Семь кругов Ада

От сильного пинка дверь чуть не слетела с петель и врезалась в стену с такой силой, что своей ручкой, кажется, проделала в старых обоях дыру. Ставший причиной дверного полёта бешеный Шаркис (Кто ж ещё, если не он?) ворвался в комнату и уставился на меня дикими, ничего не видящими глазами. Вот у меня не понос, так золотуха. А у сэмпая не припадок с кровавой пеной на губах, так истерика на фоне пердечного сриступа. Ну что за человек?! К приходу сэмпая я уже порядком задолбался предпринимать попытки стянуть с рук галстук. Из-за отлившей от конечностей крови я уже перестал чувствовать кончики пальцев, что совсем не радовало. Потому сэмпая я ждал в надежде на то, что он наконец-то освободит меня от своих пут. Но судя по настроению Шаркиса, пришёл он далеко не за своим галстуком. Скорее уж за моей жизнью. Зуо, ты продолжаешь беситься из-за того, что у тебя встал на меня? Или появились свежие причины? — Отвяжешь меня до того, как мои руки отвалятся? Или повременим? — всё же предпринял я попытку слегка намекнуть сэмпаю, чего от него хочу. — А как отвяжешь, можем и поебаться! Как тебе вариант? — Исходящая от Шаркиса аура убийства намекала мне на то, что прямо сейчас сексом со мной сэмпаю лучше не угрожать, но я не сдержался. Зуо молча подошёл вплотную к постели, наклонился ко мне, вцепился в ворот моей футболки и оттянул её настолько, насколько позволяла ткань. Я запоздало сообразил, что именно предстало его глазам. Что ж… Если я правда нравлюсь Шаркису, то, предполагаю, мне крышка? Сэмпай подцепил ногтем один из пластырей на ключице и резким движением оторвал его от кожи, демонстрируя себе либо засос, либо укус, щедро оставленный Ником. Точно сейчас не вспомню, а в своём положении ещё и не разгляжу. М-да… засада. Под прицелом злобного взгляда сэмпая мне стало чуточку не по себе. — Кто? — выдохнуло жуткое чудовище, отдалённо напоминавшее человека. Лицо Зуо будто бы потемнело. Глаза почти светились красным. Видок пугающий. Мне бы смекнуть, что пора засунуть свой характер в задницу, и начать нормально отвечать на вопросы, но… Но это же совсем неинтересно! Кто я такой, чтобы не обосрать себе жизнь ещё больше? Разумный человек? Нетушки, я на такую херню не подписывался. — А тебе, собственно, какое дело? — уточнил я с умным видом (если, конечно, можно выглядеть умным, будучи привязанным к постели). Знаю, я играл с огнём. С другой стороны, это хорошая возможность для Шаркиса разобраться в своих чувствах ко мне. Если ему, как он сам утверждает, насрать на меня, его не должно волновать, с кем я сосусь в свободное от побоев время! От моего ответа у Шаркиса произошёл анальный коллапс. Не считаю себя виноватым. То, что Зуо так психует, исключительно его вина. Кулак сэмпая влетел мне в правую скулу. Клацнули зубы. Перед глазами поплыло. Кто-нибудь вызовите ветеринара. Тут дикому животному срочно требуется усыпление! От очередного (вообще не впечатлившего) удара моё сознание поплыло и появилось ощущение, будто время вокруг замедлилось. Благодаря этому я как в замедленной съёмке пронаблюдал за тем, как сэмпай поднимает с пола тумбочку и отправляет её в противоположную стену, как тумбочка разваливается на куски, как все её содержимое, в основном состоящее из мелких деталей, разлетается в разные стороны. Очень любопытное психическое заболевание. Вслед за тумбочкой крайним оказался шкаф. Правильно! Что эта мебель себе позволяет?! А ну-ка поставь её на место! Шаркис опрокинул