Настоящие истинные вроде бы?

Чимин: Сознание вернулось на родину, потому что в горле ужасно пересохло. Вот только проснувшись, я ощутил, что рядом кто-то лежит. В этот миг в голову без спроса полезли обрывочные воспоминания. Стало страшно и стыдно. Неужели мы с Юнги переспали? Я его изнасиловал? Ответов в омутах памяти не нашлось, поэтому глаза пришлось открыть. Облегчение ворвалось в мысли легким бризом: рядом спиной ко мне лежал Джин. Его футболка задралась во время сна, волосы растрепались. Заботливость перешла в режим активного действия, погладив брата по голове, я взялся за футболку. После немного зависнув на пару секунд, у Джини изменилась форма живота. Сердце предательски ёкнуло. Но я успел прикинуться спящим, когда младший проснулся. Его физические изменения напрягли меня. Нужно было узнать, как можно больше, чтобы понять, что же произошло. Когда кровать опустела, я сел и потянулся. Джин натягивал на себя куртку и как всегда улыбался. Моё же любопытство начинало неприятно зудеть. Не может же быть такого? Они же не дураки, чтобы ребёнка делать? — Чего развалился? Домой поехали, пьянчужка. Громко, на распев, сказал брат и покинул комнату. Пришлось подниматься, одевать верхнюю одежду и следовать за ним. На кухне нашёлся младший брат Юнги. Встреча получилась неожиданной. Он о чём-то громко спорил с вчерашним именинником. Увидев же меня, просто потащил за собой, со словами: — Можно я у вас чайку попью? Мне оставалось только кивнуть и пожать плечами Джину. Тот лишь снова ярко улыбнулся и побрёл за нами. Через двадцать минут мы были дома, а у меня разыгралась сильнейшая головная боль. В слепую мне удалось найти обезболивающее и, выпив его, пойти умываться. Джихун же просто ушёл с головой в телевизор, его явно что-то мучило. В этот миг передо мной возник братец с вопросом. — Ну и кто этот прекрасный фрукт? — Не поверишь, младший брат Шуги. Мы вчера познакомились, — ответил я и продолжил наливать себе кофе. Джин же принялся делать завтрак, что-то напевая. У него последнее время всегда было прекрасное настроение. И если раньше не бросалось в глаза, что я начал мало уделял ему внимания, то теперь это стало болезненно ощутимым. Нужно было чаще говорить с ним, тогда перемены в нём не напрягли бы меня. Надо было исправлять ошибки немедленно, поэтому, присоединившись к готовке, я спросил: — Джини, давай завтра сходим вместе в боулинг? Мы так давно не проводили время вместе. Брат после вопроса застыл на несколько секунд, а потом ответил: — Извини, но у меня уже есть планы с Хосоком, давай в эти выходные. В его голосе было что-то не так и это беспокоило меня. Что же я упустил из-за своих встреч с ореховым альфой? Воспоминания о Юнги обдали сердце жаром. Мне хотелось увидеть его, хоть и было стыдно за развязное поведение. Но некоторую информацию всё же требовалось проверить, поэтому новый вопрос сам сорвался с губ: — Джин, а какой запах у Юнги? После этого вопроса брат коварно улыбнулся и, снизив голос до шёпота, ответил: — Он пахнет как твоё любимое пирожное, которое готовит мама. Неужели тебя наконец-то заинтересовал альфа? Щеки от неожиданного вопроса вспыхнули, а в горле пересохло. Выпив спасительный стакан воды, я покраснел и сказал: — Сам не знаю, меня влечёт к нему. Так что, может быть, я влюблюсь. Джин после моих слов начал тискать меня в своих объятиях. Я же снова ощутил его изменившуюся форму живота. Нужно проследить за этими голубками. В один момент донеслась до меня очередная идея. Но решив отложить её на завтра, я