Злобный Купидон

      Не сложно догадаться, что первая положенная в корзинку карточка с признаниями принадлежала Жан-Жаку. Этот парень никогда не упускал возможности стать примером для подражания. Удивительно, но подписи или даже намека на личность отправителя на валентинке не было, что само по себе противоречило всей природе канадского красавца. — Хм, а Джей-Джей действительно втюрился в кого-то… интересно, а в кого это? — подумал Юра, которому вдруг смертельно захотелось узнать имя адресата. Не дожидаясь времени раздачи, он аккуратно вскрыл конверт, стараясь не повредить хрупкую бумагу, и с ужасом увидел имя Пхичита. — Бедняга… — посочувствовал купидончик внезапно ставшему мишенью для самого раздражающего человека тайцу.       Первый шаг был сделан, и вот к Плисецкому уже потянулись один за другим желающие признаться своим любимым, но слишком слабохарактерные для разговора с глазу на глаз, человеки. Непонятно, почему ни Виктор, ни Юри, ни Отабек еще не сделали вклад в годовой запас сердечных излияний. Еще более непонятно, почему этот факт нехило так подбешивал.       Холодный взгляд русского фигуриста заскользил по вопящей, кричащей и дергающейся в конвульсиях под музыку (вероятно, так танцуют самые грациозные люди мира вдали от камер и чужих цепких глаз) толпе и вдруг наткнулся на Алтына, переговаривающегося о чём-то с Ли Сынгылем. Дискуссия явно шла не в то русло, оба собеседника были до крайности напряжены, казалось, что драки уж точно не избежать. Отабек схватил корейца за ворот синей поло и что-то прорычал сквозь зубы. После этого Сынгыль как-то странно присмирел, отдал нечто (Юра не успел понять, что) казаху и направился к банкетным столам.       Наблюдение пришлось прервать из-за внезапно подошедшего Эмиля Некола, малознакомого, но очень способного фигуриста из Чехии. Спортсмен отдал блестящий сверток Плисецкому, похлопал парня по плечу, чем вызвал крайнее его недовольство, и ушел. Вслед за ним появился лихорадочно бормочущий что-то про сестру и защиту Мишель и тоже оставил свою открытку.       Отабек, вновь выплывший из толпы, внимательно следил за каждым смельчаком. — Юрочка-а-а! — послышался знакомый голос. Прямо перед «ангелочком» выросла фигура Кристоффа, буквально искрящегося от радости. Швейцарский Эрос выплеснул лавину сердечек и бабочек в подставленную плетенку, заполнив большую часть её пространства. От пышущего сексуальностью Джакометти нельзя было ожидать чего-то иного. Он, слегка подвыпивший, ласково погладил шелковистые локоны Юрия (Отабек в другом конце зала от напряжения сломал пополам вилку, в этот момент находившуюся в его руках) и легкой походкой удалился. — Что. Только что. Произошло? — непонимающе выдохнул ошарашенный сборщик валентинок. — Всем шампанского! — завопил стоящий на барной стойке Кацуки, рубашка которого уже была наполовину расстегнута. — Ты перебрал, поросёночек! — умилялся происходящему Никифоров, пока его «единственного и неповторимого» снимали со стола несколько добровольцев. Японец упорно сопротивлялся, настаивая на продолжении банкета, но был успокоен объятиями супруга и отправлен в одну из приготовленных на такой случай спален.

***

      Корзина купидона до верху заполнилась никому не нужным хламом. Невероятно, но ни один кандидат на отправление валентинки самому Плисецкому так и не решился подойти. Эта ситуация доводила Юру до белого каления, ведь понятно было, что такими темпами он единственный окажется без подарка. — Можно подумать, эта гадость мне нужна! — парень с отвращением посмотрел на переливающиеся разными цветами блестящие коробочки и бумажечки.       Веселье было нарушено сдавленным вскриком Гуанхуна, только что получившего смачного леща от Отабека. Излишне агрессивного казаха увели в сторону, и праздник продолжился. — Дамы и господа! — привлек всеобщее внимание Виктор, — Часы пробили полночь, а значит, что больше нельзя обратиться к нашему купидону! — он указал на потемневшего от злобы Юрия, — Совсем скоро начнется раздача ваших посланий!       Люди аплодировали, кто-то даже прослезился. Плисецкому снова пришлось раскланяться. Когда публика потеряла интерес, он удалился в служебное помещение, чтобы слегка выпустить пар и уже с новыми силами испить эту чашу до дна. Назвался груздём — полезай в кузов, говорится в народной поговорке…