Победа над судьбой

Славен будь, ярл Сигурд! — Джон… — прошептал завороженный Шерлок. — О, Боже… В человеке, опиравшемся на посох, едва ли можно было узнать Сигурда Олафсона. Он отощал, лицо было серым и осунувшимся, борода отросла и спуталась. Скованные движения левой стороны его тела явно выдавали тяжелое, едва затянувшееся ранение. Холмс сразу определил, что ранен он был в бок, а не в ногу. «Это серьезно снижает шанс на победу, безрассудный ты мой», — подумал Шерлок. — Ярл Свенсон! — крикнул Сигурд. — О, смотрите же, люди. Кто к нам явился из Хельхейма! — язвительно обратился ярл к толпе. Площадь гудела, как потревоженный улей. — Пусть я по-твоему мертвец, но ты принял мой вызов на хольмганг. Назови условия поединка. Боги рассудят, кого сегодня сопровождать валькириям*. — По два щита и по топору, — объявил свое решение Свенсон, кивнул своим людям и спустился с крыльца на площадь. Сигурд отбросил посох к ногам Шерлока. Наемники ярла установили два щита с краю площадки и принесли еще по одному каждому из воинов. Юноша заметил, как на мгновение, когда Олафсон взял щит в левую руку, лицо викинга исказилось от боли. Сигурд плотно прижал локоть к больному месту, чуть согнувшись на левый бок, и выхватил из-за пояса топор. Схватка началась. Никто из зрителей не назвал бы этот бой красивым, скорее напряженным. Но это было захватывающее зрелище. Хельга с восторгом наблюдала за поединком. Каков бы ни был итог, она оказалась бы в выигрыше. Шерлок следил за движениями воинов, он анализировал, каково состояние каждого из них, насколько они вымотаны и какие удары будут наносить. Маргрета неверящим взглядом смотрела лишь на Сигурда. Зрители подбадривали криками, гулом, улюлюканьем каждого из воинов. Движения обоих не отличались скоростью и ловкостью. Олафсон выбрал оборонительную тактику, несмотря на то, что был моложе и претендовал на звание ярла. Он лишь контратаковал. Гул толпы и презрение к противнику только распаляли ярость Свенсона. Его удары стали мощнее, и он первым расколол щит Сигурда, который, не мешкая, схватил новый. После очередного блока топор ярла по касательной зацепил правое бедро Олафсона. Царапина, которая раззадорила уже Сигурда. Он провел агрессивную атаку и разбил щит ярла. Свенсон поспешил к запасному. Вскоре Олафсону удалось расколоть и его. Он чувствовал, как собственный щит тяготит его и сковывает движения. Олафсон сам отбросил его и развел руки в стороны, приглашая ярла к продолжению на равных. Тот бросился в атаку. Бой стал агрессивнее и динамичнее. Соперники обменивались выпадами, нанося друг другу новые рассечения. У ярла Свенсона кровоточило бедро и предплечье, а у Сигурда длинный порез поперек груди. Шерлоку казалось, его сердце замерло, когда он увидел, как лезвие рассекает одежду Олафсона. Схватка вымотала обоих. Между выпадами они кружили по площадке, чтобы перевести дыхание. Олафсон в такие моменты держался за бок. Во время очередной атаки они сократили дистанцию, толкались, стараясь повалить соперника. Сигурд упал, потянув Свенсона за собой. Его топор выпал из руки. Ярл никак не ожидал оказаться на земле. Они яростно боролись в пыли. Когда казалось, Свенсон нанесет смертельный удар, Сигурд перехватил его руку и вонзил топор ему в грудь, повредив легкое. Смертельно раненый ярл повалился на спину. Он был в сознании и еще мог говорить. Измотанный, тяжело дышащий победитель лежал рядом. — Кого же ты видишь теперь? — глядя на небо, спросил Олафсон. — Я завидовал твоей молодости и славе, Сигурд, — прохрипел умирающий. — Но