Правосудие и справедливость

      Номер Артура был не в пример нашему больше и богаче обставлен. Хозяин сидел в гостиной с бокалом вина и наслаждался классической музыкой. Линдел жестом призвал соблюдать тишину и указал нам на диван, напротив. Первая часть пятой симфонии Бетховена закончилась и едва отзвучали последние ноты мужчина выключил музыкальный центр.  — Замечательное произведение, вы не находите? — Ответа он не ждал и продолжил, будто говоря сам с собой. — Как верно оно передает неумолимое приближение неотвратимого. До меня дошли слухи, Рикки, что в мое окружение закрался предатель. Ты не знаешь, кто бы это мог быть?  — Предатель? Почему вы спрашиваете об этом у меня?  — Это ты, Рикки? — Линдел гнул свое.  — Нет. — Твердый и уверенный голос, прямой взгляд в глаза. Все как по учебнику, впору гордится тем, что тяжелый взгляд Артура я выдержал. Хотя то, что до этого вопроса дошло, в принципе радости не вызывает.  — Господин Линлел… Я… Извините, что влезаю, возможно, я не вовремя, но я кое-что вспомнила… — Арабелла прервала наши гляделки и замялась не зная, как продолжить.  — Ну же, смелее.  — Я знаю, что в тот день, с Самвелом, мы ехали к вам. Я вспомнила, буквально вчера. — Наверное это был один из тех редких случаев, когда я позже жалел, что оказался свидетелем. Лицо Артура лишь на мгновение отразило всю алчность, что скрывалась доселе за маской добродушия.  — Рад, что твоя память восстанавливается. Ты вспомнила только это?  — Нет, еще коды и голосовые команды перенастройки системы. — Она бросила на меня извиняющийся взгляд.  — Чудесно, а то я уже заждался. Ее можно перенастроить отсюда?  — Нет, Самвел не зря настаивал на личной встрече — настройка проводится только непосредственно на месте, после запуск можно произвести из любой точки мира.  — Что ж, хорошо. — Артур улыбнулся и принялся раздавать команды — подготовить самолет, связаться с людьми на месте чтобы нас встретили, достать хоть с того света, запропастившегося неизвестно куда Уолтера. На некоторое время о нас забыли. Мариан целенаправленно избегала моего взгляда. А я не мог понять, неужели она думает, что после этого ее оставят в живых? Нет, она не дура, чтобы поверить в то, что ее отпустят на все четыре стороны. Тогда зачем? Тянет время? Но для чего? И тут я вспомнил ее слова — «Я не могу пробить номера ваших сотрудников — на это мне нужно будет убить пару суток, которых у нас нет…». Двое суток работы для одиночки, сколько это для бригады спецов из трех человек, понукаемых пинками, с Глорией во главе? Часов шесть-восемь? Больше? Но это при условии, что Глория поверит полученному сообщению и начнет работать, а если нет? Черт, надо было не «привет» передавать, а что-то, что подтвердит, что Мариан и я работаем в паре! Даааа, хороший из меня агент! Шикарный, твою мать! Я злился на себя, ища выход из сложившейся ситуации и не находя.  — Что ж, голубки, нас ждет увлекательное путешествие. Рикки, составишь даме компанию, а ребята за вами присмотрят. И еще, выложите телефоны, в ближайшее время они вам не понадобятся. Мариан, не задавая вопросов и не протестуя положила свой мобильник на столик, я сделал тоже самое. Нас под конвоем отвели в номер собрать вещи. Перед посадкой в самолет бессменные «доберманы» Линдела нас обыскали, особое внимание уделяя Арабелле. Ребята не могли не воспользоваться таким шансом полапать красивую женщину, но, как и со мной, ничего не нашли. В самолете Арабелла почти сразу уснула. Линдел же сидел хмурее тучи.  — Что-то не так? — Чем больше информации, тем больше простора для маневра. А информация мне сейчас необходима, как воздух.  — Уолтер пропал. — Линделу смотрел на меня пристальным взглядом. — Кто же из вас крот? Тот, кто в спешке исчезает ни слова, не сказав или тот, кто сидит сейчас передо мной?  — Я знаю одно — я вас не предавал.  — Хорошо если так, Рикки. Хорошо если это так. Я очень не люблю, когда мне лгут, а стукачи, помяни мое слово, плохо заканчивают. Все четыре часа Мариан спала сном младенца. Глядя на ее спокойный и крепкий сон, я сам начал успокаиваться. Меня еще не раскрыли, а значит не все потеряно. И так, что мы имеем? Линделу сообщают про предательство, и в этот же вечер бесследно исчезает Уолтер, которого теперь ищут с фонарями. В такие совпадения я не верю, а значит это чей-то холодный расчет. Я бросил взгляд на мирно спящую девушку. Но ведь о том, что эти документы видел Уолтер я сказал ей сегодня, а пропал он вчера. Мысли снова начали уходить в дебри. Значит она знала или догадывалась. Дальше, мы летим черт знает куда — не ново, но захват должен был состояться в Цюрихе со дня на день, а судя по направлению, от Цюриха мы с каждым часом все дальше. Рашид был арабом, но это не значит, что комплекс был спрятан у него на заднем дворе где-нибудь под Каиром. О том, где он умер, я ни посмотреть, ни спросить не догадался. Мы приземлились на аэродроме, где о цивилизации напоминали лишь два джипа, да дорожка из огней скудно освещавших посадочную полосу. Сонная Мариан, когда я подошел ее будить трижды послала меня к черту на трех разных языках, чем вызвала смех Линдела и охраны. Проснувшись, она извинилась, что вызвало новый приступ смеха. На бетонке стояли два джипа, мы с Мариан были посажены на задние сидения второго, а Артур сел на переднее. Девушка, положив голову мне на плечо снова заснула. А мне не спалось совершенно. Мы тряслись по дороге прорезая себе путь светом фар в безлунной ночи. Примерно через час унылая темнота, в которой сам черт ногу сломит, стала сереть, предвещая рассвет и позволяя разглядеть однообразный пейзаж, наполненный буро-желтыми холмами с редкой порослью жухлой травы. Нас привезли в полевой лагерь. Жара давила, а сухой, пыльный и горячий воздух лишь ухудшал впечатление. Линдела встречали, как родного, он вел себя, как король с подданными. Приветственная кутерьма кончилась и нам позволили укрыться от солнцепека в большом шатре разделенной на несколько комнат. «Доберманы» все время неотступно сверлившие нам затылок и едва ли не придерживающие за локоть, чтоб мы, не приведи боги, никуда не рванули остались у входа. Только вот, даже при желании, бежать отсюда было некуда. Без сил я опустился на раскладушку, Мариан села рядом.  — Как только ты перенастроишь систему тебя убьют.  — Знаю.  — Тогда зачем?  — Если бы мы не уехали убили бы тебя. — Хороший же из меня агент, если меня спасает киллер пришедшая по душу, если у Артура таковая имеется, моей цели.  — Исчезновение Уолтера твоя работа?  — За работу платят, Ричард. Благотворительными акциями я не занимаюсь.  — Ты не ответила. Это твоих рук дело? — Девушка вздохнул и устало посмотрев на меня отвела взгляд.  — Отчасти. Он мне мешал.  — Именно тебе? — Ну вот мы и докатилась до выяснения отношений, правда выяснять их приходилось полушепотом, но это уже детали. Она не должна была, не имела права убивать ради того, чтобы прикрыть меня. О том, что она это сделала для себя мое раздутое эго мне думать запретило.  — Хочешь, чтоб я спихнула ответственность на тебя? Не выйдет, хотя, объективно говоря жизнь он портил нам обоим, но мешал он в первую очередь мне. Он слишком усердно копал под меня, а тебя просто люто ненавидел, за то, что ты в фаворе, а он на побегушках.  — Теперь не докопается?  — Как писал когда-то Шекспир — «Бедный Йорик…»  — Ты его убила?  — Я? Нееееет. — Сказано это было тем тоном и с такой интонацией… В общем она не врала, но и правду говорить не собиралась, а напирать сейчас было не время и не место. Но все же мысль о том, что из-за меня на ее счету теперь еще один труп радовала мало. Точнее не радовала вовсе. За год работы с Линделом мне повезло и убивать не пришлось никого. И то, что Уолтер был головорезом и преданным цепным псом Артура, который все время вынюхивал, не давая расслабиться и норовя залезть в любую дырку лишь бы вывести меня на чистую воду, Мариан не оправдывало.  — И что ты намерена делать дальше? — я отвлекся от своих невеселых размышлений.  — Для начала отдохнуть, ополоснуться в душе, если таковой тут имеется, и переодеться во что-нибудь более удобное и менее вызывающее. Тебе я советую поступить так же.  — Мариан, я серьезно! — я сам не заметил, как назвал ее реальным именем, но она не стала меня поправлять. — И я не об этом!  — А я об этом и тоже совершенно серьезно. Ричард, ты не понимаешь где мы? Мы на базе обучающей наемников для нужд Линдела, вокруг на несколько миль только холмы, песок и солнце, от которого свихнуться можно. Скорее всего, я единственная женщина в этой чертовой учебке, так что расхаживать в юбке на глазах у сотен голодных до бабы мужиков я не собираюсь. А что намерен делать ты, меня сейчас волнует меньше всего. У тебя есть задача? Вот и выполняй. Я не знал, что ответить. Какого черта! Да что у этой женщины на уме! Снова чертыхнувшись, я принялся переодеваться в комплект одежды, лежавший на раскладушке. Переодевшись из «парадной ливреи» успешного бизнесмена в более простые и уместные для данного климата, тактические штаны и рубашку, я вышел из палатки.  — Рикки, ты вовремя, пойдем познакомишься с ребятами. — Я бросил взгляд на палатку, где осталась Мариан. — За нее не беспокойся, Рутгар за ней присмотрит. Один из охранников услышав приказ остался у входа, а меня в компании с Линделом повели знакомиться с «ребятами». Народу здесь было и правда на целую армию небольшого государства. Мы шли по лагерю, а наш сопровождающий заливался соловьем рассказывая, где здесь что, кто что умеет, где чему обучают, какие есть проблемы и тому подобное. Линдел слушал, шутил, хвалил, обещал подумать над решением проблем, в общем вел себя как правитель своего личного царства. Я же смотрел, запоминал и думал, как-то, что я вижу, можно использовать против Артура. После осмотра лагеря был общий обед. Мариан и правда переоделась в менее вызывающий наряд — такие же, как у меня рубашку и брюки цвета хаки, а волосы собрала в косу чтобы меньше бросались в глаза. Видеть её в таком виде было непривычно, но армейская одежда ей шла и сидела на ней, как влитая. После обеда, прошедшего под солдатские байки и шутки, нам продемонстрировали чему эта толпа научилась. И увиденное заставляло задуматься, для чего готовят такую группу бойцов? Уж явно не для строевого смотра. Я прошел армию, на моем счету были боевые операции, где приходилось стрелять не в мишени на стрельбище, а в живых людей, и не скажу, что я этим горжусь. Слабым оправданием для моей совести была отговорка, что я делал то, что было правильно на тот момент и в той ситуации. Глядя на это представление, я предавался невеселым воспоминаниям из своего прошлого. Не забывая между делом отвечать на разглагольствования Артура о новом миропорядке, о важности таких мелочей как снабжение и грамотная подготовка солдат и офицеров, которой многие пренебрегают. Мариан смотрела на все это с откровенно скучающим видом. Правильно, певице и модели здесь должно быть чертовски скучно. Демонстрация закончилась.  — Ну-с, ребятки, конечно, это не S.A.S., но регулярную армию в бою вы уделаете. Молодцы! А теперь вернемся к нашим, с позволения сказать, баранам. Снова в окружении его цепных псов мы пришли в его палатку.  — МакКинли, о Уолтере есть новости? — Линдел уселся в складное кресло, стоявшее у походного стола. Нам же оставалось стоять перед ним, как новобранцам, перед командиром. За полгода, прошедших с моего «утверждения» в должности заместителя, я уже порядком отвык, от такого недоверия с его стороны. Нет, я не подлизывался, не юлил и не подхалимничал. Скорее наоборот — я высказывал свое мнение, когда считал нужным, без оглядки на то, понравиться это Артура или нет, говорил, что думал, не забывая думать прежде, чем говорить.  — Как в воду канул, сэр. Последним его видел швейцар. Говорит, что тот вылетел как ошпаренный вслед за женщиной.  — И кто же эта роковая незнакомка? Приметы есть? — Линдел в задумчивости смотрел на Арабеллу, которая вполне убедительно изображена не то скуку, не то незаинтересованность в разговоре.  — К сожалению нет, сэр. Еще служащий отеля припомнил, что Уолтеру кто-то звонил перед этим. Мы проверили транспортные компании, на его имя был приобретен билет на поезд, но сказать уехал ли он мы не можем.  — Ясно, продолжайте поиски. — И уже обращаясь к нам, точнее к Арабелле, продолжил — Представляете, какая незадача, мой близкий друг и соратник внезапно куда-то пропал, когда он мне так нужен.  — Действительно, незадача. Но с мужчинами это бывает. Они временами встречают «любовь всей своей жизни», которая длиться недельку-другую. Потом проспится, протрезвеет и вернется. — равнодушно сказала девушка. Я не знал, что сделала с ним Мариан, но уверенность в том, что Уолтер вернется не раньше второго пришествия эльфов была железобетонной. И что эта хрупкая, с виду, девушка надежно позаботилась о том, чтобы раньше озвученного срока его не нашли не вызывала даже всполохов сомнений.  — На него это не похоже, но пока оставим это. Как там поживает твоя память, за время полета не забыла то, что вспомнила?  — Нет, если боитесь, что я снова что-то забуду, я могу записать перечень команд. Правда на системе биометрический замок, так что это не особо поможет.  — Это верно. Ты знаешь, точное расположение комплекса?  — Да, но там должно быть заминировано все, кроме узкого прохода.  — И ты совершенно случайно знаешь, как лучше проехать через минные поля, чтобы не тратить время на работы саперов?  — Не случайно. Я была доверенным лицом и секретарем Самвела. Я покажу проход.  — Учти, ошибешься и взлетишь на воздух первой.  — У вас есть карта? — Линдел щелкнул пальцами и один из присутствующих достал карту и расстелил на столе. Девушка взяла карандаш и начертила путанный маршрут. — У меня нет причин вредить собственному благодетелю.  — Причину можно найти. — Артур бросил взгляд на карту и снова смерил девушку задумчивым взглядом. — Теперь можешь идти отдыхать, завтра утром тебя ждет увеселительная прогулка, прерванная год назад. Рутгар, проводи даму, а то лагерь большой, еще заблудился ненароком. Спокойной ночи.  — Спокойной ночи, мистер Линдел. Мариан, в сопровождении Рутгара, ушла бросив на прощание быстрый взгляд в мою сторону. Линдел же переключился всецело на меня. Разговор вышел по деловому сухим и затянулся до полуночи. В итоге я выяснил, что завтра прибудут покупатели и мне поручено устроить им грандиозное шоу. Так же мне в задачу вменяется сделать так, чтобы они остались довольны и подтвердить первую часть сделки. Я слушал и все же не мог до конца сосредоточится на предстоящем деле. Мысли то и дело возвращались к Мариан. Когда я вернулся в палатку девушка спала, свернувшись на раскладушке комочком, как котенок. Улегшись на свою раскладушку, я еще долго ворочался в попытках уснуть. Чего-то не хватало, чего-то, к чему я уже успел привыкнуть. Мне не хватало тихого сопения Мариан у меня на плече. Осознание того, что за какие-то несколько месяцев я так привязался к женщине поставило меня в тупик.