Другая жизнь

      Люциус с досадой отшвырнул от себя письмо. Поттер не счел нужным согласиться на встречу. Мерзкий полукровка посмел диктовать ему условия. Проклятие. И Люциусу придётся изображать рядом с Поттером раскаяние. Склонять голову перед победителем и играть роль послушного песика, ожидая похвалы от хозяина. Мерзость какая. Он — чистокровный волшебник в энном поколении должен пресмыкаться перед полукровкой.       — Люциус, что произошло? — прозвучал рядом участливый голос Нарциссы.       — Поттер, — блондин выплюнул с ненавистью фамилию Мальчика-который-выжил-и-никак-не-сдох.       — И… что на этот раз?       — Это Поттер похлопотал за моё освобождение. Драный мальчишка, хочет держать наш род на коротком поводке. Хочет, чтобы я плясал под его дудку.       — Люциус, — тон жены был суров, — не веди себя как глупец. Неужели ты хотел и дальше оставаться в Азкабане? Хотел, чтобы авроры взялись за Драко и лишили его магии? Ты этого хотел?       — Нет, — разозлился Малфой. — Но…       — Никаких «но»! Это я попросила Андромеду поговорить с Поттером. Помочь нашей семье.       — Нарцисса…       — Хватит, Люциус. Если тебе плевать на меня, на нашего сына и на всё остальное, то мне нет. Это ты виноват во всём. Ты втянул нас во всё это. Теперь тебе и расхлебывать. Хочешь, ползай на коленях перед Поттером или Кингсли, но добейся того, чтобы Драко не трогали. Я не хочу, чтобы мой сын повторил судьбу Теодора Нотта. Не хочу хоронить моего ребёнка, — в глазах стояли слезы.       Люциус молчал, лишь с силой сжимая кулаки.       — Хорошо, — тихий голос, в котором звучит боль.

***

      Гарри был рад, что Невилл с Луной не стали устраивать огромное пиршество. Были приглашены только самые близкие. Из однокурсников лишь сам Гарри, Гермиона, Рон, Джинни, Ханна Аббот, Дин Томас и Сьюзен Боунс. А из взрослых: бабушка Невилла, его дядя и отец Луны. И, конечно, маг, который проведёт бракосочетание.       Гарри с интересом наблюдал за Луной в её странноватом платье. Она словно лучилась счастьем. А вот Невилл был собран и серьезён как никогда. Видимо, боялся напутать слова в клятве и испортить всё. Но вот ритуал закончился, и гриффиндорец ощутимо расслабился и неуверенно улыбнулся. К молодоженам тут же подошла Августа, вытирающая платочком слёзы со своего лица, и поздравила пару. Следующей была Гермиона, глаза которой тоже были влажными, как и у Джинни. Девчонки пожелали молодоженам счастья. Гарри подошёл в числе последних.       — Поздравляю Нев, Луна, — искренне проговорил он. — Честно, очень рад за вас.       — Спасибо Гарри, — засмущался Лонгботтом. Луна лишь улыбнулась.       Настало время застолья. Гарри оказался посажен около Томаса и Сьюзен, чему был несказанно рад. Меньше всего ему сейчас хотелось общаться с Роном и Гермионой.       — Привет, — Гарри улыбнулся Сьюзен. — Как дела?       — Хорошо, — ответила Боунс. — Я не знала, что ты тоже будешь. Нет, я, конечно, знала, что ты друг Невилла, но… — замялась слегка, — тетушка говорила о том, что ты уехал в Болгарию.       — На самом деле я уезжаю завтра, — ответил Герой, про себя отмечая, что в Министерстве новости быстро распространяются.       Повисла пауза.       — Невилл с Луной — красивая пара, — вновь заговорила Боунс, смотря на молодоженов.       — Да, — согласился Герой, прослеживая за её взглядом.       — Гарри, а это правда, что писала о тебе и Гринграсс Скитер? — спросил Томас, которого, как видно, с самого начала вечера распирал от нетерпения этот вопрос. И больше сдерживать свое любопытство он не смог. Краем глаза Поттер отметил, что к их разговору прислушивается Джинни.       — У Скитер слишком буйная фантазия, — ответил Герой уклончиво.       — Я так и знал, — заулыбался Дин, вот только в его взгляде, направленном на Джинни, Поттер увидел печаль. Видимо, старые чувства не угасли и Томас не против возобновить отношения. — Скитер вечно пишет бред о тебе. Ведь как можно было даже предположить подобное? Ты и Гринграсс, — гримаса презрения.       — А что с ней не так? — удивился Поттер.       — Она — слизеринка, — словно это было самое ужасное, ответил Томас.       — А мне нравится Дафна, — неожиданно проговорила Аббот. — Она нормальная девчонка. Мы вместе сидели с ней на зельеварении. И ничего она нос не дерет, просто не считает нужным встречаться с десятками парней в Хогвартсе.       Томас покраснел.       — Эээ… Я не это имел в виду, — промямлил тот.       Разговор прервался, поскольку Невилл, покраснев, как помидор, повёл танцевать Луну. Все захлопали им в знак поддержки. Нев танцевал нескладно, но Луну это не смущало. Она, словно сказочная фея, порхала возле него и улыбалась.       К паре присоединилась леди Августа и дядя Невилла. Вслед за ними Гермиона потянула танцевать Рона. Поттер тоже решил пригласить Сьюзен, стараясь игнорировать хмурые взгляды Джинни. Краем глаза он заметил, что рыжеволосую пригласил Дин.       Поттер кружил в танце Боунс так же легко, как и в Министерстве. Им было комфортно вместе. Затем пригласил счастливую невесту и Ханну. Ему не хотелось, чтобы Аббот чувствовала себя одинокой. Так вышло, что Рон с Гермионой ворковали весь вечер вместе. Дин увивался около Джинни, а Невилл отплясывал с Луной. А пары для Ханны не нашлось, вот Поттеру и пришлось развлекать обеих девушек.       — Я не знала, что вы расстались с Джинни, — невзначай обронила девушка.       — Больше года назад, — безразлично ответил Герой.       — Странно. Джинни об этом не говорила. И в Хогвартсе она ни с кем не встречается.       Поттер лишь пожал плечиками.       — Ханна, а у тебя есть парень?       — Да, — улыбнулась девушка. — Ты его, наверное, знаешь. Он работает в Аврорате. Сэм Крокет, — ответила Аббот. — Сегодня он на ночной, поэтому не смог прийти.       Гарри напряг память, пытаясь вспомнить Крокета, но выходило плохо.       — Я ещё мало времени работаю в Аврорате, поэтому не всех успел узнать, — дипломатический ответ. — А вы давно уже вместе?       — Практически год, — следует ответ. — Мы с Сэмом познакомились на дне рождения моей кузины и подружились. Он на четыре года старше меня, поэтому я даже сразу не могла поверить, что он обратит своё внимание на такую девчонку, как я. Но мы вместе. И счастливы.       — Когда свадьба?       — В мае, — засмущалась Ханна. — Гарри, а тебе нравится Сьюзен?       Поттер удивился такому вопросу.       — Она симпатичная девушка, — уклончивый ответ. Он как-то раньше не смотрел на Боунс таким образом. Поттер перевел взгляд на Сьюзен и начал её рассматривать. Фигурка была изящной. Рыжие волосы, не такие яркие, как у Джинни, а более благородного медового цвета. Симпатичное личико, как ни странно, без веснушек, или их было настолько мало, что Гарри не видел. И карие глаза, смотрящие внимательно на окружающих. К этому стоит прибавить незаурядный ум, раз Шляпа хотела отправить её на Рейвенкло, и любовь к книгам. Сьюзен Боунс была красивой девушкой, а в будущем обещала превратиться в прекрасную молодую леди. Вот только Сьюзен не пользовалась своим обаянием, как та же Дафна. Она не могла преподнести себя и всегда смущалась. Но это прибавляло ей какой-то шарм в глазах Поттера.       — Сьюзен моя лучшая подруга, — вывел его из раздумий голос Ханны, — и мне больно видеть, что она так одинока.       — Одинока?       — Сьюзен красивая девушка, вот только парни в первую очередь видят в ней племянницу Амелии Боунс, а уже потом девушку, с которой можно встречаться. А есть даже такие подлецы, что хотели воспользоваться её добротой. После одного из таких случаев Сьюзен закрылась в себе и перестала подпускать к себе парней. А сегодня я увидела, как она смотрит на тебя. Гарри, скажи, тебе нравится Сьюзен как девушка?       Поттер задумался. Откровения Аббот не шокировали его. Он ожидал нечто подобное. Ведь его жизнь немногим отличалась. Кучи поклонниц, которым нужен был Герой, а не он сам.       — Она красивая девушка.       