шкаф с таким видом, будто тот сделан не из спрессованных опилок, а из пуха. После шкафа Зуо решил выяснить отношения с дверью. Давай! Вломи ей по её чёртовым искусственным деревяшкам! Сильнейший пинок отправил дверь в противоположное от её стороны открытия направление. Старые петли не выдержали такого накала страстей и с корнем вырвались из сгнившего косяка. Дверь вылетела в соседнюю комнату и с глухим хлопком шлёпнулась на пол. — Вот это экспрессия, — по достоинству оценил я приступ бешенства сэмпая. — Я бы похлопал в ладоши, но, как видишь, мои руки все ещё привязаны, — пробормотал я, уже в тысячный раз намекнув на своё незавидное положение. Шаркис, тяжело дыша, воззрился на меня с таким видом, будто не он, а я стал причиной окружившей нас разрухи. Единственным, кто после смерча по имени Зуо остался в комнате относительно цел и невредим — был я и кровать, на которой я возлежал. Сэмпай, сжав кулаки до побелевших костяшек, явно собирался исправить эту возмутительную несправедливость. Мысленно я успел проститься со своими родными, хорошими знакомыми и любимым кафе, когда помощь пришла, откуда не ждали. В комнату вбежал Ян. Охреневши оглядевшись по сторонам, он схватил Зуо за локоть в намереньи оттащить от меня разъярённого Шаркиса. Сэмпай посчитал этот жест вопиющим вторжением в его личное пространство и одним отточенным ударом отправил Яна на свидание с ближайшей стеной. Парень врезался в твёрдую поверхность и со стоном сполз на пол. О нет. Мне конец. Теперь мне точно конец! Ян оказался крепким парнем. От удара он очухался быстро. Шаркис успел сделать в мою сторону единственный шаг, когда мой герой в ободке влетел в него, сбивая с ног. На полу завязалась заварушка, разглядеть которую мне не удалось из-за моего достаточно немобильного положения. Я только и слышал, что звуки ударов и гневные матюки. Чёрт. Вот что вам стоило сперва развязать мне руки, а уже затем страстно валяться по полу?! — Ты совсем ёбнулся?! — этот вопль принадлежал Яну. — Иди на хуй! — а этот Зуо. — Ты убьёшь его! — Вот именно! — Какой же ты, блядь, непрошибаемый осёл! Ян, я, если что, полностью с тобой солидарен. Подписываюсь под каждым словом. — Не лезь, куда не просят! Перебранка продолжалась. В какой-то момент я смог обозреть голову Яна. Судя по тому, с каким гневом он смотрел вниз, под ним распластался Шаркис. Чёрт… ну, дайте глянуть хоть одним глазком! Люди вы или кто?! Я в очередной раз подёргал руки и зашипел от боли, потому что галстук успел натереть мне кожу. Я пропускаю такой шикарный спектакль из-за какого-то жалкого куска ткани! Невыносимая несправедливость! — А я-то думал, что ты научился держать себя в руках! — продолжал допекать Шаркиса Ян. Он исчез из моего поля зрения, зато появился Зуо. Он испепелил меня взглядом, после чего размахнулся и опустил кулак, скорее всего, на оказавшегося вне поля моего зрения Яна. После этого Зуо поднялся на ноги, подошёл ко мне и с размаху проделал дыру в стене у меня над головой. Господи боже, я чуть не обосрался! Сэмпай долго смотрел на меня, затем перевёл взгляд на охающего Яна, пробормотал себе под нос плохо различимое ругательство и вышел из комнаты. Он бы наверняка хлопнул дверью, если бы сам же несколькими минутами ранее не разломал её. — Офигеть, — не смог я сдержаться от эмоций. — Ебанутое, блядь, создание, — рыкнул Ян, поднимаясь с пола и отряхивая задницу. — Ничего-ничего, гондон штопанный, я тебе это ещё припомню! — выдохнул он, рефлекторно