Вылечите меня, доктор

Минг       Тук-тук… — Минг?       Тук-тук… — Ми-и-инг…       Тук-тук… — Минг, чёрт тебя возьми! — Юника подбегает к рабочему столу и выхватывает из моих пальцев шариковую ручку, тут же ударяя меня ею же по лбу. — Что? — коротко интересуюсь я, не поднимая глаз. — Я иду гулять, — скрещивает руки на груди, вскидывая подбородок. — Иди. — легко высвобождаю шариковую ручку из цепких пальцев, снова начиная отбивать знакомый мотив на деревянной поверхности стола и вглядываясь в стену. — Но уже одиннадцать! — возмущённо заявляет она. — Это же всегда было чертовски поздно для тебя! — Значит, — пожимаю плечами, глубоко вдыхая терпкий запах табака, витающий по комнате. — Не иди. — Ми-и-инг, — снова зовёт, но уже намного тише. Искренне стараюсь сосредоточиться на её словах, но выходит так себе. В последнее время у меня всё выходит «так себе». — Что с тобой?.. — А что со мной? — отвечаю вопросом на вопрос, продолжая расфокусированно пялиться в стену. — Ничего. В этом всё и дело, — вздыхая, спихивает все бумаги со стола и удобно устраивается на его поверхности, прямо как в детстве. — Ты сам не свой. Слоняешься по дому, точно приведение. — А тебе-то какое дело? — вопросительно вскидываю бровь и всё-таки встречаюсь с пытливым взглядом Юни*. — Не говори так, — качает головой, после чего заправляет вьющуюся короткую прядь за ухо. — Я понимаю, что всё уже не совсем так, как было раньше, но мы всё ещё семья, помнишь?       Только киваю в ответ, сильнее сжимая основание пластмассовой ручки. Да, давненько она не заговаривала со мной о подобном. Видимо, я действительно херово выгляжу. — Расскажи мне, — скорее требует, нежели просит. — Легче станет.       Отрицательно качаю головой. Не станет мне легче. Адская боль все чувства глушит, воздух из лёгких выбивает и тут же прикончить их пытается. Очередной пачкой сигарет. А я ведь не курю. Станет мне легче, если выпустить из себя всю эту дрянь? Не думаю, да и делать этого не хочу, точно горький привкус на кончике языка и треклятый сизый дым — это всё, что у меня осталось. Всё, что я смог сохранить. — Тогда догадаюсь, — кажется, ничуть не смущена моим отказом. — Дело в том, что нам пророчат конец света в этом году? В том, что твой любимый шоколад снова подорожал? Может, из-за магнитной бури или вымирания Амурских тигров? Ах нет, я всё-таки склоняюсь к тому, что дело в том рыжем травматологе, на фотку которого ты пялишься уже седьмой день подряд.       Вглядываюсь в шоколадные глаза напротив. Красивые, но с оригиналом не сравнятся. Всё бы отдал, чтобы увидеть сейчас их живой блеск. Мельком взглянуть на ту очаровательную улыбку, что сумела заменить мне кислород, и коснуться мягких прядей рыжих волос, что для меня отныне вето. — Что ты хочешь услышать?.. — хриплю в ответ, жадно вглядываясь в любимое лицо, вынуждая себя пытаться найти в нём недостатки. Найти причины перестать испытывать эту дикую боль, что комом поперёк горла встаёт и дышать мешает. Пытаюсь, но не нахожу. — А о чём ты хочешь рассказать? — чувствую её пристальный взгляд на себе. Голос тихий. Он отражается от этих стен, теряясь в дыме. Но я различаю. — Возможно о том, что ещё немного и я сдохну от переизбытка всего этого дерьма, — горько усмехаюсь, отшвыривая в угол пустую пачку сигарет. Туда, к остальным. — Я сам виноват. Мне не стоило… Не стоило…       Не стоило впутываться в это. Связывать себя красными нитями поперёк горла и стягивать воспоминаниями, смехом, улыбками. Не стоило взлетать так высоко, дабы не падать потом так больно. Не стоило так отчаянно, бессовестно влюбляться, чтобы не корчиться после от чудовищных мук на осколках собственных чувств. Глупых и безнадёжных. «Я больше не могу быть рядом с тобой?» — Минг… — её голос стихает под конец, и я чувствую, как волос касаются кончики тонких девичьих пальцев. — Твоё сердце… «Мы не друзья. Ты же знал? Минг, друзья ведь не спят в одной постели.»       Кремень зажигалки высекает искру, и я дрожащими пальцами подпаливаю очередную сигарету. — Верно. Разодрано в клочья.       Ты чертовски прав, Китти. Друзья ведь не спят в одной постели.

