Другая жизнь

      Дафна была взволнованна. Все происходило не так, как она планировала. Не так, как хотела, как строила планы и ожидала. Поттер повел себя нетипично. Куда подевался благородный Герой? Славный лев не менее славного факультета Гриффиндора? Ничего этого не было и в помине. Поттер изменился до неузнаваемости. Притом настолько резко, что выбил у девушки всю почву из-под ног. Она терялась в догадках сейчас и не знала, как себя вести с таким Поттером.       — Дорогая, ты чем-то взволнованна? — прозвучал участливый голос матери.       — Нет, — слишком поспешный ответ.       Скарлет слегка улыбнулась, лукаво смотря на дочь. Она-то видела то, что Дафна даже себе не хотела признавать. Как и видела то, что Гарри Поттер нравится её старшей дочери.       — Красивое кольцо, — вновь нарушила тишину женщина.       — Да, — вновь немногословный ответ, — у Поттера есть вкус.       Повисло молчание. Дафна была потеряна в своих мыслях, а Скарлет наблюдала за дочерью.       — Тебе нравится этот мальчик? — простой вопрос.       — Что? — слизеринке показалось, что она ослышалась.       — Вижу, что нравится, — а увидев, что дочь намерилась возразить, лишь улыбнулась. — Не нужно отвечать мне, лучше ответь себе на этот вопрос.       Повисло молчание.       — Поттер изменился. Он совсем не такой, как был раньше, — горечь в голосе.       — Изменения — не всегда плохо, — изрекла миссис Гринграсс.       — Мне непонятно его спонтанное желание женитьбы, — озвучила свои страхи Дафна. — Мы ведь друг друга практически не знаем. И не похож Поттер на того человека, который будет руководиться выгодой.       — Полагаю, на мальчишку давят, — задумчивый ответ.       — Давят?       — Не исключено. Ты же видишь, как быстро движется его карьерный рост. Не прошло и двух месяцев, как он занял кресло Главы Аврората и получил голос в Визенгамоте. И уверена, что это лишь начало. Его готовят к игре в большую политику. Готовят и прикрывают все фронта, лепя идеальный образ. Семья, жена и ребёнок в это вписываются как нельзя лучше.       — Поттер — марионетка в чьих-то руках? — голос Дафны был удивленным.       — За ним кто-то стоит, и это однозначно. Министр. Хотя, может, и кто-то повесомее.       — Почему тогда выбрали меня, а не Боунс?       — Не знаю, дорогая, — тихий голос. — Возможно, это выбор самого Поттера, а возможно, мы просто чего-то не знаем. Но ты должна быть настороже. Тобой будут пытаться манипулировать и использовать. Будет лучше, если Гарри Поттер будет тобой увлечен или даже влюблен. Он сможет тебя защитить.       — Но отец….       — Мужчины видят лишь то, что хотят видеть. Твой отец не исключение. Я Жану уже много раз говорила, что Теодор тебе не подходил. То же самое я сказала о Поттере. Этот мальчик слишком важен многим, чтобы его оставили в покое.       Повисла очередная пауза.       — И что мне делать? — взгляд Дафны помимо воли упал на обручальное кольцо.       — Жить. Но помнить, что рядом с Поттером ты в опасности.

