Другая жизнь

      Гарри молчит. Он продолжает смотреть на министра немигающим взглядом. Вглядывается в его глаза, словно пытается прочесть в них ответ. Ведь глаза — зеркало души, и Поттер надеется, что они скажут правду. Слова лживы, это он понял в эту секунду окончательно.       — Я хотел узнать насчет Малфоев, — голос звучит ровно, словно ничего не произошло. — Как продвигается дело с их освобождением?       Кингсли удивлен, но быстро берет себя в руки.       — И для этого ты ворвался в мой кабинет? — вопросительно выгибает бровь министр и хмурится.       Поттер лишь неопределенно пожимает плечами.       — Всё решается. Ещё потребуется несколько дней, может, неделя, — отвечает Кингсли, не дождавшись ответа от Мальчика-который-выжил. — Ты же понимаешь, что это просто так не делается. Нужно поднять дело Малфоя и устроить пересмотр.       Поттер кивает и делает несколько шагов к выходу.       — Гарри, с тобой на самом деле всё хорошо? — внимательный взгляд.       — А почему не должно быть? — вопросом на вопрос отвечает Герой.       — И вправду, почему не должно быть? — голос полон сарказма. — Ты выглядишь нездоровым.       — Не выспался, — невозмутимо бросает брюнет. — Очень много работаю, — ложь.       — Хм, ты себя так совсем загонишь в могилу. Я скажу Маркусу, чтобы он не нагружал тебя так.       Поттер вновь кивает и улыбается, только вот улыбка не трогает глаза.       Толкнув дверь, Гарри выходит в коридор, где сталкивается взглядом с Главой Аврората. Тот смотрит цепко, не отводя взгляд. Поттер тоже не отводит. Игра в гляделки продолжается не меньше минуты, и наконец Фишеп отводит взгляд, а его губы растягиваются в улыбке. Поттер тоже улыбается — лживо, а затем направляется к лифту.       Маркус проводит Мальчика-который-выжил задумчивым взглядом, пока его спина не скрывается за поворотом. С лица исчезает улыбка, а в глазах появляется лёд. Обходя чиновников, вежливо раскланиваясь с ними и видя в их глазах страх, он заходит в кабинет министра, плотно прикрывает за собой дверь.       Кингсли сидит в своем кресле и листает какие-то бумаги. При виде Главы Аврората он вопросительно приподнимает бровь. Министр не ожидал увидеть его.       — Что-то случилось? — спрашивает Кингсли.       Маркус молчит, внимательно рассматривая собеседника. Секунду назад он предполагал, что Поттер рассказал министру всё и пожаловался на свою тяжёлую долю. Но увидев невозмутимый вид Кинга, его удивленный взгляд и отсутствие обвинений, перестал сомневаться в обратном. Кингсли не способен так идеально играть. Значит, мальчишка молчал.       — Я принес тебе дело Малфоя, как ты и просил.       — Ох, — простонал министр. — Я совсем зашился с этими бумагами. Бросай к остальным. Правда, я не ожидал тебя лично. Мог прислать кого-то из парней.       Маркус лишь фыркает.       — Решил размять ноги.       Кингсли улыбается и откидывается на спинку кресла.       — А я даже не могу размять ноги. Дел столько, что я до ночи просиживаю здесь. Мерлин, кто же знал, что быть министром так ужасно. Ни минуты покоя. Я уже даже забыл, когда нормально высыпался.       Аврор ему посочувствовал.       — Кстати, а почему к тебе заходил Поттер? — невзначай спрашивает Маркус. На самом деле его очень интересует ответ на этот вопрос, но показывать этого не стоит.       — Да так, узнать об одном дельце, — отмахивается Кингсли. — Кстати, о Гарри, мне не нравится, как он выглядит. Ты свалил на него кучу документов, радуясь, что тот молча выполняет твою работу. Как ты можешь, — ухмылка. — Сбавь немного обороты, а то парень загнется. Он и так уже напоминает инфернала. Хочешь, я дам тебе ещё одну секретаршу или пришлю парней с архива?       Маркус внимательно смотрел на собеседника, про себя хмурясь.       — Это тебе Поттер нажаловался?       — Нет, — отрицательный жест головой. — Гарри не тот человек, что будет жаловаться. Но я его хорошо знаю, да и тебя. Поэтому и говорю, чтобы ты не был к нему так суров.       Маркус кивает.       — Ладно.       — Кстати, как он вписался в ваш коллектив? Проблем не возникло?       — Нет, — солгал, не моргнув глазом, Фишеп. — Он приспосабливается.       — Это хорошо, — кивает министр. — Ты ведь понимаешь, что он нужен Аврорату. Очень нужен, — это не было вопросом, простая констатация факта. — Поэтому будь осторожен. Мне стоило особых трудов уговорить Гарри принять моё предложение. Он бывает очень упрям порой.       — Я всё понимаю.       — Хорошо. Я на тебя надеюсь. А то на меня начинают давить некоторые влиятельные люди. В последнее время ты часто переходил грань дозволенного и нажил себе новых врагов. Не мне тебе говорить, чем это чревато.       Маркус кивнул и, откланявшись, покинул кабинет.

