Победа над судьбой

Дом, жестокий дом — Стойте! — властным тоном крикнул приехавший в сопровождении свиты всадник. Солдаты на импровизированной площади замерли в нерешительности. — Остановите казнь! На шум из высокой палатки вышел архиепископ Феологильд. — Что здесь происходит? — Он замер, увидев перед собой всадника. — А, сэр Майкрофт! — Ваша светлость. — Холмс учтиво склонил голову. — Благодарю вас покорнейше за присланные подкрепления, — с той же учтивостью начал Феологильд. — Нам удалось нанести северянам серьезное поражение. — Да, молва уже дошла до Лондона, — ответил Майкрофт. — Полагаю, в ближайшие дни они покинут наши берега. — Вижу, вы остановили казнь этого вероотступника, — решил перейти сразу к делу архиепископ. — Внезапное проявление братских чувств? — Мне не свойственны приливы братской любви, вы как никто об этом знаете, святой отец, — парировал Майкрофт. — Вспомнить хотя бы историю вашего знакомства с Шерлоком… — Что ж, но это послужило бы примером всем нам. Люди должны видеть, как неумолим суд божий к еретикам и вероотступникам. — Понимаю ваши чаяния, святой отец. — Майкрофт холодно улыбнулся, прожигая взглядом собеседника. — Также я понимаю ярость и презрение добрых христиан к этому человеку. Но он несколько месяцев прожил среди северян, и мог бы быть полезен нам в благих целях. Потому я настаиваю на том, чтобы вы изменили решение, и проявили милосердие к моему заблудшему брату. — Хорошо, я подчинюсь вашему решению, сэр Майкрофт, — разочарованно согласился архиепископ. — Снимите его с креста! — приказал он своим людям. Солдаты подняли возвышавшийся над площадью крест и положили его на землю. Они выдернули два крупных гвоздя вбитых сквозь ладони пленника, разрезали веревки на его предплечьях, груди, бедрах и ступнях. Затем безвольное тело положили на телегу. Майкрофт спешился и подошел к брату. Холмс провел тыльной стороной ладони по щеке Шерлока, на что тот с трудом раскрыл веки и устремил на него колючий серебристый взгляд. — Добро пожаловать домой, братец… — насмешливо произнес Майкрофт. *** Победа над ярлом Свенсоном вдохновила Сигурда. Поддержка и забота Шерлока, его рассказы об английских городах и землях благотворно повлияли на его настроение и состояние здоровья. Ярл Олафсон отныне грезил новым большим походом в Кент, и у него было всё для того, чтобы осуществить свой замысел: слава, власть, союзы с несколькими ярлами из соседних земель. Все родичи поддерживали идею похода, особенно Хельга. Среди данов и норвегов все только и говорили о сакских землях, так что жадная до славы воительница грезила новыми битвами и подвигами. Управлять Хедебю в отсутствие ярла осталась бы Маргрета. Сигурд доверял ее уму и мужеству. К тому же, супруга ярла была беременна. По словам провидца, должен был родиться мальчик. Олафсону потребовалась пара недель, чтобы восстановиться после ранений. Большую часть дня он проводил в длинном доме полусидя на специально перестроенном кресле-ложе. Шерлок помог составить схематичную карту Кента: реки, поселки, леса, дороги и тропы. После чего они разработали план похода. Не отличавшийся честолюбием ярл был несказанно удивлен тем, как слава опережала его. Сигурд лишь подумывал заручиться поддержкой одного-двух ярлов, а соседи, наслышанные о его мужестве в Нортумбрии и победе на хольмганге, стали посещать Хедебю с предложением объединить силы под его началом. Королева Лагерта также поддержала его стремление, но междоусобица с конунгом Харальдсоном не позволила ей помочь Сигурду воинами. Шерлок с первых дней нашел свое место при дворе ярла. Он отказался от выделенной ему отдельной хижины и предпочел поселиться в небольшой комнате в доме Сигурда. Свободное время Холмс проводил за исследованиями. Он вдоль и поперек изучил подаренную ярлом голову, в конце концов, оставив себе лишь голый череп. Слуги даже жаловались Олафсону, что мертвой голове не место в леднике рядом с едой. Затем Шерлок перешел к изучению