Глава 4. Невыполнимое пари
28 января 2018 г., 14:41
Лиса сто раз пожалела о том, что согласилась на это чертово пари! Она носилась туда-сюда по поручениям старушки, которая с каждым разом заваливала девушку все больше и больше, а требовала все строже и строже. То на рынок сбегать, то белье постирать, то обед приготовить, то посуду помыть, то на стол накрыть, то грядки вскопать. И все это при том, что, по мнению бабушки Чонгука, Лалиса покупала не то, что нужно, и приходилось бежать на рынок еще раз, а бывало и третий; ее заваливали комментариями о том, что готовить девушка и вовсе не умеет, хотя сама Лиса видела, как Чонгук, внучек этой бабуси, уплетал приготовленный ей обед за обе щеки, да и сама старушка, похоже, была не против отведать ее стряпню. Кроме того, оказывалось, что и белье девушка стирала не так, грядки вскапывала неправильно, да и вообще все было не так, как надо.
Лиса вот уже третий день подряд работала от рассвета до заката. Каждый день для нее был словно ад. Но, стиснув зубы и сжав руки в кулачки, девушка не сдавалась — продолжала пахать, как самая настоящая работяга.
В конце концов, тут и плюсы были. Не в работе, конечно, а, например, в постоянном месте жительства… До тех пор, пока Лиса не отработает проданное. Или ещё: кормили её не за деньги, бесплатно.
Раньше же девушке, чтобы заработать на пропитание и жилье приходилось выступать перед людьми, получая не такие уж и большие суммы, которых едва хватало. К слову, гостиницы ей приходилось часто менять также, как и города. Честно говоря, для Лисы это было не так уж и удобно, и уж тем более такие перспективы её не устраивали, но всякого лучше, чем быть пойманной и посаженной под замок вместе с другими магами и магессами. Она, конечно, могла остановиться у одного своего друга, но у того частенько были гости, и дом выглядел больше проходным домом.
На самом деле, Лалиса покинула родные края ещё три с половиной года назад, когда выяснилось, что она — магесса. Случилось это совершенно случайно и абсолютно нелепо, когда девушка, коснувшись сломанной руки одной женщины, моментально вылечила ту прямо посреди улицы. И все было бы ничего, если бы это случилось где-то дома: богатые родственники смогли бы упрятать юную магессу. Вот только судьба распорядилась иначе, свалив на хрупкие плечи Лисы тяжёлый груз. Вся семья, не желая портить свою идеальную репутацию, отвернулась от девушки, отправив к остальным магам. Но Лалиса убежала, узнав об этом. С тех пор преследования не прекращались. Её искали наемники, посланные родными с целью вернуть в родной город, по пятам шли Защитники, желавшие заточить её под семь замков в одной из каменных крепостей.
Лиса встрепенулась. Сейчас ей ничего не грозило. Она пришла в этот город чуть больше недели назад — никто не смог бы так быстро найти след. Обычно на это требовался месяц, если не больше.
Девушка в задумчивости чуть прикусила губу, взяв в руки только что разогревшийся чайник, чтобы наполнить чашки ароматным напитком. Рука Лалисы внезапно дрогнула, отчего горячая вода тут же попала на оголенный участок кожи. Она вскрикнула, ухватившись за ухо и попутно тут же принявшись дуть на ошпаренную руку. Девушка глянула влево и приметила ведро с холодной водой, стоявшее неподалёку, поспешив окунуть обожженную руку в прохладу.
Чертыхнувшись, Лиса прикусила губу, проклиная неприятное жгучее чувство, возникшее на месте ожога. Как же все-таки было жаль, что магия действовала только на других людей! Девушка не могла вылечить себя — приходилось обходиться обычными бытовыми методами. Раны, правда, затягивались чуть быстрее, чем у простых людей, но и это особо не радовало.
Девушка с громким вздохом отправилась обратно разливать чай по чашкам. Настроение катилось вниз по наклонной.
