Другая жизнь

      Фишеп собрал в своем кабинете совещание: десяток рядовых авроров, в том числе Грин и сам Поттер. На повестке дня был разбор ситуации с Ноттами, старшим и младшим. Гарри был удивлен, когда услышал, что неделю назад они поймали Джонатана Нотта и держат в камере до суда. Руки так и чесались наведаться к мерзавцу и посмотреть в его «честные» глаза, но Фишеп лишь посмеялся, заявив, что тот получил сполна. А ещё прибавил, что Поттер не умеет работать аккуратно. Физиономию Теодора раскрасил знатно, и им пришлось всё исправлять, чтобы не вызвать ненужных проблем. Поттер не испытывал особого сожаления относительно своих действий, считая, что Нотт заслужил. В конце концов, он дал ему в лицо, а не пытал Непростительными.       — Я передал дело Кингсли на подпись и утрясания бумажной волокиты, — оповестил начальник. — Думаю, сегодня-завтра мы переправим Нотта в Азкабан, а затем займемся его сыночком. Теперь касаемо Лестрейндж. Есть сведения, что её видели возле Мунго.       — Что эта маньячка там делала? — задал вопрос один из Авроров. Поттер тоже навострил уши. Он тоже не мог понять, что Беллатрисе понадобилось в магической больнице.       — Если вы не забыли, там лежат Лонгботтомы. Есть подозрения, что она пыталась проникнуть к ним, — огорошил всех Маркус.       Спину Поттера обдало холодным ветром, и по ней побежали мурашки. Он хорошо общался с Невиллом и был очень взволнован случившимся. Его родители не заслуживали ещё больших мучений, чем уже есть.       — И зачем ей это? — ещё один вопрос. — Всем ведь известно, что чета Лонгботтомов сошла с ума от Круцио. Какой смысл Лестрейндж нападать на них?       — Это ты спросишь у неё лично, когда мы её поймаем, — хмыкнул начальник. — Предполагаю, она хочет завершить своё грязное дело. В прошлом она их лишь запытала до безумия, но не убила. А зная о её неуравновешенности, от неё можно всякого ожидать. Правда, есть ещё вероятность, что Лонгботтомы понадобились ей для какого-то ритуала. Джеред, ты так и не смог разобраться, какой проводился ритуал на том кладбище? — вопрос адресовывался одному из авроров.       — Нет, — покаялся тот. — Вы же знаете, что некромантия и кровная магия запрещены законом. У нас слишком мало информации об этом, чтобы разобраться в произошедшем. Я послал запрос в Болгарию. Там больше известно о тёмных искусствах и всём, что с этим связано. И связался с директором Дурмстранга. Библиотека этой школы славится своим ассортиментом книг. Может, там удастся что-то найти.       — Ладно, работай дальше. Хотя, знаешь, я выбью для тебя у Кингсли разрешение посетить Дурмстранг. Пусть он договорится с министром Болгарии. Думаю, это удастся легко сделать. Так что пакуй чемоданы уже сегодня, завтра получишь портал и все бумаги.       — Мне бы ещё кого-то в помощь, — попросил аврор.       — Хорошо, возьмёшь Тома и Джека. Они ребята толковые и усидчивые. Гарри, а ты не хочешь поехать с ним? Никогда не хотел посмотреть на Дурмстранг? Уверяю тебя, что ты не будешь разочарован, — обратился маг к Герою.       Поттер задумался. Когда-то ему хотелось посмотреть на Дурмстранг и увидеть, насколько тот отличается от Хогвартса. Притом в книгах всегда говорилось, что эта школа скрыта особыми чарами и находится в необычном месте, само оно хранилось в строжайшей тайне. Всё это будоражило любопытство.       — Почему бы и нет, — после минуты размышлений ответил Герой.       — Хорошо. Готовься на завтра. И не забудь тёплые вещи. Там очень холодно, причем круглый год температура не поднимается выше нуля.       Поттер кивнул.       — Так, теперь… — но договорить мужчина не успел, так как дверь с треском открылась и внутрь вошла пылающая гневом Амелия Боунс. Позади неё мельтешила Чанг с виноватым видом.       — Простите, сэр, я говорила, что у вас совещание, — лепетала Чжоу. — Но…       — Ничего страшного, — заверил он девушку. — Миссис Боунс, чем я обязан вашему визиту? — в голосе не было ни капли радости, а едва скрываемая злость.       — Мне нужно с вами серьезно поговорить, мистер Фишеп, — отчеканила дама. — Немедленно.       Маркус заскрипел зубами от досады. Он терпеть не мог эту особу. Но сейчас она перешла все границы. Ворвалась без стука к нему в кабинет и смеет чего-то требовать. Нахалка. Будь воля Маркуса, Боунс уже бы давно отправилась на пенсию. Мнит из себя много, а на деле ничего не делает. Её отдел лишь просиживает свои штаны в кабинетах и мешает им работать.       — Господа, мы потом договорим, — скомандовал он аврорам. Те понятливо поднялись и начали выходить. Гарри тоже направился к выходу, пребывая в таком же удивлении, как и остальные. Но его остановил голос начальника. — Мистер Поттер, а вы останьтесь. Как мой заместитель, вы должны быть в курсе всех дел.       Поттер занял одно из кресел.       Амелия кинула на него хмурый взгляд, но ничего говорить не стала. Дождавшись, когда за последним аврором закроется дверь, она подошла к столу Фишепа и кинула на него лист бумаги, исписанный мелким почерком.       — Как это понимать?!       Маркус неторопливо взял лист и пробежал по нему глазами, вчитываясь в текст.       В кабинете повисла напряженная тишина.       — Хм, занятно, — единственное, что он сказал после минуты тишины.       — Занятно?! И это всё, что вы можете сказать?! На вас в частности и на весь Аврорат поступила жалоба. Вас обвиняют в превышении полномочий и грозятся подать иск в суд. И это вам кажется забавным?       — А чего вы от меня ещё ждёте? Раскаянья? Увольте. Я не превышал свои полномочия, и мои парни работали согласно инструкции. У меня на руках есть записи с голо-шаров и все документы. Но вам я их не могу предоставить, поскольку идёт разбирательство. У вашего отдела нет таких полномочий. Конечно, если вы дадите запрос министру и он подпишет его — милости прошу, — Маркус говорил холодно, чеканя каждое слово.       — Вы… Вы обезумели от вседозволенности! — Боунс окончательно потеряла самообладание. Гарри впервые видел эту женщину такой. Лицо покраснело, глаза метают молнии, а руки сжаты в кулаки.       — Удачи, — невозмутимый ответ.       Боунс сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и вернуть себе самоконтроль. Обычно она взвешено подходила к ситуации, не позволяя эмоциям брать верх над разумом. Но сегодня… Полчаса назад к ней в кабинет пришла миссис Нотт и чуть ли не плача начала рассказывать о бесчинствах авроров. Те схватили её мужа, а затем ворвались в дом и устроили обыск. Но и этого им показалось мало, они арестовали её сына без каких-то доказательств. Миссис Нотт даже утверждала, что её мужа больше нет в живых. Авроры его убили, когда тот не захотел сознаваться в том, чего не делал. Это было уже слишком.       — Я хочу увидеть обоих Ноттов, — женщина сделала акцент на предпоследнем слове. — А ещё документы на арест Теодора Нотта.       — Видеть подозреваемых до суда вы не можете, — отчеканил Маркус. — А документы пожалуйста, — и достав из стола бумагу, положил её перед женщиной. Поттер узнал на ней свою подпись и нахмурился.       Боунс схватила листок и пробежала по нему взглядом, после чего резко развернулась к молчавшему всё это время Поттеру, впечатала в него пылающий взгляд.       — Мистер Поттер, вас силой заставили поставить здесь свою подпись?       Гарри удивился, а затем и вовсе нахмурился.       — Нет, — четкий ответ.       — Тогда как это понимать? — допрос продолжался.       — Что именно вам не понятно, мадам Боунс? — прошли те времена, когда Гарри бледнел, краснел и синел под суровым взглядом. Он научился себя контролировать и не показывать страха. Поиски крестражей Реддла и побег от авроров ещё не тому научат.       — Этот документ. Вы понимаете, что подписали бумагу на арест мистера Нотта, — словно маленькому ребенку, объясняла Амелия. — Без веских доказательств.       — Я всё прекрасно понимаю, мадам. И уверяю вас, что для этого были веские доказательства.       — Да? — скепсис.       — Конечно. Притом неопровержимые.       — И? Говорите, мистер Поттер, мне же любопытно.       Гарри кинул взгляд на Маркуса, и тот слегка кивнул.       — Как вы понимаете, всего я вам не могу говорить. Идёт следствие, и до его окончания всё засекречено. Но могу сказать, что семья Ноттов подозревается в пособничестве Беллатрисе Лестрейндж. Есть доказательства, что они сообщники.       Боунс удивленно смотрела на Поттера. Она не ожидала такого отпора от вчерашнего школьника, пусть и героя. Мальчишка её удивил.       — Доказательства? Вы уверены в их достоверности? Мистер Поттер, вы же понимаете, что это подсудное дело? Если окажется, что доказательств нет и невинный человек был арестован, вас ждут огромные неприятности.       — Понимаю, — невозмутимый ответ.       Боунс молчала не менее минуты. Она внимательным взглядом рассматривала Гарри Поттера, пытаясь отыскать в его глазах признак лжи. Тот встретил её взгляд уверено, даже не думая отступать.       «А мальчишка повзрослел, — про себя отметила Боунс. — Жаль, что Фишеп его испортит. Этот безумец утратил последние граммы морали. Творит, что ему вздумается. Нужно избавлять Поттера от его влияния», — решила дама.       — Раз вы осознаете всю тяжесть поступка, тогда пусть так. Я поговорю с Кингсли и запрошу у него документы, — с этими словами она ушла, громко хлопнув дверью.       Поттер помассировал виски. У него разболелась голова от всего этого. Переведя взгляд на своего начальника, он увидел, что тот пребывает в своих мыслях. Минуту уже пялится в стену, даже не моргая.       — Что нам делать? — спросил Герой. Он немного нервничал.       — Ничего. Пусть копает — она ничего не найдет. Все было законно.       — Но почему она была так зла? Я знаю миссис Боунс давно, и на моей памяти она впервые вела себя так агрессивно. Я думал, она бросится на тебя.       Маркус хмыкнул.       — Она нахалка, но не безумная, — заявил тот. — А насчёт агрессии всё логично, Боунс ненавидит всех авроров, считая нас продажными тварями и оплотом грехов. Видишь ли, Амелия предпочитает всё решать дипломатией, не прибегая к силе. Считая, что каждый заслуживает шанс на честный суд. Вот только не всегда это срабатывает. Вот скажи мне, какая радость от того, что при прошлом падении Тёмного лорда пожирателей схватили и засадили в Азкабан? Они сбежали и столько невинных жизней погубили. А вот если бы их сразу подвергли поцелую дементоров, ничего этого не произошло. У Тёмного лорда не было бы столько безумных слуг. Мы бы не имели сейчас дело с Беллатрисой Лестрейндж. Эти девушки остались бы живы. Их родители бы не оплакивали их могилы. Вот и скажи мне после этого, стоит ли относиться к подонкам милосердно?       — Нет, — и эти слова были правдивы. Гарри тоже считал, что пожиратели заслужили смерти. Если бы Лестрейндж умерла тогда, Сириус был бы жив.       — Вот и я о том же, но Боунс не понимает.       — Может, я смогу с ней поговорить?       — Не стоит, — отмахнулся Маркус. — Она уперлась на своем и никого не слушает. Ладно, не будем об этом. Я пойду к Кингсли и объясню ему ситуацию. Полагаю, что Боунс побежит к нему.

