Духи Ирсас

      Когда-то давным-давно, во времена крайней нужды, Айлар подрабатывал разносчиком вина в таверне «Вырвиглаз». Хозяин только открывшегося заведения однажды купил у торговца новые зёрна для браги. Следуя рецепту, который считался семейным секретом, через неделю он откупорил бочки. По всему помещению разлился аромат, от которого не только посетители ошалели, но и кобыла разродилась на месяц раньше, а растения внутри завяли на следующий же день. Вылить напиток не представлялось возможным, а потому приходилось гостям терпеть запах, но заливать в горло это пойло. Постоянные выпивохи на всех улицах рекламировали сие заведение на разные лады. Но одно из них прицепилось намертво, гремя знаменитой брагой по всему городу. Через несколько месяцев, когда допили последнюю бочку и давно подавали новый эль, название осталось прежним.       Заезжие торговцы были щедры и всегда подкидывали пару-тройку монет сверх платы. Мальчишкой лет двенадцати Айлар был известен, как ответственный работник. Вино лилось через край, а закуски не покидали столы. Сколько пьяных слов благодарности он выслушал, провожая дорогих гостей в комнаты наверху, столько же затрещин и получал. Виновный лишь в том, что родился не таким как все.       С самого детства его гнали и унижали из-за цвета глаз. Людям он мерещился дэвом, россказни о которых вынуждали детей быть покорными. Множество сказаний передавалось молодым отпрыскам и всякий знал, что желтоглазые дэвы ищут жертв в ночи, испытывая людские души на прочность. Трупы находили со скрученными головами и откушенными языками. А вот те, кто выжил после встречи с демонами, уходили в пустыню доживать остатки дней в сумасшедшем бреду. Их слова эхом отдавались в вехах истории.       Айлар с трудом открыл глаза. Чувствовал он себя отвратительно. Ему вспомнилась та самая таверна и первая в жизни попойка. И своё состояние, когда не помнил, что он делал. Голова была пуста, без каких-либо мыслей, а глаза, казалось, жили своей жизнью где-то под потолком. Ему хотелось пить, от сухости болели губы. Юноша медленно повернул голову, до конца не понимая, как он оказался в такой богато обставленной комнате. Огромная кровать была украшена полупрозрачным балдахином. Приятные на ощупь простыни выглядели дорого. Красивые гобелены украшали стены, а по левую сторону был выход на балкон. Айлар-а-Дей на мгновенье поверил, что попал в сказку. Сироте трудно было осознать происходящее. Он подозрительно осмотрелся, в первую очередь заметив небольшой столик у стены. Ваза с фруктами отливала разноцветным светом.       Парень медленно спустился с кровати. В теле оставалась слабость, но он всё таки прошёл на балкон. Нот* в этом году дул мощными порывами, шквалы воздуха с каждым днём были сильнее. Резкий всплеск отвлёк парня и он посмотрел вниз. Воды озера омывали волнами каменную стену. В голове же не укладывалось, как он мог оказаться во дворце хадама. Он оглядел себя, рассматривая незнакомую одежду. Тонкие ткани легко окутывали тело, не сковывая движения. Совсем непривычным был тонкий браслет на правой руке.       — Ох, вы проснулись, — невольный вздох сзади заставил обернуться.       Служанка покорно склонила голову. В руках она держала поднос с едой. Айлар смутился, но подошёл прямо к ней и забрал блюда.       — Господин желает вас к себе. Наберитесь сил и я провожу вас.       Она поклонилась и вышла. Парню оставалось лишь проводить её взглядом. Неужели даже слуги здесь одевались подобно высшему сословию? И что вообще вчера произошло? Голод взял верх и пришлось оставить размышления на потом. Рядом с выходом на балкон стоял низенький столик с тазом и кувшином с водой. Тонкие полотенца лежали рядом. Он поставил поднос рядом и умылся. Холодная прохлада отрезвила и уже с ясной головой можно было спокойно позавтракать. Чтобы не ждало его потом, желудок два раза просить не станет. Юноша развернулся к проходу и, обдуваемый ветерком, взял в руки чашку с чаем. На подносе в красивых пиалах были разложены варенные яйца, горсти винограда и несколько кусков хлеба и сыра. Дей невольно улыбнулся и отпил ароматный чай.

