Ветер с севера

Тень пронеслась над ущельем, перекрыв свет. Макалаурэ остолбенело смотрел вслед огромной птице, прижавшись к серому камню. Он видел её всего миг - в узкой полосе серого неба между стен ущелья, но и мига было достаточно. Быстрый промельк гигантских крыльев, плотный удар воздуха. Он стоял неподвижно, глядя вверх, затаив дыхание, не зная, что это может значить, пока позади не раздалось: - Пришёл убедиться? Голос раздался совсем рядом, хотя он только что был здесь совсем один. Макалаурэ резко обернулся. Ущелье, должно быть, исказило звук. Майрон стоял на камне в доброй полусотне шагов впереди, почти сливаясь со скалами и тенями цветом своих одежд, на этот раз - совсем неярких. Приветствием он пренебрёг, как обычно, и как обычно был самоуверен. Макалаурэ промолчал. Но Майрону ответ и не требовался. - Идём, - сказал он, перепрыгивая с одного осколка базальта на другой, и маня Макалаурэ за собой дальше по извилистой расщелине между высоких стен. Макалаурэ пошёл за ним, осторожно переступая с камня на камень. Эту глубокую трещину промыла не вода. Какая-то чудовищная сила когда-то надломила саму толщу камня, и дно устилала не ровная, обкатанная потоком, галька, а острое рыхлое крошево. Угнаться за перескакивающим с камня на камень майа увязая в осыпях было непросто, но Макалаурэ и пытаться не стал. Он шёл медленно, не пытаясь сравняться. - Как ты забрался так далеко? - спросил Майрон, останавливаясь в ожидании за изгибом расщелины. - Верхом, - коротко ответил Макалаурэ. Коней он оставил внизу, там где ещё что-то росло, уговорив попастись пока он сходит разведать что там за скалами. Им это не понравилось, они тревожились и отошли от скал неохотно. Если в разговорах можно было что-то скрыть, как-то утаить правду под пеленой недомолвок, то в общении с животными это никак не выходило. Хитросплетенья его дел они не в силах были понять и не могли осознать причин его тревоги, но саму тревогу отлично чувствовали, и не желали его оставлять. Уклон шёл вверх, ему приходилось смотреть под ноги, карабкаясь по осыпи. Среди щебня то и дело попадались мелкие тонкие косточки, будто где-то поблизости долгое время обитала какая-то хищная птица. - А где же твоя охрана, - поинтересовался Майрон, когда Макалаурэ выпрямился, добравшись до большого плоского камня, на котором можно было встать прямо без опасения съехать вниз. - Нет никакой охраны, - твёрдо сказал он. - Ты один? - спросил майа не то с недоверием, не то с насмешкой. - Я не один, - ответил Макалаурэ. - Но охрану я не взял с собой. Майрон чуть наклонил голову. Из-под капюшона выпал огненный локон. - И мой спутник далеко отсюда, - добавил Макалаурэ. Майрон улыбнулся. - Как это нолдор отпустили своего короля в сопровождении одного-единственного слуги в такие опасные места? - Король пожелал уединиться, - надменно объяснил Макалаурэ. - Все полагают, что я отправился к югу, в леса, где орки и твари редки, и никто не посмел оспаривать мою способность защитить себя. Кроме Куруфина, который не постеснялся заявить, что Макалаурэ себе изрядно льстит, полагая, что сможет отбиться от возможного нападения, когда обнаружил, что старший брат куда-то тайком собрался, пусть даже и в южном направлении. Но распространяться об этом не стоило. - А что же твой слуга? - не отставал Майрон. - Ему не показалась странной перемена направления? - Он мне не слуга, - возразил Макалаурэ. Майрона, в отличии от коней можно было попытаться запутать. - А кто он? - Майрон двинулся дальше так же легко перескакивая с камня на камень. - Он заботится обо мне. Майрон кивнул. - Здесь это и называется - слуга, - сказал он назидательно. - Или раб. Макалаурэ покачал головой. Он уже как-то пытался это объяснить. После того, как Майрон растолковал ему суть понятия рабства, которое он одолел не сразу. - У нас нет рабов, - сказал он. - И у меня нет слуг. Он делает то, что считает нужным, по собственной воле, а я с благодарностью принимаю его помощь. Майрон задумался на миг. - Так он твой друг? - уточнил он. Макалаурэ на миг задумался. - Он был дружен с моим дедом, - уточнил он, готовясь к длинным расспросам. Майрон был любопытен. Он мог подолгу задавать вопросы, уточнять смыслы слов, расспрашивать о разных вещах. Макалаурэ старался отвечая обходить то, что