Духи Ирсас

      Утро наступило на горло и мужчина ощутил всю комичность ситуации. Ведь у него оно не просто болело, но и вдобавок пропал голос. Айлар вечером улёгся в ногах кровати, расстелив на полу найденный где-то коврик. Как бы не протестовал Тале, парень был непреклонен и не захотел отдельной комнаты.       «Ну хотя бы ночь проспали спокойно», — размышлял хадам и лениво разглядывал разноцветную фреску на потолке.       Служка объявилась спустя несколько минут, осторожно постучав в двери.       — Входите, — прошептал Хемеди, но его, естественно, не услышали. Повторять он не собирался, пришлось вставать и идти к двери. Девушка удивилась подобному, но приветственно поклонилась. Айлар сонно поднял голову, посмотрел вокруг и снова улегся обратно.       — Вставай, — сказал ему Тале и в ответ получил нечленораздельное мычание.       — Вставай, говорю, — повторил он свой приказ. То ли парень не слышал настойчивый шёпот, то ли предпочел проигнорировать. Девушка-служанка в этот момент уже отлучилась.       — У нас много дел, — мужчина подошел ближе и склонился к Дею.       — Не у нас, а у тебя, — съязвил тот и отвернулся.       — Интересно, отдал ли я уже приказ о лечении Айро или забыл, потому что препирался с тобой?       — Отдал, — напомнил ему Айлар, не чувствуя похоже подвоха. — Ещё вчера.       — Ох, а меня вот память стала подводить. Возраст сам понимаешь уже не тот.       Дей недовольно повернулся и потягиваясь сел. Служка вернулась с комплектом одежды для обоих.       — Не забудь умыться.       — Сам не забудь. Раз память шалит, — огрызнулся Айлар и пополз к столику для умывания.       Хадам присел рядом, изредка отмахиваясь от летящих брызг. В конце процедуры девушка предложила юноше полотенце. Он начал, отфыркиваясь, вытираться.        «Благословили же духи встречей со свиньей!» — мысли у хадама имели не радужный оттенок.       Парень ушёл одеваться, а мужчина смог, наконец, начать утренний моцион. Он не торопился. В его жизни ожидание было прерогативой других людей.       И вот процедуры закончены, чистые одежды холодили тело при ходьбе, а волосы убраны в высокую причёску.       — Сначала к доктору.       — Что?       — К доктору говорю.       — Что? Что? — переспрашивал Айлар, явно не желая прекращать издеваться.       — Забери тебя Дэв! — в сердцах воскликнул хадам и тут же пожалел. Выражение лица у Айлара стало ещё мрачнее, а губы зашевелились в беззвучном проклятии. Хемеди на это молча кивнул в сторону нужного коридора.       Желание прикоснуться объявилось резким порывом. Тело окатило сначала холодом, а потом жаром. Айлар спокойно продолжил идти. Тале с не покидающим беспокойством шёл следом и думал об их связи. Ему показалось, что она была односторонней. И как бы ярко не чувствовал её Тале, Айлару словно было всё равно.