зверей, убитых на охоте. Холмс сравнивал характер ран от разного оружия. Он сам ходил к знахарю за травами для ярла, утомляя старца множеством вопросов о действии того или иного снадобья. Холмс также стал первым советником Сигурда в разрешении споров. Юноша легко определял злой умысел в самых разных делах: от супружеской неверности до убийства. Он никогда не обвинял просто так, предоставляя на суд зрителям всю цепочку своих рассуждений. Первым его делом стало дело Олафа Лафейсона, того самого убийцы, казненного ярлом Свенсоном. На следующий же день после ареста Магнуссона — помощника старого ярла, Шерлок попросил Сигурда разрешить поговорить с ним. Олафсон удивился просьбе, но ничего против не имел. *** Магнуссон был прикован цепями к скале, с потолка грота ему за шиворот падали холодные капли. — Что тебе нужно, сакс? — увидев, пришедшего зло спросил наемник. — Разговор, — коротко ответил Шерлок. — О чем нам с тобой говорить? — Магнуссон сплюнул. — Быть может о твоей семье, о клане Боргов, об Олафе Лафейсоне. — Моя семья… они еще живы? — Пленник встрепенулся. — Да, они ничего плохого не сделали, в отличие от тебя. — Чего ты хочешь? — Я хочу, чтобы ты прилюдно рассказал о том, что произошло с Олафом и Хлодвигом. А я помогу отправить в Каттегат твою жену и дочь, дабы уберечь их от мести родичей. — Хорошо, я расскажу, — срывающимся голосом согласился помощник. — Только поклянись на своем браслете, что сдержишь слово. — Клянусь. — Шерлок коснулся серебряного украшения на своем запястье. — Это была идея ярла Свенсона, — начал свой рассказ Магнуссон. — Олаф и Хлодвиг раньше были дружны. Ярл хотел ослабить клан Боргов и сделать их зависимыми от себя. Я убедил Хлодвига, что при последнем разделе земли произошла ошибка, и часть из приданого его матери досталась Олафу. Лафейсон не признал притязания на землю. Он готов был договориться об откупе. В тот день Олаф обедал в моем доме. Я подмешал ему зелье в еду и убедил, что он должен жестко разобраться с притязаниями Хлодвига. Лафейсон отправился к нему и в ярости убил его. Он не мог успокоиться, пока его не скрутили мои люди. Олаф и не подумал постучаться в ближайший дом, к тому же, его мучила совесть об убийстве друга. — …а Борги, увидев, как ярл ревностно защищает их интересы, отбросили сомнения в его авторитете и поделились частью земли с ним и с тобой… — продолжил за него Холмс. — Так и было, — подтвердил наемник. Шерлок сдержал слово и отослал семью Магнуссона с торговцами в Каттегат до суда над ним. На тинге наемник был общим решением приговорен к казни под названием «Кровавый орел». Несмотря на жестокость приговора, в последнем слове он рассказал правду об убийстве Хлодвига, этим признанием наемник удивил всех присутствующих, но на приговор это никак не повлияло. Холмс, не отрываясь, смотрел на то, как приговоренного поставили на колени. Магнуссон обхватил невысокий чурбан и ему связали запястья. Ножом для свежевания шкур один из воинов разрезал кожу вдоль позвоночника, затем, выверенными движениями отделив ее от мышц, и оттянув в стороны. Стоявший рядом с Шерлоком Сигурд подошел к Магнуссону сзади, выхватил здоровой рукой топор, и в четыре точных удара разрубил его ребра. Брызги крови попали на лицо ярла. Стоявшие рядом воины помогли оттянуть ребра в стороны. Сигурд закончил казнь, аккуратно достав легкие и положив их на плечи еще живого преступника. Юноша зачарованно следил, как наполняются воздухом светлые окровавленные мешочки. Во время казни Магнуссон не издал ни звука, дабы уйти в лучший мир как мужчина, и вскоре испустил дух. *** Прошло четыре месяца с хольмганга. Ярл Сигурд Олафсон отправился к берегам Кента с полутора сотнями воинов и, конечно же, с Шерлоком. Юноша был рад разделить тяготы похода и как воин, и как переводчик. К тому же, втайне он скучал по родным изумрудно-зеленым полям. Шерлок хорошо освоил тактику «стены щитов», он ловко управлялся с мечом и даже научился стрелять из лука, однако