по его разумению могло нести в себе опасность для нолдор, но это было трудно. Майрон был дотошен и разговоры эти Макалаурэ утомляли. - Ты должен мне рассказать, - сказал Майрон. - Чуть позже. Он остановился у подножия скальной стены кивком указывая вверх. - Мы пришли. Это здесь. Высоко на скале висела цепь. Пустой наручник болтало сильным ветром, он позвякивал об замаранный кровью камень. - Решительность и находчивость сильные стороны Финдекано. - сказал Майрон так, что сама собой напрашивалась мысль о целом списке уравновешивающих эти достоинства недостатков. Макалаурэ трудно было отвести взгляд от серой монолитной стены. Он различал на ней изрядное пятно, чуть ниже наручника, немного более светлое, чем остальная поверхность скалы, но он отлично видел разницу оттенков, она резала ему глаз не меньше, чем вертикальные потёки под пятном и пока ещё яркая алая клякса прямо возле наручника. Но больше здесь ничего не было - ни тел, ни следов схватки. - Хорошо хоть не прислушался к просьбам и не убил братца, - сказал Майрон с хорошо уловимой но странной смесью сарказма и досады в голосе. - Покалечил только слегка. Он отступил на шаг назад и указал на подножье скалы, на что-то лежащее среди камней. Сначала Макалаурэ показалось, что это какой-то маленький дохлый зверёк с бессильно обвисшими голыми лапками, потом он понял, что это не лапки, а пальцы и осторожно присел на лежащий у подножия скалы валун. - Где они? - спросил он. Голос его не подвёл лишь потому что был укрощён многими десятилетиям пения. Но ноги такой верностью не отличались. Майрон сложил руки в подобие птицы, изобразил ими пируэт в воздухе и махнул вдаль. Он подобрал отрубленную кисть и достал из-под полы одеяния тонкий платок. - Откуда тут орёл? - спросил отстранённо Макалаурэ, глядя, как Майрон заворачивает отрубленную руку в мерцающую ткань. Внутри было пусто. Собственный голос показался ему далёким и стеклянным. - Это же одна из птиц Манвэ? - Да, и не какая-нибудь, - ответил Майрон. - Если бы эту тварь не принесло сюда в самый неподходящий момент, я бы им помог с их затруднением. Он взглянул на Макалаурэ: - Ну? Ты удовлетворён? - Нет, - сказал Макалаурэ. Это было вовсе не то, что ему следовало сказать, но он не сумел с собой справиться и ответил откровенно. Майрон, к счастью, истолковал его ответ по-своему. - Из-за этого? - спросил он, приподнимая свёрток с отрубленной кистью. - Если бы сына твоего дядюшки не осенило помолиться о ниспослании ему меткости, а на Манве не снизошла вдруг блажь прислушаться, и всё сделать по-своему, он был бы цел. Он прошёлся вдоль скалы, поглядывая вверх. - Но душевные порывы твоего брата, как и братца нашего Владыки - вне моей власти, - продолжал он. - Это их совместным усилиям Нельяфинвэ обязан потерей руки. Зато он теперь точно в безопасности, не в моих силах стряхнуть их со спины этого высокомерного хищного петуха. Пока он говорил, Макалаурэ сумел отчасти с собой справиться. Он поднялся на ноги и сказал: - Хорошо. Я верю. И готов идти. Только сейчас ему стало страшно. Он смотрел, как Майрон идёт в его сторону и чувствовал, как немеют губы, и с трудом произнёс. - Только, если возможно, я бы хотел отпустить коней. Путь назад они найдут сами... Майрон подцепил его подбородок, затыкая рот поцелуем, и сердце сжалось в крохотный камешек и провалилось куда-то вниз, оставив на своём месте лишь тревожную пустоту, а руки потеплели и скулы обожгло жаром предвкушения. Макалаурэ закрыл глаза. Но Майрон отпустил его. - Напрасно ты сюда забрался, - сказал он. От ровного спокойного голоса Макалаурэ стало ещё страшнее. Сердце подскочило к горлу. Однако, Майрон отступил от него. - Для тебя тут нет прохода, - сказал он. - Да и потребуется какое-то время, чтобы суета углеглась. Не всякий день крылатые засранцы Повелителя Ветров крадут пленников Властелина. - Он усмехнулся. - Вероятно, дело потребует моего внимания. А я не хочу отвлекаться, когда ты наконец станешь моим гостем. - Гостем? - переспросил Макалаурэ. - Конечно, гостем, - заверил его Майрон. - Для тебя уже готовы отдельные покои, тихие, просторные и убранные получше твоей сиротской каморки. Ты наконец-то будешь жить действительно по-королевски. Насмешка сквозила в голосе настолько явно, что Макалаурэ даже не стал