Somnium malum

Спал Северус отвратительно. Хотя ничего вразумительного ему и не приснилось, кроме яркого калейдоскопа сменяющих друг друга размытых образов, которые совершенно никак не были связаны между собой, на утро он чувствовал себя разбитым и уставшим. Мысленно поминая всех работников Сонного департамента крепким словцом, прохаживаясь по их умственным и организаторским способностям, не позволившим им слепить хотя бы подобие нормального сновидения, мужчина попытался взять себя в руки. Единственное, чего ему сейчас хотелось, не считая горячего кофе, это поскорее встретиться с Гарри и наконец-то поговорить с ним. Мужчина сидел на застеленной кровати, ожидая того благословенного часа, когда сможет покинуть палату. Делать все равно пока было нечего, поэтому, чтобы скоротать время, зельевар решил просмотреть утреннюю газету. Первую страницу «Ежедневного пророка» занимала фотография полуразрушенного здания, а заголовок гласил – «ЭКСПЕРИМЕНТЫ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ». Пробежав глазами статью, мужчина нашел в себе силы улыбнуться: всплеск магии, сотворенный Гарри, был замаскирован под тестирование экспериментальных разработок одного из многочисленных отделов Министерства. Как Северус и предполагал, правду решили скрыть, и это было, по его мнению, разумно: раз инцидент исчерпан и уже неактуален, то нет никакого смысла посвящать общественность в настоящее положение дел. С третьей страницы газеты на Северуса хмуро взирал Кингсли Шеклболт – «МИНИСТР МАГИИ УШЕЛ В ОТСТАВКУ ПО ПРИЧИНЕ НЕИЗЛЕЧИМОЙ БОЛЕЗНИ». И снова блестящее решение проблемы. Читая статью, Северус поймал себя на мысли, что непременно проникся бы к так внезапно заболевшему Министру, если бы не знал, что он мертв, а, как известно, от смерти пока еще никому не удалось излечиться. Искусный текст был продуман до мелочей, вызывая у читателей сострадание и отбивая у них желание в дальнейшем навещать Кингсли: «…неизвестный вирус, передающийся воздушно-капельным путем…» «…изолированность от людей…» «…противопоказанность контактов с внешним миром… » «…Министр отказался давать какие-либо комментарии…» «…новый Министр будет назначен по результатам внеплановых выборов…» Северус отложил газету, как только за дверью послышались шаги: очевидно, что посетителей было двое. Дверь палаты отворилась, и внутрь вошли две женщины. Колдоведьму Северус увидел сразу, а вот ее сопровождающей оказалась Минерва! И снова Снейпа постигло жестокое разочарование – Гарри снова к нему не пришел. Постаравшись скрыть все эмоции глубоко внутри, мужчина слегка улыбнулся директрисе, взиравшей на него с неприкрытым беспокойством. – Северус, – нервно произнесла женщина, заметив как не совсем здоровую бледность, так и темные круги под глазами. – Как ты себя чувствуешь? «Если бы вместо Вас пришел Поттер, то я чувствовал бы себя намного лучше», – раздраженно подумал Снейп, но вслух сказал совсем другое. – Спасибо, Минерва, стараниями мисс Дженнингс мне уже гораздо лучше. Девушка мило улыбнулась, услышав комплимент, и подойдя вплотную к Северусу, выдала ему два пергамента с рекомендациями по питанию и списком зелий, которые будет нужно еще принимать как минимум несколько недель. Пусть благодаря магии и можно было излечить серьезные травмы, но она была отнюдь не всесильна, поэтому не удивительно, что мужчине предстояло поддерживать организм при помощи дополнительного курса зелий. Как только зельевар встал с постели, директриса тут же подала ему руку. Как будто бы он не в состоянии самостоятельно дойти до камина несколько метров! По возможности отказавшись от помощи, Снейп вслед за Люси вышел в коридор. Буквально через пять минут, зельевар уже пожалел, что отказался от поддержки. Ходить по палате два на два было несравненно проще, чем по длинному, казалось бы, бесконечному коридору. Он явно переоценил свои силы, так как с каждым шагом ощущал все усиливающуюся слабость, но гордость не позволила ему обратиться ни к Минерве, ни к Люси. Завернув