Олафсон постоянно напоминал ему держаться рядом с собой. После разграбления пары прибрежных деревень викинги углубились в лес и встретили первый отряд кентских воинов, который разгромили в пух и прах. В тот день юноша впервые убил человека. Он хорошо запомнил лицо того воина, но не почувствовал ничего. Ни радости, ни жалости, ни удовольствия, ни ненависти, ни стыда. Шерлок понял, что дальше будет только проще, а лицо этого солдата скоро сотрется из памяти. Возможно, из него вышел бы умелый воин, но сам Холмс убедился, что предпочел бы стезю переводчика, советника или ученого. Однако, ни за какой рай или чистую совесть Шерлок не оставил бы своего Джона, особенно здесь — на поле битвы. По плану они собирались встать лагерем в лесу и атаковать Кентербери на день Святых даров, но распаленные победой викинги во главе с Хельгой пожелали на следующий же день напасть на город. Ярл Олафсон, вспомнив, как силами одной команды взял соседнее с городом аббатство, согласился на поспешную атаку. Можно долго гадать, как сложились бы события, если бы они придерживались первоначального плана. Возможно, укрепленный лагерь защитил бы их от атаки уэссекской кавалерии. Возможно, в книгах по истории лишь сменилась бы точка на карте, обозначающая место битвы. Но что есть, то есть. На следующий день они снялись с места и двинулись к Кентербери. На сей раз на их пути оказалась армия под предводительством архиепископа Феологильда. «Около пары сотен бойцов» — подумал Олафсон. Викинги за историю походов громили и трехкратно превосходящие силы, потому никто из них не сомневался в победе. Разбив саксов на подступах, они бы взяли город без боя. Северяне построились в пять «стен щитов» и двинулись широкой линией на противника. Саксы выступили навстречу и связали викингов боем. Вдруг, со стороны леса в тыл северянам ударила кавалерия Уэссекса. Построение ошеломленных атакой викингов тут же рассыпалось, превратив бой во множество отдельных схваток. В пылу сражения Сигурд потерял из виду Шерлока. Еще недавно они бились плечом к плечу, и вот он уже в окружении врагов. Олафсон выбрал направление прорыва, и, убив нескольких саксов, оказался рядом с сестрой и Тостигом. В подобном положении оказался и Шерлок. Он не заметил, как отдалился от Сигурда, прибившись к троим воинам ярла Хедрика. Когда двое из них пали, Шерлока ударом щита повалили на землю и выбили меч из рук. Олафсон издали видел этот момент. Он вырвался из кольца окруживших их саксов, и тут его сбил несущийся всадник, подмяв под копыта. Хельга и Тостиг сразу рванулись ему на выручку и, призвав на помощь нескольких воинов, вынесли его с поля боя. Викинги трубили отступление. Шерлока и еще десяток пленных выставили на обозрение архиепископу. Феологильд никогда бы не забыл этих проницательных глаз цвета ртути. Он узнал юношу и приказал взять его под стражу, а остальных северян казнить на месте. На Холмса накинули большой вонючий мешок, провели в отдельную палатку, связали по рукам и ногам. Солдаты несколько раз пнули лежащего на земле юношу и вышли, а двое остались у входа в качестве часовых. События дня серьезно вымотали Шерлока физически, и он быстро провалился в сон… *** Юноша лучше всех в Хедебю знал о здоровье своего ярла. Он внимательно следил за тем, как заживают его раны, как с каждым днем скованность покидает сильное тело. Шерлок разминал его затекшие мышцы и баловал ртом истосковавшийся по ласке член. На людях Сигурд старался не показывать слабости. Он не мог пропустить тинг, не мог не участвовать в казни Магнуссона. Каждый поступок шел в копилку его авторитета, какую бы боль не приходилось испытывать. Шерлок с нетерпением ждал того дня, когда они оба поймут, что Джон вынослив и силен как раньше. Он готовился. В своей маленькой комнатке Холмс колдовал с целебными мазями, жирами, маслами. Со всем, что можно было найти в этих суровых широтах. Юноша пробовал всё на себе, обмакивая палец в очередную густую жижу, и