***

      — Кингсли, это немыслимо, — бушевала Амелия. — Фишеп нарушил все правила. Он безумен. Ты должен что-то с ним сделать. Ему давно пора в отставку. В моём отделе есть несколько человек, которые смогут его заменить. Они ответственные и толковые.       Министр поджал губы. Он уже в десятый раз слышал подобное от Амелии. И всё никак не мог понять, из-за чего эта женщина так ненавидит Маркуса.       — Амелия, ты преувеличиваешь.       — Я преуменьшаю, — возразила женщина. — И не стоит отрицать, ты не хуже меня знаешь, что Фишепу пора на пенсию.       — Возможно, — не стал спорить Кингсли.       — Вот, — кивнула та, — я пришлю своих ребят.       — Нет, — отрицательный ответ.       — Нет? — не поняла Амелия.       — Новым Главой Аврората станет Гарри Поттер, — припечатал министр.       — Что? Он ещё несмышлёный мальчишка. Мальчишка, даже курсы авроров не прошёл. Нет, я согласна, что он честный и храбрый, но этого мало. Да, Гарри сделал многое для Магического мира, но… Кингсли, ты ведь не можешь быть серьёзен?       — Я серьёзен, — заявил министр. — И это не обсуждается. Гарри научится руководить. У него хорошая команда, и Маркус если что поможет.       — Нет. Это безумие. Я против. Категорически против!       — Амелия, ты перегибаешь палку. Гарри справится. И мне непонятна твоя агрессия в его сторону. В последнее время ты слишком вспыльчива и бескомпромиссна. Может, тебе взять отпуск?       — Не нужен мне отпуск, — отмахнулась дама. — Ладно, пусть будет так. Посмотрим, что из этого выйдет. Хотя помни, что я против.       — Амелия, это ведь не означает, что ты будешь вставлять палки в колеса Аврорату?       — Конечно же нет, — взвизгнула женщина. — За кого ты меня принимаешь?       — Я просто тебя хорошо знаю, поэтому и спрашиваю. Подобного я терпеть не буду. Поттер не Фишеп, против него ты не сможешь играть, — голос приобрел стальные нотки. — Народ не поймет.       Боунс вспыхнула яростью, но смогла удержать себя от необдуманных поступков. Ссориться с Кингсли она не намеревалась, хоть и считала, что тот неправ.       — Полагаю, что мы оба погорячились, — тактично проговорила женщина. — Наговорили всяких гадостей, которые не являются действительностью.       — Согласен, — пошёл на попятную Кингсли.       — Ладно, у меня есть ещё дела. Но всё же, Кингсли, разберись с делом Ноттов. Я не хочу, чтобы в Аврорате по этому поводу были проблемы.       — Конечно.

***

      — Мерлин тебя задери, Маркус, что у вас там произошло? — министр навис над своим соратником и другом грозовой тучей. — Ко мне влетела Боунс, словно фурия, и начала кричать о том, что ты занимаешься пытками в своём Аврорате. Чуть ли не кожу живьем сдираешь с подозреваемых.       — Старая карга, — выплюнул Фишеп. — Все ей неймется. Лучше бы мужика себе нашла, и ему мозг выносила, а не всем окружающим.       — Маркус, — зашипел Кингсли. — Отвечай на вопрос, а не заговаривай мне зубы.       — Я и отвечаю. Как я понял, к Боунс заявилась миссис Нотт и наплела всякой чуши. Обвинила авроров в убийстве её мужа, пытках сына и преследованиях всей семейки. А Боунс, конечно же, ей поверила. А как же, ведь она ненавидит Аврорат и всё, что с ним связано. А меня в особенности.       — Ты не сильно усердствовал над Ноттами?       — Я нет, а вот Поттер. Кто же знал, что у мальчишки крышу сорвет при виде фотографий жертв Лестрейндж. Он с кулаками набросился на Нотта-младшего, и парням пришлось его оттаскивать.       — Хм, — нахмурился Кинг, — мы точно говорим о Гарри Поттере? Тот Гарри, которого я знаю, не был способен на подобное. Он был младшей копией Альбуса с его всепрощением и милосердием. Видимо, Боунс в чем-то права — ты плохо влияешь на Поттера.       Маркус лишь хмыкнул.       — Ладно, ты привёл Ноттов в «товарный» вид?       — Конечно. Они полностью готовы, чтобы предстать перед ясные очи Визенгамота.       — Завтра будет первое слушанье. Проследи, чтобы никто не сболтнул чего-то лишнего. И Мерлином тебя заклинаю, держись подальше от Боунс. Она спит и видит, как вышвырнуть тебя из Аврората. И не мне тебе говорить, что у неё всё больше и больше с каждым днем однодумцев.       — Я и держусь от неё подальше, это она меня донимает. Я даже грешным делом подумал, что Амелия ко мне неравнодушна, — с серьезной «миной» проговорил маг.       — Возможно, — признал серьёзно Кингсли. — Тогда уж ваша «любовь» взаимна. У тебя всё или ещё что-то нужно?       — Вот, — Маркус протянул ему бумаги для подписи, — нужны твои подписи. Я хочу отправить ребят в Дурмстранг покопаться в их библиотеке. Ты же знаешь, что у нас загвоздки с ритуалом. Не можем разобраться, что он означает и для чего. Кстати, Поттер изъявил желание поприсутствовать там.       — Ладно, — согласился министр и поставил свою размашистую подпись. — Только давай перенесем на пару дней. После выходных пусть и отправятся. А я пока договорюсь с министром Болгарии и директором Дурмстранга.       — Хорошо, пара дней ничего не изменят.