***

      Поттер испытывал двоякие чувства. С одной стороны, он был опечален тем, что купился на удочку Дафны Гринграсс и позволил себя уговорить на брак, а радовался, что наконец-то смог обрести семью, о которой мечтал с детства. Пусть и таким образом, но у него появилась невеста, а в будущем и жена. Конечно, Гринграсс он меньше всего представлял в этой роли, но что сделано, то сделано. Поттер поддался эмоциям и сделал этот шаг и отступать не намерен. А любовь… Они любили с Джинни друг друга, и что из этого вышло? Притом у него была и другая причина такого выбора и спешки.       — Видел сегодняшний «Пророк»? — спросил Грин, который вошёл к нему в кабинет.       — Нет. А там есть что-то интересное?       — Как сказать, — хмыкнул Дэн. — Скитер спустила всех собак на Амелию Боунс. А главное, народ её поддерживает. Недолго Боунс осталось геройствовать.       — Надеюсь. Мне надоело, что она пытается приказывать мне, как управлять Авроратом. Уже дважды от неё поступило предложение дать мне в помощь её парней. Считает, что я какой-то глупец и не понимаю, что Боунс хочет убрать меня из Министерства. Даже угнеталась, что мне стоило заняться квиддичем. Ведь я так талантлив как ловец. С моим участием сборная Англии точно бы получила Кубок.       Грин засмеялся.       — Не угодил ты ей чем-то, — вновь смех. — Прямо как Маркус в своё время. И что ты ей ответил?       — Что мне нравится моя работа. А что я мог ей ещё ответить?       — Да уж, — признал Дэн. — Точит Амелия на тебя зуб. Видимо, все дело в её племяннице.       — А причём здесь Сьюзен? Мы встретились всего пару раз, и то ничего серьезного не было.       — Для тебя, может, и не было, а для девчонки. В общем, не забивай голову всякой чушью. Скоро Боунс будет не до тебя.       — Ладно, — сменил тему Поттер. — Как обстоят дела с поисками подельников Лестрейндж?       — Никак. Всё глухо. Они все затаились. Словно крысы попрятались в свои норы.       — Надеюсь, они там и останутся сидеть. Какие планы на сегодняшний вечер?       — Сейчас сопровожу Теодора Нотта в Отдел тайн, где на его руки оденут ограничивающие браслеты. Затем хочу заглянуть к Кингсли. Всё же мы старые товарищи и, бывало, пропускали стаканчик-два огневиски. Хочешь присоединиться?       — Нет, — отрицательный жест головой. — Меня сегодня ждет Августа Лонгботтом. Да ещё Гринграсс нужно написать письмо.       — Значит, ты настроен серьёзно на женитьбу?       — Ты же сам советовал мне, — нахмурился Герой.       — Советовал и до сих пор советую, — согласился Дэн. — Только зачем такая спешка?       — А зачем тянуть время? Притом это избавит меня от проблем с Джинни и семьей Уизли. Мне кажется, Молли до сих пор не теряет надежды, что я женюсь на Джинни и у нас родится пятеро милых детишек, — голос так и сочился сарказмом.       — Ха, — засмеялся Грин, — я хорошо знаком с Молли Уизли и знаю, какова она бывает упряма. Знаешь, мне иногда жаль Артура. Он не имеет права голоса в семье. Делает всё, что ему скажет Молли, даже возмутиться не может. Если Джинни Уизли такая же, как мать, то ты вовремя спасся от её лап. Быть подкаблучником не самая завидная доля.       Гарри промолчал.       — А что мадам Лонгботтом от тебя надо?       — Не знаю. Вот сегодня и узнаю.       Распрощавшись с Грином, Поттер отправил письмо Дафне. Как-никак, а она теперь его невеста и будет разумно, если будет сопровождать его вечером.