не мог понять скромности… Олафсон, оперевшись на топорище, встал на колени над поверженным врагом. — Ярл Свенсон, у тебя есть последнее желание? — сбивчиво спросил он. — Я хочу скорее отправиться на пир к асам. Взяв топор за обух, Олафсон коротким движением разрезал вены на запястье старого ярла. Свенсон уже пребывал в беспамятстве, жизнь утекала кровавой струйкой. Сигурд попытался встать. Захваченный развязкой Шерлок быстро очнулся и бросился к нему, подавая посох. Олафсон ухватился за опору и, наконец, встал в полный рост. — Славен будь, ярл Сигурд! — закричала толпа. Воины стучали топорами и мечами по своим щитам в знак уважения и признания его своим господином. Родичи Олафсона тут же окружили всех наемников Свенсона, в том числе и его главного советника. Маргрета подошла к мужу и обняла его, в то время как Холмс неприкаянно стоял рядом с ними. Она помогла Сигурду дойти до крыльца и занять кресло ярла. Супруга же Свенсона стояла на коленях, держа его безвольную руку. Олафсон пригласил Маргрету сесть на ее законное место рядом с собой. Теперь дом ярла принадлежал его семье. Все на площади были в эйфории от случившегося. Кто-то не верил своим глазам, кто-то без устали славил нового ярла, кто-то обсуждал ход поединка. Сигурд поднял руку, требуя внимания. Толпа быстро успокоилась. — Я, Сигурд Олафсон — ваш новый ярл. Я рожден и вырос в Хедебю, знаю каждую дорогу и лесок этих земель. Клянусь перед богами быть вам справедливым господином и защищать эти земли от посягательств недругов. Со мной, с моей сестрой Хельгой наши воины будут ходить в новые богатые земли, а скальды сложат о нас песни. — Да! Да! Ярл Сигурд! Славься! — прокатилось по площади. — Сейчас я приму клятву верности от всех тех воинов, что признают меня своим ярлом. — Он взглянул на окруженных наемников. — Отпустите всех, кроме этого, — Олафсон указал на помощника Свенсона. — Если вы пришли к нам из других мест, но обзавелись здесь домом и семьей, предлагаю присоединиться к моим воинам и поклясться мне в верности. Остальные могут с миром покинуть Хедебю. *** Родичи и простые воины по очереди выходили вперед и давали клятву верности на священном браслете. Когда все клятвы были даны, Сигурд обратился к саксу. — Шерлок, принеси мне мой плащ, — громко произнес ярл. В его словах не было приказного тона. Юноша поспешил исполнить просьбу. — Встань передо мной. Холмс отдал накидку и встал перед крыльцом. Сигурд внимательно смотрел на него сверху вниз. Он достал из кармана плаща серебряный браслет. — Шерлок Холмс, Магнус рассказал мне о том, как ты все это время заботился о моей семье, как защищал их при нападении. Ты остался верен слову, даже узнав о моей смерти. Ты храбр, честен и трудолюбив. Ты знаешь и уважаешь наших богов… — Сигурд сделал паузу. — Как ярл, я считаю, что ты достоин пройти обряд посвящения и получить священный браслет. На удивление, люди в большинстве своем не роптали, а наоборот, с радостью восприняли щедрость молодого ярла. Один из воинов поднес Шерлоку на клинке горстку земли и соли, в знак того, что викинги живут и на земле, и в море. Юноша, не колеблясь, съел поднесенное. — Теперь подойди к Маргрете. Чтобы считаться мужчиной, полагается получить поцелуй женщины. Маргрета поднялась со своего места. Холмс встал на ступеньку ниже, чтобы оказаться с ней на одном уровне. Он символически прильнул к ее губам. — Этот браслет — символ верности Хедебю, народу и дому. Ты должен чтить любую клятву, данную на нем. Ты понимаешь это и клянешься? — Да, клянусь. — Юноша