Она была первой

Уже к вечеру все сидели у костра: ели, пили, смеялись и веселились. Новичок сел подальше от всех, но к нему подсел Ньют. Это оказался один из немногих, кто не относился к нему с подозрением или пренебрежением. Он был спокоен, рассудителен и даже в какой-то мере дружелюбен.       — Как тебе тут? — спросил Ньют, разглядывая его.       — Не знаю, — признался новичок, пожав плечами. — Слишком много непонятного. Ньют усмехнулся.       — Привыкай. Здесь у всех так было. Разговор постепенно перешел к важным темам: лабиринту, гриверам, бегунам, Создателям. Новичок слушал внимательно, впитывая каждое слово.       — Кто такие бегуны? — спросил он, когда Ньют сделал паузу. Этот вопрос давно не давал покоя новенькому.       — Видишь вон ту группу? — Ньют кивнул в сторону костра, где сидели несколько человек, выделяющихся крепкими телами и серьезными лицами. — Это они - бегуны. А вон тот, с напряженным взглядом и рюкзаком за спиной — Минхо, их главарь. Каждый день, с рассветом, они бегут в лабиринт, изучают его, чертят карты, ищут выход. Но увы, за три года — ни единого успеха. Новичок задумчиво посмотрел в сторону бегунов, а затем заметил, что среди них была и Кристиан. Девушка смеялась, но даже в этом смехе чувствовалась какая-то отчужденность.       — А Крис?? — спросил он. Ньют помрачнел.       — Она одна из первых бегунов. Вышла в лабиринт почти сразу, как прибыла, вместе с нами, конечно. Мы с Алби пытались убедить её уйти из отряда, когда стало прибывать больше ребят, но она наотрез отказалась. Она отлично бегает, быстрая, ловкая, но слишком импульсивная. Иногда принимает глупые решения. Новенький перевел взгляд на Ньюта, тот пристально смотрел на девушку.       — Эй, пошли ближе к костру, — предложил Ньют. — Я покажу тебе, чем тут занимаются ребята. Посмотрим, какая специальность тебе сгодится. Ньют рассказывал про медиков, строителей, мясников, но новенький слушал вполуха. Он уже присмотрел себе "специальность". Парней привлек шум, что исходил из центра поляны. Там, внутри круга зрителей, Галли боролся с кем-то, выталкивая из круга.       — Он всегда так? — спросил новенький.       — Почти, — усмехнулся Ньют. — Галли любит доказывать, кто тут самый сильный. Тут новенький заметил, как Галли посмотрел на него.       — Что, салага? Хочешь попробовать? — крикнул он, ухмыляясь.       — Ты хоть знаешь, с кем связываешься? — съязвил новичок.       — А давай проверим, — Галли усмехнулся. — Крис! Из толпы раздался раздраженный голос:       — Что тебе опять надо, Галли? Толпа расступилась, пропуская Кристиан.       — Вставай в круг, веснушка. Посмотрим, чему ты научилась.       — Да отвали ты, — она закатила глаза. — Зачем тебе это?       — Повеселимся, — ухмыльнулся он. Кристиан вздохнула и перевела взгляд на новичка. Он смотрел на неё снисходительно, и это её задело.       — Ну давай, малыш, — ухмыльнулась она. — Или боишься проиграть девочке? Новичок на мгновение замешкался.       — Я не бью женщин. Толпа замерла. В глазах Кристиан что-то вспыхнуло. Он не считал ее равной.       — Ах вот как? — она кивнула, ухмыляясь. — Ну что ж… Резким движением она сбила его с ног, но сама тоже не удержалась и упала рядом. Новенький, потрясенный, перевёл на неё взгляд. Она усмехнулась и убрала волосы с его лба.       — Может, хватит? — предложила она, вскочив на ноги, словно и не падала.       — Мы только начали! — огрызнулся он, тоже поднимаясь. Он бросился вперёд, но Кристиан успела увернуться и ударить его в бок. Затем повалила его и села сверху.       — Сдаешься? — спросила она, довольно улыбаясь. Он резко ударил её ногой, сбивая на песок, и сел на неё сверху.       — Сдаешься? — усмехнулся он. Кристиан лукаво улыбнулась, приблизившись, словно хочет поцеловать, а затем резко ударила его головой в лоб. Новенький застонал, схватившись за голову, а девушка использовала момент, чтобы сбросить его с себя и резким движением вытолкнуть за круг. Толпа взорвалась смехом и аплодисментами.       — Не верь женщинам, салага, — ухмыльнулась Кристиан, протягивая ему руку. Он нехотя её принял, вставая. Галли усмехнулся.       — Ну что, сопляк? Если тебя уделала девчонка, что же будет, когда твоим соперником стану я? Кристиан презрительно фыркнула, а Галли усмехнулся, вступая в круг.       — Давай, салага. Покажи мне, что ты можешь! Новичок с горящими глазами ринулся на Галли.       — Ну что за дурак? — прошептала Крис.       — Он смелый, — ответил Ньют, услышав шепот подруги.       — От смелых в нашем мире мало чего остается, — пробурчала та.       — Но тем не менее, ты жива, — хмыкнул Ньют и пихнул ее в плечо. Кристиан, дурачась, закатила глаза, а затем тепло улыбнулась парню. Следующие несколько минут Галли толкался с новеньким, пытаясь выкинуть его за круг и унизить. Но получилось совсем не то, чего он ожидал. Новенького подстегнули издевки Галли и раунд с Кристиан. Он боролся изо всех сил, и иногда даже побеждал. Когда он повалил Галли, толпа тихонько ахнула. Новенький понял, что нарвался. Он увидел, какая ненависть зажглась в глазах противника, и в следующую секунду уже чувствовал, как его голова раскалывается на несколько частей. В ушах звенело, а рука, кажется, была вывихнута. Хотелось заплакать от беспомощности и ярости, но тут в его голове что-то щелкнуло, и всплыло одно лишь имя: Томас. Он вспомнил. Томас! Его зовут Томас!       — Томас! — крикнул парень, вскочив. — Я вспомнил! Томас! Томас! Меня зовут Томас! Молчавшая секунду назад толпа загудела, захлопала и засвистела.       — Привет, Томас, — кто-то хлопнул его по плечу.       — Поздравляю, Томас, — Алби пожал ему руку.       — Молодец, Томас, — Галли похлопал его по плечу и пожал руку. — Молодец. Парень чувствовал, что все налаживается. Всё не так безнадежно. Следующие несколько минут его поздравляли и хлопали по плечу. Кристиан обняла его, а Ньют крепко пожал руку, лучезарно улыбаясь. Пока Томас общался с ребятами, Кристиан потихоньку отвела Галли в сторонку.       — Ты совсем дурак, что ли? — рассердилась девушка. — Ты зачем его так головой приложил?! У него же наверняка сотрясение и рука выглядит ужасно! Джеффу работы прибавил.       — Ну, зато он имя своё вспомнил! — начал отпираться Галли.       — Мне что, теперь поблагодарить тебя? — прошипела девушка.       — Можно… — улыбнулся парень. Крис шутливо ткнула его локтем в бок, но Галли успел поймать ее руку. Его пальцы сжались крепче, чем позволяло хоть какое то приличие. Он прижал девушку к себе, заглядывая в ее глаза и тяжело дыша.       — Поосторожнее со своими ручками, милая. Ты нарываешься, — его голос звучал глухо и напряженно. Лицо Галли было слишком близко. От него пахло потом и алкоголем, но за этим скрывалось что-то ещё – болезненная, с трудом сдерживаемая привязанность. Галли смотрел на нее так, словно не мог решить, хочет он ударить или удержать, оттолкнуть или приблизить.       — Галли, ты…       — Эй, Галли! — послышался голос сзади. Парень резко обернулся и отпустил Кристиан. Позади стоял Ньют с напряженным лицом. Его взгляд не предвещал Галли, в будущем, ничего хорошего.       — Тебя Алби зовёт, — сказал Ньют и осторожно отодвинул Кристиан от парня. Галли бросил ревностный взгляд на руку Ньюта, что держала Кристиан и отошел к остальным ребятам. Кристиан медленно выдохнула.       — Спасибо, — тихо сказала она. Ньют смотрел вслед удаляющемуся Галли и сжимал челюсть.       — Ньют, — Кристиан тронула его за руку, и тот вздрогнул.       — Да, Крис? — парень потёр переносицу. — Извини, что ты сказала?       — Спасибо, говорю, — прошептала девушка. — Галли в последнее время сам не свой.       — Да… наверное, перепил просто, — парень поморщился. — Знаешь, мне кажется… Он не успел договорить. Раздался громкий, дикий вой. Он прошел по всему Глэйду, эхом прокатился по лесу и стих.       — Что это было? — в ужасе прошептал Томас.       — Это, друг мой, — сказал Галли, глядя на лабиринт. — Был гривер. Томас тоже посмотрел на лабиринт, а затем перевел взгляд на Алби.       — Ладно, — сказал тот, поймав взгляд Томаса. — Ложитесь спать. Завтра рано вставать. Здесь мы в безопасности, и вы это знаете. Все разошлись по своим гамакам, и только Ньют с Фрайпаном остались на дежурстве. Тишина ночи была неестественно плотной, нарушаемой лишь треском дров в костре, где огонь жадно поглощал свежие поленья. В воздухе стоял запах дыма и сырости — влажный лес будто тянулся к ним из темноты, давя, обвивая. Кристиан ворочалась на лежанке в своей крохотной хижине, пытаясь найти удобное положение, но мысли о сегодняшнем инциденте с Галли не отпускали. Огромное пламя в очаге едва освещало ее лицо, создавая искаженные тени на стенах. Шум костра сливался с её тяжёлым дыханием, но все её мысли упорно возвращались к одному: как бы она могла избежать столкновения с Галли. Сегодня он не на шутку напугал ее, позволив себе больше, чем обычно. Он никогда так с ней не обращался. Кристиан упорно списывала все на большое количество алкоголя и ярость, что вызвал новенький. Тем временем Галли лежал в гамаке, не в силах уснуть, его взгляд был тяжелым и задумчивым. Ньют, ходивший туда-сюда с факелом, не замечал, как его шаги становились всё более раздражающими. Галли ощущал, как внутри что-то накапливается — вопрос, который не даёт ему покоя. И гнев. Почему именно Ньют, а не он? Почему судьба выбрала его для этой роли? Галли стиснул зубы и попытался отвлечься от мысли, но они снова и снова возвращались. А Томас сидел в тени, пытаясь закрыть глаза, но не мог. Словно невидимая сила тянула его за пределы этого места. Он думал о том, как оказался здесь, среди чужих людей и странных обстоятельств, и как выбраться отсюда. Всё, что он слышал, — это стук своего сердца и храп парней вокруг. Томас пытался разложить огромную кучу вопросов в своей голове, но выходило это с трудом. Всю ночь с ними оставалась напряженная тишина, в которой каждый искал ответы, но находил только новые вопросы. И сны, которые мучили, несли в себе ещё больше тревоги и темноты.