Ханна чему-то кивнула и улыбнулась.       — Что-то я устала. Давай подышим свежим воздухом? — лукавый взгляд.       — Ладно, — согласился Гарри, не узрев подставы.       Они вышли в заснеженный сад и побрели вдоль заснеженных кустарников. Ханна рассказывала всякие глупости, одновременно осматриваясь по сторонам. И тут на лице девушки появилась хитрющая улыбка.       — Ой, я совсем забыла, что хотела кое-что спросить у Луны. Какая я забывчивая. Гарри, ты ведь не против, что я тебя покину?       — Эээ… нет, — ответил Герой.       — Хорошо. О, кстати вон Сьюзи, — Ханна указала рукой на Боунс, стоявшую в одиночестве. — Ты как раз можешь составить ей компанию, — и поспешно удалилась.       Поттер проводил девичью спину насмешливым взглядом. Только слепой бы не увидел, как Аббот пытается свести их. Брюнет хмыкнул и двинулся к Боунс.       — Что ты здесь делаешь в одиночестве? — спросил парень.       Девушка вздрогнула и резко обернулась, она не ожидала, что к ней кто-то подкрадётся.       — Гарри, — насупилась хаффлпаффка, — я чуть сердечный приступ не получила.       Поттер засмеялся.       — Так что ты здесь делаешь в одиночестве?       — Гуляю, — тихий голос. — Этот сад летом очень красив.       — Но сейчас зима и смотреть здесь не на что, — хмыкнул Герой.       — А ты как здесь оказался?       — Ханна, — словно это всё объясняет проговорил парень. И Сьюзен поняла. Её щеки покрылись румянцем, а взгляд устремился на снег под ногами.       — Прости, — едва слышно, — Ханна бывает иногда слишком упряма. Она заладила себе, что мне нужен парень, вот и пытается меня сосватать.       — А тебе нужен парень, Сьюзен? — голос брюнета был серьёзным.       — Эмм… — девушка покраснела ещё сильнее и начала что-то лепетать.       Поттер сделал шаг вперед. Взяв девушку за подбородок, он заставил её посмотреть себе в глаза. Глаза — зеркало души, и Гарри надеялся прочесть в них ответ. Ещё шаг — и вот они стоят настолько близко, что брюнет слышит на своей щеке частое дыхание девушки. Секунда колебания, и Поттер склоняется к лицу Сьюзен, захватывая её губы в плен. Его поцелуй нетороплив и полон нежности. Губы ласкают губы девушки, словно пытаясь распробовать их и вкусить божественный нектар. Секунда, две, пять — и он слегка отстраняется. Лицо девушки пылает, а сама она тяжело дышит. Карие глаза горят удивлением и какой-то надеждой. Поттер не выдерживает и вновь склоняется к Сьюзен и целует, теперь более настойчиво. Его язык, не встречая сопротивления, проникает в ротик девушки и ласкает её собственный. Его руки скользят по девичьему телу, сильнее прижимая к себе.       — Кхи-кхи, — позади послышалось покашливание.       Резко отстранившись от Сьюзен, Поттер увидел смущенного Дина Томаса и Джинни. Видимо, они так же, как и Гарри, решили подышать свежим воздухом или искали уединенное место. И судьба-злодейка привела их именно сюда.       — Мы не знали, что здесь кто-то есть, — проговорил Дин. Джинни молчала, словно партизан. А вот её взгляд пылал. Если бы он мог испепелять, то Гарри давно бы превратился в горстку пепла.       — Ничего страшного, мы уже собирались уходить, — заверил его Поттер и обернулся к Сьюзен. Хаффлпаффка стояла молча, прижав холодные ладошки к пылающим щекам.       — Пошли в дом. Полагаю, Ханна уже обыскалась нас.       Боунс кивнула.       Гарри кинул напоследок взгляд на парочку и двинулся к дому.       — О, Гарри, я тебя везде ищу, — бросился им навстречу Невилл. — Эээ… а где вы были?       — Осматривали сад, — хмыкнул брюнет.       — Эээ… — Лонгботтом переводил удивленный взгляд с парня на девушку, отмечая пунцовые щеки последней.       — Так что ты хотел?       — Эээ… бабушка хотела с тобой поговорить, — замялся парень.       Парни ушли, а Сьюзен так и осталась стоять на том же месте. Её сердце громко стучало, а руки подрагивали. Девушка коснулась пальцами губ, которые несколько минут назад целовал Поттер, словно в неверии.       — Сью, — прозвучал позади голос Ханны. — Где Поттер? Он что, тебя не нашел? — недовольный тон. — Хм, почему у тебя щеки пылают? — допрашивала Аббот. — Так, ты должна мне всё рассказать, — девушка утащила подругу в одну из укромных комнат. — Ну?       — Гарри поцеловал меня, — тихий голос.       — Правда? Это ведь прекрасно. Я и не надеялась, что у вас всё зайдет так далеко. Думала, вы подержитесь за руки и пообнимаетесь. Вот же Поттер, настоящий гриффиндорец. Рассказывай, — потребовала она.       — Эмм…       — Тебе понравилось? Это ведь был твой первый поцелуй. Поттер ничего не испортил? А то я слышала о его поцелуе с Чанг. Со слов Чжоу, это было ужасно.       — Нет.       — Нет — не испортил или нет — не понравилось?       — Мне понравилось. Но… но я ведь такая неумелая, наверное, Гарри не понравилось со мной целоваться. Я едва его язык не укусила, — призналась девушка краснея.       — Оу, — единственное, что смогла сказать Ханна. — Не думаю, что всё было так плохо. Ты ведь тренировалась на помидорах целоваться, — это не было вопросом.       — По-настоящему это совсем не так. Это… Я не знаю, как это можно описать.       — Ладно, не паникуй. Ничего плохого не произошло.       — А если Гарри меня посчитал легкодоступной?       — Не говори глупостей, Сью, — засмеялась Ханна. — Кого-кого, а тебя такой нельзя даже в шутку назвать.       — Но…       — Глупости. Лучше скажи, тебе ведь Поттер нравится?       — Да, — тихий голос, — ещё с пятого курса.       — Тогда всё нормально, — ухмылка. — Сейчас у тебя есть все шансы заполучить его. Притом, видно, он сам не против.       — А как же Гринграсс? Я видела, как они танцевали и смеялись. Эта слизеринка имеет какие-то планы на Поттера. Я не видела, чтобы Гринграсс вела себя так в Хогвартсе. Она была настоящей Ледяной королевой.       — Гринграсс — это проблема. Но нет проблем, которые нельзя решить.

***

      Джинни поспешно отделалась от Дина и скрылась в ванной комнате. Там никого кроме неё не было, и девушка смогла дать волю слезам. Она была подавлена. Всё, во что Джинни верила, о чём надеялась и мечтала, разрушилось в одну секунду. Её Гарри целовал Сьюзен Боунс. В первые секунды гриффиндорка даже не поверила в происходящее, посчитав игрой воображения. Затем она мечтала, чтобы это оказалось сном, кошмаром. Она на самом деле спит, и всё происходящее — лишь сон. Джинни даже ущипнула себя, чтобы убедиться, что спит, но боль отрезвила её. Гарри на самом деле целовал Сьюзен.       Слёзы новым потоком хлынули из глаз. Девушка прижала ладошку ко рту, чтобы не закричать. Настолько ей было больно. Сердце обливалось кровью от одного лишь воспоминании о Гарри. Она ведь была ему верна. Верила и надеялась, что после войны они вновь будут вместе. Ведь Гарри отказался от неё, чтобы защитить. И до сих пор продолжает любить. Ведь он сам говорил об этом. Но война окончилась, а Гарри так и не пришёл. Он закрылся на Гриммо и перестал со всеми общаться. Гермиона уверяла, что это нормально, у Поттера просто депрессия, и нужно дать ему время. Мама тоже говорила, чтобы она не давила на Гарри, ему сейчас трудно. Ведь столько невинных погибло в стенах Хогвартса и Поттер винит себя в их смертях. И Джинни послушалась. Она писала письма возлюбленному и интересовалась его делами. Просила маму навещать его чаще. И оказалось, что всё это было напрасным. Её Гарри теперь обнимает другую. Ей говорит нежные слова и зовет на свидания.       Джинни всхлипнула.       — Джинни, почему ты плачешь? — прозвучал рядом голос Гермионы. Уизли даже не заметила, как Грейнджер вошла. — Что-то случилось?       — Нет. — Рыжеволосая начала быстро вытирать слезы и попыталась улыбнуться, но вышло жалко. — Со мной всё нормально. В глаз что-то попало, вот я и вытирала. А ты что здесь делаешь?       — Тебя искала, — ответила Гермиона. — Джинни, ты должна рассказать мне правду. Я ведь твоя подруга и волнуюсь за тебя. Тебя Дин обидел?       — Нет, — всхлип. Уизли больше не смогла изображать невозмутимость и вновь расплакалась. — Я видела Гарри со Сьюзен. Они… Они целовались.       Грейнджер судорожно вздохнула.       — Ох, дорогая, мне так жаль. Тебе сейчас так больно. Я ведь знаю, как ты любишь Гарри.       — Но почему он так поступил?! Почему именно Боунс, а не я? Я ведь всё для него делала. Всё. Он был всем для меня. Моим воздухом, и сейчас я задыхаюсь. Что мне делать, Гермиона? — Джинни с надеждой смотрела на подругу.       Грейнджер молчала. Она не знала, что можно ответить, посоветовать. В конце концов, Гермиона никогда не умела утешать.       — Я поговорю с Гарри, — решительный тон.       Джинни посмотрела на неё с надеждой.

***

      Чемодан были упакован, уменьшен и спрятан в карман брюк. Вместо мантии надето теплое пальто и шарф обмотан вокруг шеи. Рядом стояли ещё трое авроров в подобных одеждах. Все они ждали, когда сработает портал. Секунда, две, пять… Наконец круг вспыхнул синим цветом, скрывая их от всех взглядов, и почувствовался мощный рывок.       Поттер слегка покачнулся, но устоял на ногах. Его коллеги перенесли перемещение куда проще, сказывается долгий опыт. Их квартет вышел из круга и остановился перед встречающими. Двое мужчин в мундирах красного цвета и меховых шапках, на ногах сапоги. Они стояли неподвижно, словно статуи.       Гарри поёжился. Он хоть и оделся тепло, но недостаточно. Парень осмотрел окрестности и не смог сдержать своего восхищения. Они находились на самой вершине какой-то горы. Везде снег и даже ледяные глыбы кое-где виднелись. Впереди массивной громадиной стоял замок, а к нему вела небольшой ширины дорога, внизу с обеих сторон была пропасть. Всё это завораживало дух и леденило душу. Были слышны удивленные вздохи других авроров, которых, как и самого Поттера, удивили виды.       Последовало приветствие.       — Мистер Поттер, — на довольно сносном английском обратился один из встречающихся, — нам нужно двигаться. Надвигается сильный ветер, а вы одеты легко.       — Конечно, — согласился Гарри. Их компания двинулась к замку. Не было удобных карет и прочего, оставалось идти пешком. Когда Поттер спросил директора об этом, то тот одарил его надменным взглядом, заявив: «Это меры безопасности».       — Ученики живут в казармах, — сообщил директор. — Учителя в своей башне. Вам будут выделены комнаты там же. Извините, но мы не принимаем гостей, поэтому особых удобств здесь нет. Я буду вам крайне благодарен, если вы будете не опаздывать к приёмам пищи. Это в большом зале. Мой помощник проводит вас. Вам также покажут библиотеку.       — А здесь есть домовые эльфы? — спросил Гарри. Ему нужно было как-то связываться с директором, если потребуется, и домовики для этого лучше подходят. Мало ли, вдруг потребуется помощь или что-то узнать.       — Нет, здесь нет эльфов.       — А кто готовит еду и убирается? — удивился Поттер.       — Специальные люди и студенты. Это закаляет их характер и учит работать руками, не лишь махать палочкой. И я могу быть уверен, что, попадя даже в трудную ситуацию, они смогут выжить.       Поттер был удивлен такому подходу к учёбе. В Хогвартсе всё было иначе. А следующие два дня, что авроры провели в стенах замка, лишь убедили его в этом ещё сильнее. Подъем в Дурмстранге был в шесть часов. Затем зарядка, на которую являлись все без исключения. А если находились смельчаки, решившиеся увильнуть, то их ждало наказание. Далее следовал завтрак в общем зале, после чего уроки. После обеда занятия продолжались, вплоть до трёх часов. Затем давалось время на выполнение домашнего задания и на другие дела. И так повторялось изо день в день, лишь предметы менялись. Казалось, что здесь необычного? А то, что эта школа больше походила на армейскую службу.       