Духи Ирсас

***

      Под ярким небом раскинулась столица Амрана Будока. Земли этой провинции хоть и не были богаты на ресурсы, но с лихвой окупались трудолюбием и верностью людей. Земли почти полностью были покрыты песками. Жаркое солнце нещадно палило весь день, а тёмные ночи готовы были охладить пыл незадачливых путешественников. Тем кто впервые пересекал пустыню невдомек было, что в их глубинах спят могущественные Уны, духи земли. Своим сном они усмиряют земные потоки и создают пути подземным рекам. Миражники, что управляли стихией воды, направляли потоки по всем Амранам и помогали жизни появляться в отчаянных землях. Могущественные существа, населяющие Ирсас, наполняли природу своей сущностью и проникали в саму жизнь. Были ли они действительно богами, как утверждали легенды, или расой, которая превосходила людей во всём? Многие великие умы Ирсас так и не дали ответа на этот вопрос.       Тысячи тысяч лет прошло со дня создания мира, миллионы жизней были покинуты, целые города возводились и умирали каждое столетие. Образы прошлых лет и призрачных караванов оставляли свой след не только на устах горожан, но и простирались по всему Ирсас. Души умерших не исчезали, они продолжали существовать и проникать своими частицами во всё сущее. Мысли их оставляли след в живущих на земле, светлыми образами вдохновляли детей на мечты, а тёмными — топили сознание людей, глубже вгоняя в сердца страх, боль и зло. Большой город пеплом и кровью впитывал смерть и мысли ушедших. Сознания сплетались тонкими нитями, пронося свои надежды и ужас сквозь стены зданий. В воздухе витал тонкий шлейф событий прошлых лет, а земля хранила души множества убитых людей и животных. Город заглотил тысячи лет истории и обрёл сознание. Медленными и тягучими мыслями следовал он по пути времени, изредка обращая внимание на живущих в нём людей.       Красивые напевы наложниц во дворце привлекли его внимание. Магическим шлейфом повеяло из дворца Амрана. Грустные голоса пропадали в мешанине городской суеты, обрывались паузами молчания, но снова зарождались в телах молодых женщин. Несколько юношей сидели у них в ногах и тихо переговаривались. Тонкие полупрозрачные одежды не скрывали стройной молодости, золотые украшения подчеркивали блеск в глазах, а иностранный говор некоторых возможно и привлёк бы взглядом какого-нибудь человека. Да только душа города Узы обратила свой невидимый взор не на них. В соседних комнатах поселились незнакомые ему люди. Хватило и мимолетного взгляда, чтобы разглядеть в мужчине человека благородных кровей. Серебристым отблеском горела его душа, накрепко оплетённая золотыми нитями, что тянулись от его спутника. Спутника, сидевшего рядом, чей ярко-жёлтый взгляд опалял множеством чувств, будь то ярость, страсть или гнев. В нём сочеталось искренность эмоций и тёмное прошлое. Узы заинтересовано всматривались в кисти рук этого юноши, что упорно держал клинки в руках. Момент и он оказался прижатым к земле третьим, незнакомым городу, мужчиной, чей дух был подобен огненному вихрю. Волосы цвета тёмного ифрита растрепались, закрывая лицо, что не мешало ему сдерживать строптивого юношу. Вокруг этих троих витал «аромат» магии духов. Вся комната цвела и переливалась светом их покровителей. Ещё один мужчина сидел неподалеку и был знаком городу. Его черты напоминали кого-то из прошлого, но вспомнить кого именно Узы так и не смог. Слишком туманны стали воспоминания. Слишком долго он питался смертями душ, позабывших себя в водовороте времени.       — Всё нормально, — Сарда-а-Будок поднял руку в примирительном жесте. О, эти руки имели достаточно власти, чтобы в эту же секунду убить дерзкого юношу. Точёный профиль имел мужественные черты. Красные одежды полностью покрывали его тело, браслеты и кольца украшали руки наследника Амрана. Чёрные волосы мягко лежали на плечах и полностью прикрывали узкую спину.       — Прошу прощения, Сарда. Не думал, что оша Айлар настолько беспокоиться обо мне. Прости ему его юношескую вспыльчивость. Вспомни нас с тобой, — проговорил мужчина с серебряными волосами.       — Прекрасно помню о нас, Тале. Потому и прощаю его, — возникла выжидающая пауза. — Но… лёгкого наказания никто не отменял.       Гнев накрыл Айлара, молодого человека, и затуманил ясным ум. Мужчина с огненной душой вопреки логике разжал руки и отпустил его. Зелёные, почти полупрозрачные глаза Будока сквозь прищур сверкнули злым превосходством. Он поднял маленький колокольчик, который лежал рядом на столике. Прекрасный звук возвестил слугам печальный приказ. Через секунду в комнаты вошли служка и воин. Дорогие одежды не отменяли их статус во дворце. Почти рабы, почти вещи в глазах высшего Совета. Мальчик держал на подносе деревянную палочку длиной в полторы зиры*, украшенную резьбой и покрытую чёрным лаком. Воин по указывающему жесту подошёл к Айлару и приказал встать на колени. Голос протеста уже рвался из горла юноши.       — Подчинись! — прервал его порыв Тале. Мужчина взял его за руку и помог встать в унизительную позу.       «Хм… интересно было бы посмотреть…» — подумал город.       Да только Узы отвлекся от ситуации и приятным ветерком проследовал до окраин города, где снова распевал любимые новеллы старый Бобоб. Пьянчужка уже замолчал, давая охрипшему горлу отдых. Мимо проходили стражники. Каждый день они обходили территории города, ловили преступников и следили за порядком. А сейчас грязные лохмотья, опухшее от выпивки лицо и беззубая улыбка старика оказалась совсем не к месту. Один из мужчин вынул палаш и голова незадачливого барда через мгновение полетела вниз по каменному тротуару. Прохожие ахнули и быстрым шагом скрылись с места происшествия. Подобное не было в новинку, просто никто не ожидал, что под удар попадёт старый Бобоб.       — Проходим мимо. Этот человек был болен. Верно? — гнилая ухмылка не сходила с лица убийцы.       — Верно. Тень болезни покрыла его тело, а грех лени поглотил его душу. Сиях требует уважения к жизни. Служение нашему Богу — вот её смысл. Вознесите молитвы сегодня за души свои.       Мужчины оттащили труп к ближайшему переулку и один из них несколько раз пырнул мёртвое тело копьём. Неподалеку женщина пела колыбельную. Несколько быков дальше по улице везли тухлые овощи. Зазывалы-торговцы кричали вовсю о товаре. Душа старика похмельным мотивом вплелась в многотысячный хор голосов столицы. Обычный солнечный и прекрасный день…