***

      Служанка ждала Айлара в коридоре. Головы она не поднимала и парню стало неловко в её присутствии. Жестом она позвала его за собой, медленно ведя по коридорам дома. Высокие потолки, бесконечные, казалось, колонны, даже внутренний сад — всё слишком сильно отличалось от мира, где жил Дей. Посреди буйства растений, размашистых кипарисов невесомой конструкцией высилась беседка. Сам сад был обустроен на пологих трассах, с узким центральным каналом. Эти каменные трассы визуально делили пространство на четыре квартала, по одному на каждую из сторон света. Юноша невольно задержался, рассматривая представшее перед ним великолепие. Каждый участок сада был посвящен духам стихий, а центральную беседку обвивал лимонник.       — А я всё думал, где так можно задержатся.       Позади них стоял Тале-а-Хемеди собственной персоной. Парень машинально сглотнул. Мужчина напротив уже отослал девушку и обернулся к нему. Серебристые волосы, как и слышал юноша, были отличительной чертой рода Хемеди. Редко когда в городе находились люди, посеребренные кровью хадама. Мужчина был выше Айлара, лёгкая рубашка и укороченные штаны не могли скрыть натренированное тело. Взгляд светло-серых глаз также внимательно изучал его. Тонкие губы не покидала полуулыбка.       — Насмотрелся?       — Хадам вправе также смотреть на меня, как и я на него, — Дей не смог совладать с потребностью дерзнуть. И тут же об этом пожалел. Лицо Тале изменилось. Больше он не улыбался.       — Пройдём-ка дальше в сад, нам стоит поговорить.       В ответ лишь кивок, и лучше бы Айлару подумать дважды, прежде…       — Меня зовут Тале-а-Хемеди, урождённый пятьдесят третьим годом Красного Тельца**.       — Я — Айлар-а-Дей, урожденный шестьдесят вторым годом Красного Тельца, — уверенно ответил юноша.       Устроившись в беседке в прохладе свежей листвы, Айлар на миг забылся в тонких струйках пьянящих ароматов. Знакомых с детства, греющих душу в тёмные времена.       — Твои глаза всегда были такими? — отвлек его от мыслей Тале.       «Что с ними не так, хадам?» — Айлар готов был выпалить неосторожные слова. Но собственное положение было шатким, а потому он ограничился заученной фразой.       — Меня оставили в Айль ещё в младенчестве. В районе бедных есть храм стихий у самого края города. Возможно, бросившие думали, что меня поглотит песок. Подобравший меня мужчина дал мне имя и вырастил меня. Мои глаза были такими, сколько себя помню.       Тале в ответ отвернулся к саду. «И что бы это значило?» — такое отношение Айлару было не по нраву.       — Хадам, вы, конечно, знаете причину, по которой я оказался здесь. Может быть стоит поведать её?       — Проще показать, — ответил мужчина и развернул руки, где на ладонях был виден узор.       — С уверенностью могу сказать, рисунок такой же, как на твоих глазах. Ты бы поверил, что вчера во время бури мне мерещился свет? - хадам замолчал, но через секунду продолжил. - Ты был этим светом.       — Что же я делал посреди бури? — спросил Айлар у Тале. — Как вообще я попал за город? Я ведь просто заснул в своей комнате.       — Ответов у меня нет.       Дею казалось, что слова тянутся в дымке, теряя смысл. Странности не заканчивались его лунатизмом и необычными глазами. Он чувствовал, что хочет коснутся Тале, рассмотреть узор, а может быть и огладить символы пальцами. Он тряхнул головой, сбрасывая наваждение.       — Значит, вы спасли меня. Что ж, спасибо. - продолжать разговор уже не было смысла, но...       — Не стоит. Айлар-а-Дей, возможно, нам придётся не один день просидеть за книгами, чтобы разобраться с этим. Знал ли ты, что в столице есть Тайная Библиотека? Там…       — Подождите, хадам. Не возьму в толк. Какие дни и какая библиотека? Какие мы, в конце концов? Я поблагодарил вас за спасение. Теперь мне нужно домой. День без работы обойдётся мне недёшево, — парень поднялся с места.       Мужчина смотрел на него. Поклон Айлар сотворил кривовато, но не каждый же день он благодарит за гостеприимство самого хадама. Он уже развернулся, когда Тале перехватил его руку. Всё тело, словно, прошибло молнией и они оба отшатнулись. В груди Дея поселился страх. Хемеди держался за грудь. Было видно, как дрожат его руки, сминая тонкую ткань одежды.       — Я распоряжусь, чтобы тебя проводили.       Служка мелкими шажками спешил к ним. Похоже, даже здесь Тале не мог остаться в одиночестве. «Интересные порядки», — размышлял Айлар, нетерпеливо оглядываясь. Подросток поклонился Хемеди и кивнул парню, чтобы следовал за ним. А Дей мог лишь не отставать…