***

      Гарри быстро добрался до нужного этажа. Никто по пути его не задерживал, что несказанно радовало. Подойдя к своему кабинету, он огляделся по сторонам. Авроры, что сновали то тут, то там, делали вид, что вчера ничего не произошло. И лишь их колючие взгляды, которые они бросали на Героя, когда думали, что тот не видит, говорили об обратном. Вчерашний день не сон, и ему ничего не померещилось. У своего стола, как обычно, стояла Чжоу Чанг. Выглядела китаянка хмурой и расстроенной. При виде Героя её лицо ещё сильнее побледнело, а руки с хрустом сжали папку с документами.       — Мистер Поттер, — прозвучал голос Чанг.       Поттер про себя хмыкнул. На его памяти Чжоу впервые за неделю назвала его так официально. Обычно она ограничивались привычным «Гарри» по старой памяти. Видимо, вчерашние события очень на неё повлияли. Вот только Поттер никак не мог понять, с чего Чанг на него злится? Каким боком она вообще здесь приплетена? Или… Или, может, кого-то из близких девчонки тоже убили? Фишеп ведь говорил, что в Аврорате работает много людей, чьи семьи затронула война. На душе в очередной раз стало гадко.       — Принеси мне кофе, — сказал-приказал Герой и быстрым шагом скрылся в своем кабинете.       Он чувствовал на своей спине десятки взглядов, следящих за каждым его шагом.       Обессилено повалившись в кресло, Поттер прикрыл глаза. Он не знал, что делать дальше. Вся его решимость куда-то улетучилась, уступая место апатии. Ещё час назад казалось, что он обо всем расскажет Кингсли и покончит с несправедливостью. А затем… Стоило парню увидеть взгляд бывшего соратника и друга, как он считал, и вся решимость истаяла. Взгляд Кингсли говорил красноречивее любых слов. Правду, а не красивую ложь. Гарри не услышал, а почувствовал, что министр в курсе происходящего. Он знает, что творится в стенах Аврората. Знает и ничего не пытается изменить. От этого стало еще гаже. Всё то, во что он верил, ради чего сражался, оказалась фальшивкой. Мишурой.       Послышался звук открывающейся двери, и Поттер открыл глаза. Он ожидал, что это пришла Чанг с кофе, но ошибся. В кабинет прошествовал Глава Аврората. Зайдя внутрь, он плотно прикрыл дверь за собой. Мужчина внимательно смотрел на Героя, тот тоже не опускал взгляда.       — Ты принял правильное решение, — наконец проговорил начальник.       — Я не принимал ещё никакого решения, — возразил Поттер. Он и сам не знал, почему разговаривает с этим человеком. Почему вообще сюда пришел. Почему позволяет всему этому происходить. Столько «почему», а ответов нет.       — Принял, — уверено заявляет Маркус. — Не сказав ничего Кингсли, ты тем самым сделал выбор. Ты один из нас, Поттер, — каждое слово было проговорено четко и с расстановкой.       — Нет… — замотал головой брюнет. — Я не такой, как вы. Не такой, — он не кричал, а шептал, пытаясь больше убедить себя, чем собеседника.       