погружая его в свое отверстие. Эту хитрость подсказал ему приближенный архиепископа, отец Этельред, когда Шерлок достаточно подрос для соития. У северян не было тех масел, что были доступны в Кенте. Юноша решил сам создать что-то на основе тюленьего жира и целебных трав. Несколько дней спустя он был вполне удовлетворен результатом и смог растянуть себя так, что свободно принимал четыре пальца. Эксперименты обычно заканчивались грехом рукоблудства. Чтобы скрыть стоны наслаждения он утыкался ртом в предплечье. Шерлок опасался, не подумает ли Сигурд, что он с кем-то сношается за его спиной. Наконец, этот день настал. Олафсон с утра светился от предвкушения. Он энергично раздал распоряжения слугам и объявил, что отправляется с Шерлоком в охотничий домик. «Превосходно», — подумал тогда юноша. Он готов был разделить с ярлом ложе в своей комнате, вблизи от Маргреты, и даже не постеснялся бы отдаться на тинге посреди площади, но возможность оказаться наедине была самым лучшим подарком. Воспоминания о той поездке на лодке обжигали разум и сердце, заставляя кровь вскипать. Как много дней прошло с тех пор… Викинг добился своего, он заставил юношу хотеть только его и грезить близостью. Но грезил ли ярл только им одним? Был лишь один способ проверить. Мужчины всю дорогу шутили и улыбались, они как мальчишки подтрунивали друг над другом, и чуть ли не наперегонки ворвались в маленький домик. Шерлок аккуратно положил сверток со своей чудо мазью рядом с ложем и был обнят со спины нетерпеливым любовником. — Еще день на дворе, а ты уже хочешь? — изображая равнодушный тон, спросил юноша. — Я всегда тебя хочу. — Сигурд прикусил его шею над самым воротом. — Ненасытный, — заигрывал Шерлок. — Сейчас я уберу еду в ледник, и поступим, как я скажу… — Ты смеешь указывать своему ярлу? — шутливо спросил Олафсон. — Смею, потому что он назвался мне равным. — Шерлок чуть повернулся, чтобы встретиться взглядом с викингом и убедиться, что он не позволил себе лишнего. — Хорошо, что же делать мне? — Ты разденешься полностью и будешь ожидать меня на ложе, — соблазнительно низким голосом произнес юноша. Сигурд не торопился раздеваться, Шерлок тоже не спешил. Он хотел немного остыть, чтобы их соитие не пришло к пику слишком быстро. Юноша растопил очаг и ненадолго поднес к нему баночку с мазью, чтобы она была достаточно теплой и не слишком густой. Обнаженный Олафсон к тому моменту расположился на постели, облокотившись на изголовье. Его естество указывало строго вверх. Шерлок подошел ближе, держа в руке кожаный шнур. — Что ты задумал? — спросил викинг. — Я хочу сделать это дважды. Сначала ты доверишься мне, а затем, набравшись сил, ты возьмешь меня так, как подобает брать северянину и захватчику. Член Сигурда дернулся и на нем выступила первая капля смазки. — Будь по-твоему, — ответил воин. — Я доверяю тебе. Шерлок хитрым узлом привязал запястья Олафсона к изголовью. Он сложил в изножье несколько слоев шкур, чтобы получилось возвышение, положил на них баночку мази и принялся раздеваться. Сигурд зачарованно следил за каждым его грациозным кошачьим движением. Освободившись от одежды, юноша полулежа расположился на шкурах так, чтобы его промежность была прекрасно видна Олафсону. Викинг сглотнул, глядя на поджарое тело сакса, на его длинные сильные ноги, на напряженный член, на подтянутую мошонку и сжатую дырочку. Шерлок нанес на палец приготовленное зелье, прошелся вокруг отверстия и самым кончиком ткнулся внутрь. Сигурд инстинктивно дернулся вперед, но шнур не позволил ему приблизиться ни на йоту. Юноша толкнулся глубже, затем ввел палец до конца и повернул его. — Я хочу, чтобы ты оказался здесь, проник прямо сюда, — с придыханием говорил юноша, размеренно водя пальцем вперед-назад и совершая круговые движения. — Чтобы твой член становился все толще внутри меня. — Он мазнул вторым пальцем по промежности, подцепив немного смазки и вошел уже двумя пальцами. — Ше-е-ерлок… — сорвалось с