***

— Муан, ей-богу, хоть ты не еби мозги, — хрипло тяну я, разглядывая мутную жижу в своём стакане.       Девушка обиженно фыркает, но тут же отходит, снова начиная о чём-то верещать. Мысленно «отключаю звук» и ещё раз окидываю помещение бара хмурым взглядом. Йо обещал скоро подойти, а пока приходилось принимать удар на себя.       Достаю телефон из кармана джинс и быстро вбиваю текст. Ming: Почему я должен нянчиться с твоей подругой? Yuni: Муан и твоя подруга тоже, помнишь? Ты должен проявить к ней заботу и внимание, пока она здесь Ming: Мне пришлось забирать её из аэропорта, возить по магазинам и ехать с ней обедать. Знаешь, не сказать, что меня устраивает подобное. Yuni: Ты ведь умеешь «отключаться», просто не слушай, что тебе мешает? Ming: Например то, что она всё время влезает в моё личное пространство. Всё время пытается обслюнявить мою щёку и схватить за руки. Что с ней не так? Yuni: Потерпи, она здесь уже неделю, через несколько дней уезжает. И вообще, это даже хорошо. Ну, знаешь, то, что она не даёт тебе хандрить и всё такое Ming: … Yuni: Ок, прости. Потерпи немного, хорошо? Обещаю, всю неделю буду возвращаться домой раньше двух часов Ming: Пиздёж, но я сделаю вид, что поверил       Запихиваю телефон обратно в карман и чувствую, как кто-то легко хлопает меня по спине. — Йо! — радостно взвизгивает Муан, кидаясь обнимать моего друга. — Так давно не виделись! Ты так похорошел…       Вайо смущённо приобнимает девушку в ответ, и бросает на меня взгляд а-ля «Это вообще норма?». Хмуро качаю головой, снова приподнимая свой стакан с каким-то коктейлем, больше смахивающим на разбавленные сопли.       Неловко отдалившись от Муан, Йо садится рядом со мной и незаметно для девушки что-то вкладывает в мою ладонь.       Демонстративно роняю вилку, чтобы наклониться и прочесть содержимое записки, аккуратно сложенной в квадратик. «Сегодня. 18.00» — гласил корявый почерк, который мне с трудом удалось разобрать. Выровнявшись, я вопросительно вскидываю бровь, глядя на лучшего друга. Он склоняется к моему уху и шепчет: — Эта записка от Фа. Он любезно помог мне записать тебя на приём к дежурному травматологу. И прежде, чем ты начнёшь отнекиваться, я официально заявляю о том, что не собираюсь выполнять роль твоей жилетки ближайшие 20 лет, пока ты будешь вспоминать свою несчастную влюблённость. — Сколько времени? — быстро уточняю я, подскакивая с диванчика, на котором мы сидели. — У тебя полчаса, — сообщает Йо, явно довольный моей реакцией. — Но… — слышу смятение Муан, но не могу разобрать продолжения, так как пулей вылетаю из бара, торопясь к машине.       Сейчас в голове царит абсолютный хаос. Я не могу сосредоточиться на чём-то одном, ибо моё сердце отбивает рваные ритмы, а гул в ушах точно передаёт на ультразвуковой волне: «Ты должен успеть…».

***

— Доктор готов Вас принять, — вежливо сообщает постовая медсестра, обращаясь ко мне. — Проходите.       Сердцебиение не желает приходить в норму, но меня это не особо волнует. Коленки подкашиваются от волнения, так что я на ватных ногах подхожу к дверям знакомого кабинета. Сжимаю пальцами ручку и, чуть надавив, тяну на себя.       «Мне нужно увидеть тебя. В последний раз, если пожелаешь, Китти…»