Победа над судьбой

Дела семейные Нападение было стремительным и внезапным. В Хедебю люди ярла Свенсона атаковали членов клана Сигурда и их сторонников. Большинство воинов уплыли неделей ранее в Каттегат, чтобы заручиться поддержкой клана Лодброков, а дома остались Маргрета, Шерлок и мирные родичи Олафсона. Атакующие рубили всех, кто попадался им на пути. Холмс и жена Сигурда занимались домашним хозяйством, когда к ним ворвались четверо воинов. Маргрета вовремя выхватила из ножен свой меч и бросила Шерлоку щит. Она билась сразу с двумя противниками, лавируя между домашней утварью. Вскоре ей удалось тяжело ранить одного из нападавших. Юноша тем временем успешно защищался. Ему не сразу удалось достичь стены, на которой висел один из топоров Сигурда, но, даже вооружившись, Шерлок придерживался оборонительной тактики. Слишком мало у него было опыта, и только живой ум позволял предугадывать действия наемников. Холмс брал пример с Маргреты. Он постарался вычислить слабые места одного из воинов и нанес неожиданный удар. С точки зрения опытного бойца удар был совершенно неумелым, но и его хватило, чтобы сразить противника насмерть. В то же время Маргрета разобралась со вторым своим противником и со спины атаковала последнего вторженца. Они переглянулись. Было ясно, что нападавшие имели абсолютный численный перевес, и следовало воспользоваться затишьем, чтобы скрыться в лесу. Воительница взяла лежавшую в яслях Рози и передала ее в руки Шерлока. Она открыла крышку подпола и велела юноше идти первым. Прихватив с собой лук и стрелы, Маргрета последовала за Шерлоком. Им удалось достичь леса незамеченными. Из-за скалы они наблюдали, как ярл Свенсон выходит из дома и приказывает его поджечь. В тот же день на окраине Каттегата Сигурд Олафсон подвергся нападению берсерка-наемника. Воин был на целую голову выше Сигурда. Завязался жестокий бой. На стороне Олафсона была лишь его ловкость. Один из мощных ударов неутомимого берсерка расколол его щит пополам. Сигурд чувствовал, как с каждой минутой утекают его силы. Он блокировал очередной выпад противника, однако самое острие меча всё же достигло его бока. Олафсон пошатнулся и упал к его ногам. Ослепленный победой наемник склонился к нему, и в этот момент Сигурд вонзил ему в горло свой поясной нож. Тело берсерка придавило его к земле, так что лицо Олафсона заливало теплой кровью. Тьма засасывала Сигурда, а перед глазами мелькали события последних дней. *** — Ты, кажется, говорил, что таких мужчин у вас именуют раграми. Викинг молчал, его взгляд стал убийственно холодным. Шерлок вовремя смекнул, что сейчас нельзя проронить ни слова. Казалось, прошла вечность, прежде чем слова слетели с языка северянина. — Ступай в дом, — твердо и равнодушно приказал Сигурд. Холмс предпочел не шутить с судьбой и направился в охотничий домик. Солнце зашло за горизонт. Шерлок сидел у очага, не смея даже шелохнуться. Он не пил и не ел. Олафсон напротив прогуливался по лесу неподалеку. Оба вновь и вновь прокручивали в голове этот разговор. К утру у Шерлока был десяток версий развития событий, одна хуже другой. Сигурд за всю ночь так и не вернулся в жилище. Предрассветные часы он провел, сидя у костра на утесе. Его взгляд был устремлен в даль, мысли вглубь себя, а душа будто бы осталась в уютном домике в компании Шерлока. Сигурд встал во весь рост, разминая затекшую спину. Размышления не оставили сомнений, он твердо решил, что будет дальше. Дверь медленно открылась, на пороге стоял Олафсон. Он молча подошел к саксу и протянул ему щит. — Пошли, тебе еще многому предстоит научиться. Шерлок скользил по нему изучающим взглядом. Ни одна из его версий не подтвердилась. В глазах воина не было злости, безразличие улетучилось, а его лицо излучало спокойствие и силу. Было