устремил горящий взгляд на ярла. Сигурд медленно встал и надел браслет на тонкое бледное запястье сакса. Шерлок спустился с крыльца и встал перед ним. — Благодарю тебя, ярл Сигурд. И, не сходя с этого места, хочу принести свою первую клятву. — Юноша обвел взглядом ярла и его супругу. — Клянусь в верности тебе и твоей семье, Хедебю и его народу до последнего своего вздоха. — Шерлок коснулся своего браслета, как требовал того обычай. *** Разобравшись с насущными вопросами и приняв первых просителей, молодой ярл объявил о праздничном пиршестве. Маргрета занялась организацией застолья, а также отправила к портному слугу за новой одеждой для Сигурда. Шерлок помог Олафсону добраться до его господского ложа. Он распорядился принести горячей воды, чтобы обтереть тело ярла. Магнус по просьбе Олафсона принес в комнату его мешок. Когда вода была готова, юноша никому не доверил заботу о ярле и сам аккуратно избавил Сигурда от одежды. Он впервые осматривал нагое тело викинга, несмотря на то, что до сего дня считался рабом Олафсона. Ранее Холмс видел лишь спину и ноги воина, когда они прибыли в Хедебю, и Шерлок в полумраке наблюдал за ним. Юноша смочил скомканную в подобие мочалки траву и стал обмывать здоровые участки кожи. В отличие от посеревшего лица, его тело сохранило теплый золотистый оттенок. Шерлоку бросилось в глаза множество шрамов разных форм, размеров и давности. Самым крупным был звездчатый шрам под левой ключицей — тот самый шрам от стрелы из Нортумбрии прижженный клинком. Несколько росчерков клинка остались на предплечьях и бедрах, и одна небольшая метка на животе. Свежие раны на бедре и груди не были глубокими, но требовали внимания. Руки Шерлока достигли левого бока Сигурда. Он аккуратно провел по красноватой, идеально прямой линии шрама размером с мизинец. Олафсон заметно поморщился. Всё это время он наблюдал за действиями юноши, за тем, как тот заботливо продвигается ниже, но не произнес ни слова. Шерлок принялся омывать пах Сигурда. Его совершенно не смутило, что от такого зрелища член и яички ярла стали наливаться силой. Как ни в чем не бывало, Шерлок перешел к его ногам. *** — Готово, теперь мне нужны целебные травы, чтобы обработать свежие порезы, — закончив омовение, сказал Шерлок. — Посмотри в мешке, что принес Магнус, там должны быть заживляющие травы от каттегатского знахаря, — ответил Олафсон. Холмс, не глядя, сунул руку в мешок и нащупал сверток с чем-то округлым. Это явно были не травы. «Голова?» — подумал Шерлок. Любопытство взяло верх, он достал замотанный в ткани предмет и торопливыми движениями извлек человеческую голову. Шерлок узнал его сразу — брат Юстас. — Джон, это же… — Юноша замер, держа находку обеими руками. — Да, я ведь обещал тебе, что он поплатится за то, что сделал, — спокойно ответил Сигурд. — Ты до сих пор зовешь меня Джоном. Мне нравится, но постарайся не забываться на людях. — Я даже не знаю, что… — Шерлок выглядел растерянным. Ему льстил и в то же время его пугал подобный подарок. — Помнишь, мы продали его в Каттегате. Когда я вернулся туда, этот негодяй прислуживал по дому у Уббе. Увидев меня, он стал ехидно улыбаться. — В тоне Олафсона была заметна злость. — Решил, что ты хорошенько развлекаешься со мной? — Да, так он и сказал, когда мы были наедине, — чуть тише произнес викинг. Шерлок пораженно замер. — Перед возвращением я выкупил его у Рагнарсона. Он знал причину и вместо молитв проклинал тебя. — Олафсон вздохнул. — Я не стал дольше слушать и отрубил ему голову. — Отличный удар справа, — улыбнувшись