Учащиеся ходили в форме, жили в казармах и отбывали наряды. За провинности их вне очереди отправляли на кухню мыть посуду и делать грязную работу или заставляли убирать территорию. А ещё в Дурмстранге, наравне с изучением магии, уделялось время физическим упражнениям. Обучали стрельбе из лука и фехтованию, что уж говорить об обычных физических упражнениях. Был обустроен огромный зал с разными тренажерами, который посещали ученики. Но самым главным была дисциплина. За эти два дня, что Поттер провёл здесь, он не увидел ни одного ученика шатавшегося без дела по коридорам. И глубоко в душе он сожалел, что ему не пришло письмо из Дурмстранга вместо Хогвартского. Как бы его жизнь сложилась, учись он здесь?       — Бедные дети, — протянул один из авроров, смотря с сочувствием на двух парней, которые мыли пол в коридоре. Притом делали это они без магии, а тряпками и щетками. — Даже нас в Хогвартсе не заставляли так горбатиться.       — Ну не скажи, — ответил ему второй, — физический труд бывает полезен. Не хотят думать головой, пусть работают руками. И не выглядят они угнетенными.       — Но это работа для домовых эльфов, — упирался первый. — Ученики ведь и на кухне работают. Моют тарелки, очищают продукты и делаю другую грязную работу.       — И как видишь, до сих пор живы, — следует ответ.       — Хватит вам спорить, — вмешался Крис.       — А ты что, тоже считаешь это нормальным?       — Да, — уверенный голос.       — А вы, начальник? — вопрос адресовался молчавшему всё это время Поттеру. Он неопределенно пожал плечами. Это было необычно, но не ужасно. Разумное наказание за провинности.       Дни перебивания в Дурмстрарге подходили к концу, когда в окно комнаты Героя постучалась почтовая птица с письмом. Гарри удивился, поскольку не ждал никаких посланий. Сорвав печать, он вытянул из конверта листок и пробежался взглядом по тексту. Гарри, возвращайся немедленно в Англию. Это очень важно. Кингсли.       Письмо удивило Поттера. Они планировали пробыть здесь ещё два дня, как и было ранее договорено. И сейчас он решал, стоит самому уехать или всей делегацией. Увы, их поиски не принесли нужных результатов. Удалось найти десятки ритуалов, где требуются жертвы, но ни одного подобного.       Спустя час Поттер стоял у дверей директора Дурмстранга. Чемодан был упакован и спрятан в кармане. Авроры были предупреждены и получили указания.       — Спасибо за ваше гостеприимство, директор Крам, — проговорил Поттер, — но я вынужден покинуть вас. Появились неотложные дела, требующие моего присутствия в Англии.       — Что же поделать, — согласился старший маг, — если надо, значит, надо.       Попрощавшись с директором, который оказался отцом Виктора Крама, и другими учителями, с которыми ему довелось общаться в эти дни, Поттер в сопровождении одного из профессоров направился к площади, где можно было аппарировать.       Заскочив на Гриммо и отделавшись от Кричера, Поттер отправился в Министерство. В письме Кингсли говорилось о спешке, поэтому Герой не стал задерживаться. Он даже решил не заглядывать в Аврорат сообщить о своём прибытии, а сразу направился к министру.       Кингсли выглядел уставшим. Налицо были следы бессонной ночи. Это встревожило Поттера и натолкнуло на безрадостные мысли.       — Что произошло? — сходу начал Герой.       Губы министра сжались в одну полоску, а во взгляде появилась грусть.       — Аврорам удалось поймать Беллатрису Лестрейндж, — вот только никакого триумфа в голосе не было. — Эта маньячка устроила нападение на Мунго, где её и смогли задержать.       — Есть жертвы?       — Да, — следует ответ. — Пожиратели использовали Бомбарду и разрушили часть стен больницы. Под завалами погибло двенадцать человек. Трое колдомедиков, пытавшихся оказать сопротивление нападавшим, и девять магов, находившихся в это время в Мунго. Многие получили ранения. Трое авроров сейчас находиться в больнице. Их здоровью ничего не угрожает, со слов врачей. А вот твоему начальнику не повезло, — голос полон грусти. — Маркус сражался с Беллатрисой и ещё двумя её прихлебателями и не смог увернуться от одного из Круцио. И пока пытался избавиться от пут, его настигла Авада от Лестрейндж.       