облизывая разбитую губу. — Извини, что отвлекаю от ненависти к Зуо, но… Может, хотя бы ты отвяжешь меня от кровати? — попросил я скромно. Ян упёр руки в бока и тяжело вздохнул. Он выглядел как человек, случайно попавший в эпицентр апокалипсиса, хотя всего лишь ехал в магазин за замороженной курицей. — Он ёбнутый, я не спорю, — заговорил Ян, подходя ко мне и берясь сражаться с узлами на галстуке. — Но и ты хорош. Что за хуету ты ему впарил? — Не было никакой хуеты, — возразил я. — Я всего лишь спросил, какое ему дело до засосов на моей шее. Он же при тебе усирался, заверяя и тебя, и меня, что я ему безразличен. Так какого фига? — Очевидно же, что врёт он всем троим, — буркнул Ян, справившись с первым узлом. — Троим? — переспросил я. — Мне, тебе и себе, — перечислил парень, развязывая второй узел. — С чем его и поздравляю, — фыркнул я, наконец-то получая возможность сесть на кровати. Запястья мои занемели, так что некоторое время я вертел ими, пытаясь восстановить нормальный кровоток. — Спасибо, — поблагодарил я Яна за освобождение. — Надеюсь, тебе не влетит от Зуо за столь благородный поступок. Парень лишь неопределённо пожал плечами. — Если и влетит, переживу, — заметил он, усмехнувшись. — Кофе? — предложил он. — Было бы чудесно, — кивнул я. Ян прошёл на кухню, я, хромая на обе ноги, заковылял за ним. Оказалось, что у меня онемела ещё и поясница, отчего каждый шаг сопровождался неприятными ощущениями в копчике. — Я, значит, помогаю ему в вызволении его людей из игры, сам чуть не подыхаю в процессе, а он в ответ избивает меня сперва за то, что я в него влюбился, а затем за то, что до осознания своей влюблённости умудрился с кем-то потрахаться! Великолепная логика! — возмущённо всплеснул я руками. — Сраный психопат! — Да какой он психопат, господи боже… Для психопата он излишне эмоциональный, — заверил меня Ян, разливая по стаканам свежесваренный кофе. — Окружающие в основном видят в Шаркисе неконтролируемое чудовище, но ты вроде умный малый, чтобы совершать эту ошибку, — заметил он. — Поверь, я не оправдываю его действия и согласен, что Зуо не помешала бы мощная психологическая реабилитация. И всё же… Он так резко реагирует на тебя и на всё, что связано с тобой, потому что ты действительно ему интересен. И он пока не понимает, что с этим делать. — Как это что? — нахмурился я. — Любить меня. Ходить со мной по парку за ручки, выигрывать мне в тире мягкие игрушки или что там нормальные люди делают на свиданках? Если честно, я не в курсе… И… если ещё честнее, я тоже ни хрена не знаю, что мне делать с интересом к парню, который большую часть общения бьёт меня. А теперь я узнал ещё и то, что он сраный Локи, которого я ненавидел последние месяцы. Это какой-то трагикомедийный кошмар наяву! — всплеснул я руками. — Лучше и не скажешь, — кивнул Ян, пробуя кофе. — Надо бы мне с Зуо поговорить. Прямо сейчас, — заявил я, решив не откладывать разговор с сэмпаем в долгий ящик. Пять минут позора и я свободен. Следовало эти пять минут пережить как можно скорее. Ян в ответ на мои слова подавился кофе. — Ты чё, сдурел? — выпалил он с искренним восхищением. — Он сейчас вообще не в том состоянии, чтобы вести с ним беседы, — заверил меня Ян. — Он всегда не в том состоянии, — отмахнулся я. — Знаешь, куда он пошёл? — Знаю, но не уверен, что стоит делиться этой информацией с тобой, — протянул он, прищурившись. — Веришь или нет, но я о тебе забочусь. — Не надо, — с готовностью покачал я