ответил Холмс. — Да, неплохо для левши. — Сигурд не мог оторваться от улыбки сакса. — Вот что ты смеешься? — Ну у вас викингов и подарочки… — Холмс откровенно хихикал. — Ты волен сделать с этим всё, что пожелаешь, Шерлок, — вмиг посерьёзнев, пояснил Олафсон. — Я давно хотел побольше узнать о природе человека, так что этот подарок весьма кстати. — Холмс благодарно кивнул. Шерлок отложил голову на лавку, затем пошарил в мешке в поисках свертка с мазью и травами. Он еще раз промыл кожу вокруг ран и наложил повязки. Прижигание, к счастью, не потребовалось. — Зачем ты сделал это? — внезапно спросил юноша. — Я же объяснил, что… — начал было Сигурд. — Я не о том, — перебил его Шерлок. — После всего, что я рассказал… Зачем ты провел обряд посвящения? Ты больше не хочешь меня? — Ну что ты такое говоришь. Я помню каждое твое слово, Шерлок. Знаю, кто ты, и кем мог бы стать. — Он попытался приподняться, но тщетно. Шерлок помог Сигурду сесть, привалившись к изголовью ложа. — С первого дня я хотел, чтобы ты был свободным и равным мне человеком. Я не желал брать тебя силой в том подземелье или принудить как раба. Всё, что я делал с тех пор… всё, на что шел, было ради сегодняшнего дня. — Джон, я… — Тссс… — Сигурд приложил палец к его губам. — Мне было важно, чтобы ты сам хотел меня, и только меня. И, если это не так, теперь ты волен взять в жены женщину, купить себе раба мужчину. Всё, что пожелаешь. Впервые в жизни ты совершенно свободен. — Ты не прав, ярл Олафсон. Мы не равны. Ты так и остался моим господином, — вздохнув, прошептал Шерлок и погладил его по щеке. — Когда-нибудь моё место займет другой, — ответил Сигурд. — Ты лучше меня знаешь, что бывает с бывшими ярлами, — с горечью напомнил Холмс. — Шерлок, это известно лишь богам. — Викинг хитро улыбнулся. — Ты бредишь, ярл, — ухмыляясь, заметил Шерлок. — Да, и несу эту чушь, чтобы позабавить тебя. — Я с раннего детства так не веселился. В монастыре шутки и смех были под запретом, а в услужении архиепископа мне было совсем не до смеха. В комнате воцарилась уютная тишина. — Что же ты со мной делаешь, Шерлок! — прозвучал не вопрос, а утверждение. Тон Сигурда резко сменился, а в его глазах полыхнуло жадное пламя. — Что… — не понял юноша, но Олафсон взглядом указал на свой пах. Холмс повернул голову и облизнулся, увидев напряженный, сочащийся смазкой член. — О, неужели? — Да, твоя забота дает потрясающий эффект. Жаль, что я слишком неуклюж сейчас, чтобы взять тебя прямо на этом ложе. — Ранение не позволило тебе иметь служанок в Каттегате? — Колко заигрывал Холмс. — Да, я очнулся дни спустя, а потом несколько недель не мог даже встать. Лицо Шерлока стало одновременно грустным и соблазнительным. Глаза с хитринкой быстро скользнули по телу викинга. Их взгляды встретились. — Не отчаивайся, у меня есть исключительная идея. — Юноша взобрался на ложе и сел на пятки между голеней Сигурда. — Не знаю, принято ли у вас такое. В латыни это называется — fellatio*… Викинг восхищенно следил за плавными движениями Шерлока. Юноша подался вперед и оперся ладонями о ложе по бокам от бедер Сигурда так, что его лицо оказалось у самого члена Олафсона. Сигурд не успел и глазом моргнуть, как заботливый язык принялся ласкать его влажную багровую головку. Шерлок будто играл с его чувствительной уздечкой и щелкой уретры, неожиданно обводя по кругу всю головку. Олафсон едва сдержал стон. Он слышал речи странников об экзотических любовных практиках, но ничего подобного не пробовал. Женщины сами раздвигали перед ним ноги, а мужчины