Мой выбор

Из воспоминаний Николы Дин. Программа «Легендарные истории разоблачений», 1998 год

***

      Дэриан безумно расстроился, когда узнал о моей сделке с Чарльзом Корнуэллом. Сразу же начал обвинять во всём себя, уговаривал отказаться от этого. Но колесо было уже запущено, слишком поздно отказываться от затеи. Половина пути пройдена, какой смысл всё теперь бросать?! Так я и сказала Дэриану. К тому же, я не собиралась отдаваться Чарльзу и изо всех сил думала как мне от него избавиться. Новость о том, что уже в пятницу в студию приедет Чарльз Корнуэлл произвела настоящую сенсацию среди моих коллег. Ведь никогда ещё у нас в гостях не было таких знаменитых музыкантов. А уж когда в понедельник мистеру Холту позвонила Элиза и сказала, что за интервью Корнуэлл просит лишь бутылку хорошего красного вина, все просто упали в обморок. Сразу же со всех сторон посыпались вопросы о том, как мне это удалось. Одна моя коллега в шутку спросила: Не предложила ли я музыканту себя в качестве главной награды? Все засмеялись, я придумала какой-то остроумный ответ, а сама в душе подивилась прозорливости коллеги. Дэриан как услышал эту шутку, сразу же побледнел.        На следующее день уже никто не смеялся: Чарльз прислал в офис огромный букет орхидей с запиской «Для Николы Дин от Чарльза Корнуэлла». Как сейчас помню: приезжаю утром на работу, а коллеги как-то странно смотрят на меня. Мой напарник- оператор Оливер кивает головой в сторону букета и говорит: «Тебе Корнуэлл прислал». У меня просто душа в пятки ушла! Я дрожащими руками беру букет, раскрываю записку и читаю: «Позвони мне сегодня после одиннадцати, как обычно». Вляпалась я, конечно, здорово. «Может Дэриан прав и надо остановиться, пока не стало поздно? Нет, надо идти до конца», — подумала я в тот момент. Я уничтожила записку, а цветы оставила на работе. Я и подумать не могла, что это только начало. В последующие несколько дней Чарльз присылал мне букеты с экзотическими цветами, веточками хлопка или сакуры. Последний букет, который был послан утром в пятницу состоял из редкого сорта чайных роз с нитками жемчуга. Я видела как напрягались лица коллег, всякий раз, когда курьер передавал мне очередной подарок Корнуэлла. Шутка про оплату натурой уже не выглядела такой глупой. Ситуация ещё больше осложнилась накануне встречи- Элиза прислала требования Чарльза к вопросам. Там чёрным по белому было написано, что Чарльз не станет отвечать на вопросы о расставании брата с Сереной Дойл и последующем скандале со снимками. Я совсем отчаялась. Ну как, как я тогда смогу разговорить его?! Только чудо мне поможет. Дэриану пришлось в ту неделю не легче меня: мистер Холт поручил ему привести студию в порядок, что было настоящим безумием. Наш офис располагался в старом здании, находившемся в аварийном состоянии. Я видела как Дэриан выкидывал на помойку старые стулья с торчащими гвоздями и бегал покупать новые на мизерную сумму, выделенную Холтом. Он чудесно побелил потолок в комнате, где решено было провести интервью. Он помыл до блеска окна и сортир, подмёл все полы. Всё это он делал без лишних слов, как будто так и надо. Никто кроме меня не знал, что у него ещё есть вторая работа, на которой с него тоже шкуру спускают; есть обязанности перед группой, ради которой он добивался разрешения выступать в третьесортных клубах; есть больная жена, в больницу к которой он ходил каждый день. Нашими надеждами и опасениями по поводу плана мы старались делиться друг с другом после работы, чтобы никто не услышал. Дэриан уже одолжил у друга видеокамеру.       С каждым днём нас потряхивало всё больше и больше. И если Дэриан ещё как-то держался, я выкуривала по пачке сигарет в день. Моя нервозность обострилась из-за того, что Чарльз просил меня звонить ему или звонил мне сам по ночам. Мне всякий раз хотелось послать его ко всем чертям, но я сдерживалась. Он спокойно и нагло выспрашивал подробности моей личной жизни: нет ли у меня сейчас молодого человека? А много ли у меня было парней? В среду он спросил меня как я отношусь к экспериментам в постели и не буду ли я против, если он свяжет меня в пятницу в отеле. Я растерялась и молчала несколько секунд. Чарльз на том конце провода громко рассмеялся и сказал, что пошутил. Я чувствовала себя так мерзко, будто бы искупалась в грязи. Боясь спугнуть Корнуэлла, я вежливо и сдержанно отвечала на все его провокации.