спрашивать, что его слова подразумевают. С Майрона сталось бы позолотить кандалы. - Сейчас ты отправишься назад, - сказал Майрон. - Вернёшься сюда, когда ваша злополучная корона снова окажется на голове Нельяфинве. Он рассмеялся тихим, довольным смехом, заметив: - Она как будто действительно несёт вашим королям несчастья. Поглядим, что на этот раз достанется Нельяфинвэ, когда он снова её нацепит. - Ты отпускаешь меня? - переспросил Макалаурэ, пропустив недобрую шутку мимо ушей. - Нет! - возразил Майрон. - Я лишь даю тебе время передать дела, как это и задумывалось. Отправляйся назад не торопясь, веди себя будто ты ни о чём не знаешь. Заодно по пути подумаешь, как объяснить Майтимо свой грядущий отъезд. У тебя есть какие-то идеи на этот счёт? Что ты ему скажешь? - Правду, - сказал Макалаурэ. Он не обдумывал всерьёз подобный разговор. Слишком уж невероятным было предложение Майрона, чтобы поверить в него. Он принял его, надеясь, но не доверяя, и это недоверие, ожидание подвоха, засады, обмана, чувство вины, предчувствие несчастья, выгнали его в конце концов из лагеря сыновей Феанаро, заставили морочить братьев и Имиринолло. - Не хочу, чтобы он с братьями напрасно меня искали во всех окрестных землях если я пропаду без объяснений и причин, - пояснил он. Майрон изумился: - Хочешь, чтобы они тебя искали в Ангбанде? Макалаурэ ничуть не меньше изумился в ответ. - Ты боишься что за мной явится Нэльяфинвэ? Майрон пожал плечами. - Вероятность того, что он рискнёт ещё раз сюда влезть, ничтожно мала, - ответил он. - Но разве тебя отпустят, если станет известно куда и для чего ты отправляешься? - Я поклялся, - возразил Макалаурэ. - А они - нет! - парировал Майрон. - Тебя можно просто посадить под замок, если ты будешь упорствовать. Макалаурэ вспыхнул: - Да кто посмеет?! Майрон покачал головой и капюшон сполз с его головы окончательно, освобождая огненный поток, разлившийся по плечам. - Не забывай, - сказал Майрон, - орлы быстрее рысаков, и к возвращению ты уже перестанешь быть королём. - Неважно! - с жаром ответил Макалаурэ. Сама мысль приводила в возмущение. - Кто будет удерживать эльда против его воли?! Подобное попросту в голову никому не придёт, неважно король я или нет. Он замолчал, заметив, что майа смотрит на него снисходительно. - Никому из вас, может, и не придёт, - согласился Майрон. - Но твой старший брат успел пройти обучение совсем другим наукам. Ему теперь известно много такого, о чём вы и подумать не смеете. Заключение во имя твоего же собственного блага - это ещё довольно мягкая мера. Он слишком много знает о том, что по ту сторону стен. И с учётом всего ему известного, скорее велит посадить тебя на цепь, как только услышит о твоём намерении, - я уверен. - Он не такой! - воскликнул Макалаурэ. - Был! - отрезал Майрон. - Был, когда вы расстались годы назад. Но я-то виделся с ним совсем недавно и не советую тебе рисковать свободой ради откровенности. Макалаурэ молчал. Мысль о том, что Майтимо действительно может измениться, измениться так, как говорит Майрон - поразила его. Отрешиться от неё он был не в состоянии, но и отмести, как невозможную не мог. - Тогда, - сказал он, мучительно изобретая способ выкрутиться, - я оставлю письмо. Майрон внимательно и бесстрастно слушал его. - Попрошу передать через пару дней после отъезда кого-нибудь из верных мне, - сказал Макалаурэ. - Раз ты уверен, что сам он всеми силами будет избегать риска попасть в руки Врага снова, и ни за что не явится сюда, тебе не о чем беспокоиться. Получив такое письмо когда остановить меня уже будет невозможно, он не отправится за мной сам и удержит братьев. Ему это удастся наверняка даже получше, чем мне. Я по-прежнему не хочу скрывать от него правду. Майрон вздохнул. - Ну, что ж, - сказал он, - пожалуй, сойдёт. Действительно. Расскажи ему. Добей. Расскажи всё. - Что - всё? - не понял Макалаурэ. - Всё, - голос у Майрона стал сладким и вкрадчивым. - Всё, что нас с тобой теперь связывает. Голос тёк мёдом, не словами но каждым звуком речи напоминая о бесконечных вечерах и ночах, боли, наслаждении, невыносимом желании, о стонах в темноте, бликах пламени на обнажённой коже, острой ненависти и покорности. Макалаурэ отшатнулся. - Не нужно ему этого знать! - Отчего же? - пожал плечами Майрон. - Может