губ викинга. Юноша широко расставил пальцы, растягивая себя, и вводил их под разным наклоном. Сигурд не отрывал глаз от этого безумного зрелища, на его лбу выступил пот. Шерлок коснулся мази безымянным пальцем, и теперь уже самозабвенно ублажал себя тремя сразу. На лице его читалось наслаждение, казалось, он позабыл о Сигурде, погрузившись целиком в свои ощущения. Но нет, он помнил о нем. — Джон? — томно позвал юноша. — Да, Шерлок… — Викинг на секунду сжал веки, чтобы хоть немного очнуться от пьянящего наваждения. — Ты хочешь… меня? Войти в меня… — Да-а-а… прошу… — Голос Сигурда сорвался. Шерлок вынул пальцы и встал на колени. Олафсон еле сдерживался, чтоб не порвать удерживающий его руки шнурок и не наброситься на него. Юноша сжал ему член у самого основания, чтобы немного успокоить его нетерпение. Когда Шерлок убедился, что семя Сигурда не прольется от первого же прикосновения, он оседлал бедра викинга, приподняв зад и нависнув над блестящей головкой. Очень плавно он опустился на член, направляя его пальцами. Разработанная дырочка с готовностью приняла всю длину солидного достоинства ярла. Они оба замерли, привыкая к ощущениям. — Ты во мне, — с трепетом прошептал Шерлок. — Я так долго мечтал об этом. Представлял, когда вылизывал твой член, запоминая его до последней венки. — О, боги, Шерлок, я готов излиться от одних только твоих слов… — Тебе нужно немного выдержки, иначе всё кончится слишком быстро, а я хочу, чтобы ты наслаждался движением не меньше, чем извержением, — пояснил юноша, покачивая бедрами. Нежное гладкое нутро плотно охватывало естество Сигурда, член скользил мягко и плавно, без боли и жжения. Это было приятно и красиво. Шерлок перевернул представления викинга о соитии. Сигурд в каждом движении чувствовал его любовь и заботу, полное принятие и доверие. Желание излиться отступило, как и говорил любовник, само действо доставляло невероятное удовольствие. Сигурд невольно стал подаваться бедрами навстречу, их движения были непривычно гибки и плавны, будто оба они превратились в диких лесных котов. Шерлок решил, что самое время дать ярлу немного свободы, и быстрым движением освободил его от пут. Олафсон протянул жаждущие руки к юноше, скользя кончиками пальцев по его бледной груди. Шерлок склонился и их губы соприкоснулись. Викинг подхватил его под бедра, чтобы он мог немного расслабить напряженные ноги. — Еще Джон, еще! Сильнее! Глубже! — не сдержался Шерлок, утеряв контроль над своими желаниями. Игра была больше не важна. Они оба выиграли. Сигурд крепче стиснул его бедра в ладонях, фиксируя в одном положении. Его толчки стали быстрыми и короткими. Влажный от смазки член Шерлока упирался в грудь викинга. Юноша обхватил его пальцами и, переняв ритм любовника, довел себя до извержения. В этот момент его нутро сжалось, стискивая достоинство ярла. Сигурд тут же последовал за ним, изливаясь глубоко внутрь, не позволяя юноше соскользнуть с члена, оставаясь в нем, будто волк в сцепке. Наконец, напряжение покинуло тело Олафсона, его член выскользнул из жаркого пристанища, и Шерлок лег рядом с ним, обняв своего ярла поперек живота. — Невероятно, — с восхищением произнес Сигурд. — Просто потрясающе. — Обычно мне говорили другое, — кружа кончиком пальца по коже ярла, ответил юноша. — Что? — Викинг поймал взгляд покрасневшего Шерлока. — Прочь… — смущённо прошептал юноша. Сигурд повернулся на бок и, крепко обняв, вовлек его в поцелуй. Поначалу викинг был резок и неуклюж, но, уступив Шерлоку, отчасти перенял его неспешную ласковую манеру. Олафсон учился не только брать, но и доставлять удовольствие возлюбленному. Губы Шерлока припухли и заалели. Мягкая окладистая борода викинга приятно касалась его нежной кожи. Молодым телам не потребовалось много времени на восстановление сил. Как только ласки Сигурда стали более настойчивыми, Шерлок сразу решил перейти ко второй части своего замысла. Ему безумно хотелось не ласкового любовника, а настоящего