головой, одним глотком заливая в себя порцию бодрящего кофе. — Лучше позаботься о Зуо, сообщив мне его местоположение. — Что ж… Если ты не можешь успокоиться, пока не получишь пиздюлей… — Не могу! — кивнул я. Ян затрясся от смеха. — Вы точно друг друга стоите, — выдал он. — Зуо на виртуальном стрельбище. Пойдём. Я тебя провожу. Только потом не жалуйся на то, что тебя убили. Я предупреждал! — заявил Ян, жестом говоря мне следовать за ним. У меня впервые появилась возможность прогуляться по квартире Яна и оценить её весьма необычную планировку. На вскидку это была и не квартира вовсе, а квартиры, между которыми переломали половину стен и превратили общее квартирное нечто в странный лабиринт, в котором имелись как миниатюрные комнатушки, больше походившие на кладовки, так и длинные коридоры и широкие холлы. Выглядело всё это изобилие квадратных метров убого и пугающе. У меня закрадывалось подозрение, что мы прямо сейчас блуждаем по аварийному зданию и в любую минуту нам на головы может обвалиться потолок. Ян подвёл меня к узкой лесенке и прислушался. До наших ушей донеслись глухие хлопки. — Точно на стрельбище, — сообщил Ян, кивая мне на не внушающую доверия лесенку. — Гости вперёд. И чего не сделаешь ради любви! Даже залезешь по ржавой лестнице на второй этаж аварийного здания! Я вцепился в одну из ступенек. Лестница заскрипела как гнида, готовая подождать, когда я доберусь до второго этажа, чтобы в последний момент сорваться вниз вместе со мной. Не очень вдохновляюще, но я решил рискнуть. На второй этаж я поднимался медленно и печально и взобрался на него в компании Яна и жуткой одышки. И всё же спорт следует не только смотреть. Плюхнувшись прямо на пол, я с минуту восстанавливал дыхание, обливаясь потом и в очередной раз приходя к выводу, что зря прогуливаю физкультуру. Эти уроки следует посещать как минимум для того, чтобы были силы сталкерить за своим психанутым будущим парнем! Ян подвёл меня к одной из потёртых дверей и еле слышно ударил костяшками по её поверхности: — Он там. Только прошу, постарайся не бесить его слишком сильно. Я не готов соскребать твои останки со своих стен. Я тоже к этому не сильно готов. Приоткрыв дверь, я заглянул внутрь. На меня тут же обрушился шквал искусственных громоподобных выстрелов, которые до того здорово заглушала звукоизоляция, покрывавшая в этой комнате все стены. Морщась от болезненно громких звуков, я проскользнул внутрь и осмотрелся. Помещение напомнило мне то стрельбище, на котором мы торчали с Зуо у японца-оружейника. Только там Шаркис стрелял по классическим материальным мишеням, здесь же куда более скромные размеры комнаты компенсировал здоровенный экран, полностью скрывавший одну из стен. По нему плавали мишени различных размеров. Зуо, облачённый в большие звукопоглощающие наушники, расстреливал их одну за другой из вирту-пистолета, имитировавшего не только сам выстрел, но и его звук и отдачу. Гляньте-ка, не единого промаха. Сэмпай казался полностью поглощённым процессом, но лишь я позволил себе сделать в его сторону один-единственный шаг, Зуо резко развернулся в мою сторону и направил на меня дуло пистолета. — Пошёл вон, — прорычал он, резко стягивая с головы наушники, а значит, всё же желая послушать меня. — Или что? Расстреляешь меня из виртуальной пушки? — хмыкнул я. Сэмпай оценил тонкость моего замечания, отбросил в сторону имитацию, вытянул из кобуры настоящий пистолет, который приобрёл у японца, и нацелил его на