***

      — Я доволен тобою, дочь моя, — довольно проговорил мистер Гринграсс. — Ты всё сделала правильно. Многие видели, что ты общалась с Поттером. Как вы вместе танцевали и смеялись. Нужные слухи скоро пойдут. Не удивлюсь, если даже об этом напишет Скитер. Это очень хорошо. А что ты сама думаешь о Гарри Поттере? — Жан внимательно смотрел на дочь.       — Скромен, благороден и немного наивен, — после минуты раздумий ответила девушка. — Должна отметить, что он приоделся и избавился от ужасных очков. Стал хоть на человека похож, а не на заморыша.       — Поэтому мы и должны действовать решительно, пока этот «лакомый кусочек» никто не увел.       — Я смогла уговорить Поттера на ужин, — заявила Дафна. — В эту субботу.       — Прекрасная новость, — порадовался Жан. — Побудете наедине. Увлеки его собой. Заставь желать ваших встреч. Пусть мальчишка влюбится, и тогда уже никуда не денется от нас. Я ведь полагаю, ты ничего не имеешь против Поттера в качестве твоего мужа?       Дафна медлила с ответом.       — Он лучше Нотта, — дипломатический ответ.       — Конечно лучше. Теодор меня очень разочаровал. Вроде умный молодой человек, а повел себя как неотёсанный хаффлпаффец. Такой муж принесёт своей жене лишь проблемы. Ладно, я должен связаться с одним человеком. Лишние сведенья о Гарри Поттере нам не повредят.

***

      Проснувшись, Герой направил свои стопы в ванную комнату. Разобравшись с утренними процедурами и одевшись, он спустился на кухню, чтобы выпить кофе и съесть тост, перед тем как идти на работу. Поприветствовав кивком Кричера, он сел на свое место, притянул к себе чашку, сделал глоток ароматного напитка и тут же пожалел о содеянном. Брюнет закашлялся и выплюнул часть кофе. Перед его глазами лежал свеженький «Пророк», с первой страницы которого на него смотрел он сам, кружащий в танце Дафну Гринграсс. А сверху красовалась надпись красными буквами:       «Новая невеста Гарри Поттера»       — Вот же, — выругался Герой и вскочил на ноги. Взмахом палочки убрав весь беспорядок и очистив мантию от кофе, он схватил газету и начал читать статью. Скитер в своем репертуаре. Из мухи раздула слона. Она называла Дафну его невестой и надеялась, что читатели скоро смогут прочесть о свадьбе Героя.       В Аврорат Поттер отправился в скверном настроении. А шепотки за спиной и подколки коллег ещё сильнее его взбешивали. В кабинет он влетел разъярённой фурией. Громко хлопнув дверью.