***

      Поттер чувствовал себя странно. Соглашаясь на этот вечер, он не знал, чего стоит ожидать, и, если честно, до сих пор не знает. Невилл вел себя скованно. Друг весь вечер поглядывал в сторону Дафны и хмурился. Луна, как всегда, летала в облаках и улыбалась. Миссис Лонгботтом проявляла своё великодушие и вела себя как безупречная хозяйка. И лишь одна Дафна не испытывала никаких проблем в общении. Она всё так же улыбалась и ослепляла своей красотой, ведя незначимый разговор. Её не тревожили косые взгляды и хмуро поджатые губы. Настоящая аристократка, которая привыкла играть роль.       — Внук, покажи мисс Гринграсс наши оранжереи. Полагаю, ей будет интересно, — слова звучали больше как приказ, нежели просьба. Это поняли все за столом. Невилл засмущавшись поднялся и начал робко переминаться с ноги на ногу. К счастью парня, ему на помощь пришла Луна, пусть и в своеобразной манере.       — Дафна, я познакомлю тебя с феями. Они такие милые, — мечтательно проговорила блондинка. — Может, они даже захотят станцевать для нас свой танец. Это будет так прекрасно, — захлопала в ладоши девушка.       Поттер кинул на невесту весёлый взгляд и улыбнулся, но комментировать ничего не стал.       — Мистер Поттер, я очень удивлена вашим выбором работы, — сходу заявила Августа. — Крайне удивлена. Странный выбор для такого юноши, как вы.       Поттер не знал, что на это ответить. На самом деле многие ожидали, что после Хогвартса он отправится в Аврорат. А как ведь — герою полагается спасать Магический мир от плохих «дядь». Поэтому подобные слова из уст леди Лонгботтом звучали странно.       — Мне нравится моя работа, — единственное, что смог сказать Поттер.       — В самом деле, — голос женщины звучал насмешливо. — Нравится всё то, что вас окружает? Люди, их поступки и слова.       Поттер нахмурился. Неужели миссис Лонгботтом читает его мысли? Вчитывается в них и знает обо всех планах Героя. О том, что он в голос не озвучивает и даже думать себе не позволяет, находясь в окружении авроров. Нет, это глупо.       — Мистер Поттер, я старая женщина, — тихий голос. — Я прожила уже столько лет в этом мире. Столько всего видела и чувствовала. Меня очень трудно одурачить. А вы ещё слишком юны и неопытны, чтобы играть в эти игры. Хотя должна признать, у вас настоящий талант. Из вас вышел бы отличный актер. Впрочем, он и выйдет, после нескольких лет практики.       Поттер молчал.       — Притом я много слышала от внука о вас, чтобы сделать определенные выводы. Поэтому просто не могу поверить, что вы покаянно склонили голову и позволили собой управлять. Пусть и даже ради благих целей. Нет, может, раньше это и было, но не сейчас. Вы поумнели и поняли, что не всегда стоит действовать как гриффиндорец, — улыбка.       — И дальше, — Поттер был серьёзен, — мне интересно, к каким выводам вы пришли.       — Что вы решили затаиться и понаблюдать. Но полагаю, скоро вы начнёте действовать. И со всей серьёзностью говорю, что готова оказать вам посильную помощь. Мне тоже неприятно видеть, во что превратился Магический мир и его жители. Ведь, по сути, авроры мало чем отличается от Пожирателей. И вы это видите, мистер Поттер.       Гарри смог лишь кивнуть.       — И не только авроры, а и основная масса министерских чиновников. Многие ослеплены своей жаждой мести и не видят очевидного.       — Значит, вы не станете раскрывать моих секретов? — прямой вопрос. — Мне известно о ваших дружеских отношениях с Амелией Боунс.       — Амелия устала от той ноши, которую ей приходится нести. Груз оказался непосильным, и она начала оступаться. Какая жалость, такая достойная волшебница. Что же касается чужих тайн, — улыбка, — то каждый из нас имеет право на свои секреты.       Поттер кивнул.       — И я очень рада, мистер Поттер, что вы выбрали себе в союзники Жана Гринграсса. Он хороший политик и неплохой человек. Как раз то, что вам сейчас нужно. Уж простите, мистер Поттер, но вы больше действуете силой, нежели хитростью, а иногда это неправильно. В скором времени вам предстоит серьёзное столкновение, в котором потребуется не только сила, но и умение играть.       И вновь кивок со стороны Гарри. Он всё это знал.       Послышались шаги, и в помещение вернулись Невилл с дамами. Разговор был прерван. Гарри благосклонно кивнул леди Лонгботтом, а та улыбнулась краешком губ.       — Жаль, что у меня нет такого внука, как вы, мистер Поттер, — едва слышный голос, так чтобы услышал лишь брюнет. — Ваш дед вами бы очень гордился. Жаль, что он не дожил до этих дней.       Невилл увязался за Поттером на балкон. Оказавшись на свежем воздухе, Герой сделал глубокий вдох и прикрыл на секунду глаза. В голове мелькали сотни мыслей, сменяясь с невероятной скоростью. А на душе стало так мерзко. Он всё понимал. Понимал, но осознавал, что не может ничего изменить. Сейчас. Нужно ещё подождать. Отыграть свою роль до конца.       Рука инстинктивно нащупала в кармане сигареты. Щелчок — и воздух наполнил аромат трав.       Невилл недовольно посмотрел на друга, но промолчал.       Несколько минут царило молчание.       — Гарри, что происходит? — наконец тихо спросил Лонгботтом.       — Ничего, — следует ответ. Поттер уже столько всем раз лгал, что даже сам начал верить в свою ложь. Он едва не рассмеялся — вся его жизнь превратилась в одну сплошную ложь.       — Гарри…       — Нев, всё нормально, — перебил его Поттер. — Лучше расскажи, как у вас дела с Луной.       — Всё хорошо, — проговорил Лонгботтом. — А у тебя с Дафной? — имя слизеринки он проговорил с заминкой. — Ты не подумай, что я имею что-то против Гринграсс, но… Э-э-э… А как же Сьюзен?       — А что Сьюзен? — изобразил непонимание Герой.       — Э-э-э… Вы же вроде встречались. Эм, так Ханна говорила, — и покраснел.       — Аббот ошиблась, — заявил решительно Поттер. — Мы общались со Сьюзен по-дружески, — очередная ложь.       — Э-э-э…       — Нев, давай не будем об этом, — Гарри была неприятна эта тема.       Лонгботтом лишь кивнул.       — Я видел кольцо. Поздравляю, — неуверенный голос.       — Спасибо, — улыбнулся Поттер.