Маркус лишь улыбнулся, такой отеческой улыбкой, снисходительной. Глас совести — больно. Все то, во что раньше верил мальчишка, рушится: надежды, мечты, желания. Весь его мир переворачивается с ног на голову, усыпая своими осколками округу. Острые, они впиваются в тело, терзая истекающую кровью душу. Маркус прекрасно знал, что чувствует в эту секунду мальчишка. Поскольку и сам проходил подобное. Ломается всё то, во что он верил, к чему стремился и чего желал. Рушатся мечты. С глаз спадают розовые очки, и наступает прозрение. Этот процесс необратим.       — Ты один из нас, — повторил Маркус.       — Я…       — Не нужно слов. Слова лживы. Прислушайся к себе, — приказал маг. — Прислушайся. И тогда ты поймешь, что я прав. Прав во всем. Нет добра или зла, есть лишь выбор, выбор, который каждый из нас совершает.       Поттер молчал.       — Подумай о моих словах, — проговорил напоследок мужчина и направился к выходу. Он всё сказал. Осталось дождаться, что сам для себя решит мальчишка.       Брюнет внимательно смотрел на Фишепа. В его глазах, помимо боли, вспыхнула решимость.       — Я хочу знать всё, — голос был хриплым. — Всё, — голос охрип, и слова звучали увереннее.       — Как пожелаешь, — и уходит, прикрывая за собой дверь.       В приемной собрались около десятка авроров. Тех, кто душой и телом преданы своему делу. Тех, в чьем сердце тлеет огонь мести. Тех, на чьих руках кровь, а в глазах — жажда. Все они выжидающе смотрят на Маркуса. Тот хмыкает, и его губы впервые за сегодня трогает искренняя улыбка.       — Поттер один из нас, — говорит мужчина. Три слова, но они дают ответ на всё.       Напряжение, витающее в воздухе, истаивает, и авроры расслабляются. Все они понимали, что от слов начальника зависит слишком многое. Их жизни.       Маркус входит в свой кабинет, а вслед за ним Дэн. Дверь закрывается, погружая помещение в тишину. Оба мага молчат.       — Ты уверен в этом мальчишке? — наконец спрашивает аврор.       — Нет, — честный ответ. — Но он будет молчать.       — Почему? Поттер ведь такой весь правильный. Совесть не позволит ему молча наблюдать за происходящим. В один момент он не выдержит и сломается.       Маркус согласно кивает и улыбается.       — Поттер знает, каково это терять близких. Сам хлебнул сполна того, на что способны эти твари. На его руках крови не меньше, чем на наших, пусть он это и не хочет признавать. Герой. Нет, мальчишка не предаст нас. Будет брыкаться, сопротивляться, но молчать.       — Что я должен делать?       — Мокнуть мальчишку в это дерьмо как можно глубже. Пусть погрязнет во всём этом по самые уши. Тогда он точно не сможет отмыться. Притом он сам изъявил желание, — ухмылка. — Но организуй всё правильно. Нам не нужен обезумевший от крови монстр. Поттер займет моё место, и всем вам придется работать с ним. Учитывай это.       — Хорошо. Я покажу ему, какими могут быть Пожиратели. Познакомлю с их жертвами и заставлю выслушать. Заставлю самого возненавидеть их и возжелать расплаты.       — Да, — согласился мужчина. — И подними дела Лонгботтомов. Насколько я помню, их сынишка — однокурсник Поттера и друг. Этим можно воспользоваться. Кстати, как обстоят дела с молодняком? Есть стоящие кадры или сплошные посредственности?       — Есть, — улыбнулся Дэн. — Несколько парней меня заинтересовали.       — Хорошо. Присмотрись к ним. А остальных отправляй к Мартину. Он знает, что с ними делать.       — Конечно.