зашёл в гостиную и сел рядом с Джихуном. Он не обратил на меня внимание, тогда вопрос сам развеял тишину. Паренек забыл даже звук у телика включить. — Что-то произошло? Не успело предложение закончится, как он заревел навзрыд. На автомате, из братских порывов я его обнял. Стало интересно, что же его так подкосило. Вчера на вечеринке Джихун был дерзким и весёлым, сегодня же выжатый как лимон. Моя рука покоилась на его затылке и перебирала мягкие пряди волос. Что-то спрашивать ещё — мне духу не хватило. Так что я просто утешал парня, как умел. Опыта много: Джини та ещё плакса. Спустя десять минут поток стих, и дыхание ревущего стало ровнее. Тогда то он и сказал: — Я нашёл истинного. Но это лучший друг Юнги. Ну знаешь, Хосок, то есть именинник. Мне не важна наша разница в возрасте, всего же пять лет. Однако он сказал мне, что ему не нужен такой ребёнок, как я. Представляешь, мне так больно, даже дышать невозможно. Сердце словно из груди вынули… Проблема была тяжёлая, хоть и легко решаемая. Если бы альфа не упёрся, то сейчас Джихун не ревел бы. Переведя дыхание, я ответил на его молчаливую мольбу о совете. — Просто обо всём расскажи брату. Думаю, проблема в том, что Юнги и Хосок друзья. Если бы не их дружба, он даже не задумался о твоём возрасте. — Спасибо. Только и прошептал паренёк и уснул у меня на коленях. Ничего не оставалось, как дотянутся до его телефона и позвонить. Шуга ответил быстро, с третьего гудка. — Джихун, где тебя черти носят? Совсем с дубу рухнул? Хочешь, чтобы мама поседела от нервов? Стало правда неловко, поэтому гневную тираду прервал мой спокойный голос: — Юнги, это я, Чимин. Можешь забрать домой Джихуна, он спит. Я пошлю тебе адрес смс. — Да, хорошо, скоро буду, — ответил альфа и тут же отключился. В этот момент в комнату вошёл Джин. Увидев нашу идиллию он улыбнулся и одними губами прошептал: — Завтрак готов, иди ешь. Только кивнув, я переложил омежку на подушку и ушёл на кухню. Там меня встретили горячие блинчики, залитые шоколадно-ореховой пастой. Улыбка невольно озарила лицо — вот знает братец мои вкусы. Юнги: Это было явно неожиданностью. Почему Чимин звонил с телефона брата? Вчера у меня мозг плохо работал, поэтому я оставил младшего там. Уджи, в принципе, умный парень, так что не мог вляпаться в проблемы. Да и Хосок позвонил рано утром и сказал, что с ним всё в порядке. Вскоре на телефон пришла долгожданная смс. Удивило то, что со своей омегой я живу так близко. Всю ночь мне так и не удалось уснуть от болезненного возбуждения. Зато на нотной тетради появилось две новые песни. Мне хотелось показать их Чиме, последнее время всё чаще я ловил себя на подобной мысли. Всё, что есть в моей жизни, также принадлежит ему. Это странное, но в тоже время приятное чувство заполонило всё внутри. Когда омеги не было рядом, я безумно скучал, поэтому натянув куртку, побежал как сумасшедший. Хочу всегда быть рядом с ним, независимо от обстоятельств. Даже если Чимин отвергнет меня, я останусь его тенью. Теперь моя тяга к нему нерушима. Через десять минут, я забежал в его подъезд и помчался вверх по лестнице. Дыхание было тяжёлым, когда дверь распахнулась и на пороге стоял Джин. Он приветливо пригласил меня в квартиру и указал пальцем на кухню. Сердце сразу забилось сильней, в животе поднялся ураган. Быть рядом с ним, чувствовать воздух, пропитанный его запахом, — всё это слишком. На ватных ногах я вошёл в проход и увидел уплетающую омежку. Чимин ел, сладко причмокивая и от подобной картины, улыбка сама