за угол, и пройдя еще пару метров, колдоведьма открыла дверь своего кабинета, пропуская профессоров Хогвартса вперед. Уже стоя у камина и пребывая в вертикальном положении только благодаря чистому упрямству, Северус взял Минерву за руку, осторожно перебираясь через каминную решетку. Перемещение, как всегда прошло быстро и смазано. Слава Мерлину, они оказались в личных комнатах зельевара, и Снейпу не пришлось тащиться в подземелья через весь Хогвартс. Усадив своего коллегу в кресло, сделав при этом вид, что не заметила ни испарину, выступившую на его висках, ни усилившуюся бледность, МакГонагалл вызвала Трипси, передав ему список с рекомендованными для Снейпа продуктами. Уже через пару минут перед Северусом стоял поднос с легким завтраком и чашкой чая. Забота, безусловна, была приятна мужчине, но он старался не показывать, насколько был ею тронут: в конце концов, слизеринцам это было не присуще. Минерва молча пила чай с пирожными, ожидая, пока Северус тоже расправится с едой: было очевидно, что старой кошке до жути любопытно, что же с ними произошло, ведь, как рассказал Нидфул, Стивен не баловал ее подробностями. – Северус, – прервала затянувшееся молчание МакГонагалл. – Как ты смотришь на то, чтобы отдохнуть и подлечиться до конца недели? Хотя твои занятия и будут заменены другими предметами, но потом студенты их обязательно отработают. Мужчина усмехнулся, представив реакцию учащихся на эти, безусловно, «хорошие» новости, но потом вспомнил, что в таком случае сможет увидеть Гарри только в Большом зале. На это он был решительно не согласен. Конечно, в идеале ему действительно нужно было отдохнуть, но это было не так важно, как отсутствие возможности видеть мальчишку на своих занятиях. – Благодарю Вас, Минерва, но думаю, что справлюсь с нагрузкой, поэтому в таких радикальных решениях нет никакой необходимости. Женщина поджала губы, но промолчала. Сейчас ее гораздо больше интересовал рассказ Северуса о похищении, чем тривиальные обсуждения расписания. – Так что же... – многозначительно спросила директриса, ставя на столик опустевшую чашку. – Как это произошло? Вздохнув, Снейп практически слово в слово рассказал ей ту же историю, что и Томасу. Но если Нидфул был в курсе пыток, то Северус мудро расценил, что такие подробности Минерве знать уж точно не нужно. Рассказ получился довольно коротким, но даже этого хватило женщине, чтобы слегка побледнеть. Директриса была не глупа, прекрасно зная, на что были готовы такие фанатики как Крауч, поэтому ее воображение прекрасно дорисовало то, о чем Северус умолчал. На несколько минут в комнатах зельевара снова воцарилась тишина. – Больше такого не произойдет, – слегка дрогнувшим голосом сказала женщина. – Я лично позаботилась о том, чтобы усилить охранные чары, наложенные на школу. Конечно, нужно было заняться этим сразу после того как закончилась война, но ты же сам знаешь, что у нас были дела поважнее. Тем более, я даже и предположить не могла, что кто-то из НИХ до сих пор был на свободе. С некоторым удивлением зельевар прочел во взгляде директрисы раскаяние. Возможно, если бы чары были обновлены, Краучу действительно не удалось бы проникнуть сюда с такой легкостью. Тогда бы не было ни пыток, ни больницы, ни ссоры с Гарри… Зельевар тихо вздохнул, вспомнив чужие слова о том, что история не терпит сослагательного наклонения. Поэтому-то и не имеет смысла переживать о том, что они не в силах уже изменить. – Я уже переговорила с преподавателями и студентами, и отдельно с Гарри. Конечно, я ничего им не рассказала из того, о чем мне сказал этот Эйбл... Совершенно никаких подробностей. Думаю, что им вполне хватило того, что во время одной из отработок, когда мистер Поттер варил у тебя какое-то зелье, случился несчастный случай, поэтому его и не было на занятиях. Так как воздействие было довольно сильным, вас двоих отправили в Св. Мунго. – Отлично, – произнес Северус. – Истинно слизеринское решение проблемы, Минерва. Женщина снова поджала губы, но теперь она скорее пыталась сдержать улыбку, чем выражая недовольство. По возможности ободряюще ухмыльнувшись директрисе, Северус устало откинулся в своем кресле. Быстро расценив, что профессору не мешало бы отдохнуть, Минерва спешно распрощалась, предварительно взяв со Снейпа обещание сказать ей, как только он почувствует, что еще слишком слаб, чтобы вести занятия. ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------ В Большой зал Северус попал только к ужину, провалявшись практически весь день в кровати. Мужчина со страхом представлял себе, сколько времени у него займет дорога из подземелий, но все оказалось довольно терпимо. По крайней мере, дойдя до пункта назначения, он не чувствовал, что от усталости упадет головой в тарелку! Пришел зельевар довольно рано – Большой зал был заполнен студентами только лишь на треть. Оглядев гриффиндорский стол, мужчина отметил, что Гарри тоже пока еще нет на месте. Отвлекшись на разговор с Хагридом, мужчина практически пропустил тот момент, когда Поттер появился в Большом зале. Смотря на своего дорогого мальчика, сердце Северуса обливалось кровью. Неужели этот парень, выглядевший как тень себя прежнего, действительно был Поттером?! Бледное лицо, медленная, какая-то усталая походка, согнутая спина, потухший взгляд… Проследив за взглядом Снейпа, Хагрид вздохнул. – Пострадал мальчонка, ничего не скажешь. Хорошо хоть Вы рядом-то были, профессор. Иначе вообще страшно подумать, что сталось бы… Северус кивнул, практически не слушая слова лесничего, во все глаза наблюдая за тем, как Гарри неуклюже перебрался через скамью, чуть не упав грудью на стол. Студенты, сидевшие за столом, не смеялись над немощностью сокурсника, а один из гриффиндорцев даже аккуратно придержал Гарри за локоть, пока тот усаживался. «Он бы стал сквибом, если бы не удивительно сильное магическое ядро». Северус внезапно вспомнил слова мисс Дженнингс. Тогда он не обратил на них особого внимания, упиваясь своими страданиями, но теперь он прекрасно видел, чем обернулось гриффиндорское геройство: еще бы немного и, спасая Северуса, Гарри погубил бы себя! Пока зал медленно заполнялся, Поттер, видимо от нечего делать, медленно скользил взглядом по лицам студентов. Вот, его блуждающий взгляд достиг преподавательского стола и Северус с замиранием сердца посмотрел в некогда сияющие глаза победителя Воландеморта. Сейчас же, вместо яркой весенней зелени глаз, зельевар соприкоснулся с болотной трясиной, полной тоски. На миг, Северус готов был поклясться, что внутри этих тусклых озер вспыхнул непокорный огонек, но он быстро затух, словно поддавшись внезапному порыву ветра. Гарри уткнулся себе в тарелку и до конца ужина так и не поднял глаз. ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------ Северус в очередной раз не выспался – ему снова снились изматывающие кошмары, не лишенные, впрочем, смысла. В его сне Гарри тонул в болоте, а Северус никак не мог его оттуда вытащить. Палочка не работала, как бы он не старался выжать из нее и капельку магии, поэтому, откинув от себя ненужную деревяшку, он пытался найти достаточно крупную ветку, чтобы гриффиндорец смог за нее ухватиться. Найдя наконец-то подходящую палку, Северус подал ее Гарри. Поттер, очевидно, рассмотрев, кто предлагает ему помощь, перестал даже барахтаться, позволяя трясине сомкнуться над своей головой. Было страшно смотреть на то, как Гарри погружается в болото, пронизывая зельевара безразличным холодным взглядом. Очнувшись от ступора, словно сбрасывая наложенные чары, Северус бросился в болото, но вместо воды наткнулся на толстую корку зеленого льда. Разбивая руки в кровь, мужчина пытался пробиться сквозь преграду, но она была настолько твердой, что будь даже у него камень, он не смог бы даже поцарапать ее! За завтраком Гарри не было. Как ему сказала Минерва, сейчас Поттер находился в Больничном крыле, где Поппи ежедневно колдовала над его состоянием, поила зельями и давала какие-то специальные