меня. Послышался щелчок взведённого курка. Я невольно сглотнул. — Эй-эй-эй! Рехнулся? Никакого огнестрела в моём доме! — возмутился Ян, возникая передо мной. Сэмпай испепелил друга взглядом, но пистолет опустил. — Оба убирайтесь отсюда, — прорычал он. — Мусор, — добавил он, взирая конкретно на меня. Погодите, это меня он назвал мусором? А ты, часом, не охренел?! — А вот и не мусор, — ответил я, выглядывая из-за Яна. — Всё ещё человек. — Человек, который никак не определится, в какой койке заночевать? Сраная шлюха, — выдал Шаркис с убийственной уверенностью. Слыхали, чё выдал? Боже мой, сколько ему лет на самом деле? Сто? Рассуждает, как древний дед. — С хрена ли шлюха-то сразу? — я не столько оскорбился, сколько удивился. В сравнении со своими ровесниками я чёртов монах! Я готов нести гордый статус шлюхи сразу после того, как начну жить соответствующе. А пока у меня от одного сексуального приключения до другого расстояние в месяцы, я терпеть это не намерен. Называть меня шлюхой, как нищего богачом: очень обидно, потому что оскорбление, к глубочайшему сожалению, не имеет отношения к правде! — А с хрена ли у тебя на шее засосы? — в тихом бешенстве прошипел Зуо. — А с хрена ли мне перед тобой отчитываться? Что-то я не припоминаю, чтобы мы встречались, — невинно заметил я, выходя из-под защиты Яна. — Это не имеет значения! — взвился сэмпай. — Нет, это-то как раз значение и имеет. Я же не подхожу к людям на улице и не предъявляю им за то, что они с кем-то спят. — Ты… — Шаркис запнулся, кажется, ощущая лёгкие подозрения по поводу неадекватности своих рассуждений. Оно обучаемое. Это радует. — Ты признался мне в любви, при этом кувыркаясь с кем-то другим! — наконец-то смог сэмпай сформулировать мысль. — Во-первых, поебался я вчера, а в любви признался тебе сегодня. — Шах. — Во-вторых, именно переспав с другим человеком, я понял, что втюрился в тебя. — Шах. — И, в-третьих, пока ты не увидел засосов, мои чувства тебе вроде бы были побоку, но только ты понял, что, вау, кто-то ещё может положить на меня глаз, и жопа твоя тут же заполыхала? — Шах и мат! — Ты что, Шаркис, собака на сене?! Ни себе ни людям?! — развёл я руками. На стрельбище воцарилась настолько густая тишина, что я отчётливо расслышал собственное сердцебиение. — Убери эту блядь с моих глаз до того, как я его ёбнул? — выдохнул Зуо в сторону Яна. Вот значит как? Без возможности дать достойный отпор, ты продолжаешь строить из себя чёрт-те что? — Я не блядь, — зло выдохнул я. Меня взбесило не слово. Меня взбесила уверенность Шаркиса в своей правоте в вопросе, где он не был прав ни на крупицу. А чтобы Зуо не вышел из разговора сухим с этими его закатывающимися глазёнками и кривой ухмылочкой, я размахнулся и влепил ему звонкую пощёчину. Зуо не шелохнулся, а вот рука моя мгновенно онемела. Я как будто ударил бетонную стену. Звенящая тишина вновь окутала нас со всех сторон. — Это что сейчас было? — после минутной заминки всё же разорвал сэмпай тишину, уставившись на меня, как на инопланетянина. Хороший вопрос. Мне бы тоже хотелось знать ответ, ведь сразу после пощёчины я внезапно пожалел о содеянном. — Удар дикой куропатки, — сходу придумал я название для своего теперь уже коронного удара. Видели, как красиво я вложил в него все свои дистрофичные силы?! — Чёрт, у тебя рожа из бетона, что ли? — прошипел я, понимая, что боль в руке не то, что проходит, а только усиливается. — В бетоне сейчас окажется твоя рожа, — пообещал мне