Поттер обессилено повалился на стул. Он хоть и знал Фишепа чуть больше месяца, но всё же у них сложились хорошие отношения. И сейчас, узнав, что Маркус погиб, Гарри испытывал грусть. Но ещё была ненависть к Лестрейндж. Эта маньячка смогла забрать у него Сириуса, а теперь ещё и Фишепа. Он жаждал мести. Что там Кингсли говорил насчёт того, что им удалось схватить Беллатрису.       — Где сейчас Лестрейндж?       — В Аврорате. Я запер её в одной из камер и приставил охрану. И до твоего возвращения запретил её трогать. Боюсь, что жажда мести могла их ослепить. Все хотят отомстить за смерть Маркуса и могут с ножами броситься на Беллатрису, изрезав на кусочки. А нам нужно, чтобы она дожила до суда.       — Её опять посадят в Азкабан? — Поттер был недоволен.       — Думаю, что да, — ответил министр.       — Но это глупо! — Гарри был зол. — Она уже раз сбежала оттуда и сколько жизней погубила. Лестрейндж не заслуживает жизни. Её нужно приговорить к «поцелую дементора».       Кингсли несколько минут молчал, разглядывая стену перед собой.       — Всё не так просто, как кажется, — наконец ответил маг. — В Визингамоте есть много сторонников Боунс, которые ратуют за сохранение жизней Пожирателей. Они считают, что высшая мера наказания, даже для них, — это слишком. Пусть лучше сидят в Азкабане пожизненно.       — Глупцы, — вспылил Герой. — Какое может быть прощение этим тварям?! Неужели они не понимают, насколько Пожиратели опасны? Прошлый опыт их ничему не научил.       — Не знаю, Гарри, — усталый голос.       — А ты ведь можешь на них надавить? Ты ведь министр.       Кингсли горько рассмеялся.       — Если бы я мог что-то сделать, то Азкабан уже давно лишился бы половины заключенных. Зачем кормить лишние рты? Но, увы, я хоть и пытаюсь, но толку мало. У Боунс слишком крепкая оппозиция.       «Опять эта Боунс, — заскрипел зубами от досады Герой. — Слишком часто в последнее время я слышу эту фамилию. Амелия Боунс словно Альбус Дамблдор в юбке».       — Я могу что-то сделать?       — Возможно, — задумался Кингсли. — Твоё слово имеет вес в обществе. Ты сможешь склонить на свою сторону магическое сообщество, твердо высказав свою позицию. Конечно, после этого на тебя ополчатся многие чиновники и сама Амелия. А она, как ты помнишь, глава отдела правопорядка и глава Визенгамота.       — Второй Альбус Дамблдор, — нахмурился Поттер.       — Да. Амелия придерживается политики Альбуса. Считает, что каждый заслуживает второго, а то и третьего шанса. Пытается грести всех под одну гребенку. Это не всегда хорошо.       Поттер лишь кивнул.       — Я могу дать интервью Скитер. Конечно, если она не напишет всякого бреда.       — Не напишет. Я припугну её, не сомневайся, — согласился министр. — Завтра я переговорю с ней и пришлю к тебе в Аврорат. А ты пока подумай над своей речью. Ах да, — перед Поттером лег пергамент с подписью Кингсли. Парень заскользил по нему взглядом, не сильно удивляясь.       — Как авроры отнесутся к моему повышению? Они и так при моём появлении в Аврорате едва не скрипели зубами от злобы. Я до сих пор среди них чужак. Притом мне самому от этого нерадостно, — честно признал Поттер.       — У нас нет иного выхода. Амелия мне уже предлагала на эту должность некоторых своих ребят. А мы оба знаем, что это недопустимо. Под их руководством Аврорат развалится на части.       С этим Гарри не мог спорить. Фишеп отдал свою жизнь за правое дело, и меньшее, что Поттер может сделать, — это не дать его трудам пропасть зря. Он не сомневался, что, когда Боунс запустит свои руки в Аврорат, многие авроры будут уволены.       — Твоим заместителем поставим Грина. Он знает свою работу и будет тебе всячески помогать.       Поттер кивнул.       — Кстати, как ваши поиски?       — Никак, — ответил Герой. — Впрочем, теперь в наших руках Лестрейндж. Нужно лишь заставить ее говорить.       — Это будет сложно.       — Не сомневаюсь.