лекарства. Закончив с едой, мужчина, по возможности быстро, направился в царство мадам Помфри, желая и одновременно страшась застать там Гарри. К его вящему неудовольствию, когда Северус доковылял до Больничного крыла, Поттера уже и след простыл. – О, Северус! Как хорошо, что ты зашел! – мадам Помфри буквально светилась от радости, чего нельзя было сказать о Снейпе. Усевшись в любезно предложенное кресло, мужчина вопросительно взглянул на колдоведьму. – Я как раз хотела зайти к тебе сегодня. Мне нужны зелья для Гарри, – заговорив о гриффиндорце, в голосе Поппи зазвучала печаль. – Бедный мальчик... Те зелья, что дали мне в Мунго практически закончились, да и качество у них не сравнится с теми, которые готовишь ты. Даже и на секунду не задумавшись ни о своей слабости, ни о слегка подрагивающих руках, мужчина выпалил ответ: – Мне нужен список всего, что принимает мистер Поттер. Как скоро тебе понадобятся зелья? – деловито произнес Северус, внутренне прикидывая, когда сможет начать работу. – Завтра утром, – вздохнула женщина, передавая ему внушительный список зелий. «Сон на сегодня придется отложить. Оно и к лучшему – одним кошмаром меньше!», – подумал мужчина, просматривая названия. – Как себя чувствует наша знаменитость? – Северусу пришлось добавить немного яду в вопрос, отчего он слегка поморщился: Помфри не нужно было знать, как он на самом деле к нему относится. Колдоведьма, судя по всему, не восприняла сарказм, продолжая все так же хмурится. – Я делаю все от меня зависящее, Северус, но кое-чего не могу понять... Порой у меня создается впечатление, что Гарри вообще все равно, лечиться или нет. Я пыталась с ним поговорить, но он не намерен откровенничать, только лишь слегка улыбается и говорит, что все отлично! Пациент должен сам хотеть выздороветь, а если такого желания нет, то я хоть волью в него галлон зелья, оно не сработает так, как нужно! Удивленный пылом всегда спокойной колдоведьмы, Северус пообещал, что уже завтра утром у нее будут все необходимые зелья. Направившись в подземелья на первое, и единственное на сегодня занятие, Снейп раздумывал, как лучше всего поступить с Гарри. Северус опоздал на урок, но ему, по большому счету, было на это наплевать. Все, что его заботило, сейчас сидело за первой партой, что-то шкрябая неверной рукой на пергаменте. -----sSs----- Ему было все равно… Такого безразличия он не испытывал никогда в жизни, всегда реагируя даже на малейший раздражитель. Сейчас же его не заботило ровным счетом ничего: ни как он был одет, ни что он делает, ни что ест, ни куда смотрит. Внутри словно образовалась черная дыра, засасывая в свое безразмерное нутро его эмоции. Это было довольно удобно. Не нужно было прилагать усилий, чтобы НЕ смотреть на Него, не наблюдать из-под ресниц за каждым движением Его тела, поворотом головы или взмахом руки. Впервые увидев Его в Большом зале за завтраком, у Гарри что-то шевельнулось внутри. Какая-то теплая искорка всколыхнула душу, заставляя на секунду чуть дольше всмотреться в глубину встревоженных темно-карих глаз, но вот и она была беспощадно поглощена темнотой безразличия и апатии. Только голова разболелась еще сильнее, и все, но боль была уже привычной. Сейчас, снова мельком взглянув на Него, Поттер не ощутил даже той небольшой искорки, скорее наоборот, стал еще более апатичным. Пока все варили зелья, гриффиндорец был вынужден читать учебник, отказываясь от практического применения своих знаний, погружаясь в теорию. Ему не было скучно, ему просто все равно. Читать, так читать. Внезапно его локтя что-то невесомо коснулось. Скосив взгляд, Гарри заметил, как Он прошел мимо него, слегка задев своей черной мантией, так похожей на тот кокон непроглядного безразличия, в который Гарри с каждым днем закутывался все сильнее. Скоро он уже не сможет оттуда выползти, как та гусеница, которая готовится превратиться в прекрасную бабочку. Только вот Гарри не сможет стать даже бабочкой. Он просто заснет, навсегда потеряв себя в этой тьме...