***
Лиса не выдержала спустя четыре дня. К тому времени она была уже порядком измучена: под глазами появились тёмные мешки из-за недосыпа — приходилось поздно ложиться и рано вставать — все тело болело от постоянной беготни, отчего девушка морщилась, а вдобавок ещё и Чонгук успевал вставлять слово-другое, постоянно над ней подшучивая. Все это раздражало, с каждым разом все больше и больше выводя из себя. И вот, на седьмой день Лалиса сорвалась. Эта старая карга — у девушки просто не было других слов, чтобы описать столь придирчивую старушку — заставила её, хрупкую, беззащитную, таскать тяжести. Да такие, что еле поднимешь — не то, что донесешь. А могла ведь и внука попросить, но нет! Видимо, бабушке Чонгука захотелось просто проучить Лису и никак иначе. Магесса перенесла одну коробку, кое-как перетащила вторую. Третья с громким «ба-бах!» упала прямо на и без того больную руку. Девушка взвыла. Да так, что слышно было, наверное, даже в центре города. На девичий визг тут же сбежались все обитатели дома. И Чонгук, и его бабушка оказались на месте происшествия почти одновременно. — Вот кого ты привёл в наш дом? — негодовала старушка. — Иди и лечи её теперь сам! — произнесла она в то время, как Лиса отчаянно подпрыгивала на одной ноге, придерживая раненую руку и до боли прикусывая губу, чтобы не закричать. — Ты как? Чонгук вмиг оказался рядом, тут же перехватывая запястье девушки и осматривая «боевое» ранение. Парень хотел было что-то спросить, но Лиса его опередила: — Саму себя лечить я не могу… Боль медленно, но верно отступала, сдавая свои позиции. Девушке уже не надо было прикусывать губу да и кричать не хотелось — терпимо. Чонгук схватил Лису за здоровую руку и потащил в неизвестном направлении. В этой части дома она ни разу не была. И в комнате — тоже. Все помещение было заставлено какими-то баночками и мазями, на полках расположились разных размеров пузырьки, а в углу даже стоял чугунный котел. Лисе на секунду показалось, что она находилась в комнате какой-нибудь ведьмы или, быть может, алхимика. Но все представления треснули и разлетелись на осколки в мгновение ока. — Бабушка знахаркой иногда подрабатывает, — пояснил парень, видя заинтересованный и удивленный взгляд. — Вообще-то, раньше это и было основным заработком, но не так давно случилось кое-что, поэтому… Чонгук замолчал и опустил взгляд в пол. — Расскажешь? — тихо спросила Лалиса. Она, конечно, понимала, что это совсем-совсем не её дело. Но ещё девушка прекрасно знала, что держать все в себе очень тяжело. Да и, к тому же, ей было действительно интересно услышать эту историю. Чонгук усмехнулся, а затем слабо кивнул и махнул рукой, предлагая Лисе присесть, что та тут же и сделала — ноги успели устать за несколько часов беспрерывной ходьбы. — Моя бабушка очень талантливый лекарь, — пояснил парень, ища что-то на полках. — У неё обычно много посетителей. Недавно пришёл один мужчина и принёс на руках жену. У той было сильное ранение, которое, судя по всему, сам муж и нанес… — Чонгук на секунду замолчал, что-то словно обдумывая. — Бабушка не смогла её спасти, а этот мужчина обвинил её в смерти своей жены, обозвал ведьмой. Весть быстро прошлась по городу. К нам даже приходили Защитники, проверяли здесь все на предмет магии, но так ничего и не нашли… — А ты уверен? — поинтересовалась Лиса. — Уверен в чем? — В том, что твоя бабушка не магесса. — Конечно! — тут же кивнул Гук, даже чуть не прыснув от смеха. — Моя бабушка просто не может быть ей. Это невозможно. Лиса нахмурилась. Нельзя же быть уверенным в чем-то или в ком-то на все сто! Парень осторожно ухватился за руку Лалисы, что та, задумавшись, даже не сразу заметила. Чонгук аккуратно обрабатывал ранку какими-то неведанными магессе средствами. Лисе невольно пришлось отметить, что руки у него очень заботливые, да и сам он, наверное, тоже; и что профиль неплохой. Ну, вернее, как неплохой — загляденье. Вечность можно смотреть, но в этом девушка бы уж точно не призналась. — Кстати, насчёт пари, — пролепетала Лалиса. — Да? — парень приподнял бровь. — Боюсь, я не смогу его выполнить. — В таком случае, ты должна мне три желания, — улыбнулся Чонгук, в голове уже начавший придумывать, что же такое загадать.