видно, что он не собирался ничего обсуждать, будто разговора не было вовсе. Викинг хотел что-то доказать себе и Холмсу. Всю первую половину дня с редкими перерывами на еду и питье Олафсон гонял Шерлока до седьмого пота, а заодно и себя. Это помогло обоим отвлечься. Затем они отправились на охоту и поймали куропатку, которую Сигурд тут же выпотрошил и приготовил. После плотного обеда пришла очередь Холмса давать урок своему непутевому ученику. Английский язык давался воину тяжело. Произношение было непривычным, а масса правил и исключений, которые лавиной обрушил на него Шерлок, любого свели бы с ума. Но викинг проявил все свое терпение и вдумчивость, напоследок поблагодарив Шерлока на английском и датском. День пролетел незаметно. Сгустились сумерки и Олафсон решил отойти ко сну. Шерлок хотел бы последовать его примеру, но не увидел ни одной подходящей лавки. В доме было лишь одно широкое ложе. — Шерлок, иди сюда, не бойся, — позвал его Сигурд. — Тебе нечего бояться. — Это совсем не обязательно, я могу лечь и на полу. — Холмс инстинктивно отшатнулся. — Не говори ерунды, ложись, я не причиню тебе вреда, — уверял викинг. Юноша немного помедлил, затем лег на самый краешек ложа. Олафсон накинул на него тяжелую шкуру, улегся на свою половину и быстро заснул. Шерлок же долго не мог сомкнуть глаз. По звуку дыхания было ясно, что северянин уже спит, но юношу не покидало не то опасение, не то надежда, что Сигурд прижмется к его спине, обхватит рукой поперек груди и возможно пожелает обладать им. Но Олафсон оказался хозяином своего слова, он и пальцем не тронул сакса. Новый день встретил их теплой солнечной погодой, редкой для этих суровых мест. Мужчины начали день с тренировки, провели пару часов за занятиями английским языком, а в середине дня отправились домой в Хедебю. *** Среди данов, норвегов и саамов Хельга Олафдоттир слыла великой воительницей. Она была старше Сигурда на пару лет. В юности отец выдал ее замуж, и у пары родился сын — Кнуд, но в первом же походе она овдовела и нового мужа искать не стала. Первое время люди шептались, но вскоре скальды стали слагать о ней песни. Очередной поход окончился победой. Многие воины из ее клана разделили все тяготы и славу с воительницей. По пути домой Хельга и ее воины посетили великий храм богов в Упсале. Они совершили жертвоприношение в благодарность за добычу, которую даровали им боги. Затем они прибыли в Хедебю. — С возвращением, Хельга, — приветствовал ее Сигурд, стискивая в крепких объятиях. — Был ли удачен ваш поход? — Слава богам, мы вернулись с богатой добычей. — Она властным жестом указала на выгруженные сундуки. — А как твой поход в Англию? Помню, в прошлый раз саксы изрядно потрепали тебя. — Разграбили аббатство, привезли несколько рабов и немного серебра и золота. Саксы не оказали сопротивления, и мы вернулись без потерь. — В этом нет славы, братец. Балтийцы сопротивлялись жестоко и даже отправили несколько наших воинов в Вальхаллу. — Что ж… каждому свой час. — Олафсон вздохнул. — Твой сын проявил себя в походе настоящим мужчиной. Можешь гордиться им. — Я не сомневалась, что он вырастет достойным воином. — Хельга улыбнулась. — Сегодня тинг, а после я планирую устроить пир в честь наших с тобой удачных походов. — Такое я точно не пропущу, — Сигурд улыбнулся в ответ. — Скол. — Скол, — сестра кивнула и вернулась к своим делам. *** — Куда мы идем, Сигурд? — полюбопытствовал Шерлок, стараясь не отстать от энергично идущего викинга. — На тинг. Это поселковое собрание. Ярл Свенсон устраивает его не реже раза в месяц. — Что там обсуждается? — На тинге судят преступников, решают споры, чествуют воинов, обсуждают планы походов, а мальчиков посвящают в мужчины, если они достигли двенадцати лет. Обычно там собираются взрослые