***

      Дверь открылась, и в кабинет вошла Чанг, левитируя перед собой поднос с чашкой кофе, сахаром и какими-то сладостями. Зайдя внутрь, она прикрыла дверь. Сейчас китаянка выглядела не такой мрачной, а взгляд не метал молнии.       — Сахар?       — Нет, — отрицательно качнул головой Поттер. Он до сих пор пребывал в каком-то трансе, поэтому неадекватно воспринимал происходящее. Словно наблюдал со стороны. Перед ним поставили чашку и вазочку с печеньями, а сама девушка, слегка заколебавшись, замерла в паре шагов, не спеша уходить.       — Гарри, они заслуживают подобного, — зазвучал тихий голос. — Эти монстры не достойны жизни, — тихий всхлип. — Они убивали невинных детей. Пытали их родителей. Насиловали юных девушек. И всё ради забавы, — слезы катились по бледным щекам. — Они убили Седрика…       И Поттер впервые за этот монолог оторвал взгляд от своих рук и посмотрел на девушку.       — Ты его любила? — тихий голос.       — Очень, — такой же тихий ответ. — Мы… Мы планировали пожениться.       Поттер лишь кивает, не зная, что можно на это ответить. Пальцы сжимаются вокруг чашки, пытаясь согреться. Его всего потрясывает, а из горла рвется стон отчаяния, но он заставляет себя молчать. Лишь взгляд полон печали и боли.       — Седрик был моим лучиком солнца, — грустная улыбка. — Он согревал меня, даря свое тепло. Разгонял тьму вокруг одним своим взглядом. И его не стало, — всхлип. — Я осталась совсем одна. А вокруг только тьма, — Чжоу задрожала. — И затем мистер Фишеп пригласил меня сюда. У меня появилась возможность отомстить всем тем, кто забрал у меня Седрика. И знаешь, я очень ему благодарна. Благодарна, что он не отвернулся от меня, как все остальные. А выслушал, понял и принял.       Поттер слушал её молча.       — Ты считаешь нас монстрами, но это не так, — печальная улыбка. — Здесь нет монстров, а лишь такие же несчастные, как и я.       Девушка ушла, оставив Поттера в одиночестве.       Рабочий день подходил к окончанию. Поттер, как и все, засобирался домой. Но стоило парню покинуть свой кабинет, как его перехватил Фишеп и вручил письмо.       — Что это?       — Приглашение на Рождественский бал в Министерстве, — ответил тот. — Тебе как моему заму следует там быть. Притом ты у нас не простой обыватель, а Герой, — смешок, — поэтому отвертеться не получится. — Поттер даже не сомневался в этом.       — И когда произойдет это занимательное событие? — голос сочится недовольством.       — Через три дня, — огорошил его начальник.       — Хм, — нахмурился Гарри. — И почему я получаю приглашение только теперь?       — Чтобы не успел отвертеться? — смешок. — Так что готовься. Тебя будут осаждать по всем правилам. И да, найди себе подружку на этот вечер.       — У меня нет подружки, — неожиданно ответил Гарри.       Фишеп одарил его слегка удивленным взглядом. Он, как и все, читал «Пророк», где частенько говорилось о планирующейся свадьбе между Гарри Поттером и Джиневрой Уизли.       — А юная Уизли?       — Мы расстались ещё год назад. — Поттер и сам не знал, почему отвечает.       — Ясно. Но все же найди себе подружку, иначе тебе придется отбиваться от толпы поклонниц, ищущих развлечений. Поверь мне, тебе это не понравится.       Поттер ничего не ответил.       — И да, будь готов завтра к работенке. Вместе с парнями отправишься на задание, — огорошил Героя мужчина. — Ты же сам хотел узнать, что из себя представляет наша работа. Хотел увидеть все реалии жизни.       Поттер сглотнул и неуверенно кивнул.       — Не паникуй, — усмешка, — ничего страшного не будет. Парни будут проводить обыск в доме одного из подельников Беллатрисы Лестрейндж.       Гарри полночи прокрутился в постели. Сон к нему никак не шел. Мысли грызли, не давая даже сомкнуть глаз. Пить снотворное зелье Поттер отказался, опасаясь, что не сможет вовремя проснуться. Но сейчас начинал жалеть о своем решении. Следовало попросить Кричера разбудить его в семь часов, и все проблемы с концом. Увы, умные мысли приходят слишком поздно.       