***

      — Ну же, Дафна, задавай свои вопросы, — подбодрил невесту Поттер, — я же вижу, что тебе невтерпёж, — они как раз прогуливались по заснеженной алее, освещенной фонарями. Дышали свежим воздухом и любовались звездами.       Гринграсс засмеялась и посильнее сжала локоть Героя. Но в следующую секунду всю игривость и озорство словно ветром сдуло, а на их месте появилась серьёзность.       — Почему всё так происходит?       — Такова жизнь, — уклончивый ответ.       — Ум, — надула губки наигранно слизеринка, — так нечестно. Ты обещал мне ответить на мои вопросы.       — Не помню я о таком, — хмыкнул Поттер.       Гринграсс остановилась и внимательно посмотрела на жениха. Жених, как же странно звучит это слово. Ещё два месяца назад она была неофициальной невестой Нотта, а теперь практически жена Поттера. Из-за этого сердце девушки трепыхалось, а спину обдавало жаром.       — Какой ты вредный, — хмыкнула Дафна. — И играешь нечестно.       — Это не игра, — серьезно проговорил Герой. — Уже не игра.       — Тогда что?       — Жизнь.       — И какой ты видишь нашу жизнь?       — Долгой и счастливой, — заявил Герой.       Дафна наградила жениха грозным взглядом.       — Счастливой? Ты считаешь, что мы сможем быть счастливы?       — Если бы я считал иначе, то не сделал тебе предложение, — серьёзный ответ. — И для начала я предлагаю начать доверять друг другу. Согласна?       — Да, — кивнула Гринграсс. — И если всё так, тогда я жду ответов. Согласись, я заслуживаю узнать правду о причинах такой скоропостижной свадьбы. Ведь ещё неделю назад ты встречался со Сьюзен Боунс, а теперь сделал предложение мне. Это странно.       — Просто я понял, что мы со Сьюзен не подходим друг другу. У нас разные взгляды на жизнь, — честный ответ. — И мне бы не хотелось рушить её веру в любовь. Она встретит того, кто сможет сделать её счастливой. Увы, но это не я.       — А какова моя роль во всём этом?       — Роль моей жены, соратницы и просто подруги.       — Хочешь, чтобы я стала твоей Беллатрисой Лестрейндж? — засмеялась Дафна, хотя улыбка не тронула глаз — они оставались холодными.       — Почему бы и нет, — следует ответ. И оба засмеялись.       Поттер сделал шаг вперед и обнял девушку. Та благосклонно позволила ему. А в следующую секунду их губы слились в поцелуе. В этот поцелуй каждый пытался вложить все свои чувства, мысли и тревоги. Не было жгучей страсти или волшебной нежности, лишь безысходность. Поцелуй прервался, и Герой слегка отстранился, смотря внимательно в глаза Дафны, словно пытаясь прочесть в них ответ. Девушка тоже смотрела внимательно.

