнаты.        Но тамплиер настойчив, и так этого не оставит. Он вышел вслед за сыном.       - Коннор, прости... - Хэйтем встал в дверях. Рана разболелась не на шутку из-за частых передвижений, и ему стало плохо. – Погоди. Я хочу поговорить с тобой, как отец с сыном.       Коннор его не слушал. Он уверенным шагом шел к лошади. Хэйтем оттолкнулся от косяка двери и быстро пошел за ним. Его немного достала эта баранья черта характера сына. Почему так сложно остановиться и выслушать пару слов? Хэйтем готов на все, лишь бы отношения с сыном стали другими. Еще не поздно, он уверен.       - Стой же ты, придурок! – выкрикнул отец и схватил коня за поводья.       Коннор запрыгнул на коня и повернул его голову за повод в противоположную сторону. Из-за этого натяжения, лошадь стала нервничать и топтаться на месте, не зная, куда поворачивать. Коннор немного двинул коня ногами и тот двинулся вперед, но Хэйтем отчаянно тянул повод на себя, заставляя лошадь остановиться.       - Сын, прошу, просто послушай. Прости за то, что я наговорил. Я... Я понял кое-что за эти три недели, пока тебя не было. Я волновался, что тебя нет так долго, и как раз в этот момент понял, что... Давай просто забудем о старых ссорах и этой дурацкой вражде?       Коннор покачал головой и сильнее двинул ногами лошадь. Конь встал на дыбы, и мужчина упал, сразу хватаясь за бок. Коннор безэмоционально посмотрел на отца и шагом пошел к дороге.       - Коннор! – закричал кто-то на дороге, и парень обернулся. Ахиллес. – Ты вернулся! Я уже места себе найти не могу, думал, что ты погиб.       Парень улыбнулся и спрыгнул с коня, подходя к старику и принимая его в свои объятия. Хэйтем лежал на земле, хватаясь за бок, и смотрел на сына, который по-семейному обнимал Ахиллеса. Словно это его отец, а не тот, кто сейчас лежит на земле и истекает кровью. Хэйтем попытался встать, но стало только больнее. Доктор куда-то ушел, а ему нужна помощь. При второй попытке он упал на землю, негромко вскрикнув от боли.       Ахиллес отстранился от Коннора и увидел мужчину, который пытается встать, но у него ничего не выходит. Словно у того отказали ноги.       - Кто это? – поинтересовался старик у ассасина, а Коннор только закусил губу и посмотрел на отца, который, плюнув на попытки встать, пополз к дому за оружием. Ему надо защищаться даже в таком виде, иначе Ахиллес убьет его.       – Это же Хэйтем! – Ахиллес ловким движением выхватил у Коннора из кобуры пистолет и прицелился. Коннор навалился на его руку, но не успел - старик успел нажать на курок до того, как Коннор отвел его руку в сторону.       Отец замер.       Коннор оцепенел, смотря на лужу крови, которая медленно растекалась под телом.       - Господи! – раздалось неподалеку, и парень увидел доктора, бегущего к тамплиеру.       - Ахиллес, что же ты наделал, - прошептал Коннор и побежал к отцу, виня во всем происходящем только себя.