Я уйду, а ты останешься

Мальчик целовал губы Ники, размазывая сладкую ягоду вокруг своего и ее рта. Их горячие дыхания на мгновение слились; поцелуй получался со вкусом черники. Девушка сжимала рукава Драко, словно боялась, смертельно боялась, что он сию же минуту исчезнет, будто его никогда и не было, не существовало на самом деле. Будто он – лишь ее приторная фантазия. Поцелуй прервался, и воздух между ними снова стал холодным и темным. Ника разжала пальцы. Драко отпрянул, задумчиво дотрагиваясь до подбородка. — Брысь отсюда! – рявкнул он на немого свидетеля – эльфа, который пришел забрать оставшуюся посуду, – Еще раз попадешься мне на глаза, я выброшу тебя на мороз. — С-слушаюсь, – пропищал эльф, сгреб со стола тарелки и исчез. — Я думаю, нам обоим теперь нужно в ванную, – неуверенно заметила девушка, кося глаза в темноту. Малфой даже обернулся, посмотрел, точно ли она кого не увидела. Все лицо Ники горело, будто ее обжег ледяной ветер, а руки заметно дрожали, с силой сжатые в кулаки. После поцелуя с Драко, такого желанного и мимолетного, она ощущала себя не выжатой – выпотрошенной. По позвоночнику то и дело пробегали холодные мурашки. — Впервые соглашусь с тобой, – мальчик снова нацепил маску презрения. Впрочем, помятый и грязный, он выглядел заметно живее Ники, даже румянец появился. Льдистые глаза его азартно сверкали; он все порывался облизать липкие губы, но кончик его языка каждый раз замирал в самом уголке рта. — Драко, что это было? – спросила Ника, уже когда они сидели в ее комнате, мальчик – в чистой пижаме, она – в неизменной ночной сорочке. — О чем ты? – Малфой-младший лениво трогал большим пальцем ноги квадрат лунного света на полу. От его кожи пахло свежестью и теплом. — Там, на кухне, – жалея о своем вопросе, уточнила девушка. Они сидели совсем рядом, на краю заправленной кровати. — А разве там что-то было? – Драко совершенно пустыми, влажно блестящими глазами посмотрел на Нику. — Нет, ничего, – вздохнула она. — Я могу позволить себе это, – тихо сказал мальчик. – И ты… И ты – тоже.