***

      Гермиона притянула к себе утренний «Пророк» и начала просматривать. Это была своеобразная традиция — газета и чашечка чая. Рядом громко чавкал Рональд, при этом что-то успевая говорить Дину Томасу. Гриффиндорка скривилась, но ничего говорить не стала. Рон был в своем репертуаре.       Взгляд девушки скользнул по первой странице, и её рука дрогнула. Хорошо, что в руках в это время Гермиона не держала чашку — та бы выпала. С передовицы на неё смотрел Гарри Поттер, который обнимал Дафну Гринграсс. А сверху разными буквами переливалась кричащая надпись.       «Дафна Гринграсс — невеста Гарри Поттера»       Снизу шла сама статья, в которой Рита Скитер сокрушалась о том, что Мальчик-Который-Выжил и Всемирный Герой покинул список завидных холостяков. Дальше допускались самые безумные предположения, чем смогла покорить Поттера Дафна Гринграсс. Строились догадки, когда состоится их свадьба. И всё в подобном ключе. Гермиона раздраженно отложила в сторону «Пророк» и посмотрела на Джинни.       Рыжеволосая девушка во всю флиртовала с Дином, весело смеясь и делая вид, что вполне всем довольна. Только главные здесь слова «делала вид», Гермиона-то видела, что не всё так радужно. В глазах Джинни стояли слёзы, а улыбка была слишком приторная. Девушка играла, пытаясь доказать всем и каждому, что её не волнует свадьба Гарри. Гермионе было жаль рыжеволосую. Она ей сочувствовала и сопереживала.       — Поттер и Гринграсс, — прозвучал рядом голос Браун — первой сплетницы Хогвартса, — кто бы мог подумать. Я всегда считала, что у Гарри лучше вкус.       — А чем тебе не нравится Гринграсс? — прозвучал чей-то голос. — Многие парни считали её красавицей.       — Пф, — фыркнула Лаванда. — Не такая она и красавица. Ледышка, — в голосе звучало недовольство. — А вообще я говорю о том, что Гринграсс — слизеринка. Змеям нельзя доверять!       Некоторые согласно загудели.       — Джинни, мне тебя так жаль, — театральная грусть со стороны Браун. — Все ведь ждали того, что вы с Гарри поженитесь. Вы ведь такая прекрасная пара.       Джинни Уизли недовольно зыркнула на Браун.       — Мы расстались с Гарри очень давно. А сейчас я встречаюсь с Дином. Мы любим друг друга. Что же касается моего бывшего парня, это его выбор.       — Ох, — единственное, что смогла ответить Лаванда. А вот Дин Томас, наоборот, нахохлился и начал улыбаться. Ему были приятны слова Джинни. А вот Рональд продолжал жевать, не обращая внимания на чужую болтовню. Он вовсю обсуждал квиддич с Симусом.       — И всё же мне интересно, почему именно Гринграсс, — не сдавалась Лаванда. — Гарри мог найти кого-то получше.       — Дафна неплохая девчонка, — неожиданно заявила Гермиона. — Одна из лучших учениц на нашем курсе. Мы вместе с ней сидели на нумерологии.       И тут от своих грёз очнулся Рон Уизли.       — Э-э-э… А что происходит?