***

      Гермиона ждала его в заведении Фортескью, нервно теребя рукав своей мантии и каждые десять секунд поглядывая на часы. Поттер опаздывал, и лучшей ученице это не нравилось. Но вот дверь открылась, и показалась тёмная шевелюра.       — Привет, — сказал Герой, подсаживаясь за столик. — Прости за опоздание. На работе задержался.       — Привет, Гарри, — ответила гриффиндорка. — Хорошо, что ты смог прийти. Я хотела с тобой поговорить, — сразу перешла к главному девушка.       Поттер про себя хмыкнул. В этом вся Гермиона. Любит всё контролировать и быть первой. Позвав рукой официантку, он попросил себе крепкий кофе.       — Я тебя слушаю, — Поттер был собран.       — Гарри, я читала вчерашнюю статью Скитер, — начала издалека Грейнджер.       — И решила узнать, правда ли это? — хмыкнул парень. — Нет, это не правда. Да, я танцевал с Гринграсс, и мы вполне нормально общались, на этом и всё. Но, предугадывая твой следующий вопрос, говорю — моё общение с Дафной не должно касаться вас. Я же не вмешиваюсь в твои отношения с Роном, — припечатал брюнет.       — Гарри, — Грейнджер была возмущена, — я же волнуюсь за тебя. Ты изменился. Перестал общаться с семьей Уизли и на мои письма отвечаешь через раз.       — У меня было много работы, — привычное оправдание.       Грейнджер покусывала губы, сверля друга хмурым взглядом.       — Гарри, ты придёшь на день рождения Мари-Виктуар? Флёр очень этого хочет и Билл.       — Нет. Через два дня я уезжаю в Болгарию, — заявил брюнет.       — Зачем? — удивилась Гермиона.       — Дела Аврората, — уклончивый ответ. — Я проведу несколько дней в Дурмстранге.       В глазах девушки появилась зависть. Она столько читала об этой школе и слышала от Виктора, и хотела на неё посмотреть собственными глазами. Вот только местонахождение Дурмстранга хранилось в тайне.       — Жаль. Может в другой раз.       — Конечно, — согласился Поттер и поспешил сменить тему. — А как у вас с Роном дела? Как Хогвартс?       — Всё нормально, — улыбнулась девушка. — Профессор МакГонагалл рада, что мы вернулись в школу. И Рон сможет наконец сдать нормально ЖАБА. А то СОВЫ у него плохие, и никакую нормальную работу он не сможет получить. Миссис Уизли со мной согласна и ругает Рона за лень.       — А он так и планирует идти в Аврорат после экзаменов?       — Да. Ты же знаешь, что это заветная мечта Рона. Правда, в последнее время он думает о квиддиче. Но это глупости.       — А ты?       — Пока не знаю, — ответила девушка. — Мадам Боунс предлагала мне практику в её отделе, — голос полон гордости. — Думаю, это будет хорошо.       Поттер про себя нахмурился. В последнее время он настороженно относился к Амелии, словно ожидая от неё подставы. Даже сам не мог понять почему, но ожидал. А своему чутью Поттер привык верить. Оно неоднократно спасало его от Тёмного лорда.       — А как продвигаются поиски Лестрейндж? Я слышала, её до сих пор не поймали.       — Увы, она хорошо прячется.       — Ничего, я думаю, авроры её найдут, — убежденный голос.       Парочка просидела ещё около часа, после чего каждый разошёлся по своим делам.       Гермиона была не совсем довольна разговором, но понимала поведение Поттера. Ей показалось, что Гарри до сих пор испытывает чувства к Джинни, поэтому ему больно её видеть. Из-за этого и нежелание посещать Нору, и всякие отговорки. А ещё ему больно видеть, как они с Роном счастливы, а самому грустить об утраченном счастье. Гарри чувствует себя третьим лишним рядом с ними.

