Путь длиною в жизнь

      Тепло.       Тепло — какое же хорошее слово и какое невероятно, фантастически прекрасное ощущение!       Рикки перевернулся на спину и с бездумным наслаждением потянулся так, что захрустели лапы. Открыв наконец глаза, он увидел то, чего с такой надеждой ждал: солнце!       Был рассвет, и ласковые солнечные лучи нагрели именно то место, где лежал Рикки, потому что спал он ближе всех ко входу. Тепло лилось на него. Не на Цапа! Не на Марту! На него.       Был второй месяц сезона Первых Листьев, он назывался Пора Юных Цветов. Рикки вспомнил, что два года назад именно в эту Пору он пошел искать своих прошлых людей и нашел новых.       Да, тогда он действовал. А сейчас? Радость теплу оказалась безвозвратно омрачена. Сейчас он ничего не сделает.       Рикки прогнал все мысли и стал выслушивать распоряжения Цапа. Сегодня был день охоты по группам, и он попал в четверку именно к тем котам, что больше всех его задирали: Дымка, Лев и Лена. Лучшие охотники — по совместительству. Оказаться в их числе было вовсе не лестно, а наоборот — совершенно неутешительно. Мы признаем твою охотничью удачливость, но пойманную тобой дичь…       Рикки усилием воли оборвал мысль.  — Говорят, — неторопливо рассуждала Лена, подставляя точеную мордочку солнцу, — наш домашний любимец научился охотиться! Зачем я тебе нужен, зло подумал Рикки. Иди себе спокойно и молчи… Крыса…  — Говорят, он ловил даже крыс. — Улыбнулся Лев.  — Говорят, мышей доят… Троечка лучших обсуждала Рикки так, словно его тут не было. И так, словно был он изгоем, наглецом и вообще заслуживал всяческого порицания.  — Ну, ценой парочки хороших ран крысу любой может поймать! И наша киска тоже.  — Домашний котенок против бойцовой крысы! — Дымка звонко рассмеялась. Очевидно, все трое получали от беседы удивительное наслаждение. Еще некоторое время назад Рикки тешил себя надеждой, что со временем его прекратят задирать, но никто и не думал переставать.       Ели здесь все, кроме разве что Льва, вполне сытно, но и тот питался куда лучше, чем остальные. Весь Сезон Снега спали в тепле. Им-то нужно было что-то обсуждать и как-то удовлетворять свою скуку: сон и пища имелись в достатке, вопрос базовых потребностей стоял не так остро. Ну, имелся под лапой кот для битья; хорошо, что максимально допустимым даже для Дымки действием было огрызнуться и пригрозить когтистой лапой.       Рикки шел позади, стараясь оставаться безучастным и концентрироваться на охоте. Ох как это было сложно даже для него, привычного. Пахло крысой, но — судя по всему — дохлой, где-то на границе притупившегося в городской вони обоняния маячил запах вороны. Очень далеко, не найти…       Как только Рикки перестал мозолить глаза, разговор избранных тут же перекинулся на другое. Дымка тихо, но очень победоносно шептала, что у Марты из-за частых окотов подорвалось здоровье, и Цап обязательно выберет себе новую подругу…       «Которой будешь не ты, потому что слишком хорошо охотишься, и без твоей доли добыча вовсе оскудеет».       Рикки поймал себя на том, что опять рассуждает. Зачем?       Тогда у него в душе не шевельнулась даже тень беспокойства, только усталое раздражение на Дымку: вот ведь дура.

***

      Голос Рози не дрожал. Напротив, она говорила очень спокойно, смотрела серьезно, склонила голову на плечо. Даже хвост не постукивал по земле.       Рикки силился что-то сказать, но не мог.       Молчали.  — И… что? — Спросил он наконец, прокашлявшись. — Ты теперь… как? Рози подумала, словно вопрос не был бессмыслицей, и равнодушно ответила:  — Как Марта. Ее тускло-рыжий хвост наконец дернулся и прочертил дугу в дорожной пыли. Добавила:  — У меня будут котята. Рикки померещилось в ее голосе какое-то выражение, но он не смог понять, какое и испугался. Потому что ему показалось, будто это было… утешение? радость?!       Она, наверное, давно хотела котят. Но в этой стае никаких возможностей нет… и она даже не сказала…       Глаза Рикки застила пелена. Это были не слезы, а… как будто что-то оборвалось.       Он еще раз прокашлялся, словно то, что мешало ему говорить, было всего лишь хрипотцой в голосе.  — Ну… что ж. — Как мог ровно отозвался он. — Значит, так… и ты согласна. Рози ухмыльнулась и тут же стерла гримаску с мордочки. Сказала твердо:  — Я буду сыта.       Рикки тоже попытался улыбнуться.       Потом ушел.