мужчины и воительницы, но и простая женщина может обратиться к ярлу с жалобой или просьбой. — А мне разве можно там быть? — Даже если бы я считал тебя своим рабом, ты мог бы быть моим сопровождающим. Да, и я хочу, чтобы ты побывал там, посмотрел, как живут даны, как вершится наше правосудие. Наконец, они достигли «длинного дома», в котором жила семья нынешнего ярла — Бьерна Свенсона. На крыльце стояли два больших кресла, покрытых шкурами. В них сидели ярл Свенсон с супругой. На площади перед домом, оставив немного пространства в центре, толпились жители Хедебю и окрестностей. Сигурда с Шерлоком пропустили в первый ряд. Холмс внимательно изучал всё, что его окружало. — Приветствую всех вас на тинге, — начал собрание ярл Свенсон. — У нас на сегодня есть несколько вопросов для обсуждения, но я хотел бы начать с приветствия наших славных воинов, вернувшихся из походов. Слава Сигурду! — Слава Сигурду! — крикнула толпа. — Слава Хельге! — Слава Хельге! — восторженно вторили люди. — Все мы рады, что скальды слагают новые песни о Хедебю и его воинах. Стоящие рядом с Олафсоном люди хлопали его по плечам и выкрикивали слова поддержки. — Но вернемся к делам. — Ярл жестом призвал толпу к молчанию. — Десятого дня в Хедебю произошло убийство Хлодвига из клана Боргов. — Толпа загудела. — Виновный был схвачен. Им оказался Олаф Лафейсон. В этот момент на площадь вывели связанного мужчину. Шерлок смотрел на него не отрываясь. Чутье подсказывало ему, что мужчина не виноват, но кто он такой, чтобы раскрывать здесь рот, тем более ничего не зная об обстоятельствах убийства. Холмс готов был поклясться всеми святыми, что обязательно выяснит, что произошло на самом деле. — Олаф, убийство карается смертью. Но народ Хедебю дает тебе возможность привести доводы в свою защиту. — Это была самооборона. Мы с Хлодвигом никак не могли поделить землю. Я пришел к нему в дом, чтобы предложить ему откуп, но он разозлился и бросился на меня. Защищаясь, я убил его охотничьим ножом. — Если все было так, почему ты не зашел в ближайший дом, чтобы сообщить о случившемся? — Я подумал, что встречу там кого-то из Боргов, и они отомстят мне. — По закону ты мог пройти два дома, но в третьем ты был обязан сообщить об обстоятельствах убийства. Почему же ты не воспользовался своим правом? — По тем же причинам. — И ты прошел до самой пристани, выпил эля и в хмельной беседе с друзьями упомянул об убийстве. — Это так. — По законам Хедебю ты совершил хладнокровное убийство. У меня нет оснований считать иначе. Спросим же народ. Виновен ли Олаф Лафейсон в хладнокровном убийстве? — Да! Виновен! Да! — кричали в толпе, а родственники Хлодвига сверлили его ненавидящими взглядами. — Хорошо, Олаф, из уважения к твоим прежним заслугам я предлагаю выбрать, каким оружием свершится казнь. — Мечом. — Будь по твоему. Приговор немедленно будет приведен в исполнение, а вся твоя земля в качестве компенсации отойдет клану Боргов. Олаф был поставлен на колени. Один из наемников Свенсона встал у него за спиной, короткий замах и голова слетела с плеч преступника. — Ярл Свенсон был снисходителен к бедняге, а Олаф с честью принял смерть, — прошептал на ухо Шерлоку Сигурд. — Если он будет похоронен по традиции, то попадет в Вальхаллу. — Холмс кивнул, но тут произошло неожиданное. Ярл подошел к голове Лафейсона и пнул ее к ногам Боргов. — Бросьте его собакам, — рявкнул Свенсон. — Нет, теперь точно не попадет, — тихо сказал Олафсон. Он потянул пораженного Шерлока за собой сквозь толпу. — Мы не останемся? — удивленно спросил сакс. — Нет, тут больше не на что смотреть, учитывая, что спорная земля интересовала и самого ярла Свенсона. — Борги в благодарность могут отдать ему часть земли. — Так скорее всего и будет, — согласился Сигурд. — Значит, его