***

      Чтобы не происходило в городе в любые времена, оставалось навеки в городе. Будь то залетевшее с буйным Бореем** зёрнышко, пустившее корни в глубины измождённой земли, или кости невиданных здесь животных, оседающих порошком в лекарственных припарках для великих господ. Запахи разложения пропитывали кожу людей наравне с благоуханными ароматами духов и цветов. Смерть здесь ютилась в тени жизни, охватывая ёё цепкими когтями по самую душу. А душа у города Узы была холодной и безразличной…       Солнце клонилось в закат. Яркий морок иллюзий днём постепенно проявлял себя к ночи и показывал истинную сущность людей. Радостные лица превращались в гримасы в самое тёмное время суток…       — Мне невыносимо быть здесь…       Шёпот истерзанного унизительной поркой юноши донесся до города отголоском солнечного дня. Его спутники, которых Узы заприметил ещё днём, склонились рядом с ним перед Амраном Будоком. Огромный зал был расположен в самом конце дворца, наравне с покоями наместника. У дальней стены расположилось одно из самых могущественных существ в мире. Укрывшись за балдахинами различных цветов, за тонкой тканью которых невозможно было рассмотреть ничего. Лишь некоторые приближённые, такие как Сарда-а-Будок имели возможность лицезреть его. Наравне с голосом юноши в воздухе можно было услышать и отзвуки ушедших душ. Они летали вокруг живых, чуть касаясь их своими невесомыми руками, и направляли тёмные мысли из сердца к горлу. Ничего не менялось. Всё так же Тёмный Бог невидимыми нитями пронизывал мир и следил за магией. Он неотрывно смотрел на Ирсас, проникая всей своей сущностью в людские души. Город ощущал присутствие Сияха, как нечто эфемерное. Будто движение несуществующего паука по ноге.       — Приветствую, хадам Тале-а-Хемеди. Оша Айла-а-Дей. Хомм-а-Мораа, — неестественный голос Амрана зазвучал металлом о металл. — Ваш визит оказался для нас неожиданностью.       По обеим сторонам от ложа располагались подушки для гостей и низенькие столики с поданными яствами. Слева оказались министры различных направлений, генерал-губернатор столицы и главный авес. По правую руку расположился Сарда, несколько деятелей науки и прибывшие гости. Руки Амрана взмахнули в разрешающем жесте и присутствующие приступили к трапезе. Разговоры продолжались даже под звуки сетара и танцы приглашённых артистов. Голоса иностранных сказителей тихими напевами творили магию и несли спокойствие в сердца гостей.       — Довольно интересное сочетание хореш наранги*** и традиционный челоу, — разговоры между министрами были только о еде. — Борани**** сегодня довольно многообразны. Эй! Ты! Подай-ка ещё шарбате аблиму! *****       Служки проворно выполняли приказы господ. Тихо колыхался балдахин от порывов Нот. Юноша Айлар беспокойно сидел на своём месте и довольно часто обращался к хадаму с вопросами. Изредка его недовольный шёпот достигал слуха Сарды, но благовоспитанный наследник пропускал мимо ушей слова какого-то оша. Или так только казалось…       Если бы у города было лицо, он бы довольно улыбнулся. Ему приятно было видеть, как сильные этого мира, не сходя с места, решают судьбы людей. Прокручивают варианты развития будущего и цепляют маски равнодушия и благоразумия. Интересно было бы снова увидеть, как внутренне безумие открывается с неконтролируемой яростью. И помогут ли связи прошлого наивному Тале-а-Хемеди в тайной игре одного из самых могущественных людей в провинции?       