сэмпай, резко став спокойным, как штиль. — Ну конечно. Тебе ведь нечем крыть. Всё, что ты можешь, это угрожать мне, потому что ты знаешь, что я прав, но не хочешь этого признавать, — развёл я руками. — Не вижу твоей правоты в том, что ты, будучи влюблённым в одного, ебёшься с другим. — Лыко-мочало — начинай сначала, — простонал Ян, явно уставший от этой бесплодной перепалки. Что поделать. Привыкай. Это девяносто девять процентов наших с сэмпаем бесед. — Делаю, что захочу! Если ревнуешь, так и скажи! — Это я-то?! — Шаркис чуть не задохнулся от возмущения. — Это не имеет никакого отношения к… Я лишь говорю как есть! — А мне не надо говорить как есть! Я восемнадцать лет неплохо с этим справляюсь и без твоих советов: ем и завтрак, и обед, и ужин! Лучше расскажи, как зарабатывать миллионы и готовить маленькие круассаны! — Ну да, конечно… Забыл. Не просто шлюха. Ебанутая шлюха! — Если у тебя так полыхает пердак из-за того, что я с кем-то переспал, окей, предложи мне встречаться, и ебаться буду исключительно с тобой! Как тебе предложение? — Охуенное, — оценил Ян. — Лучше застрелюсь, — пообещал Зуо. Ян был прав! Зуо непрошибаемый осёл. — Вот и чудно, — усмехнулся я. — Значит, продолжу спать с кем захочу, а у тебя не будет права это комментировать! Зуо сжал в руке пистолет с такой силой, что послышался скрежет. Он смотрел в упор на меня. Я отвечал тем же. Ты, козлина, видимо, всё ещё не понял, на кого нарвался. А нарвался ты на человека, которому прямо сейчас до усрачки страшно, но он делает вид, будто самый уверенный тип на планете! Учитесь у лучшего наёбщика вселенной, как пускать пыль в глаза! — Знаешь, надо бы всю эту неделю провести под эгидой флирта с каждым, кто появится у меня на пути. Начну, пожалуй, с Яна, — развернулся я к парню. — Привет, красавчик. — Вот уж нет! Не втягивайте меня в эти ваши брачные игрища! — возмутился он. — Что за детский сад «ромашку» вы тут устроили, ёб вашу мать?! Вы, блядь, со стороны-то на себя посмотрите! Это полная жопа, ребята! Вам обоим необходимо серьёзное лечение! — Пошёл к чёрту! — в унисон проорали мы с Зуо в сторону Яна и вновь зло уставились друг на друга. — Последнее предложение, — выдохнул я угрожающе. — Либо ты немедленно предлагаешь встречаться охеренному хакеру с безупречным чувством юмора и анализом мочи (это я сейчас про себя), либо наживаешь себе злейшего врага. Я же сейчас всё правильно сделал? Так нормальные люди начинают строить здоровые отношения? Или я где-то просчитался? — Нет, ты только его послушай! — зарычал Шаркис, поворачиваясь к Яну. — Эта ебанашка мне ещё и угрожает! Ян попытался проглотить смех, но в результате согнулся пополам от раздирающего его хохота. — Господи, блядь! Да вы оба… — простонал он. — Я сейчас обоссусь! — Не надо ссаться! Только не на нашей свадьбе! — взвизгнул я. — Какой ещё свадьбе?! — заорал Шаркис. Выглядел Зуо так, будто я на живую приколачиваю его к крышке гроба. С каждым новым произнесённым мной словом он выглядел всё более бледным. Кажется, к такому повороту жестокая жизнь его не подготовила. — Тренировочной! Очевидно же, что я согласен только на очень серьёзные отношения! Но я не против, если кольцо на палец ты наденешь мне прямо сейчас! — я выставил вперёд безымянный палец. Зуо побледнел хуже прежнего. Если честно, он вообще выглядел не очень… — Меня сейчас вырвет, — простонал Зуо, резко прикрывая рот рукой. Ничего себе, как распереживался! Аж до тошноты. Сэмпай сорвался с места раньше, чем я успел вставить свою реплику. — А ты по мелочам не размениваешься, — выдавил из себя Ян, продолжая хохотать в голос. — Шаркису с тобой повезло! Даже не представлЯешь наСколЬко. 