***

      Алли-а-Ко склонился над очередным больным и что-то внимательно рассматривал. Край стола был заляпан местами подсохшей кровью. Инструменты свалены в таз у изголовья.       — Что с ним? — отвлек врача незнакомый ему голос.        Он обернулся и увидел в дверях хадама в присутствии некоего юноши. Ярко-жёлтые глаза привлекли внимание врачевателя и он с явным интересом подошёл вплотную к тому. Парень отстранился от странноватого старика и уперся спиной в торс Тале.       — Как будто сговорились оба. Хватит уже разглядывать меня, дед, — он мягко отстранил Алли и подошёл к больному. — Я же спросил что с ним? Или у вас, богатых, принято игнорировать простые вопросы?       Хемеди и Ко переглянулись с одинаковым удивлением. После таких слов обычно судьба говорящего болталась на ближайшей виселице, на потеху людям и корм птицам. Впрочем, хадам немного привык к Айлару, а вот окружающие воспринимали его слова с оскорблением.       — Алли-а-Ко, познакомьтесь с моим оша* — Айлар-а-Дей. Айлар-ба, перед тобой один из старейших врачевателей. Род Ко с незапамятных времен служил Хемеди и заслужил нашу безмерную благодарность за спасенные жизни.       Юноша кружил вокруг человека на столе, будто принюхиваясь. На слова мужчины он лишь мельком взглянул на старика и проговорил себе под нос:       — Конечно, Хемеди лучше знать историю… Но насколько мне известно, остров Жобо всегда был близок с вами в плане лучших докторов.       — Кто рассказал тебе такую клевету? — брови старика встрепенулись, как и весь он, сотрясая воздух дряблым телом.       — Опять конфликты… — пытался перешептать их Тале, но безрезультатно. Спазм охватил его горло, перекрывая воздух. Он в страхе оглянулся на Айлара. Тот в панике уже хватался за свою шею. Алли наблюдал за ними, будто в зоопарке, оглядывая то одного, то другого. В глазах темнело, пока Хемеди не почувствовал, как руки мальчишки не накрыли его. Дей коснулся лбом головы мужчины и одновременно отсылал врачевателя к видимым и невидимым бесам. Чувства, будто жизненная сила постепенно уводила его от порога смерти, становились всё ощутимей. Урождённый Хемеди разглядывал беспокойные глаза, не особо вслушиваясь в словесный поток.       — Что за бездействия? Вот тебе и клан Ко, знаменитый верностью и методами лечения. Ты на лицо своё посмотри, старикан! Угробить захотел самого хадама?! Свинья докторская! — тирада могла продолжаться бесконечно, пока не подоспел Хомм-а-Мора́а. Он осторожно проверил состояние мужчины, который похоже сидел в состоянии эйфории. Правда, резкий толчок в бок отрезвил его и он медленно поднялся.       — Я так понимаю, ваша связь снова вмешалась в ваши жизни.       — Какая связь? Головой подумай, я спал с ним в одной комнате. Эти узоры светились всю ночь, еле глаза сомкнул под утро. В приступе уверяю тебя виновато лишь больное горло хадама, — разъяснял остальным события минутной давности юноша. — Дайте ему микстуру, чтобы я больше не чувствовал этого удушья.       Айлар отошёл от них, продолжая что-то говорить. Хомм, оценив состояние Хемеди, проводил того до кушетки и усадил. Холодные руки врача отличались от тёплых пальцев Айлара. Мужчине физически было неприятно от прикосновений Ко. «Не засуха, так град!» Слова старой нянечки, вырастившей будущего хадама, как нельзя кстати подходили под ситуацию.       — А этот уже помер, — снова вставил своё слова Айлар. — Не знал, что доктора интересуются трупами. Мерзость.       — Ты рот свой прикрой, маарж**, — вскипел Алли, после обернувшись к хадаму. — Простите мою несдержанность, но ваш оша слишком дерзкий для такого назначения. Возможно, стоит подумать включить его в свой гарем, но не более того. Его ум просто теряется на вашем фоне.       Хемеди готов был выкинуть доктора из окна, если бы оно вообще было. В гневе он хлопнул по скамье. Все замолчали, даже Айлар обернулся от удивления. Его рот открылся, чтобы выплеснуть новую порцию желчи, но почти сразу захлопнулся. Он нахмурился и отвернулся ото всех. Похоже, собственный характер даже ему был не в радость. А хадаму, как ни странно, он нравился.       — Меня ждут дела, — тихие слова не могли передать всю гамму чувств, которая будто прибила сердце Тале. Он взял протянутую микстуру и тут же отпил. Врач дал последние указания для лечения и группа удалилась. Впереди была встреча с басха…