***

      Гарри отложил в сторону газету и нахмурился. Скитер в своем репертуаре. Хорошо хоть, она не стала писать всякий бред и не приплела ко всему Джинни Уизли. Надоело уже слушать об их отношениях. Они расстались больше года назад, а кое-кто до сих пор ожидает их свадьбы. Идиотизм.       — Гарри, тебя вызывает Кингсли, — в кабинет заглянул Грин.       — А почему — не сказал?       — Нет.       Гарри поприветствовал секретаршу улыбкой и кивнул министру, после чего занял одно из пустующих кресел. Вокруг сидели другие главы отделов и о чём-то негромко переговаривались. Сам же Поттер оказался возле Амелии Боунс и её хмурого заместителя. Женщина тоже не была рада такому соседству.       — Господа, я собрал вас всех сюда, чтобы обсудить важное дело, — слово взял министр. — Как вы все знаете, недавно произошёл суд над Беллатрисой Лестрейндж. Все мы полагали, что со смертью этой безумной пожиратели разбегутся по своим норам и даже нос побоятся высунуть. Увы, это оказалось не так. За последнюю неделю произошло два нападения на магглорожденных магов. Их тела были изуродованы и выброшены в маггловской части. Также некоторые из работников Министерства получили письма с угрозами. Как вы понимаете, это недопустимо. И мы должны действовать решительно, покуда не поднялась паника.       Поднялся шум. Каждый высказывал своё мнение и требовал найти виновных.       После получаса дискуссий и ненужных споров Кингсли велел всем разойтись, задержав лишь Поттера и Боунс с её помощником.       — Гарри, я хочу попросить тебя выделить несколько авроров для защиты мистера Девеншера, — кивок на молодого мужчину, скромно стоявшего около Амелии Боунс. — Так вышло, что он вчера получил письма с угрозами. И опасается за жизни себя и близких. Пока будет идти расследование, назначь своих ребят для охраны.       — Хорошо, — не стал спорить Поттер. Министр передал ему конверт с посланием и попросил поискать виновных. — Я свободен?       — Да, — кивнул Кингсли. — Я вечером пришлю тебе письмо.       Но не успел Гарри выйти с кабинета, как его окликнула Боунс. Выглядела дамочка недовольной. Её взгляд метал молнии, а губы были плотно сжаты в раздражении.       — Мистер Поттер, — прозвучал холодный голос, — вы не уделите мне минутку вашего драгоценного времени? — слова больше походили на приказ, а не на вопрос.       — Конечно, — согласился великодушно Герой. — Ко мне в кабинет или к вам?       — Ко мне, — следует ответ. — Это ближе.       Поттер лишь кивнул. Он с интересом смотрел по сторонам. В «святыне святых» отдела правопорядка он побывал впервые. И нужно признать, что особого восторга Поттер не испытывал. Всё те же извилистые коридоры, множество дверей и толпы посетителей. Пожалуй, Аврорат в этом вопросе был предпочтительнее. Кабинет самой Главы тоже не произвел впечатления. Лаконичная обстановка. Много пастельных тонов и всяких мелочей: картины, вазы с цветами и другие детали интерьера.       Заняв одно из кресел, Гарри внимательно посмотрел на женщину. Боунс тоже внимательно на него смотрела, не спеша начинать разговор.       — Я очень опечалена сложившейся ситуацией, — наконец проговорила Амелия.       Поттер вопросительно выгнул бровь, ожидая продолжения.       — Гарри, я помню тебя совсем иным, — резко перешла на «ты» женщина. — Добрым, честным и благородным. Помню, как Альбус тепло отзывался о тебе. Считал практически своим внуком. Ты достойно сражался с Пожирателями и Волан-де-Мортом и победил. Твоя рука не дрогнула в решающий момент. И вот не прошло и года, как я увидела перед собой совсем другого человека. Ты так резко изменился. Признаюсь честно, меня это пугает.       — Я повзрослел, — уклончивый ответ.       — Это так, — согласилась Амелия. — Но даже это не может оправдать таких перемен с тобой. Гарри, ты уверен, что во время вашей последней дуэли с Тёмным лордом не произошло чего-то странного? Того, что ты мог даже сразу не заметить.       Поттер нахмурился.       — Ничего не произошло, — резкий ответ.       — Нет, не злись, — заботливый тон. — Я лишь хочу помочь тебе. Может, тебе стоит обратиться в Мунго? У меня там есть несколько хороших знакомых, которые смогут обследовать тебя.       Гарри с силой сжал кулаки и вскочил на ноги. Глаза его метали молнии, а с языка так и хотело сорваться нелицеприятное ругательство. Так и подмывало послать Боунс с её замашками куда подальше. Как она вообще посмела так говорить с ним? Хочет запрятать Гарри в Мунго и объявить безумцем!       — Мне не нужна чья-то помощь, — голос больше походил на шипение. — Я чувствую себя прекрасно, чего и вам желаю, — слова полные яда.       — Гарри…       — Нет уж, теперь послушайте вы меня, — припечатал Герой, — я ведь слушал вас. Мне надоело, что все пытаются лезть ко мне со своими советами. Решили, словно вправе указывать мне. Учите жить. Надоело, — Поттер разошелся не на шутку. — Вот только где же все вы были, когда мне на самом деле была нужна помощь? Где вы были, когда мне приходилось терпеть издевательства Амбридж? Когда меня называли безумцем и убийцей лишь за то, что я осмелился сказать правду. Где вы были, когда Волан-де-Морт устроил за мной охоту? Я отвечу вам — нигде. Вы попрятались в своих кабинетах и выжидали. Поэтому не вам меня поучать, — припечатал Гарри. — Вы все мне обязаны за избавление мира от маньяка. Так что не будем ворошить прошлое и начнём жить настоящим. Я не испытываю к вам ненависти, мадам Боунс, и мне совсем не нужна война между нашими отделами. Но если вы решитесь на подобное, то я не отступлюсь. Я покажу вам, почему Темный лорд не смог меня победить. Так что давайте каждый будет заниматься своей работой.       Было видно, что слова Героя поразили Амелию. Она не менее десяти секунд стояла молча, пытаясь подобрать правильный ответ.       — Гарри…       Но слова женщины были прерваны открывшейся дверью.       — Тётя, — в кабинет влетела, иначе это не назовешь, Сьюзен и так и замерла на месте. Рыжеволосая девушка переводила непонимающий взгляд с тётушки на Поттера и обратно. А посмотреть было на что. Амелия выглядела какой-то растерянной, а вот Герой разъярённым. Изумрудные глаза пылали яростью, а губы искривились в ухмылке.       Первым опомнился Герой и сделал шаг назад.       — Надеюсь, мы поняли друг друга, — это не было вопросом. — А сейчас извините, но меня ждут дела, — и сделал несколько шагов к двери, останавливаясь напротив молодой девушки. — Сьюзен, — лёгкий кивок головы, означающий приветствие. И Поттер уходит, не удостаивая больше никого взглядом. Четко чеканя шаг и ровно держа голову.       — Тётя… — голос Сьюзен дрожит, — что происходит?       — Дорогая, тебе не стоит ни о чем волноваться, — улыбается Амелия, но её улыбка какая-то неживая. — Мы решали рабочие моменты.       Сьюзен не поверила в такие оправдания. Она слишком хорошо знала свою тетю, чтобы поверить её уловкам. И тут девушку осенила догадка, и она не смогла сдержать своё негодование.       — Это ты сказала Гарри держаться от меня подальше, — разозлилась Сьюзен. — Вот я глупая, как раньше это не поняла. Теперь понятно, почему он перестал со мной так резко общаться. А твои слова о том, что Поттер изменился и стал грубым, всё подтверждают. Нужно было сразу всё понять, — Сьюзен была подавлена, но вместе с тем и зла. Она знала, что тетушка желает ей добра, но… Иногда она заходила слишком далеко в своих желаниях.       — Дорогая, ты преувеличиваешь, — ужаснулась Амелия и попыталась обнять племянницу, но та отстранилась. — Я ничего не говорила Поттеру о ваших отношениях. Но не скрою, я была недовольна твоим выбором. Гарри Поттер не самый лучший кандидат в женихи. Ты ведь у меня такая добрая и чуткая, поэтому я не хочу, чтобы ты страдала.       Сьюзен молчала. Она была растерянна и не знала, что теперь делать. Притом появилось чувство вины перед Гарри. Она ведь винила его, считала лжецом и предателем. А оказывается, он просто пошёл на поводу у тетушки. И что же сейчас делать? Нужно поговорить с Гарри и всё ему объяснить. Сказать, что она не считает его плохим.