спровоцировали. — Не сомневаюсь, друг мой. — Я твой друг? — Пораженный, юноша даже остановился. — Конечно, ты мой друг, Шерлок, а как же иначе… *** Хельга организовала грандиозное застолье. Удачно сложилось, что все представители клана оказались в Хедебю одновременно. Сигурд пришел в компании Маргреты и Шерлока. На них, как и на всех гостях, были лучшие одежды. Олафсон даже попытался что-то сделать с непослушными кудряшками Холмса, но быстро убедился в бесполезности этого занятия. За недели пребывания в плену волосы на месте тонзуры отросли, и теперь разница в длине почти не бросалась в глаза. К счастью, идея поддерживать тонзуру ни разу не посетила его кудрявую голову. Шерлок планировал на манер северян отрастить волосы до плеч, а вот насчет бороды он сомневался. Юноше очень нравилась окладистая и не длинная борода Сигурда, но собственная поросль вызывала лишь усмешку. Потому он брился начисто раз в пять дней. Войдя в дом, Сигурд сразу же направился к сестре. Хельга приобняла его, затем крепко обнялась с Маргретой и спросила: — Это тот самый сакский раб? — Воительница изучала юношу цепким взглядом. — Кнуд рассказал мне. — Он не раб, — возразил Олафсон. Он взглянул на жену в поисках поддержки. — А кто же он? — Хельга усмехнулась. — Он мой помощник и учитель английского языка. — Похоже, ты ему и священный браслет готов дать. — Если бы это было в моей власти. Шерлок — хороший ученик в воинском искусстве. — Сигурд посмотрел на юношу и одобрительно кивнул. — О, это мы еще посмотрим, — без иронии произнесла воительница. — Что ж… Шерлок, присоединяйся к нашему пиру. Тебе, вероятно, интересно сравнить ваши и наши традиции. — Благодарю, Хельга, для меня честь присутствовать на вашем пиру. — Холмс применил всю учтивость, на какую был способен, прекрасно понимая, что перед ним истинный лидер клана. Северяне пировали весело и задорно, затягивая боевые песни, и рассказывая небылицы о далеких землях. Кто-то пил без устали, кто-то болтал без умолку, кто-то щипал девушек за задницу, а Шерлок чувствовал недосказанность и интригу. Что-то должно было случиться позже. И он не ошибся. *** Солнце давно зашло. Некоторые гости разошлись по домам, некоторые уснули в самых неожиданных местах в компании служанок. Настало время для серьезного разговора. За столом собрались пятнадцать человек: во главе стола дядя Ивар Бесстрашный, Хельга, Сигурд Короткий (Шерлок стоял за его плечом), Маргрета, Кнуд, сыновья старших братьев Олафсона (Тостиг, Ивар и Свейн), несколько дальних родственников и побратимов. — Мы собрались здесь, чтобы поговорить о судьбе Хедебю, — начал Ивар Бесстрашный, встав с кресла. — Наш клан возмужал, оброс мясом. За этим столом я вижу много славных воинов. — Да! Да! — заголосили и застучали кулаками по столу викинги. — Я стар… и ярл Свенсон стар, — продолжал старик. — Я помню те времена, когда он, я и ваш отец, — Ивар обратился к Сигурду и Хельге, — вместе ходили в походы и сражались плечом к плечу. Но скажите мне… когда Бьерн Свенсон в последний раз покидал Хедебю? Вы и не вспомните. — Да, верно говоришь, — поддержали его соплеменники. — Не гоже волку одной травой питаться. Ярл Свенсон врос в свой трон, у него нет сыновей. Его клан ослаб, и только наемники поддерживают видимость силы. Ивар сделал многозначительную паузу. — Я призываю вас, потомки Одина и верные сыны Хедебю, бросить вызов ярлу Свенсону. В последнем походе мы много говорили с Хельгой, — он положил руку на плечо воительницы, — и решили предложить Сигурду Короткому, нашему храброму собрату, герою Великой армии и другу клана Лодброков, бросить вызов ярлу, победить его и занять длинный дом в Хедебю. — Да! Дааа! — Все за столом были единодушны. Сигурд с трудом скрыл свое удивление. Лишь самые молодые воины, такие как Кнуд, были