***

      Приём должен был пройти ещё вчера, но ситуация с Айларом усугубила отношения с инспекторами. Они настояли на встрече за завтраком, который и так запоздал на пару часов. Дей расположился рядом и молчал. После недавнего инцидента он совсем засмурнел и лишь изредка поглядывал на хадама и его гостей. Трое басха сели напротив с мрачными лицами. Ну прям конкурс «у кого настроение хуже»…       — Мы остались крайне недовольны вчерашней ситуацией. Что важного отвлекло вас от встречи с нами?       Тале раздумывал, как бы преподнести свой рассказ, но Хомм его опередил.       — Уважаемые басха, как видите хадаму нездоровится. Ещё вчера он слег с температурой. Он намеревался предупредить вас, но видно мы упустили это. Просим прощения, впредь такого не повториться, — он присел на колени и коснулся лбом пола в знак раскаяния.       «Что бы я делал без такого ценного работника?» — Тале пытался сдержать улыбку.       Трапеза проходила в спокойной обстановке. Фрукты, хлеб и сыры были в достаточном количестве. Мужчина распорядился подать вина вместо чая. Уж чем и можно было смягчить настроение столичных чиновников, так это выпивкой. Уж что и мог определить Хемеди, так это блеск глаз при подаче кувшина. Пьянство было одним из слабостей не только столичных, но и городских служителей народа.       Урождённый Хемеди взглянул на сидящего справа оша Айлар. Тот почти не притронулся к еде. Хадам вспомнил, как Ифе в первую беременность вела себя довольно эксцентрично. Настроение её скакало будто дикий годи во время приручения к седлу. Она могла громко хохотать, при этом заедая кусок сырого мяса ананасом, а в следующий момент она горько рыдала, ведь ей было жалко и животное, и растение. Почему она возникла в его мыслях?       — У вас довольно интересный спутник.       Хомм наклонился к хадаму, который предупредил его не распространяться особо о Айларе.       — Это оша Айлар-а-Дей. Хадам взял под крыло юношу, чтобы облегчить его нелегкую жизнь. Вы же понимаете, что гражданам нужно помогать время от времени. А он довольно смышлен к тому же.       — Где же нашел хадам такую редкость с глазами дэва? Довольно интересный экземпляр, скажу я вам, — старик в центре потёр бороду и продолжил. — На моей памяти я видел лишь одну женщину с отметиной бесов. Пришлось вырезать ей глаза, не пропадать же ценности…       Дей готов был вскочить с места, чтобы заткнуть глотки чем-то похуже столовых приборов, но рука Тале обхватила того за запястье, не давая сделать и движения. Он наклонился и прошептал юноше на ухо.       — Если ты скажешь хоть слово в их сторону, я расторгну наш договор, а тебя четвертую.       — Ты не сможешь. Твоя жизнь зависит от меня, — бормотал в ответ Дей под нос. Из глаз только искры не летели от ощущения гнева.       — Моя репутация важнее меня. Город должен продолжать жить, а это будет невозможно, если ты совершишь глупость в присутствии этих людей, — железную логику нельзя было пробить аргументами чувств и парень отвернулся от мужчины, кусая от злости губы.       Трапеза шла своим чередом. Упитанные гости вливали в себя вино и поглощали яства. Они не переставали оскорблять и обсуждать городские новости, отчего настроение скакало вместе со словами. Хадам уже давно привык к лицемерию басха. Ведь они имели не меньшую власть, чем Амран, особенно в отдалённых городах. Никто в здравом уме не захочет вызвать их недовольство, а потому мужчина не отпускал руку Айлара, предусмотрительно спрятав её в тканях накидки.       Завтрак подошёл к концу лишь через пару часов. От чрезмерного употребления вина все трое басха склоняли голову к подушкам. Их сморило и Тале с остальными смог наконец-то уйти. Парень продолжал молчать, Хомм обговаривал некоторые нюансы по поводу Айро. Он должен был встретить их после обеда. Айлар вызвался помочь, ему не терпелось увидеться с друзьями. Хадам был непротив, но шепнул разведчику, чтобы приглядывал за ним и что после встречи Дей нужен был ему в его покоях.       — Значит до вечера, — проговорил юноша. Сереброволосый мужчина подавил желание остановить того. Он отдергивал себя каждый раз, как странные чувства возникали в его сердце. На прощание он лишь кивнул в его сторону и отправился на встречу с сыном. Он задолжал ему и жене несколько часов общения.