Рука хадама теперь лежала на колене Айлара. Золотые нити, что скрепляли их тела и души засверкали новыми пёстрыми узорами, окрашивая бесплотных призраков прекрасными чувствами. Кто бы не согласился продать собственную душу за мимолетное ощущение себя живым и поглощённым красками такой любви? Ох, а розовый бутон страсти всё больше разгорался в сердцах двух людей. Внешне же их можно было сравнить разве что с топорной работой плотника Ввада, который не мог отличить стул от кресла, зато его табуреткой можно было проломить голову.       Забавно было и то, что кроме гостей и преемника Амрана остальные присутствующие были евнухами. Все они были связаны тайными страстями, секретами и, конечно же, убийствами. Ради карьеры они наступали на горло не только своей гордости, но и многочисленным конкурентам. Да, Узы не мог прочувствовать запах греховных вод. А вот ощущение многочисленных потоков прошлого, настоящего, иной раз и будущего заменяло городу все пять чувств. Дарило радость, счастье и умиротворение. Сегодняшняя ночь будоражила сознание столицы странными градом магических эманаций.       Нечто яркой вспышкой появилось на горизонте. Узы охватил давно забытый восторг. Такой дикой силы он не чувствовал много веков. Существо, приближающееся к нему в ночной мгле, было похоже на духов. Свободное, пылкое сердце билось ослепительной звездой среди бескрайней иссохшей земли. Воспоминания преподнесли подарок, ошарашив самое естество города, и показали давно забытое прошлое.       Битва стёртая с лица земли…       С самого начала времен, что заселяли ирсас земли. С самого начала конца между Асом и Сияхом, рождённых на Заре Времен. Неотличимые от людей, но величественно прекрасные боги веками соперничали, стараясь склонить ирсас на свои стороны. Вера являлась единственным критерием побед. И неважно какими средствами пользовался Тёмный Сиях, каждый раз голубоглазый Светлый Аса побеждал. Никто точно не знал, отчего самые могущественные существа начали враждовать и покинули собственный дом, Царство Сеннет. Во время Великого Падения города смыло потоками песка, цивилизации накрыло горными хребтами, а плодородные поля скрыло под водным массивом. Мир, существовавший до войны, разорвало на части. Удары сотрясали всё живое, с яростью соперники наносили друг другу глубокие раны. Клинки сверкали подобно молниям, вспышки ослепляли животных, воды вскипали от жара их битвы. Магия Бессмертных умерщвляла и духов, и дэвов. И словно вся вселенная шла против воли Добра. Резким порывом Аса ослепил Сияха. Он опрокинул врага и вырвал его прекрасные глаза. Но не это было самым ужасным. Страшные крики оглушили всё живое, когда Сиях, Бог Ночи и Тьмы, отрезал руки Аса, Богу Порядка и Добра. Весь мир окрасился красным и погрузился в ад. Кровь богов смешивалась с истерзанными телами мертвецов. Отчаяние последним криком отозвалось на устах Аса. Бледную кожу расписали кровавые разводы, Сиях вырвал его язык и огласил свою победу дьявольским смехом. Это был конец для Бога…       Отблеск тёмной магии Сияха, что была древней самого города, маяком освещала призрачный мир Ирсас. Невдомёк людям было, что подступало к границе их жилищ. Существо, что старше песка под ногами, приближалось. Незнакомец верхом на годи припустил животное ещё быстрее. Что гнало его сюда? Узы впервые со времени Великого Падения ощутили страх. Иррациональный ужас.

***

      Амран Будок чуть повернул голову в очередной раз оценивающе разглядывая Айлара и Тале. Где-то на периферии сознания зудило неясное ощущение, не похожее ни на что. Амран Будок посмотрел на присутствующих и они прочувствовали его парализующий взгляд. Это походило на охоту змеи. Медленное, удушающее предчувствие конца…