ему станет легче, если ты расскажешь в своём письме, как тебе было хорошо со мной? Он будет знать, что я тебя выменял не только как заложника, но и как украшение своих покоев. Зачем же стоять на пути у взаимной страсти… - Ты… шутишь? - опомнился Макалаурэ. Майрон усмехнулся. - Я лишь предполагаю, что может стать основною темой твоего письма. Но нет, я бы предпочёл, чтобы он оставался в неведении относительно истинной причины твоего отъезда. Пусть это будет просто отлучка утомлённого выполнением чужих обязанностей брата. Примерно как сейчас. Ты ведь сможешь улизнуть ещё раз под этим предлогом? - Не думаю, что у меня получится использовать его снова в скором времени, - ответил Макалаурэ. Рассудительность к нему вернулась и он пояснил: - Будет странно, если я просто поспешно соберусь и уеду после долгой разлуки. Майрон наклонил голову, соглашаясь. - Да, тебе потребуется какое-то время, - согласился он. - Оно у тебя будет. Тебе же нужно передать все дела, а ему - вникнуть в них. Я не рассчитываю на быстроту… Макалаурэ показалось, что Майрон с трудом удерживается от улыбки. - Хорошо, - сказал он с облегчением. Соглашаясь торопливо - чтобы не передумать со страха, - на предложение Майрона, он представлял исполнение их договора иначе и думал, что придётся покинуть лагерь, как только договорённость будет исполнена. Теперь же нежданно Майрон сам вручал ему возможность побыть немного рядом с Майтимо, обнять, поговорить, успокоиться… - Я надеюсь, что ты ничего не испортишь, - сказал Майрон. - Ведь нет? Макалаурэ покачал головой. - Если это важно, я сделаю, как ты хочешь, - сказал он. - Уеду когда король примет назад корону и не буду ни о чём рассказывать. Майрон кивнул. - Не беспокойся, - сказал он, - что тебя будут напрасно искать. Я оповещу Нельяфинвэ о том, что поиски бессмысленны, как только ты доберёшься. Однако, прежде тебе придётся разобраться с этим твоим спутником. - Что ты подразумеваешь? - переспросил Макалаурэ. - Никто не должен знать, куда действительно ты ездил, - пояснил Майрон. - Иначе твоя многочисленная родня непременно заподозрит неладное. Ему лучше исчезнуть. Макалаурэ не сразу осознал, о чём говорит Майрон, а когда понял, с трудом поверил, что это ему тоже говорят всерьёз. - Ты же не… Майрон прервал его возмущение жестом. - Вот поэтому слуги, а тем более рабы, куда удобнее друзей, - резко сказал он. - Если они становятся помехой их без труда возможно заставить замолчать. - Я не могу, - возразил Макалаурэ. - Ну, хорошо, я сам об этом позабочусь, - согласился Майрон с чудовищной лёгкостью. Макалаурэ хватало самообладания не теряться когда Майрон разговаривал с ним о Майтимо. По большей части хватало. Он был готов к этим разговорам, тонким издёвкам, к изменению голоса и облика, и к тому, что слова потом будут точить душу и мешать заснуть. Но он всегда готовился заранее, старательно пытаясь угадать о чём придётся говорить, а о чём - и как - молчать. Внезапная угроза тому, кто в их сложных играх с Майроном вовсе не участвовал, застигло его врасплох, как нападение из засады. - Майрон, нет! - воскликнул он. - Не причиняй ему вреда. Ты помнишь - я не желаю никого вмешивать! - Зачем же ты тогда привёл его с собой? - спросил Майрон. - Не стоило… Макалаурэ поймал его за рукав. - Не надо, прошу. Я поговорю с ним. - Он пытался быть убедительным настолько, насколько мог, понимая, что ничто, кроме его слов не сможет защитить его спутника от власти Майрона в этих местах. - Если я попрошу никому никогда не рассказывать, он никому никогда не расскажет. Майрон чуть нахмурился. - Как ты можешь быть уверен? - спросил он. - Я уверен! - твёрдо ответил Макалаурэ. - Друзья надёжнее рабов и слуг, ведь в их обещаниях ты можешь не сомневаться. - Он тебе даже ещё ничего не пообещал, - возразил Майрон. - Пообещает, - с отчаянным упорством настаивал Макалаурэ. - Мы пришли сюда вдвоём, тайком, и он не знает, зачем. Я попросил не спрашивать - и он не стал. Позволь нам уйти так же вдвоём. Клянусь, я уговорю его сохранить эту тайну. Он боялся услышать отказ, но Майрон вдруг коротко рассмеялся. - Что ж, - сказал он, осторожно освобождая руку, - ладно. Я так и быть не причиню вреда его жизни. Ступай. Тебе не следует задерживаться тут дольше. Я приду за тобой, когда время настанет.