сурового викинга. — Сигурд, — позвал его юноша. — М-м-м… — Олафсон удивился, что Шерлок назвал его настоящим именем. — Возьми меня, как привычно брать воину… прошу тебя. — Я могу причинить тебе боль, — прошептал Сигурд, убирая со лба юноши прилипшие кудряшки, — и совсем этого не хочу. — Ты не причинишь мне боль, — нежно уверил Шерлок. — Я хорошо растянут и смазан. — Тогда я не понимаю. — Сигурд пытался найти ответ в пронзительных серебристых глазах. — Ты хочешь, чтобы я взял тебя силой, но не ради боли? — О, это совсем иное, — похотливо улыбнулся юноша. — Я хочу ощутить твою ярость, твою силу, хочу почувствовать себя твоим, покрытым тобой, словно диким животным. Сейчас ты не причинишь мне вреда. — Что ж, тогда сойди с ложа, — переменившись в лице, потребовал воин. Шерлок перепуганно отшатнулся и мигом освободил постель. Обнаженный, он стоял в шаге от ложа, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Сигурд встал перед ним, смотря исподлобья хищным взглядом. Тогда Шерлок решился на то, что могло сегодня же окончить его жизнь. Юноша рискнул, решив, что викинг согласился на его правила игры. Он ударил Олафсона по лицу, достаточно сильно для того, чтобы разъярить воина. То, что произошло дальше, подтвердило правильность его выводов. Сигурд молниеносно бросился на юношу, взяв его в смертельный захват. Одной рукой викинг вывернул за спину предплечье Шерлока, так что тот согнулся пополам, а другой рукой он обхватил беззащитную шею. В такой позе Сигурд прижал его к столу. Рука уже не сдавливала шею, а, переместившись на загривок, вжимала его грудью и лицом в шершавую столешню. Затем Сигурд отпустил руку юноши, провел по члену свободной рукой, приставил его ко входу и одним резким толчком вошел. Не останавливаясь, Олафсон стал мощно толкаться бедрами в упругие белые ягодицы Шерлока. Сигурд брал его быстрыми размашистыми движениями, вцепившись ногтями в зад и не переставая давить на загривок. Он обернулся именно тем самым зверем, какого хотел видеть юноша. Шерлок стонал в голос и наигранно молил отпустить его. Воин-захватчик был непоколебим и жесток. Сигурд не давал передышки ни себе, ни своей жертве, тесно сжимавшей его естество. Совсем не потому, что хотел покончить с этим быстрее. Нет. Он хотел бы яростно владеть этим красивым желанным телом до самого Рагнарёка. Ярл Олафсон не был богом. Когда в глазах потемнело, а член готов был разорваться изнутри, он не стал останавливаться и растягивать удовольствие, это не свойственно диким зверям. Сигурд исполнил желание юноши — рыча, он брал его и после того, как Шерлок, дрожа телом, достиг пика. Брал до тех пор, пока последние капли собственного семени не изверглись из его члена… *** — Шерлок, — прозвучал строгий голос брата. — Я знаю, что ты уже очнулся. Довольно игр! Юноша лениво разлепил веки и потянулся. Он уже не выглядел смертельно измученным. Но раненые ладони ощутимо болели. — Что тебе от меня нужно, Майкрофт? — раздраженно поинтересовался Шерлок. — С чего такая забота? — Тебе удалось удивить меня, братец, — язвительно признался тот. — Когда-то мы сочли тебя достаточно… хрупким. Но что я вижу? Ты один из немногих, кто выжил в аббатстве во время нападения, выжил в землях северян и стал одним из них. Ты знаешь их язык, их обычаи и законы. Ты освоил их военное искусство. Это достойно восхищения. — Не ври, что тебе было до меня дело! — злобно парировал Шерлок. — Я беспокоился о тебе неустанно. — Майкрофт на мгновение потупил взгляд. — Мы всё это время считали, что ты мертв. — О, и от радости решили меня распять, — едко парировал юноша. — Отец Феологильд питает к тебе особые чувства… — Майкрофт скривился, — но я сразу вмешался. — Вопрос тот же. Что. Тебе. Нужно? — Для начала… чтобы ты разделил трапезу с моей семьей. — Майкрофт хищно сузил глаза. — М-м-м, тебя можно поздравить с новой супругой. — Лицо Сигурда неожиданно всплыло в памяти, и Шерлок улыбнулся. — И кто же она? — Леди Ирен, дочь графа Адлера…