***

      Дни превратились в один водоворот. Поттер не успел и опомниться, как настало утро субботы. В этот день должно было состояться первое слушание по делу Нотта-старшего и пересмотр дела Малфоев. Гарри, как заместитель Главы Аврората, должен был присутствовать на слушании.       Заняв своё место возле лысоватого мужчины и хмурой дамочки, он начал наблюдать за происходящим. Что весь этот суд — фарс, он понял с первых минут. Первым рассматривалось дело Малфоев. Адвокат блондина заявлял, что появились новые сведения в деле Малфоев, доказывающие, что Люциус был двойным шпионом. Он шпионил за Тёмным лордом по приказу Министерства. Являлся их информатором. Это всколыхнуло зал и подняло шум. Все кричали, споря между собой и доказывая свою правду. Начался настоящий балаган.       — Опять этот мерзавец выйдет сухим из воды, — гневно проговорила его соседка. — Не верю я, что Малфой сотрудничал с Министерством. Это всё отдел правопорядка за него заступается. Фишеп никогда бы не выпустил этого мерзавца на свободу.       — Дорогая моя Мон, вы утверждаете, что миссис Боунс пользуется своим служебным положением и освобождает виновных людей с Азкабана? — прозвучал рядом ещё один мужской голос, в нём была угроза.       — Я лишь говорю о том, что Малфой — Пожиратель. Он заслужил вечного заключения в Азкабане!       — Вы ведь слышали, как месяц назад Гарри Поттер заступался за Малфоя? Считаете его тоже предателем?       Поттер порадовался, что его не узнали, и навострил уши.       — Ни в коем разе. Мистер Поттер — благородный молодой человек.       — А вы слышали, что Поттер занял кресло заместителя Начальника Аврората?       — И правильно, — закивала ведьма. — Он столько сделал для Магического мира. Мальчик достоин этого. Притом он благороден, честен и справедлив. Уверена, при нём в Министерстве уменьшится коррупция.       Некоторые маги, слышавшие эти слова, согласно зашумели. Кое-кто даже сказал, что Гарри Поттер должен стать министром.       Сам же Герой прифигел от таких заявлений. Его в министры. Нонсенс. Да ему Аврората выше головы хватит. Хотя бы там разобраться.       Присяжные постановили вернуть дело Малфоев на рассмотрение. А до этого времени освободить Люциуса из Азкабана, и на домашний арест. Ему на руку одели браслет, который будет частично ограничивать магию и работать словно маячок. Авроры смогут без труда узнать, где бывает этот лис.       Поттер провожал внимательным взглядом высокую фигуру блондина, отмечая его худобу, которую даже широкая мантия не могла скрыть. Щеки впали, под глазами тёмные круги, а сама кожа болезненно серая. Даже волосы утратили свой блеск, превратившись в тусклую копну. И лишь взгляд серых глаз оставался таким же ясным и цепким. Малфой словно коршун осматривал зал, запоминая все лица.       К креслу подозреваемых вывели Нотта-старшего. Он выглядел вполне здоровым. Лишь тёмные круги под глазами и искусанные губы. Если бы Поттер собственными глазами не видел, как авроры допрашивают этого мерзавца, то никогда не поверил, что Нотт пережил не самую приятную неделю в своей жизни.       Было зачитано обвинение. Грин выступал в качестве обвиняемой стороны и действовал умело. Он делал громкие заявления и предоставлял доказательства. Шаг за шагом загонял Нотта в угол. Адвокат мужчины хоть и старался добиться оправдания, но удавалось ему плохо. Он всё сильнее и сильнее мрачнел под напором Грина. А стоило народу узнать о том, что Нотт контактирует с Лестрейндж, как весь зал взорвался криками. Попытки успокоить не дали ничего.       Председатель объявил перерыв. Через неделю будет продолжено слушание. До этого времени Нотт будет пребывать в Аврорате под охраной авроров.

***

      — Министр, — Люциус Малфой слегка поклонился Кингсли. — Я могу надеяться на разговор с вами? — голос полон учтивости и ни грамма злобы. Люциус был прирожденным дипломатом и прекрасно умел скрывать свои настоящие чувства за маской лжи.       — Не стоит, Малфой, — Кингсли был не так добродушен. Что поделать, не любил он Малфоя. — Тебе не меня стоит благодарить за своё освобождение. Если быть честным, я бы желал тебя и дальше видеть в Азкабане. Каждый должен отвечать за свои поступки.       — И я могу узнать имя того, кому мне стоит высказать свою благодарность?       — Гарри Поттер, — просто заявил министр. — Именно благодаря ему, ты сейчас здесь, а не в обществе дементоров.