🦊 🦊 🦊 🦊 На ватных ногах входишь на кухню, и первое, что видишь, — стакан с какой-то светло-зелёной жижей, которую вручает тебе Ян. Рывком выхватываешь стакан из рук друга, выпиваешь его содержимое до дна и лишь затем интересуешься: — Что это? — Калорийное успокоительное, — отвечает Ян, улыбаясь. — А то боюсь, как бы тебя не стукнул инфаркт. — Я почти не спал. И не ел. Поэтому… — выдыхаешь ты, морщась. Иногда ты так концентрируешься на внешних задачах, что забываешь об элементарных потребностях тела. Обычно организм требует обратить на него внимание путём сильнейших мигреней, но иногда ограничивается тошнотой и рвотой. Ян об этой твоей черте знает не понаслышке. — Сколько раз говорил: не можешь уследить за временем, ставь будильники на завтрак, обед и ужин… — ворчит Ян и идёт к холодильнику, собираясь приготовить тебе несколько бутербродов. Ты проводишь его благодарным взглядом. Ну и что, что вы ругались десятью минутами ранее. Ну и что, что двадцать минут назад дрались, не жалея кулаков. Такие эпизоды никогда не влияют на прочность вашей дружбы. — Я в полной заднице, да? — спрашиваешь ты тихо, когда Ян берётся за нарезание палки синтетической колбасы. — М-м-м? — В смысле, я увяз в этом дерьме по самую макушку. — Под дерьмом ты подразумеваешь… — Фелини, — терпеливо поясняешь ты. — Я, блядь, влюбился в самое пизданутое создание на свете! — выдыхаешь ты, не скрывая сковывающего тебя ужаса. — Мне показалось, или ты сказал слово на «В»? — вздёргивает друг брови. — Влюбился? Так ты сказал? — Не заставляй меня повторять эту хуйню дважды! — Пф… — Ян искренне смеётся, протягивая тебе первый бутерброд. — Не переживай, ведь он тоже! — Он тоже что? — не понимаешь ты. — Он тоже влюбился в самое пизданутое создание на свете! — сообщает он с широкой улыбкой. — Иди на хер. — Эта новость взорвёт весь Тосам! — Только посмей кому-нибудь рассказать… — рычишь ты. — Всего лишь шучу, — отмахивается Ян. — Ты мне лучше скажи, чего это тебя так штормит? То бьёшь в грудь, заверяя в своём равнодушии, то вещаешь, что хочешь Лиса чисто физически, то утверждаешь, что до усрачки влюблён в него. И всё это, заметь, за последний час. Дело в недосыпе? Или так сильно на тебя влияет Фелини? — Мне надо отдохнуть, — отвечаешь ты, потирая лицо. — Мне тоже. Ты энергетический вампир, который высосал из меня всю энергию! — слышится дебильное обвинение, произнести которое может только один, исключительно отбитый элемент. Клацаешь зубами, но не даёшь волю чувствам. Всё. Хватит. Делаешь глубокий вдох и только затем поворачиваешься к возникшему на кухне насекомому. — С глаз моих… сгинь, — порывисто цедишь ты сквозь зубы. Просьба тебе кажется вполне осуществимой. — Не сейчас, — качает Фелини головой. — Сперва нам надо решить ещё один вопрос. — Это какой же? Терпение, только терпение. — По всем канонам романтических историй это ты, высокий и сильный плохиш должен добиваться невинной незабудки в моём лице… — заявляет Фелини, заставляя тебя болезненно застонать. Ты больше не можешь терпеть извергающееся из него дерьмо. — …Так какого чёрта именно мне приходится бегать за тобой?! — возмущается насекомое. Ты слушаешь эту херню, ощущая, как к горлу вновь подкатывает тошнота. «…Я убью его. Точно убью. Придушу. Закопаю. Застрелю. Расчленю. Забью