***

      Каждые пару недель на главной площади проходила ярмарка. Торговцы возвращались из столицы, гружённые различными товарами. Айлар с удовольствием обходил небольшие лавки. Глаза цеплялись за диковинки и яркие украшения. Самоцветы и драгоценные камни светились под солнечными лучами, дальше шли яства, пёстрыми соцветиями радующие глаз. То и дело пробегали дети со сладостями. Рука сама собой потянулась к кошелю, но парень вспомнил, что привычных ему вещей нет. Разочарованно он шёл дальше, останавливаясь у каждого торговца. Особенно долго он рассматривал пару такки***. Похожие на годи, они имели кожистые крылышки, а худое тельце было маленьким и с жёсткой чешуей. Среди других животных они отличались чёрной расцветкой с серебристым отливом. Из пасти то и дело вырывался тихий рык.       — Парень, ты покупать-то собираешься? - старичок поправлял миту****. При такой жаре она все время соскальзывала с его лысой головы.       — Просто смотрю. - парень приготовился, что его сейчас обругают.       Низенький старичок прищурился и улыбнулся. Сложенные на груди руки расцепились и приветственно указали на прилавок.       — Только недолго.       Айлар удивился такой реакции. Обычно его каждый раз гнали, не давая объясниться. Догадка пришла быстро. Парень и забыл, что люди встречали по одежке, а уж его костюм сейчас сравним с одеждой зажиточного горожанина. Хоть один плюс в знакомстве с хадамом…       Домой он вернулся под вечер. Голод появился ещё днем, но Дей не мог уйти, пока не обошёл всю ярмарку. Настроение не могло испортиться, вокруг прогуливались пожилые пары, объёмные женщины частенько расталкивали торговцев, заламывая собственную цену, а чопорные богачи либо проходили мимо, либо быстро скупали прилавки и удалялись по своим делам. Такие дни Айлар любил больше всего, дом начинал казаться домом, а жизнь переставала маячить бессмысленностью. Он переступил порог, а через минуту дверь отворилась, впуская Маври.       — Где пропадал? — мужчина прошёл без приглашения и уселся на единственный стул. Парню пришлось устроиться на матрасе.       — Хадам пригласил на чай. - неохотно ответил юноша.       — Ты мне голову-то не морочь. Пропал на всю ночь, мы искали тебя по всему городу, — он отвесил Айлару лёгкий подзатыльник.       Тот отмахнулся, но правду рассказал. Всё-таки Маври имел право знать, как человек вырастивший его. После истории Айлар хотел уже провалиться сквозь землю под его взглядом. Лучше бы дэвы сейчас заглянули на огонёк, чем ждать ответа от наставника.       — Значит, у него такие же метки, только на ладонях? — юноша кивнул, а мужчина продолжил. — Оставим пока эту тему. Похоже, кроме головной боли, это тебе проблем не приносит.       «Ага, а глаза вываливаются из-за скудного рациона», — крутились недовольные мысли у парня.       — Работенку я тебе обещал. Возьмешься или отдохнешь пару дней? — меж тем проговорил Маври.       — Пожалуй, возьму. Отвлекусь ненадолго.       — Неделю назад приходил курьер Одноглазого. Отдал вещи на продажу. Но вот я что скажу, надоело мне иметь дела с убийцами, — мужчина хотел было презрительно плюнуть под ноги, но в последним момент передумал. — Окровавленными одеждами только подтираться, а дешевые цацки годны на выброс. Кроме того, он приволок женщину с ребенком. Оба тощие, что твоя кобыла.       — У меня же нет лошади.       — Вот именно. Продать таких не составит труда. Айр всегда скупает людей. Вот что с ними будет потом, представлять не хочется.       — Сколько он просит за них? — поинтересовался парень.       — Ай, не нужно этого делать, — Маври махнул рукой. — Ты прекрасно знаешь, что не сможешь им помочь. Давай без лицемерия.       — Я совета не спрашивал, ты мне цену скажи, — Айлар пошарил рукой в матрасе и достал мешочек с фигурками.       — Пару серебряных за каждого, — сдался мужчина, подумав. Взгляд красноречиво говорил о неодобрении.       — Тогда оплатишь с продажи и пристроишь на работу. Я слышал у красильщиков опять не хватает рук. Да и двор у меня пустует. Могут пожить здесь. - Айлар ощутил странное чувство. На мгновенье ему показалось, что рядом сидит Тале. - Что там с работой?       — Клиент хочет найти Одноглазого, — Маври достал нож и, помедлив, отдал парню. Лезвие было покрыто подсохшей кровью.       — Кто пойдёт со мной? — не хотелось бы Мелкого Абы или Каменного Колго. Айлар до сих пор припоминал им, как они бросили его в пустыне, раненного в потасовке близ столицы. Он тогда месяц перебивался корешками да орехами, пока дошёл обратно.       — Трёхглазый вызвался помочь.       Айлар не мог поверить, что этот отшельник вернулся в Айль на заработки. Перед глазами вспыхнула их драка пару лет назад из-за какой-то мелочи. Эх, родителей, как и напарников, не выбирают.       — Хорошо. Скажи, чтобы завтра ждал на старом месте. Он знает.       В глазах зарябило и позабытая боль вернулась с новой силой. Дей свалился на пол, закрываясь руками от света. Слёзы обжигали. Маври склонился над ним, матеря дэвов на чём тьма стоит. Мужчина помог Айлару сесть на стул и попытался убрать руки. Парень в ответ лишь мычал, скрипя зубами от невыразимых страданий.       — Я пошлю за Разасом.       — Не нужно. Утром пройдёт. Мне просто нужно поспать.       Слова похоже не убедили мужчину, уходить он тоже не собирался. Неужто Лакмус проклял его? Или дэвы ищут Айлара, чтобы заполучить его душу? Расклад похоже был не в его пользу.       О, духи, молю прожить лишь эту ночь…       Молю страдания мои облегчить…       За Солнце — Сын, За Луны — дочь,       В кромешной тьме чтоб стало легче…       Мысленно молился Дей, от вспышек боли запинаясь и забывая слова.