***

      Поттер собирался словно на войну. Он был взволнован. До намеченной встречи оставалось десять минут, и волнение всё больше одолевало Героя. Сделав глубокий вдох, а затем выдох, чтобы успокоиться, он взял мантию и аппарировал в Косой переулок.       Ресторан встретил Гарри тёплым воздухом, запахами глинтвейна и выпечки. Местечко и правда было красивым — в центре стояла ель, а весь зал украшен огнями и снегом, который с помощью магии кружил под потолком.       Не успел Поттер войти, как к нему бросился молодой парнишка и принял мантию, после чего проводил к забронированному столику. Но не успел он дойти до нужного места, как его окликнул знакомый голос. Обернувшись, Поттер увидел Оливера Вуда. Тот, хоть и повзрослел, но практически не изменился.       — Гарри, — весело махал ему Вуд, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Как я рад тебя видеть.       — Привет, Оливер, — вернул приветствие Поттер. — Давно не виделись.       — Да, давненько, — согласился Вуд. — Присоединяйся к нам.       За столиком Оливера сидели ещё трое парней. Их имен Поттер не знал. Видимо, это товарищи по команде Вуда. Если Гарри не ошибался, то бывший гриффиндорец сейчас состоит в «Паддлмир Юнайтед».       — Извини, но у меня здесь намечена встреча, — Поттер кинул взгляд на дверь и увидел там Дафну. — В следующий раз.       — Конечно, — согласился Вуд и присвистнул, когда Гринграсс увидела его и подошла. Из-за спины девушки он показал Герою большой палец и подмигнул.       — Был рад встречи, Оливер. Увидимся.       — Конечно. Как-нибудь сыграем дружеский матч.       Парни остались позади, а Гарри с Дафной прошли к их столику.       — Это был Вуд, — не спрашивала, а утверждала девушка.       — Да, — подтвердил Герой. — Он сейчас выступает за состав «Паддлмир Юнайтед».       — Маркус Флинт тоже, — смешок. — Два непримиримых врага в одной команде, — и вновь смех.       — Это точно судьба, — поддержал её Гарри.       Ужин проходил в приятной атмосфере. Гарри рассказывал о своей работе в Аврорате, а Дафна делилась сплетнями за последние два месяца, что Поттер провел в затворничестве.       После ужина они решили прогуляться по ночному Лондону.       — Знаешь, мой отец очень опечален произошедшем с Теодором Ноттом, — неожиданно проговорила Дафна. — Считает себя виноватым из-за того, что Нотт такое тебе наговорил, — голос полон печали. — Он приглашал тебя на ужин и хотел извиниться, но ты отказался.       — Дафна, я не виню твоего отца ни в чем, — заверил Поттер. — Он ведь не мог знать, что Нотт начнет себя так вести. Его вины нет.       — Он всё равно себя винит, — продолжала грустно говорить девушка.       — Если тебе станет приятнее, я с радостью приду в Гринграсс-мэнор на ужин, — после раздумий ответил он. — Только через неделю, а то я через два дня уезжаю в Болгарию.       — Я буду очень рада этому, — просияла девушка.       Дальше разговор перешёл на Дурмстранг. Поттер рассказал о своей командировке, а Дафна рассказывала всё, что ей известно об этой школе. Как оказалось, её дядя учился там.       Время неуловимо летело, и парочка даже не заметила, как пролетели два часа. Пришла пора прощаться. Гринграсс мило ему улыбнулась и, привстав на цыпочки, поцеловала в щеку.       — Спасибо, Гарри, за ужин. Мне очень понравился этот вечер.       — Мне тоже, — честно ответил Герой.       — Надеюсь, мы сможем его когда-то повторить, — лукавый взгляд из-под ресниц.       — Конечно.

***

      По возвращении на Гриммо Поттера ждало письмо от Люциуса Малфоя. Парень был ему удивлен, но не настолько, чтобы биться в истерике. В нём Люциус просил о встрече. Если Гарри не против, то его приглашали на ужин в Малфой-мэнор. Поттер был против. Воспоминания об этом доме были ещё свежи, притом он не доверял блондину. Мало ли, какую гадость Люциус задумал. Филин понёс в Малфой-мэнор письмо с отказом.       Утро настало слишком быстро по мнению Героя. На сегодняшний день у него были грандиозные планы. Следовало купить подарок к свадьбе Невилла с Луной и, конечно, попасть на само мероприятие. Задумано — сделано. Гарри выбрал в качестве подарка красивую картину. Она ему сразу приглянулась.       И вот часы пробили пять, и Поттер с помощью камина переместился в дом Лонгботтомов.