***

       День интервью я не забуду никогда. Накануне я поспала всего полтора часа и чувствовала себя разбитой. Всю ночь я ворочалась с боку на бок, меня била нервная дрожь, в ушах звенело. Втайне я мечтала о том, чтобы Корнуэлл внезапно отменил интервью или заболел. Я дико боялась оглушительного провала нашего плана. А что, если он не поведётся на мои уловки и не разговорится? Всё будет напрасно. Весь день до приезда Корнуэлла мы с Дэрианом ходили как на иголках, выкуривая по пять сигарет в час. Мы только обменивались тревожными взглядами и уже ничего не могли друг другу сказать.       Чарльз приехал где-то за сорок пять-пятьдесят минут до записи интервью. Он приехал на своей машине с личным водителем, но без агента. К моменту его появления в студии кроме меня, Оливера, Дэриана и мистера Холта никого не было. Я молилась о том, чтобы Корнуэлл не узнал Дэриана. Хотя Дэриана и родная мать не узнала бы: весь заросший, в каком-то непонятном тряпье из секонд хенда, в затёмненных очках и надвинутой на глаза бейсболке. Я сама-то его узнавала через раз. Но Дэриан старался не попадаться на глаза. Мистер Холт мигом кинулся к Корнуэллу с бутылкой лично купленного дорогого вина и начал подобострастно говорить о том, как он рад видеть члена самой популярной группы Британии на нашем канале. Чарльз равнодушно выслушал его и взял подарок. Он взглянул на меня, и я сразу поняла, что на самом деле его ничего кроме сегодняшней ночи не волнует. Он считал, что я уже принадлежу ему. — Никки, посмотри на его зрачки, — шепнул мне на ухо стоявший рядом Оливер. — Они узкие, как у змеи. Он под кайфом. — Да, я тоже это заметила! — ответила я. Мне хватило одного взгляда, чтобы это понять. Мой бывший, с которым я прожила почти полгода, был героиновым наркоманом. Чарльз почти не замечал окружающей обстановки. Он лишь попросил Оливера снимать его с левой «рабочей» стороны. Дэриан где-то затаился, да я особо и не думала о нем в тот момент. Что я могу сказать про интервью? Первая его часть прошла безумно скучно, ведь Чарльз давал заученные ответы на заранее известные ему вопросы. Я сначала была на взводе, но потом даже немного расслабилась. Я старательно избегала темы отношений Алана и Серены. Самое интересное началось в перерыве…

***

       В перерыве произошло то, что никто из нас предположить не мог. Чарльз попросил открыть подаренную бутылку и налить ему бокал вина. Мистер Холт мигом побежал выполнять его просьбу. Я осталась наедине с Чарльзом. — Я, по правде говоря, ни о чём кроме нас думать не могу, — признался Корнуэлл. — Представь себе, я тоже, — сквозь зубы процедила я. Чарльз нагло положил мне руку на колено и начал гладить его. Я не сбросила её. Сейчас самый подходящий момент, чтобы вывести его на чистую воду. — Так значит, ты фанат садомазохистских практик? — спросила я. — Ты давно этим увлекаешься? — Я вижу, что заинтриговал тебя! — рассмеялся Чарльз. — Я всегда испытывал интерес к подобным вещам. — А фотографировать такие моменты тебе нравится? Ну там связанных девушек или ещё что-нибудь в таком духе? — Аххххааххх, вот и нет! Это только мой братец-идиот Алан подобное любит. У него на этот счёт какой-то ненормальный эксгибиционизм. — Я слышала, что те снимки Серены Дойл он сам и сделал, а потом в отместку за разрыв послал их в газету…- я ухватилась мёртвой хваткой за эту фразу. — Кто тебе такое сказал? — насторожился Чарльз. — Так, разные слухи ходят, — уклончиво ответила я. — Ещё говорят, что он целую кампанию против неё провернул. Теперь Серена лежит в больнице с нервным срывом. — Знаешь, Серена тоже хороша! Поступила с ним как последняя шлюха! Вот он показал ей, где раки зимуют. Чтобы неповадно было впредь. Я уже хотела произнести целую гневную тираду, когда неожиданно увидела у двери Дэриана с камерой. Чарльз его даже не заметил. Дэриан кивнул мне. У нас всё получилось. Three Lights подписали себе приговор.