менее опытны, чем Олафсон. Чем он заслужил такую честь и такую ответственность? «Предложить» — неправильное слово. Как викинг и настоящий мужчина Сигурд не имел права отказаться, это сочли бы малодушием и трусостью. Его бы не стали приглашать в походы, тем более участвовать в походах под его знаменем. Даже если бы вне клана об этом не узнала ни одна живая душа, самым страшным было бы стать изгоем среди своих родных. — Конечно, я принимаю предложение! — громко объявил Сигурд. — Я брошу вызов ярлу Свенсону, и мы станем править в Хедебю по закону и совести. Скол! — Скол! Скол! Скол! — чокаясь кружками, радостно кричали воины. «Вот всё и прояснилось» — подумал Шерлок. Ему было не по себе от того, что он чувствовал себя в самом центре заговора, весьма топорной и предсказуемой интриги, за которой стояла интрига более циничная и тонкая. Не зря Холмс с первого взгляда понял, что главным авторитетом клана является Хельга. По нескольким причинам ей было выгоднее скрыться за спиной брата, чем бросать вызов ярлу. Она была опытным и уважаемым воином, но она была женщиной. При всем равенстве полов в традиции северян, собратья выказали бы ей меньшую поддержку, чем более слабому или неопытному мужчине, а враги проявили бы меньше уважения. Зато, манипулируя Сигурдом, она получит всю власть и обезопасит себя. Гениально. *** На следующий день Олафсон решил отправиться вместе с юношей на рыбалку. Они взяли небольшую лодку и отправились к выходу из фьорда. Настроение было ни к черту. Сигурду хотелось проветриться в хорошей компании (наедине с Шерлоком), и подумать о грядущих событиях. «Я либо возвышусь и смогу даровать Шерлоку браслет, либо мою голову будут обгладывать голодные псы» — про себя рассуждал Олафсон. Он встретился глазами с юношей. Холмс готов был поклясться, что во взгляде мужчины читалась надежда и обещание. — Шерлок, на днях я отплываю в Каттегат, — неуверенно заговорил Сигурд. — Нужно заручиться поддержкой Уббе и Лагерты. За меня не беспокойся. Кнуд и Хельга отправятся со мной. Он сжал ладонь юноши. — Я прошу тебя позаботиться о Розамунд и Маргрете. Маргрета сильная женщина, но мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты рядом с ними. На секунду Шерлоку показалось, что с ним прощаются навсегда. — Сигурд… — Холмс подался вперед, так что между их лицами оставались считанные сантиметры. — Не волнуйся, я сразу понял, что являюсь лишь орудием в руках моей великой сестры. — Да, и ты не мог отказаться. Просто пешка в чужой игре, — с горечью произнес Шерлок. — Меня согревает лишь мысль о том, что, если я смогу победить ярла Свенсона и сам стану ярлом, в моей власти будет пожаловать тебе священный браслет, дабы ты был мужчиной равным всем нам. — Ты… — Я считаю тебя равным себе… здесь… прямо сейчас, но в нашей общине ты будешь равен тогда, когда сможешь клясться перед богами. Таков обычай. — Спасибо, святой Джон… — смущенно прошептал Шерлок. — Мне нравится, когда ты меня так называешь, — с улыбкой ответил Олафсон. Сигурд инстинктивно подался вперед так, что его губы едва касались губ юноши. Ни один из них не хотел нарушать это волшебное единение. Олафсон в жизни не испытывал такого ощущения щемящей нежности. Он аккуратно обхватил ртом пухлую нижнюю губу Шерлока и провел по ней языком. Она выскользнула из невесомых объятий, и Сигурд чуть настойчивее обхватил ее. Затем он кончиком носа слегка потерся вверх-вниз о нос юноши. Холмс прикрыл глаза. Сигурд запустил руку в шевелюру сакса и прижался губами к высокому лбу. Через несколько секунд Олафсон отпрянул на прежнее расстояние. — Джон… — Юноша открыл глаза. Зрачок затопил серебристую радужку, словно в его глазах отразилось лунное затмение. — Шерлок… — Сигурд не отрывал от него взгляда. — Обещание близости придает мне сил.