Звёздные войны: Галактическая беда.

      Больше тянуть не было никакого смысла. Из получиной информации связиста, Мегатрон прекрасно понял, что тянуть больше нельзя. Его заместитель попал в заподню вдали от дома и его нужно было все неприменно спасать. К сожалению ни Прайм, никто другой из автоботов не намервался помочь, поскольку решили, что Саундвейв сошёл с ума, вот и видит всякое. Вот только беда в том, что это была далёкой и верной правдой. После посещения Юникрона, Мегатрон верил в то, что видел. Как оказалось ранее Юникрон - был союзником Палпатина, и помог ему укрыть верных войнов от повстанцев, а в дальнейшем из-за войны на родной планете, не смог выполнить следующие высоко важные требования лорда стихов, и просто спрятал о нем воспоминания, записи, в надежде, что их никто и никогда не найдёт. «Но Саундвейв нашёл,» — подметил про себя Мегатрон, ворочась на платформе.       Он не хотел брать с собой свою любимую фем, которую едва и сам чуть не потерял, но и оставить на Кибертроне он просто не смел. Слишком уж было болезненно. Его искра требовала остаться, но а процессор вынуждал начать искать ту галактику самостоятельно. Шамерли заворочилась и он робко повернулся к ней. Фем выглядела не спокойной и постоянно что-то шептала, при этом ворочась. Лорд Мегатрон прикусил губы, и осторожно обняв фем, задумчиво смотрел в темноту.       На следующий цикл все стало ещё хуже чем вчера. Никто не собирался слушать и выполнять его приказы, и многие просто его игнорировали. Игнорировала и сикерша, которая просто не могла смириться с мыслями по-поводу скорой разлуки с любимым. Она хотела отправиться с ним, она хотела помочь, но... Она понимала, что не сможет его переубедить. Слишком упрямый, слишком грубый, но порой внимательный и любящий...       ...Мегатрон намеревался высказать все Шамерли, которая судя по своим действиям намеревалась отправится за не смотря на то, что он отдал приказ не высовываться. К сожалению его она слушать не намеревалась, поэтому схватив прямо на мостике фем, он повёл её по очень хорошо знакомому фем коридору. Та не сопротивлялась, не возмущалась, а лишь недовольно и раздраженно прогоняла воздух сквозь систему, иногда время от времени дергая крыльями, не добро сверкая окулярами. Ей не особо нравилось то, как Мегатрон себя ведёт, но сопротивляться была не способна. В конце концов желание ещё хоть немноженько побыть в родных манипуляторах заставила фем задрожать. — Нам, нужно поговорить, Мегатрон! — сквозь поцелуй лорда шептала сикерша, обняв своего повелителя.       Но её повелитель и слушать ничего не желал. Страстно бросив фем на платформу, и нагло нависнув над ней, лорд жадно оскалился, чувствуя то, как внутри уже начало все гореть. Так хорошо, так страстно, так невероятно. С Шамерли, со своей сикершей Мегатрон чувствовал, что его искра бьётся в много раз быстрее обычного. Уходить не хотелось, хотелось остаться, хотелось целовать. Разговор все же пришлось отложить, а его место заняли поцелуй такие жаркие, такие страстные поцелуй, от которых кружило процессор, а любовь все разгоралась с каждым прогоном винтиляции, с стонов, которые вновь и вновь слетали с губ. — Мегатрон, я....ах.... — простонала сикерша, сглотнув.       Её искра рвалась к любимому и чувствуя это, она продолжила стонать, прося большего. Не хотелось привычных ограничении, хотелось чувствовать, хотелось новенького. И сикерша продолжила стонать, утыкаясь в плечевые сигменты своего повелителя, ощущая невыносимое и яркое желание... Этого хватило, ибо именно в тот момент, когда сикерша простонала, из камеры искры лорда Мегатрона появился голубой свет. На следующий цикл.       Мегатрон улётел. Шамерли не находила себе места и в лишний раз кусала губы не находя способа облегчить ту мысль, от которой становилось дурно ии противно. Десептикон по-прежнему не смотря на короткое перемирие с автоботоами не могли и продержаться несколько минут без колких фраз и кулоков по лицевой. Шамерли не могла поверить, что правда легла на неё тяжким грузом, к которому она не была слишком сильно привязана.

***

      ...Старскрим проснулся в своей комнате, кусая губы и подрагивая. Была ещё глубокая ночь, но парень уже был на ногах, не намереваясь больше спать в холодной кровати. Укутавшись в свою тёплую одежду, бывший десептикон прислушался. Всё и в том числе контрабандист, который не понравился Старскриму с первой встречи, спал. Бывший десептикон скривился, и тихо фыркнул. Ещё один Мегатрон. Мегатрон... Ищут ли его товарищи, или же плюнул на него, поспешно списав на дезактив, который он ждал, и продолжал ждать каждый день под пытками Хана Соло. Жуть. Он всеми силами хотел от него отвертеться и быть самостоятельным, как парнишка-джедай но принцесса Лея Органа считала иначе.       А между тем парнишка-джедай ему приглянулся. Люк оказался единственным, кто не гнал его, когда он оказывался в тренажёрном зале, и помогал. Он не кричал, не указывал, а лишь поправлял и что-то объяснял. Постепенно повстанцы прониклись к бывшему десептиконскому командиру ВВС, и относились дружелюбно, однако по-прежнему не доверяли. Они слушали принцессу Лею, к которой Старскрим не особо любезно относился. Да и любезно не очень получалось. То Лея была раздражена, то зла из-за Хана Соло, который в свою очередь постоянно к ней лез, то его манера разговаривать.       Старскрим поморщился вспомнив вчерашнюю сцену, где они с Люком тащили злого Соло по коридору. А тот кричал и возмущался, одновременно пытаясь вырваться. Ему хотелось броситься обратно на Лею, которая гордо удалилась в свою каюту. До чего же эти двоя выводили из себя, но Старскрим контролировал, и пытался вообще не встречать пытаясь унять свою боль, в тайне от других, но вся эта ситуация, и вечная ругань Хана Соло и Леи Органы уже выводила из себя. Люк только качал головой, и тащил своего друга и молчал в то время, как бывший сикер пытался не начать возмущаться. «Очередной Мегатрон,» — скривился парень, поправляя свою тёплую куртку, и попутно ища ключ-карту в темноте.       Ключ-карту от комнаты ему доверили тогда, когда Старскрим вместе с Соло подоспел на вырочку к Люку Скайуокеру. И только сейчас он искал её, думая, что не мог оставить ее где-нибудь. Ведь он очень бережно относился к вещам, и к своим ракетницам. Как же он соскучился по своему корпусу, по своим крыльям, и по обычным приказа Мегатрона, к которому он был не равнодушен, но выполнял не смотря ни на что. И к Деклэн, попавшей в руки, как выяснилось позже бывшего канцлера, а нынешнего императора и ситха Палпатина. «Что-то знакомое,» — подумал Старскрим, на астросекунду остановившись. — «Это имя...»       Но к сожалению его выходки на Кибертроне приложили к этому свои корни и правда, которую от него прятал Мегатрон, осталась неизвестной, но эти жёлтые глаза монстра и по сей день снились Старскриму в ужасных оффлайнах.