***

      Стоило Герою оказаться в Аврорате, как ему навстречу поспешили Чанг и парочка авроров. Все они выглядели подавленными, но вот в глазах каждого пылал огонь.       — Мистер Поттер, — заговорила китаянка, — что теперь будет?       — А что должно быть? — сам Герой подальше спрятал свою боль и старался действовать холоднокровно. Поддаваться эмоциям нельзя, поскольку те наделают проблем.       — Приходила мадам Боунс и говорила, что авроров ждет переаттестация. Что каждый работник Аврората должен заново сдать экзамены и пройти какие-то тесты. А кто этого не сделает, будет уволен без выплат.       Поттер был зол. Шустрая дамочка. Гарри за ней такого ранее не замечал или просто не присматривался. Раньше он и к Министерству не имел никаких дел.       — Ничего этого не будет, — уверено заявил Поттер, повышая голос, чтобы услышали авроры, собравшиеся в приёмной и прислушивавшиеся к каждому слову. — Так что всем успокоиться. Ни я, ни министр не позволят подобного.       — Но Боунс… — начал какой-то молодой аврор.       — Боунс — глава отдела правопорядка, а не Аврората. Её слово здесь ничего не стоит. А сейчас все расходитесь по своим делам, — и направился в свой кабинет. — Чжоу, пусть Дэн зайдет ко мне сразу, как появится.       Не прошло и двадцати минут, как дверь открылась и на пороге предстал Грин.       — Рассказывай, — приказал Поттер, когда Дэн уселся напротив.       — Да что рассказывать — подставили нас. В наших рядах завелась крыса, которая сливала информацию Лестрейндж.       Следующий час Грин рассказывал о нападении на Мунго во всех красках. Гарри внимательно слушал и лишь кивал. Было ясно, что кому-то была нужна смерть Фишепа. Он не просто так погиб, его заманили в ловушку.       — У тебя есть мысли, кто бы это мог быть?       — Нет, — зло отозвался аврор. — Но я найду эту крысу и тогда… Тогда он пожалеет, что вообще родился на свет.       — Согласен. Только не делай шума, а то к нам сейчас повышенная внимательность.       — Боунс, — не спрашивал, а утверждал Грин.       — Я всё не пойму, зачем Амелии нужен Аврорат. У неё свой отдел есть и куча забот.       — Не знаю. Боунс всегда неровно дышала к Аврорату. Может, хочет больше власти или ещё чего-то. А может, хочет сравниться с Дамблдором. У того тоже были свои люди на ответственных постах.       — Ладно, что там с Лестрейндж?       — Ничего. Сидит в камере. Я приставил к ней дежурных и велел никого не пускать. Если бы я этого не сделал, то авроры задушили бы мерзавку собственными руками. Скажу честно, что и у самого руки чесались.       — Вышел бы конфуз, — хмыкнул Герой. — Ладно, пойдем навестим её.       Мужчины двинулись к камерам, где содержались особо опасные преступники. Дверь слегка скрипнула, впуская их в слабо освещённое помещение. Все камеры кроме одной пустовали. Сжав с силой кулаки, Гарри сделал шаг вперед.       Фигура в дальнем углу пошевелилась. С темноты на Поттера смотрели два глаза, светящиеся, словно у кошки. В них, помимо безумия, читался триумф. Бледные губы изогнулись в кривой ухмылке, демонстрируя пожелтевшие губы.       — Малыш Гарри, решил навестить меня, — помещение сотряс безумный смех.