насмерть первым, что попадётся под руку…» Ты удивляешься своим мыслям. Выходит, ты можешь одновременно испытывать к нему и любовь и ненависть? Что за… хуйня?! — Всё сказал? — шипишь ты, смотря на его невыразительную рожу и представляя, как полосуешь её ножом. Из последних сил держишься, чтобы не претворить свои мечты в реальность. — Не всё. Маленький говнюк явно хочет сдохнуть. — Забыл добавить… — выговаривает он, внезапно взирая на тебя странными пустыми глазами. — Я очень… Очень… Прям очень сильно… ЛюблЮ теБя. Тебя накрывает новый приступ тошноты, и ты вновь позорно убегаешь в уборную. 🦊 🦊 🦊 🦊 — А я-то думал, что это у меня слабый желудок… — фыркнул я, провожая сэмпая взглядом. — Нельзя убегать блевать после того, как тебе признались в любви! Это некрасиво! — крикнул я в спину удаляющемуся сэмпаю. — Не парься, — отмахнулся Ян, вручая мне бутерброд. — Дай ему время, — попросил он. — Ты свалился на него как снег на голову. Его нервной системе ещё только предстоит переварить информацию о такой сложной штуке, как «отношения», и научиться сосуществовать с другим человеком. — Вообще-то, это он свалился на мою голову, а не наоборот, — заметил я, жуя бутерброд. — И мне все эти приколы с отношениями тоже в новинку. — Верю, — усмехнулся Ян. Это ещё что значит? — Я наштолько некрашивый? — плаксиво протянул я с набитым ртом. — Что? — встрепенулся Ян, запоздало соображая, что он сказал. — Ох, конечно, нет! Я имел в виду, что ты чуточку умалишённый. И только. — А-а-а… Фух! А я-то уже распереживался! Погодите. По-моему, ситуация не сильно улучшилась? Нет? — А ещё тебе придётся привыкнуть к тому, что его голова постоянно чем-то забита. — Моя тоже, — с готовностью сообщил я. — Нет. Я имел в виду, забита важными вещами. Не дерьмом, — вновь поправил себя Ян. Я всё ещё не могу понять, мне делают комплименты или унижают? — Что за важные вещи? — нахмурился я. — Ну… — Ян неопределённо повёл плечами. — Тосам. Система. Поиск лазеек и слепых зон, — ответил он весьма расплывчато, при этом не объяснив, о каких слепых зонах и лазейках идёт речь. — Но ты ему нравишься, это очевидно, — заверил меня Ян, дружески похлопав меня по плечу. Это радует. — Только сбавь немного обороты, хорошо? Не дави так на него. Ему и без тебя весьма несладко. А вот начнёт со мной встречаться, и станет суперсладко. Я ему сахар буду таскать мешками хоть каждый день! — Насекомое! — Внезапный рёв заставил меня подпрыгнуть на месте. — Быстро к мотоциклу, — приказал мне сэмпай откуда-то из коридора. Не понимая, с чем связана возникшая паника, я поспешно выбежал на улицу, где меня уже ожидал Зуо. — Куда это ты собрался в разгар открывшейся на тебя охоты?! — возмутился выбежавший вслед за мной Ян. — У меня сегодня бой, — бесцветным голосом сообщил Зуо. — Какой ещё, на хер, бой?! Ты окончательно ёбнулся?! И дураку понятно, что это ловушка! — На это я и рассчитываю, — кивнул Зуо, жестом приказывая мне размещаться на мотоцикле позади него. Погодите, а мне никто ничего не хочет объяснить? О какой охоте идёт речь? И что за бой?! — Окей, ты собираешься уйти из жизни красиво. Пожалуйста, твоё дело, — рыкнул Ян зло. — Но его ты на кой чёрт с собой тащишь?! — кивнул он на меня. — Только не говори, что из-за браслетов. Для меня не секрет, что если кто-то из вас захотел бы, то уже… Зуо не стал дослушивать причитания друга. Рокот мотора заглушил последние слова парня. И прежде чем он успел сказать ещё что-то, мотоцикл сорвался с места.