***

      — Начальник, что-то случилось? — всполошился Грин. — От тебя за милю несёт злобой. Народ даже разбегается в стороны, чтобы не попасть тебе под горячую руку.       — Заебало, — отчеканил Герой, — меня все заебало. Каждый стремится поучить меня жизни. Считают, что вправе указывать мне. Где же были эти умники, когда Волан-де-Морт терроризировал Магический мир?       Грин тактично промолчал. Он отчетливо чувствовал, что камень полетел в его огород. И тут в дверь постучались, а спустя секунду заглянула Чанг.       — Мистер Поттер, вам письмо, — проговорила кореянка.       — Давай, — скомандовал всё ещё раздраженный Герой. Развернув самолетик и вчитавшись в текст послания, он не смог скрыть своё изумление. Послание было от Сьюзен. В нём юная девушка уведомляла о том, что через полчаса придёт в Аврорат для разговора. Поттера это удивило и насторожило. Он не знал, чего стоит ожидать от Сьюзен.       — Разберись с письмом-угрозой. Может, удастся найти отправителя или хоть выйти на след кого-то.       — Парни уже занимаются этим, — доложил Дэн. — Кстати, ты просил сообщать обо всём в деле Нотта. Как ты помнишь, Теодор сейчас ограничен в магии и авроры раз в месяц обязаны совершать контроль. Ты не желаешь навестить Нотта?       — Нет, — серьезно ответил Гарри. Ему только Нотта до полного счастья не хватает. — Это уже без меня. Дел и так хватает.       Грин кивнул.       Дэн ушёл, а Гарри остался в одиночестве. Потягивая кофе, он размышлял о сложившейся ситуации. Всё слишком быстро завертелось, и Поттер не успевал реагировать. Первоначальные планы приходилось корректировать на ходу, а от некоторых задумок и вовсе отказываться. Голова шла кругом и всё чаще возникал вопрос: «Что я делаю?». Гарри и в самом деле начал терять чувство реальности и продолжал плыть по течению лишь на автомате. За своими мыслями он не успел даже оглянутся, как прошло полчаса. А очнулся лишь тогда, когда в дверь постучали и Чанг оповестила о прибытии Боунс.       Рыжеволосая девушка уверенно сделала шаг вперед и решительно посмотрела на Поттера. Взгляд полон решительности и какой-то грусти.       — Нам нужно поговорить, — заявила уверенно Сьюзен.       Поттер вопросительно выгнул бровь, удивляясь, а затем хмыкнул и указал визитерше на одно из кресел. Сьюзен дважды не пришлось повторять, и она, нервно теребя рукав мантии, уселась напротив и подняла свои карие глаза на Героя. И тут её храбрость и решительность дали трещину.       — Я хотела извиниться за поведение моей тети, — тихий голос. — Она… она не должна была говорить с тобой так.       Поттер выглядел удивленным. Он не совсем понимал, о чём говорит Сьюзен. Ведь не могла она слышать их последний разговор с Амелией? Или могла?       — Я имела в виду то, что тётя не должна была вмешиваться в наши… отношения, — последние слова прозвучали едва слышно. — Она очень волнуется обо мне, поэтому и повела себя так. Мне очень стыдно за её поведение и своё, — шепот. — Я злилась на тебя из-за того, что ты ушёл тогда и ничего мне не сказал. Даже письмо не написал. Но теперь я понимаю, что ты сделал это из-за слов тёти. Мне очень стыдно за это. Прости меня, — глаза были полны слёз.       А Гарри окончательно запутался. Он не понимал, о чём говорит сейчас Сьюзен. О каких угрозах и сожалениях. Конечно, у него возникли смутные догадки, но подтвердить их он не мог.       — Сьюзен, — начал было он, но девушка прервала его слова.       — Не нужно, Гарри, я ведь всё понимаю. Из-за поступка моей тёти ты стал избегать меня и начал общаться с Дафной Гринграсс, — в голосе звучала горечь. — Я не виню тебя ни в чем. Здесь стоит злиться лишь на себя саму. Я ведь знаю, какая моя тетушка упрямая, если что-то себе удумала, то точно добьется этого. И она задумала разлучить нас и сделала это. Мне стоило раньше это понять, — пауза. — У меня нет права просить тебя о дружбе, я лишь могу надеяться на то, что мы сможем общаться. Как бывшие однокурсники и хорошие знакомые. И надеюсь, что со временем ты простишь мне мои поступки.       Поттер про себя застонал.       — Сьюзен, я не злюсь на тебя, — и это была правда, — и не виню.       Девушка грустно улыбнулась.       — Какие же мы были глупые раньше, — тихий голос. — Почему позволили другим разрушить наши мечты? Чаша нашего счастья разбилась на мелкие осколки, и её невозможно склеить воедино, как бы не хотелось, — одинокая слезинка скатилась по щеке.       Поттер в который раз почувствовал себя мерзавцем и горько улыбнулся. Поднявшись, он сделал несколько шагов к девушке и слегка приобнял, после чего печально улыбнулся и запечатлел поцелуй на её лбу.       — Всё будет хорошо, — такой же тихий голос. — Мы оба будем счастливы.