никогда его не привлекали. — О, боги! Ты правда Шерлок Холмс? — срывающимся голосом спросил викинг. — Или сам Локи принял обличие моего друга и потешается надо мной? — Ваши боги способны отсосать простому смертному, или ты хотел меня похвалить? — оторвавшись от своего занятия, спросил Шерлок. — Не… не останавливайся, умоляю, — протянул Сигурд. — Так уж и быть, проявлю милосердие к раненому. Шерлок обхватил головку губами и одним плавным движением принял член до самой глотки. От вида Шерлока и ощущений, которые он дарил, лицо Олафсона заметно разрумянилось. Юноша стал плавно двигаться, успевая дразнить головку на входе и впускать ее до самого горла. Сигурд не удержался от соблазна запустить правую руку в мягкие кудри Холмса. Наслаждение волной прокатилось по телу. Викинг инстинктивно толкнулся вперед бедрами, отчего бок и грудь откликнулись болью. Его ладонь крепко сжала прядь темных волос и надавила на затылок юноши. Шерлок был искушен в подобных ласках. Он мгновенно понял, чего хочет от него любовник, и что приносит ему боль. Юноша поменял позу, чтобы перенести вес на ноги, а ладонями прижать Сигурда к постели. Шерлок полностью захватил инициативу, чтобы удовольствие не обернулось для Олафсона мучением. Движения стали короче, чаще и резче. Юноша постарался скорее довести Сигурда до извержения. Затяжные, полные нежности соития он решил оставить на ту пору, когда викинг окончательно оправится от ран. Его усилия вскоре оправдались успехом. Сигурд бурно излился Шерлоку в горло, чуть не вырвав клок волос. Викинг издал совершенно животный звук. Холмс даже удивился, что никто не заглянул проверить, всё ли с ярлом в порядке. — Уфф, — переводя дыхание, произнес Сигурд. — Это было… Я ничего более удивительного не делал, не считая вторжения в Нортумбрию. — Там был не только ты, — весело напомнил Шерлок. — Да, верно. — Олафсон сглотнул. — Это было потрясающе. — Согласен. Сигурд заметил, как топорщилась одежда в паху юноши. — А ты? Я бы хотел что-то для тебя сделать, но я… — Он попытался податься вперед, и его вновь прошила боль. — Не беспокойся, с этим я как-нибудь разберусь. — Клянусь, Шерлок, — Сигурд коснулся браслета. — Когда-нибудь я отвечу тебе тем же. Юноша рухнул на ложе рядом с ним и схватился за живот. — Что? Шерлок? — Из всех клятв, что ты мог дать, став ярлом, первым делом ты поклялся на священном браслете сделать фелляцию своему бывшему рабу. — Слезинки веселья выступили на его глазах. — Ты точно бредишь. — Шерлок! — Олафсон хлопнул его по плечу. — Хватит, у меня от смеха сейчас рана откроется. Тут в комнату зашла служанка с новой одеждой для ярла. Она окинула удивленным взглядом смеющихся мужчин и тихо удалилась. Они на мгновение смолкли и вновь разразились хохотом. Затем Шерлок вернулся к тому, с чего начал. Сигурд перевернулся на живот, и юноша протер его от шеи до пяток. Шерлок не устоял перед соблазном изучить пальцами кожу шрама от стрелы со стороны спины. Сигурд не возражал, он позволил юноше прикасаться к себе в любом месте. Викинг впервые чувствовал такой интерес и влечение к себе и к своему телу. Закончил юноша тем, что привел в порядок его волосы и бороду, чтобы новоиспеченный ярл во всей своей грозной красе предстал перед родичами и гостями. *** Минуло несколько месяцев с тех пор, как Сигурд Олафсон стал ярлом Хедебю. За это время он, наконец, оправился от ран, справедливо правил на своей земле, проводил дни в тренировках и ночи в занятиях любовью с Шерлоком, ожидал рождения второго ребенка и планировал новый поход в Англию…