***

Томас проснулся в холодном поту, его дыхание было учащенным, а сердце стучало так, что, казалось, его слышно было по всему лесу. Прежде чем он понял, что происходит, рука резко зажала ему рот. Это был Алби. Он взглянул на него и прижал палец к губам, жестом указывая следовать за собой. Мир вокруг ещё спал. Крики сверчков в траве были единственным звуком, нарушающим тишину. В легком утреннем холоде, когда только начинало светать, всё было окутано мутной мглой. Ньют, как ни в чём не бывало, спит у дерева, прислонившись и скрючившись, защищаясь от холода. Макушка фрайпана торчалаиз гамака, видимо, он ушел спать раньше Ньюта. Алби повёл Томаса через росистую траву, его шаги звучали приглушенно. Каждое касание мокрых стеблей казалось странно зловещим, как будто сами растения знали, что это не просто утренний обход. Вскоре они подошли к одной из стен лабиринта. На ней, в хаотичном беспорядке, были высечены имена — выцарапанные, зачеркнутые, оставленные в этой тени навсегда. Одни имена исчезли, другие продолжали выживать на поверхности камня, но только три из них выделялись — Минхо, Ньют и Алби. В их ярких чертах было что-то почти неестественное, как если бы их судьбы были сплетены заранее. Алби молча передал Томасу нож. Его глаза блеснули в тусклом свете раннего утра, но в них было что-то скрытое, чего Томас не смог разобрать. Алби тихо сказал:       — Теперь ты один из нас. Ты не такой, как другие. Ты любопытный, Томас. Давай, парень, сделай это. Томас встал перед стеной и провёл рукой по вырезанным именам. Бен, Чак, Галли, Роб, Альфред, Скотт, Фрайпан, Зарт, Джефф — все они были частью этой бездны. Он осмотрел каждое имя, каждый след, и вдруг замер, заметив нечто странное. Томас обернулся к Алби.       — Почему здесь нет имени Крис? — его голос был осторожным, почти не слышным. Алби, казалось, не был готов к этому вопросу. Его взгляд сначала упал на стену, а потом на Глэйд, где, казалось, скрывалось что-то важное. Алби тяжело вздохнул и тихо сказал:       — Потому что это не настоящее имя… Это не её имя. Она не помнит, как её звали. Крис, Кристиан — Ньют дал ей это имя через неделю, когда она не смогла вспомнить своего настоящего. Она переживала из-за этого, долго не могла прийти в себя, но потом смирилась. Приняла новое. А ты… ты же понимаешь, Томас? Это всё слишком больно для неё. Так что никому, слышишь? Она не хочет распространяться об этом. Томас почувствовал, как его голова наполнилась тяжестью. Он пытался осмыслить услышанное, но что-то внутри его ещё не до конца схватило эту правду. То есть, и так бывает…       — Она не вспомнила? — переспросил он с горечью. — Вообще ничего? Алби покачал головой, его взгляд стал мягким, почти уставшим. Он снова посмотрел на стену и тихо сказал:       — Она здесь уже три года. А что она знает? Мы, по крайней мере, помним свои имена. Но она… У неё нет прошлого, Томас. Но она справилась. Смирилась. Отпустила это. Начала жить заново. На его лице появилась грустная улыбка, и он кивнул на нож в руках Томаса.       — Давай, парень. Сделай это. Томас ощущал тяжесть момента. Он подошёл к стене, медленно приложил нож к камню и нажал на рукоять, чувствуя, как холодный металл встречает сопротивление.