***

      Амелия была расстроенна. Все её планы пошли прахом. Желания, стремления и мечты рушились на глазах. Всё то, чего она кровью и потом достигла, рухнуло прахом. Казалось, весь мир против неё. На каждом шагу подстерегали неприятности и лишения. И лишь огромная сила воли и природное упрямство не давали ей опустить руки и подать в отставку.       — Что нам делать? — прозвучал голос заместителя. — Нас пытаются заставить играть по чужим правилам. А если не выйдет, то не погнушаются замарать руки и без шума убрать. Над нами сгущаются тучи и скоро полетят головы.       — Да, — не стала спорить Амелия. — Грин сам по себе мало что представляет. Но он имеет влияние на Кингсли. Да ещё и Поттер здесь каким-то образом затесался. Признаюсь, я не знаю, чего ожидать от этого мальчишки. Ранее мне казалось, что Поттер — послушная марионетка в руках кукловода, но сейчас я начала в этом сомневаться. Мальчик прекрасно осознает свою роль и закулисные игры, а также не боится применить силу. Такого невозможно подчинить, если он того сам не захочет. Поэтому уверена, что он разыгрывает свою партию до поры до времени, позволяя Грину с Кингсли считать его послушной марионеткой.       — Может, это и так, но Гарри Поттер нелоялен нам.       — Да, — горечь в голосе. — Пожалуй, я допустила огромную ошибку, разрушая их симпатию со Сьюзен. Следовало действовать совсем иначе. Через племянницу я бы могла привлечь мальчишку на нашу сторону. Жаль… Кстати, что там с Крокетом?       — Ничего нового. Мне кажется, его раскрыли.       — И вновь невезение. Что-то в последнее время невезения повсюду преследуют нас.

***

      — Мы готовы к решительному удару, — звучит уверенный голос. — С целью мы определились, и можно начинать действовать. У нас будет лишь один шанс, и мы не должны оплошать.       — Очень хорошо, друзья мои, — звучит ещё один голос. — Да будет с нами Магия. Пусть она благословит своих детей на эту великую миссию. Вперед, рыцари мои. Да свершится Великий Суд!