Завозившись с одеялом, он перевернулся на спину и начал разглядывать потолок. Все его мысли витали вокруг слов Фишепа. Не то чтобы он считал их истиной, но зерно сомнения было посеяно. Поттер начал анализировать собственную жизнь и с каждой минутой всё больше признавал, что не может ненавидеть начальника и его ребят. Ведь он сам же бросился мстить Беллатрисе за смерть Сириуса. Ему тогда было плевать на честный суд и осуждения, хотелось лишь отомстить. А сидя в подвалах Малфой-мэнора, он часами мечтал, как вонзит нож в сердце Эйвери, который измывался над Роном. Гарри до сих пор просыпается среди ночи, дрожа от очередного кошмара. Ему всё кажется, что он слышит крики Рона и Гермионы. И долго приходится убеждать себя, что всё это лишь сон — они справились.       И спрашивается, какое он имеет право судить Фишепа и других ребят? Они ведь тоже не из-за забавы хотят мести, а по делам. Но… Но Гарри было страшно признавать это. Признавать то, что он их понимает. Разум говорил — это нормально, каждый должен отвечать за свои деяния, а сердце твердило — это неправильно, аморально и жестоко. Они заслуживают суда, а не быть убитыми, как скот. Поэтому Поттер и метался, не зная, что для себя решить. С такими мыслями он и провалился в царство Морфея.       Утро настало слишком быстро. Гарри не выспался и чувствовал себя паскудно. Даже кофе, которым его щедро баловал Кричер, не помог. Глаза слипались, а голова раскалывались. Спать, спать и ещё раз спать. Увы, эту роскошь Поттер не мог себе позволить. В очередной раз ополоснув лицо ледяной водой, он надел мантию и направился к камину.       Министерство встретило брюнета привычной возней. Он поприветствовал некоторых знакомых кивками и даже перебросился с кое-кем парой незначащих фраз. И быстро направился к лифтам, спеша скрыться в Аврорате. Там было спокойнее.       — Гарри, — окликнул парня до боли знакомый голос. Не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что ему не повезло столкнуться с Артуром Уизли.       — Мистер Уизли, — постарался изобразить веселье Герой, — а я вас и не заметил.       — Ничего, — заулыбался Артур, — я же понимаю, что ты сейчас занятой человек. Как твои дела? Нравится работа в Аврорате?       — Конечно, — следует ответ, и очередная лживая улыбка.       — Это хорошо, а то мы волнуемся за тебя, — взгляд погрустнел. — О твоем начальнике столько всего говорят, — голос походил на шепот, словно Артур боялся, что их подслушают. Но это глупо, поскольку в кабинке они были лишь вдвоем.       Поттер сделал вид, что не услышал. Он не слышал никаких слухов или просто не прислушивался. Наученный собственным опытом, Гарри не верил всякой болтовне. О нем столько всего говорили, кем только не называли, и практически всегда — ложь. В Министерстве тоже хватает болтунов.       — Сегодня приезжают из Хогвартса ребята, — заявил мужчина. — Ты же придешь к нам? Гермиона и Рон очень волнуются за тебя. Вы практически не общаетесь.       Поттер и позабыл, что сегодня начались каникулы в Хогвартсе. Ученики разъезжаются по домам. Не было сомнений, что друзья тоже захотят навестить Нору. Почему-то этот факт не радовал Гарри. Он привык к одиночеству.       — Эмм… — замялся Герой, — у меня много работы. Я напишу письмо Рону и мы договоримся о встрече, — и попытался состроить самый виноватый вид.       — Как жаль, — погрустнел рыжеволосый. — Ну что же поделать, работа есть работа.       К счастью, лифт остановился на пятом этаже и дверь открылась. Брюнет поспешил уйти подальше от неприятного разговора.       — Мой этаж. Мне пора, — кивнув на прощание, он торопливо начал уходить. Артуру лишь оставалось проводить печальным взглядом его спину и поджать губы.       На обыск отправлялись пятеро авроров, в том числе и Дэн Грин как старший над ними и Гарри как зритель. Официально же рейд возглавлял сам Поттер как старший по званию. Забавная ситуация. Авроры были одеты в форменные костюмы военного кроя и красные мантии с нашивками на груди. Поттер же ограничился повседневной одеждой, но вот мантия тоже форменная, правда, цветом темнее. Такую же носил Фишеп.       — В путь, — скомандовал Дэн. И их компания двинулась к специальному лифту, которым могли пользоваться лишь авроры. Он располагался в неприметном месте, для того чтобы можно было незаметно проводить преступников на допросы. И дверь открывалась лишь при наличии специального жетона.       Их группа появилась у подножья одного из особняков. Высокие ворота и изгородь закрывали вид на всё это великолепие и не пускали чужаков на территорию. Стоило Дэну приблизиться к входу, как ворота окутало синее сияние. А в руках самого аврора засветился какой-то предмет, напоминающий часы. Он внимательно на него посмотрел и хмыкнул.       — Что это такое? — не смог сдержать своего любопытства Поттер.       — Защита от аппарации, порталов и каминного перемещения. Мы же не хотим, чтобы «радушные» хозяева сбежали раньше времени.       Позади зафыркали другие авроры.       Не прошло и минуты, как перед воротами появился домовик в белой наволочке. На его груди располагался герб, который Гарри не смог распознать. Увы, в Хогвартсе он был далек от отличника.       — Скажи хозяевам, чтобы открыли ворота. У нас имеется ордер на осмотр дома. И если они это не сделают сами, мы будем вынуждены применить силу, — четко по инструкции проговорил Дэн.       Эльф выслушав его слова и, кивнув, исчез.       — И нам так просто откроют? — Гарри был удивлен.       — Если не глупцы, то да, — следует ответ. — Бежать им некуда. Чтобы снять наши щиты, потребуется не менее часа, плюс нужны мастера своего дела. Сомневаюсь, что здесь такие имеются.       — А если они не захотят выходить и не снимут защиту? — Поттер кое-что читал о защите, которую чистокровные накладывали на свои жилища. В книгах говорилось, что ту не так просто снять. Она завязана на крови и камне рода.       — Значит, мы её взломаем, — оскал. И кивнул на стоявших позади двух парней. — Джон и Каил профессионалы своего дела. Если потребуется, они могут даже взломать защиту Гринготтса.       Парочка заулыбалась.       — А то, — заулыбался один из них. — Всегда мечтал уделать этих коротышек.       Дэн вновь перевел взгляд на Поттера.       — Они могут взломать или обойти любую защиту, вопрос лишь во времени. Слабую — за минуты, а что-то посерьёзнее — дольше. Вот, к примеру, с охранными чарами банка им придётся возиться пару дней, а то и больше. Здесь же — проще, — ухмылка. — Мы сталкивались с подобными чарами и знаем, как их обходить. Это ведь не первые дома чистокровных, которые нам приходится осматривать.       Поттер не смог скрыть своего уважения, смотря на двух парней. Он, хоть и слабо разбирался в подобных вещах, почему-то был уверен, что подобные умения не каждому по плечу.       — А чей это дом?       — Ноттов, — простой ответ.       Не прошло и пяти минут, как ворота открылись и им навстречу двинулась женская фигура. Темноволосая женщина, лет сорока, может, более. Правильные черты лица, бледность кожи и цепкий взгляд выдавали в ней аристократку. Взгляд тёмных глаз был внимателен и холоден.       — Что вам здесь нужно? — прозвучал женский голос, который мог заморозить своим холодом.       — У нас ордер на осмотр дома, — ответил Дэн и продемонстрировал даме лист, подписанный Главой Аврората.       — На каком основании? — женщина не спешила осматривать ордер.       — Есть сведения, что в вашем доме скрывается беглая преступница, — проговорил Грин.       Впервые за весь разговор на лице незнакомки проступили какие-то эмоции, но она быстро совладала с собой. Взгляд вновь стал холоден, а губы сомкнулись в тонкую полоску. Вот только Гарри заметил, с какой силой женщина сжала кулаки. Она была зла.       Минута тишины превратилась в целую вечность.       Поттер видел, как авроры сжимают свои волшебные палочки, словно готовясь в любую секунду напасть. И поддавшись всеобщему настрою, тоже подобрался.       — Это ложь, — припечатала дама. — Моя семья никак не связана с Тёмным лордом и его сторонниками. С нас были сняты все обвинения.       — Леди, давайте не будем усложнять, — Дэн тоже начал терять терпение. — Позвольте нам выполнить свою работу, и мы уйдем.       Вновь молчание.       — Хорошо.       Поттер вслед за хозяйкой дома и Грином направился в сторону дома. Позади шли остальные авроры, цепким взглядом осматривая всё вокруг. И вот они достигли просторного холла и остановились.       — Прошу. Ищите, — надменный взгляд.       — Чрезмерно благодарен, — ответил сарказмом ей Дэн. — В доме есть ещё кто-то?       — Нет, — простой ответ.       — Где ваши сын и дочь? — продолжался допрос.       — Гостят у друзей, — невозмутимый ответ. Только тёмные глаза нехорошо блестят. — А почему вы не спрашиваете о муже? — огонь в глазах разгорелся с ещё большей яростью. Кулаки сжались, а на щеках заиграли желваки.       Губы Грина дрогнули в ухмылке. Она была красноречивее любых слов и такая издевательская. А глаза говорили: «Не играй со мной, дамочка».       — В этом нет нужды. Мы знаем, где ваш муж, — тянет Дэн и оборачивается к парням, отдавая им распоряжения. Те кивают и отправляются выполнять поручения. Гарри остаётся стоять на своем месте, словно приклеенный к полу. Он с затаенным дыханием наблюдает за происходящим. От его взгляда не укрывается, как в воздухе над их головами виснет небольшой шар-сфера, и ещё три таких же уплывают за аврорами. Хочется спросить, что это такое, но он этого не делает. Позже, когда они будут наедине. Краем глаза он замечает какое-то движение. Поднимая взгляд, видит, как Дэн совершенно не стесняясь начинает копаться в вещах на столе. Делает он это не спеша и совсем не заботясь об их сохранности.       Хозяйка за всем наблюдает с холодным взглядом.       Поттер тоже чувствует себя не в своей тарелке, словно нашкодивший школьник, которого отчитывает строгий учитель. Но тут от дум его отвлекает голос Грина:       — Мы это заберем с собой, — Дэн держал в руках папку с какими-то бумагами.       — Берите, — отчеканила леди. Хоть Гарри видел, что она не рада этому. Дай ей волю — и дамочка вцепится в глаза Грина, а не продолжит с ним вежливо беседовать.       Вновь повисла тишина. Минута, две, пять…. Гарри не знал, сколько прошло времени, прежде чем он услышал звук приближающихся шагов. Оборачиваясь, он увидел, как один из авроров возвращается.       — Я осмотрел второй этаж. Там не обнаружено следов Лестрейндж, — докладывает мужчина.       — Хорошо. Дождемся остальных, — кивает Дэн, совсем не выглядя расстроенным. Гарри показалось, что он ожидал подобного.       Прошло ещё не менее часа, когда все собрались. Результаты обыска не принесли результатов.       — Приношу свои извинения за беспокойства, мадам, — говорит Грин. — Вы же понимаете, что такая у нас работа. А времена сейчас неспокойны, — и ни капли раскаянья.       — Конечно, — голос всё так же холоден.       И авроры уходят, провожаемые эльфом. Гарри идёт одним из последних, чувствуя на своей спине взгляд хозяйки дома. Во время всего обыска она пару раз поглядывала на него, но ничего не говорила. Возможно, не узнала Героя, а возможно, просто не было что говорить.       — И всё? — не смог скрыть своей грусти Поттер. Если честно, он ожидал немного иного. Даже был готов к тому, что ему придется удерживать от агрессии взбесившихся коллег. Но всё прошло спокойно, даже слишком. Ни один пункт инструкции не был нарушен.       Дэн засмеялся.       — Всё? Да нет, это только начало, — и вновь смех. — Парни, вы всё сделали? — вопрос адресовался аврорам, тоже чему-то улыбающимся.       — Да. Следили и прослушки установлены в подвалах, без проблем. Полагаю, их не сразу заметят. Но если заметят, не смогут так быстро обезвредить. Наши друзья из Отдела Тайн поработали над ними.       — Я тоже проверил все тайники на втором этаже. Там только всякий хлам. Увы, в кабинет хозяина дома и личные спальни зайти не смог. Это вызвало бы ненужный шум и проблемы.       — Хорошо, — одобрил Грин.       — Я смог считать контур защитных чар, — дьявольская улыбка. — Сегодня же займусь их разбором. Полагаю, мне понадобится неделя, чтобы их обойти, не повредив контур.       — Хорошо. Работай.       Поттер прифигел от этой информации. Оказывается, он ничего перед глазами не видел. Словно слепой теленок, переминался с ноги на ногу.       — Зачем? — губы пересохли.       — Пф, — презрительная гримаса. — Неужели ты полагал, что эта дамочка нам скажет всё по доброй воле? — в каждом слове звучал сарказм. — Даже если бы в их доме скрывалась Лестрейндж, они бы молчали как партизаны. Нужно действовать тоньше. Учись, Поттер. Ладно парни, где сейчас мальчишка Ноттов?       — В доме Гринграссов, — отвечает один из авроров. — Он жених их старшей дочери. А его сестра переправлена во Францию к дальним родственникам.       — Вот и хорошо, значит, нанесем визит Гринграссам, — припечатал Грин.       Поттер может только качать головой. Он не знает даже малой части того, как работают эти ребята. Настоящие профессионалы. И спрашивается: где же они были, когда шла война с Темным лордом? Оставалось лишь качать головой и тяжело вздыхать. И тут Поттер вспомнил, что у них нет соответствующих бумаг для обыска.       — У нас нет никаких бумаг от Главы Аврората или министра, чтобы вламываться к Гринграссам, — говорит Гарри, но его голос звучит неубедительно.       Грин смеётся.       — Зато у нас есть ты, — в глазах смех. — Заместитель начальника Главы Аврората. Твоя подпись тоже прекрасно подходит.