расплылась на лице. Тихо подобравшись ближе я положил руку на его плечо. Он замер и поднял на меня свой взор ясных глаз. На уголках его губ была шоколадная паста. Глаза были удивленными, а на щеках заиграл румянец. — А, Юнги, прости. Думал, что сумею позавтракать до твоего прихода. Может хочешь перекусить? — затараторил смущенный омега, отводя взгляд, потянувшись за салфетками. — Я не против перекусить, — ответил я и, наклонившись, слизал остатки сладости с его губ. Чимин на мгновение замер от подобной наглости, но потом ответил на поцелуй. Голова от долгожданной отдачи в «трезвом состоянии» кружилась. Ладони зарылись в его мягкие волосы на затылке, а большие пальцы гладили нежную кожу на щеках. Дыхание кончилось неожиданно, и поцелуй прекратился. Наши растерянные взгляды встретились. В этот момент на кухню зашёл Джин. Увидев наши покрасневшие лица, он только хохотнул и сказал: — Если вам нужно уединится, могу выйти. Чимин после этих слов улыбнулся, буркнул что-то непонятное и тут же убежал. Его брат чуть не упал на пол от смеха, а потом пробубнил: — Не переживай, сейчас он наконец-то видит в тебе альфу. Ему только нужно привыкнуть. Дай ему время. Сейчас же забирай брата и отпаивай успокоительным, он ревел как белуга. Выслушав мнение младшей омеги, я пошёл в гостиную. Взял братика на руки и обменялся взглядами с Чимой, который всё ещё очаровательно краснел. Через пятнадцать минут, я уложил крепко спящего Джихуна спать. Глупая улыбка так и не сошла с моего лица до самого вечера и похоже больше никогда не сойдёт. Чокнулся от любви, разве не весело! Хосок: После вечеринки прошла долгая неделя, которая была ужасно напряжённой. Помимо учёбы, мы с Джини бегали по магазинам, договаривались с определённым кафе. Если выражаться двумя словами — устраивали свадьбу. Всё это время мне казалось, что на нас кто-то пялится. Это неимоверно бесило, мой цветочек быстро уставал. Однако его улыбка всегда светилась также ярко как рассвет. Сегодня же нас ждёт очередной поход к гинекологу. Срок хоть и маленький, но возможно нам удастся увидеть наше маленькое чудо. Хотя мне и не важно, какого пола родится ребёнок, Джин этого дождаться не может, что очень мило. Так как мы по записи, ждать очереди не пришлось. Однако врач отлучился на обед пораньше, поэтому уже десять минут мы сидим перед кабинетом. Любимый валяется на моих коленях и хоть до куда показывает свой язык. Не удерживаюсь и целую шалуна. Сердце в груди сладко поёт свою мелодию. Доктор возвращается через двадцать минут и долго извиняется. Ну, а в кабинете мы узнаём, что наш ребёнок будет гаммой. Известие неожиданное и немного шокирующее. Хотя что плохого в том, что ему придётся выбрать самому, кем он будет: альфой и омегой. Джин от известия пребывает в культурном шоке, хотя и улыбается. Врач говорит, что у подобного пола есть свои плюсы. Когда идём к выходу на моём телефоне начинает орать мелодия. Отвечаю и слышу голос Юнги: — Скажи мне, что вы не в больнице? Не понимаю паники друга и спокойно говорю: — Мы на приёме, а что? В этот момент Джин открывает дверь, и мы встречаемся нос к носу со старшим братом моей омеги. В трубке же слышится взволнованный ор. — Чимин, он в больнице! Отключаюсь, и рука с телефоном безвольно падает вниз. Не знаю, что же сказать, только загораживаю Джина своим телом. Хоть и ясно, что Чимин его не тронет. Цветочек только и успевает, что сказать: — Чима, не злись. В этот момент омега приближается и заносит руку для удара. Вот и настал момент истины. Мы попались!