***

      Возникшее ощущение тревоги не пропало после разговоров с Араном и Ифе. Время давно перевалило за полдень и крупицами песка отмеряло приход вечерней зари. Мужчина не мог понять, что с ним. Изредка во время диалога он краем глаза подмечал блеклую фигуру Айлара, сидящую справа. Но только он поворачивал голову, как мираж пропадал, а в ладонях опять начинал зудеть узор. Он внимательно слушал жену, Аран попросил потренировать его в стрельбе из лука. Хадаму пришлось сослаться на занятость, да и время клонило небосвод в объятья ночи, и потому он предложил сыну поиграть в шахматы. По его же словам, мальчик обыграл не только учителя, но и несколько учеников в школе. Хадам вспомнил, что пару раз в неделю Аран ходил в школу в паре кварталов от них. Район богатых долгое время уговаривал род Хемеди построить здание, но лишь Тале пошел на уступки и разрешил строительство. Его отец был против смешения классов, хотя настойчивость на домашнем обучении не принесла ни одному из его сыновей ничего хорошего. Мужчина повернул голову к доске. После нескольких ходов он понял, что выиграет. Не давая ребенку время на раздумья, он быстро закончил партию, поставив расстроенному мальчику мат. Поддаваться не было в характере Тале, с детства его учили на таких же правилах, отличие в воспитании правда было кардинальным. Аран-а-Хемеди получал объяснение игры, обещание новых встреч вместо разбитых губ и дневного голодания. На прощание отец семейства обнял родных и поспешил удалится. Кое-кто не выходил из головы хадама уже долгое время…       Он вернулся в покои. Перекусил наспех холодным мясом, да легкими закусками. Вместо привычного вина он предпочел холодную воду. И уже отдыхая, начал понимать, что такой ужин был совершенно ему не свойственен. Опять этот мальчишка! Связь понемногу начинала раздражать его, а незнакомые ощущения обескураживали. Мужчина улегся на кровати, подминая простыни под себя. Сон манил прекрасными сказками, но судьба предпочла сладкой неге сильный толчок и наглого Айлара. Он бесцеремонно прыгнул рядом.       — Не надоело? — не скрывая раздражения, сказал Дей.       — Что именно тебе сегодня не понравилось? Дай подумать, еда, одежда, даже отдельная комната готовы тебя ждать до последнего твоего вздоха и всё равно ты недоволен, — хадам повернулся на бок и уже рассматривал растрёпанного парня.       — Я про твоего пса — Хомма. У него хватало такта присутствовать на наших посиделках с Айро. Намёки он совершенно не понимал, а потому после мне пришлось немного подшутить над ним.       — И как же ты заставил моего лучшего разведчика попотеть?       — Ну, может в пустыне он и лучший, но никому не сравниться со мной в знании города. Наверняка ищет меня в районе торговцев. Пусть ищет, — Айлар улыбался, было видно, что настроение у него отличное.       — Он просто выполнял мой приказ, — пытался объяснить ему мужчина.       — Мне как-то всё равно на них. У тебя есть власть в этом городе, но сомневаюсь, что она распространяется на меня, — ухмылка искривила красивое лицо юноши.       У Тале перехватило дыхание и он обхватил руками ладони парня. Узор в глазах вспыхнул светом гнева. Злость яркой искрой пронзила сердце хадама, но он не сдался, а лишь усилил хватку.       — «Ваша» настойчивость уже немного напрягает, — выплюнул слова парень, приправив их желчью и холодом. — Неужели вы совершенно не разочарованы такой ситуацией?       На этот вопрос не было ответа. Их вынудили играть по правилам судьбы. Выбор исчез в тот миг, когда Хемеди увидел яркий свет в хаосе бури. Он лежал рядом, сквозь ткань ощущая жар тела парня. Лицо того было совсем близко, а распущенные волосы хадама касались щеки Дея. Тот задышал чаще и тут же сделал попытку вырваться. Старания оказались тщетными, а их близость отдавала ароматом мускуса.       — Я понимаю, что помешал вам, но дела города ждут, — вмешался внезапный Хомм-а-Мора́а, уже некоторое время стоящий в дверях. Двое оттолкнули друг друга почти одновременно.       — Хорошие новости, — проговорил Айлар, поправляя одежду. — У меня на эту ночь планы.       — Какого рода? — поинтересовался хадам.       — Такого рода, куда вам не стоит соваться, — он замолчал, но под тяжёлым взглядом продолжил. — Меня ждёт работа, а Трёхглазый ждать не любит. Поверь, проверять его терпение я больше не стану.       — Тогда мне просто необходимо пойти с тобой, — задорно ответил на это Тале и направился к стойке с одеждой. От приключений он никогда не отказывался, да и отпустить он Айлара не мог.       — Отпустить он тебя не может, — вторил мыслям городского наместника Мора́а. — Вы связаны и разделять вас смерти подобно.       Все трое переглянулись. Молчание было прервано тяжелым вздохом сразу двух людей, а вот веселое подмигивание урожденного Хемеди, хадама города Айль и отца четырёх детей почему-то никто не оценил…